Сладкое зло.

Глава девятнадцатая. Смелый страх. Мне никогда не нравилась ночь. Даже до событий с Сакамаки тёмное время суток казалось мне очень зловещим. Я всегда воображала себе, что ночью тьма оживает, и людские кошмары оккупируют чёрные улицы, везде сея страх. Отчасти, так и есть. Вот только кошмары в моих представлениях не монстры, а вампиры. Но, в общем-то, разница между ними небольшая. Я шла из школы домой, неся на плече тяжёлую сумку. Голова моя ужасно болела, а перед глазами всё кружилось. Это странно, ведь сегодня у меня не пили кровь. Никто, что просто удивительно. Справа от меня шёл молчаливый Аято, всё время смотрящий куда-то вдаль. Его взгляд был крайне задумчив, и он не проронил ни слова с момента, когда мы вышли из школы. Для него это достаточно странно. Обычно он всегда издевается надо мной, рассказывая, как будет растягивать моё тело на очередном орудии пыток. А сегодня он удивительно спокоен. Даже ни разу не попытался подшутить надо мной. Я начинаю беспокоиться. Всё ли хорошо с Аято? Мы продолжали свой путь в звенящей тишине. Это немного напрягало. Мои нервы и так на пределе, а теперь ещё и Аято ведёт себя подозрительно странно. Что его тревожит? О чём он думает? Никогда в жизни не видела Аято таким серьёзным. Прежний азарт и веселье покинули его. Теперь он выглядит взрослее на несколько лет. Особняк раскинулся перед нами, словно призрак ночи. Мрачный и нелюдимый, будто оставленный светом. Пугающий своей темнотой и неизведанностью. Не сомневаюсь, что здесь полегло немало людей… Таких же несчастных, как я. Жертвенных невест, как их называет Канато. Они все также мучились и в итоге погибли. И меня ждёт та же участь. Безусловно. Аято внезапно остановился. Он, прищурившись, внимательно всмотрелся в темноту дома. Я застыла на месте, не смея спросить у Аято, что произошло. Он очень напряжен. Его руки сжаты в кулаки, а глаза буквально пылают зелёным огнём. Что же он там увидел, если я ничего не замечаю? Или он это что-то… почуял? - Добрый вечер, Аято, - раздался приятный низкий баритон, и через несколько секунду моему взору предстал мужчина. Он был одет в длинный плащ, а его бардовые глаза равнодушно взирали на меня. Он будто рождён ночью. Такой же мрачный и внушающий некую робость, будто ты смотришь на царя. Я вся сжалась, невольно прячась за Аято. Я знала этого мужчину. Я видела его во сне. Он миловался с матерью тройняшек в беседке. Только я никак не могу вспомнить его имя… - Чего ты тут забыл? – грубо спросил Аято, пристально смотря на незнакомца. Я буквально всем своим телом ощущала напряжение, витавшее в воздухе. - Как грубо. Разве ты не должен называть меня дядей, Аято? - Хорошо, чёртов дядя. Тебе так больше нравится, Рихтор? – Аято чуть ли не выплёвывал слова мужчине в лице. В его голосе звучало столько презрения, что я поёжилась. Дядя? Так этот Рихтор родственник Аято? И всех Сакамаки получается? Знает ли Аято об истинных отношениях Рихтора с его матерью? И вообще, что этому дяде здесь нужно? Тоже хочет меня убить? - Не нужно язвить, малыш, - Рихтор издевательски ухмыльнулся, отчего Аято тихо зарычал от злости. - Что тебе нужно? – прошипел Аято. - Я просто пришёл предупредить, что пробуждение нельзя оттягивать вечно. - Без тебя разберусь. Рихтор только пожал плечами и выудил из кармана кулон. Это была та самая роза, которую мне подарили в парке вчера. Но что она делает в руках этого дяди? Как она у него очутилась? Он что был в моей комнате? Рылся в вещах? Ужас просто! На моём лице отразилось вселенское изумление. Аято это заметил и сжал мою руку так больно, что я закусила губу и зажмурилась. Понятно, он хочет, чтобы я молчала. Но можно же было свои желания выражать по-другому! Зачем руки-то раздавливать? При виде кулона, сияющего в блеске луны, я почувствовала что-то странное. Моё сердце забилось в учащённом темпе, а голову пронзила резкая боль, будто мне в неё воткнули топор. Стало трудно дышать. Я упала на колени, хватаясь за голову и сердце одновременно. Опять этот смех. Холод… Я слышу её голос в своей голове. Она говорит мне подойти к Рихтору. Но я не хочу этого делать. Аято опустился на колени, обеспокоенно смотря на меня. Он дотронулся до моего плеча, но моя рука самопроизвольно дёрнулась, и я оттолкнула Аято. Он удивлённо и в то же время растерянно смотрел на меня, в то время как я поднялась с земли и поплелась, словно зомби, к Рихтору. С лица дяди не сходила победная улыбка. Не понимаю, что со мной стряслось. Я ничего не чувствовала, будто моя душа замёрзла на многие тысячелетия. Я ничего не слышала и не видела вокруг. Перед моими глазами был только кулон и Рихтор. Будто подойти к ним – цель всей моей жизни. Я не могла контролировать своё тело; в голове звучал только голос женщины. Корделии. Она звала Рихтора и поторапливала меня. А я просто тупо подчинялась её воле и медленно шла навстречу своей потенциальной гибели. Реальность превратилась в сон. Мне казалось, что я смотрю на себя издалека. Всё такое чужое. Будто я тут впервые. А расстояние между мной и Рихтором сократилось до минимума. Я уже была около него. Всего метр. Моя рука поднялась к кулону, но затем меня резко оттолкнули в сторону. Я упала на холодную землю, пропитанную смертью. Я чуяла запах погибели, витающий вокруг дома. Гнилой и грязный. Тело моё все ещё ничего не чувствовало. Я слышала диалог Рихтора и Аято со стороны. Их голоса то и дело перебивал женский, который разрывал мне мозг. Разрушал сознание своими отчаянными воплями, словно загнанный в ловушку зверь. - Убирайся отсюда, - холодно сказал Аято. Его глаза убивали Рихтора. - Какая невоспитанность, - Рихтор хмыкнул. Подул сильный ледяной ветер. – Ты не сможешь удерживать её вечно, Аято. Не создавай иллюзии вокруг себя. Рано или поздно она пробудится. - Лучше поздно. - Как знаешь. Доброй ночи, племянничек, - и Рихтор растворился во мраке ночи, словно был голографическим изображением. Иллюзией, сотканной из темноты. Как только он исчез, я почувствовала облегчение. Тяжесть, сковавшая моё сердце, пропала. Ко мне вернулись все чувства и эмоции. Я больше не ощущала себя безвольным зомби. И голос в голове умолк. Понимание реальности медленно возвращалось. Я ровным счётом ничего не понимала. Кого пытается удержать Аято? Кто должен пробудиться? И что это за странный кулон, вызывающий во мне такую реакцию? Кто я такая? Почему я слышу этот голос? Аято опустился около меня. Его взгляд был холодным и серьёзным. Сейчас в нём следа не осталось от того Аято, какого я всегда вижу. Он другой… Абсолютно. Но какой же он всё-таки настоящий? - Плоскогрудая, что ты чувствуешь? – неожиданно спросил Аято. Я, если честно, даже не знала, что ему ответить. Во мне пребывали какие-то необычные ощущения… Я даже не могла дать им точного названия. - Аято-кун, что происходит? – Мой голос сорвался на шёпот. Он ничего не ответил, просто внимательно посмотрел на меня. Будто что-то выискивал в моём лице. Какие-то изменения. Но не нашёл. Это всё ещё я, хотя что-то странное со мной происходит. - Я чувствую, что теряю себя, - тихо ответила я. Аято помотал головой и повалил меня на землю. Его глаза прожигали в моём лице дыру. - Не говори так. - Но… - Я сказал – не смей так говорить. Никогда. Чтобы я больше не слышал, - он наклонился к моей шее. – Я тебя никому не отдам. Ты только моя собственность. Тело, душа, мысли, разум – всё моё. - Ты знаешь, что со мной творится? – прошептала я. Вместо ответа Аято укусил меня. Слишком сильно и дико. Я невольно вскрикнула от боли. Это так на него не похоже. Кусать так глубоко. Не знаю, каким образом, но я какой-то частичкой своей души ощущала эмоции Аято. Его топило отчаяние. И тоска. Вселенская тоска и одиночество его угнетали. Он хотел от этого освободиться, но не мог. Я вспомнила тот сон, когда мне привиделся маленький Аято. Как жестоко с ним обращалась мать. Она даже не любила его. Может, поэтому он такой собственник? Я никогда не пыталась угадать мысли Аято. В сущности, он меня и не интересовал. Но теперь я понимаю, отчего он так себя ведёт. Внимание. Наверное, он хочет простого внимания, которое было бы обращено только к нему. И поэтому ведёт себя так. Аято сжал меня сильнее. Но потом отстранился и заглянул в моё лицо. В его глазах вновь заиграли тот азарт и веселье, которые покинули его сегодня. Теперь я узнавала настоящего Аято. - Плоскогрудая, да ты покраснела. Тебя так легко смутить, - Аято ухмыльнулся. Я протянула руку и дотронулась до его щеки в том месте, где когда-то ударила Корделия. Парень даже слегка опешил от моих действий. Но мне действительно было его жаль. - Аято-кун, она же здесь тебя ударила, верно? – спросила я. - Что? – он в изумлении уставился на меня. - Твоя мама. Она дала тебе пощёчину в этом месте? - Да что ты городишь, Плоскогрудая? - Аято скинул мою руку. – Но даже если и так. Что ты намерена делать? Я только улыбнулась. Приподнялась и поцеловала Аято в щёку. Как раз в то самое место. - И что это было? – недовольно пробурчал Аято. – Если уж утешать, то по полной. - Аято-кун, ты ведь знаешь, что со мной творится? – охрипшим голосом спросила я. Он посмотрел на мою шею и покачал головой. Его глаза вновь похолодели. - Сейчас это неважно. Я просто хочу насладиться твоей кровью. Заткнись и не дёргайся. Я так и сделала. Он наклонился к моей шее и лизнул её. А затем укусил. В этот раз мне не было больно. Наоборот. Всё моё существо заполнило лёгкое чувство невесомости и тепла. Я только сейчас осознала, что рядом с Аято мне всегда было тепло. Он будто маленький обогреватель с неистощимым источником энергии. И почему я всегда его боялась? Не знаю, сколько он пил. Но я была не против. Сейчас мои чувства кажутся настоящей дикостью. Раньше боялась и обходила стороной, а теперь… хочу? Нет, не то слово. Точнее, оно в не полном значении. Я хочу его утешить. Аято отстранился и вытер рукой пятна крови на моей шее. Он усмехнулся, смотря на моё раскрасневшееся лицо. Затем легко, словно я весила один грамм, подхватил меня на руки и понёс к особняку. Я просто прижалась к нему и закрыла глаза, наслаждаясь теплом его тела. - Не важно, что будет, - внезапно сказал Аято. – Ты всё равно всегда будешь моей. Я посажу тебя в клетку, если потребуется. Просто оставайся собой и не позволяй никому тобой управлять. Иначе я тебя никогда не прощу, Плоскогрудая. Мои губы почему-то растянулись в улыбке. Я едва заметно кивнула головой. Мне нравится Аято… и тепло его тела. Теперь я сомневаюсь, что захочу сбежать. Даже если он посадит меня в клетку и будет мучить… моё отношение к нему не изменится. Ведь, признаться честно, мне нравятся его мучения. Как и он сам.