Он не такой, он по девочкам

      Опять бессонная ночь, опять бесконечные размышления о прошлом вечере и, конечно же, о поцелуе. Чимин лежал в постели с задумчивым видом и, незаметно для себя самого, касался своих собственных губ, вспоминая горячий поцелуй Юнги. Он даже испытал какое-то лёгкое возбуждение при очередной мысли о губах парня, ему хотелось повторения, хотелось вновь почувствовать этот язык у себя во рту, почувствовать его вкус. Да. Действительно. С девушками он такого точно не испытывал.        Уснул почти под утро, благо, вставать рано не нужно, и он мог позволить себе понежиться в постели еще какое-то время.        Чимину необходимо было с кем-то поговорить на эту тему, но его телефонный друг вдруг перестал писать, и на сообщения тоже не отвечал. Может, опять сменил номер? Чимин точно не знал, но ему срочно нужен был собеседник, и выбор пал на Гука.  — Привет. Ты сегодня занят вечером? Мне нужно с кем-то поговорить, — Чимин позвонил ему сразу, как только проснулся.  — Для тебя я всегда свободен. Что-то произошло? — волновался младший. Он понимал, куда и к кому отвез вчера вечером друга, и ему было важно, не обидел ли суровый рэпер его милого и нежного Чимина.  — Да. И я хотел бы это обсудить.  — Хорошо. Давай после работы на нашем месте, — «наше место» — это, естественно,  то же самое кафе и тот же самый столик.        Парни договорились, во сколько они встречаются, и Чимин, уже немного осмелев, отправился в душ, а потом на работу, заглянув по дороге в это кафе, забронировав столик на определённое время и купив себе стаканчик кофе.        Работы уже было немного, он практически переделал все дела, осталась лишь малость — съездить на пару встреч и подписать договора. Коллега весь день старался обходить Чимина стороной и только изредка поглядывал на парня из-за перегородки своего стола. Ну, конечно, кому понравится еще раз встретиться с разъяренным Гуком? Чимин в очередной раз был рад, что у него есть такой друг, который появляется всегда вовремя.        Вечером Чимин сидел в ожидании за «своим», как они его называли, столиком и вспоминал события прошлого вечера.  — Привет. Что-то случилось серьёзное, раз ты меня так спешно позвал? — Гук летел на встречу с Чимином и даже забыл предупредить Тэ о том, что задержится.        У него сегодня тоже намечалось свидание с его любимым человеком, но он так переживал за друга, что забыл про все на свете.  — Привет, — тихо, как-будто под действием какого-то препарата, говорит Чимин. — Я вчера встречался с Юнги.  — Ну, вообще-то, я в курсе. Я сам тебя сюда привез, если ты забыл,- говорит Гук и быстро набирает сообщение Тэхену о том, что задерживается.  — Мы хорошо провели время, поговорили, — продолжает Пак, мечтательно глядя в сторону лифта.  — Ну, и это я понял по твоему счастливому виду, — опять же, не отрываясь от телефона, продолжает Гук.  — Мы целовались.  — Так. Стоп. С этого места поподробнее, — Гук резко отрывается от телефона, кладет его на стол и смотрит на друга. — И как? Понравилось?        Чимин засмущался и от вопроса друга, и от того, что сам сейчас произнёс.  — Да. Он предложил встречаться.  — И что ты ему ответил? — младший даже привстал со стула, чтобы быть ближе к другу и хорошо слышать все, что он говорит.  — Я сказал, что мне нужно время подумать. Я не знаю, как себя вести в таких отношениях. Ты уже опытный, а у меня это впервые. Но я хочу сказать, что целоваться с парнем — это совсем другое, совсем другие ощущения и эмоции, нежели поцелуй с девушкой.  — Я знаю, друг. Я тоже испытывал такие чувства, когда впервые целовался с парнем. Только у нас с тобой есть небольшая разница. Ты целовался с человеком который уже умеет это делать, а я учился вместе со своим партнером. И я думаю, что наши первые поцелуи были немного разные.        Чимин сидел, слушал Гука, а сам, по всему виду, отсутствовал в реальности. Его мечтательный взгляд смотрел не на друга, а сквозь него.  — Так о чем ты хотел поговорить? — младший дернул Пака за руку, ему уже пора, его ждёт Тэхен на их первом свидании, а Чимин тут, вместо разговора, сидит и мечтает.  — Я не знаю, как себя вести. Что мне делать, когда мы снова встретимся? — произнес старший, на мгновение вернувшись в реальность.  — А ничего делать не надо. Твое тело само скажет тебе, когда и чего ты захочешь.  — Ну, у нас же может дойти до секса, — смущаясь, шёпотом произнес Пак.  — Конечно, дойдет. Давай, я завтра приеду к тебе и все подробно расскажу? Я думаю, тут не самое подходящее место, чтобы обсуждать, как готовиться к анальному сексу, и как правильно надо себя растягивать, — так же шепчет Гук.  — Растягивать? — почти во все горло заорал Пак, на что дама за соседним столиком обернулась на парней.  — Тише. Ты чего орешь? Да, растягивать. Иначе как он впихнет тебе туда невпихуемое? — почти не слышно произнёс Чон.  — В каком смысле? — глаза Чимина округлились до размера блюдец, а рот открылся, и его пухлые губы в этот момент привлекали внимание даже Чона.  — Так, все. Домой. Дооомой. Обещаю, все расскажу и покажу дома. А сейчас мне пора. Меня Тэ ждёт, — успокаивал и одновременно подталкивал на выход своего друга Чонгук. — Впихивать впихуемое? — подшутил Пак.  — Надеюсь, — задумчиво произнёс Гук.                             ***       Добравшись до указанного адреса, Гук еще не совсем понимал, куда ему идти. Тэхен сказал подъехать и ждать в машине. Как только на часах появились заветные цифры 19-00, в окно постучали. Парень с незнакомой внешностью показал жестом опустить стекло.  — Чон Чонгук? — поинтересовался он.  — Да. А Вы кто? — не понял Чон.  — Это вам, — и протянул записку.  «Привет, мой кролик. Следуй за этим парнем и выполняй все, что он попросит. Жду тебя с нетерпением. Твой Тэ».  Чон немного напрягся от такого сообщения, но деваться некуда. Где Тэхен, он не знал, поэтому надо было просто следовать за этим молодым человеком. Чонгук вышел из машины, и тут напряжение наросло, потому что парень протянул ему шарф, который необходимо было повязать на глаза.  — Зачем это?  — Это желание мистера Кима, — улыбнулся парень.        Гук выполнил все рекомендации и, взяв парня за руку, направился за ним. Чон мог понять только одно — они сейчас зашли в здание и поднимались в лифте, при этом, почему-то, очень долго.        «Ну вот, Чон Чонгук, и пришел твой конец. Скорее всего, это бывший возлюбленный Тэхена, и сейчас он просто швырнет тебя с высоты птичьего полета, благодаря чему останется от тебя только мокрое пятно на асфальте», — думал Чон, стоя в лифте.        Звон, оповещающий об остановке, шум открывающихся дверей, и парень просто выталкивает Гука из лифта, после чего Чон слышит за спиной шелест закрывающихся дверей и тишину. Он хотел было снять повязку, но почувствовал на лице тёплое прикосновение знакомых рук и запах, который забыть просто невозможно.  — Не спеши, мой кролик. Еще рано, — Тэ берет парня под локоть, а у Гука уже начинает нарастать волнение в штанах, и ведёт куда-то недалеко, но Чон чувствует дуновение легкого ветерка на лице. — Теперь можно.        Тэхен осторожно снимает шарф с лица парня, и Чонгук понимает, что они на крыше. Луна была полной, и освещения было достаточно, но Тэхен, по своей натуре, романтик, поэтому установил небольшую конструкцию в виде шалаша и украсил ее светящимися фонариками. Рядом стоял низкий столик, на котором красиво оформленные бутылка вина, фрукты и свечи, а также море подушек вокруг столика. Гук был приятно удивлён, он ходил на свидания, и не раз, но это было все очень банально — ресторан, а потом гостиница. А здесь видно было, что человек хотел произвести впечатление на партнера, хотел угодить, доставить не только физическое удовольствие (на что Чон оооооочень сильно рассчитывал), но и моральное.  — Ты постарался, — произнес Гук.  — Все для тебя. Все для тебя, мой кролик.        Тэхен берет его за руку и усаживает на одну из подушек.  — Почему ты задержался? Работа? — спросил Тэ, при этом разливая по бокалам вино.  — Я встречался с Чимином, — на одном дыхании произносит Гук, потому что Тэхен в это время просто, как так и надо, кладёт свою руку на внутреннюю поверхность бедра парня и подает фужер с вином.  — Как у них дела с Юнги? Мин сам не расскажет, но я заметил, что вчера он вернулся какой-то уж очень весёлый. Подшучивал, — рука начинает ползти ближе к нарастающему волнению в штанах Гука.  — Они целовались, — Гук еле живой, странное чувство, всегда он был активным в отношениях, но тут просто тает в руках парня, как пластилин, и готов выполнять все, что ему прикажут.  — Ооо. И как? Понравилось? — рука остановилась, и Тэ отхлебнул из фужера пару глотков.  — Говорит, что да, — практически не дыша, отвечает младший.  — А тебе? — Тэхен говорит так, как-будто читает сказку, завораживая и привлекая внимание изменением тональности голоса с каждым словом.  — Что мне? — Гук уже не дышит, потому что рука опять начала движение, а предательское волнение в штанах уже не помещается от слова «совсем».  — Целовать меня, понравилось? — Тэ остановил руку, но пальцы уже касались выступающей молнии Чона.  — Очень, — это прозвучало, как знак, как красный флаг для быка, как маяк для моряков в ночном море. Тэхен наваливается на Гука и вовлекает его в горячий поцелуй. Он впился в его губы жарким, немного грубым, но таким страстным поцелуем. Застонав, Гук вцепился ему в плечо.        На улице было прохладно, но тело Гука опалило таким жаром, что он забыл о том, как замерзал еще пару секунд назад. Прикрыв глаза, почувствовал, как язык парня скользнул по нижней губе и проник в его рот, мгновенно ощутив вкус своего возлюбленного — терпковато-сладкий. Застонав, Гук притянул его ближе, стараясь вжаться в горячее тело парня. Губы Тэ скользили по губам Чона так, словно снимая пробу. Тэхен прикусывал и ласкал губы Гука своим языком, поглощая в себе его рваный выдох. Его язык хозяйничал внутри, ласкал и заявлял свои права. Дыхание парней стало единым. Хотелось, чтобы этот жаркий поцелуй продолжался вечность. Руки Тэ блуждали по всему телу младшего, скользили по участком оголенной кожи, оставляя после себя жар и томление.        Чонгук задыхался от волнения, он так долго ждал этого и так боялся сделать что-то не так, что совсем забыл о том, что в постели активную роль всегда играл он, ну, практически всегда. А сейчас Тэхен просто навалился на него и, не прерывая поцелуй, исследует все его тело. Гук чувствует, как между ног уперлось возбуждение Тэ, он просто прижался колом стоящим членом к бёдрам Гука, а тот уже мог думать лишь о том, что его член должен оказаться как можно быстрее в нем самом, от этого у обоих еще сильнее закружилась голова.  — Я так понимаю, ты актив? — шепчет Ким в ухо Гуку, а тот уже ни в чем не уверен.  — Я могу и так, и так,- с придыханием ответил Чон, потому что Тэхен прошелся рукой по выступающему бугорку, и надо сказать, размер Гукова возбуждения немного взволновал Тэ, он уже видел член парня, но не задумывался над тем, как это чудо природы войдет в него самого.  — Можно, я тогда начну? — спрашивает Ким. — Я хочу быть в тебе, хочу, чтобы ты почувствовал жжение внутри от моего присутствия, — он постепенно передвигается от горячих, немного воспаленных от поцелуя губ, к шее, потом, нежно целуя, прикусывая кожу и облизывая место укуса, опускается ниже к груди, он скользит горячими ладонями от груди Гука к его животу.  — Я хочу тебя, Тэ. Очень сильно хочу, — судорожно шепчет Чон.        Тэхен расстёгивает пуговицы одну за одной, продолжая целовать нежную кожу Чона, пока не натыкается на возбужденный сосок, который сжался в размер маленькой горошины. Он проходится языком по нему, по колечку пирсинга, которым поиграл во рту, а потом прикусывает и слегка засасывает, от чего Чонгук делает глубокий вздох и забывает, как дышать, цепляется руками за волосы Тэ и старается еще немного контролировать себя, но получается это уже с трудом. Тэ расстёгивает ремень и начинает стягивать брюки, а Гук не в реальности, он готов делать все, что прикажет ему Тэхен, и он делает.  — Приподнимись немного, я не могу их стащить, — просит Ким, стягивая брюки с Гука.        Штаны летят куда-то в сторону, Тэ нависает над Гуком и одновременно снимает с себя футболку и штаны, оставаясь в одних боксерах.  — У тебя удивительное тело. Твои мускулы играют в лунном свете, возбуждая меня все сильнее и сильнее, — Тэхен снял рубашку с парня, уложил его поудобнее на подушки и повторно прошелся по возбужденным соскам парня, Гук уже не выдержал и застонал в голос. Тэ прикоснулся к паху, а там ткань боксеров уже намокла от естественной смазки, что говорило о том, что Чонгук готов уже взорваться от нахлынувших эмоций.  — Вот так, мой кролик, — кивает головой Тэхен. — Ты так быстро намок. Мне нравится, как ты реагируешь на меня. Это означает, что ты так сильно хочешь меня?  — Да. Да, хочу, — взмолился Гук.        Тэ снимает белье с себя и с парня, прикасается своими горячими пальцами к члену Чона, а тот выгибается от остроты ощущения. Он не испытывал такого, когда впервые Тэхен решил доставить ему удовольствие, сейчас все по-другому, все более чувствительно, наверное, от предвкушения продолжения. Тэ не стал слишком долго мучить парня, только несколько раз прошёлся по всему горячему стволу Гука вверх-вниз, слизывая капельки смазки с головки.  — Ты готов? — спрашивает он Чона.        Тот в состоянии только махнуть голову, мол, да, он готов. Он предполагал, что Тэхен захочет быть сверху, и поэтому подготовился, как положено, на всякий случай. И вот этот «всякий случай» настал. Тэ достает пачку презервативов и тюбик со смазкой.  — Судя по количеству штук у тебя в руках, одним разом не обойдемся? — спрашивает Гук, пытаясь выровнять дыхание.  — Я подумал, что тебе тоже захочется быть сверху, — произнес Тэ, еще раз пройдясь по члену языком, слизывая стекающую смазку, а Гук не живой, он «умер».       Тэ был универсалом, он мог и сам доставить удовольствие, и позволить партнеру наслаждаться его телом. Сейчас же он хотел сам начать игру между двух возбуждённых тел, а потом предоставить возможность Гуку спустить свой пыл на него.        Тэ открывает тюбик лубриканта и выдавливает определенное количество смазки себе на пальцы, в воздухе проскользнул сладко-приторный запах банана. Парень греет какое-то время смазку между пальцами и одновременно не отпускает член Гука, массируя его и прижимая покрепче, от чего Чон извивается в руках парня, как уж на сковородке. Затем Гук чувствует, как один палец прикасается к заветной дырочке и аккуратно входит в него сначала на одну фалангу, затем чуть глубже. У Гука все узко, очень узко, он редко позволял пользоваться собой, чаще всего он входил в парней, а тут, перед Тэ, готов исполнить все его желания. Тэхен аккуратно проталкивает палец и при этом не отрывается от члена, облизывает и заталкивает его себе в глотку так глубоко, что Гук забыл про появившийся дискомфорт и наслаждался ртом парня. А Тэ, воспользовавшись моментом, проталкивает еще один палец и начинает быстро и проворно двигать запястьем, постепенно раздвигать упругие стенки, которые, на удивление, хорошо поддавались пальцам парня. Мгновение, и Гук уже чувствует три пальца в себе, но никакого дискомфорта не испытывает. Он был очень податливым, а его тело невероятно хорошо реагировало на действия Тэхена.       Чонгук уперся ногами в пол и поступательными движениями сам понемногу насаживался на пальцы парня все глубже и глубже, а собственным членом терся о мягкий животик Кима, который ничуть не уступал по соблазнительности его собственному твердому прессу.        Тэ делает несколько движений, и уже сам, еле сдерживаясь, вынимает пальцы, надевает презерватив и… И Гук понимает, что сейчас в него упираются не палец, и даже не два, в него тыкается горячий и пульсирующий член человека, которого он хотел уже очень давно. Ему казалось, что он в раю, когда головка члена прошлась несколько раз вверх-вниз и прижалась к очень упругому входу. Гук нетерпеливо дёрнул бёдрами, показав свое неистовое желание.  — Ну же, давай, — только и успевает сказать Чон, как Тэ входит в него медленно, постепенно.        Он понимает, что у парня небольшой опыт именно в этом плане, и он не настолько растянут, чтобы врываться в него без оглядки. Гук стонет в голос, его разгоряченное тело, его прикрытые глаза, его мокрые от пота волосы на лбу и его стон заводят Тэхёна с немыслимой силой. Чонгук горячий. Чонгук узкий, очень узкий, от чего у Кима разыгралось воображение на предмет следующего соития. Тэ начинает терять рассудок и толкается все глубже и все чаще, и с каждым толчком Гук испытывает феерическое наслаждение, потому что Ким — мастер своего дела, он знает, какой угол нужно взять, чтобы попадать именно по простате, и каждый толчок отдавался у Гука искрами из глаз. Темп нарастал, движение становились частыми и резкими. Чаще и глубже — вот, что хотел Гук, и вот, что делал Тэ. В какой-то момент Чонгук не выдержал и, закусив подушку, чтобы не было слышно, как он кончает, (а кончает он очень громко), издает пронзительный, восторженный, гортанный стон. Тёплая и липкая жидкость растеклась по животу Чона.  — Прости. Я очень сильно хотел этого, поэтому быстро кончил, — извинялся он перед парнем.  — Это нормально. Не переживай. Я хочу кончить, когда ты будешь во мне, — отвечает Тэ, подавая парню упаковку влажных салфеток.        «Предусмотрительно», — подумал Гук, убирая с живота остатки спермы, а Тэхен, не дожидаясь, пока он отдышится, затягивает в очередной страстный и, даже можно сказать, наглый поцелуй. Он с жадностью накрыл своими губами чужие, толкнулся языком в глубину горячего рта и целовал долго, мокро и грязно, потому что он не ждёт, когда ему ответят, он сам языком раздвигает губы Гука и проникает в рот. Язык Тэ облизывает все нутро Гука, касаясь нёба, зубов, исследует «обратную» сторону губ. Тэ посасывает, прикусывает распухшие от поцелуя губы Чона. Гук испытывает чувства наслаждения, игры, борьбы, растворения друг в друге. Руки Тэхена не отпускают уже слегка обмявший член Гука , массируют его, затем он опускается вниз, и член просто пропадает во рту Тэ, он его поглотил, полностью. Гук зашипел от того, что почувствовал, как у него с новой силой начинает нарастать возбуждение.        Чон отталкивает Кима, кидает его на подушки, и сам начинает ласкать и целовать влажное от пота тело старшего. Ему уже давно хотелось попробовать на вкус этого парня, и вот теперь настала его очередь доставить удовольствие. Гук касается легонько кончиком языка головки члена, снимает пробу, а Тэ стонет от непрекращающегося чувства возбуждения. Гук проходится острым языком по всему члену вверх-вниз и так несколько раз, и Тэ подёргивается каждый раз, когда Чон касается уздечки. Младший играется с головкой, слизывает, прикусывает, посасывает. Затем полностью берет его и  погружает в рот, а потом со смачным звуком вынимает его оттуда. Несколько движений, и он уже хочет войти, войти туда, куда стремился уже больше года.        Смазав пальцы, он протолкнул сразу два, да, Тэ был подготовлен, достаточно хорошо растянут. Но все же надо было немного пройтись пальцами по внутреннему краю, а также Чон хотел исследовать его изнутри сначала пальцами, а уже потом приступить к делу. Тэ всхлипнул, когда Гук не сильно, но ощутимо прикусил его горошину, а потом засосал ее, как ребёнок, когда пьет молоко матери.  — Не медли. Пожалуйста, вставь. Я хочу тебя, — Тэ шептал из последних сил.        Чонгука не надо долго уговаривать, он поднимает ноги парня себе на плечи для более глубокого и эффективного проникновения, мгновенно надел средство защиты и скользнул в Тэхёна сразу и до упора. С ударом члена о простату из Тэхена вышел, казалось, последний воздух. Чон не из тех, кто медлит, ему нужен темп, и он сразу его набрал. Впихивал впихуемое до самого основания так глубоко, что, казалось, он сейчас выйдет у Тэ через горло, но Чона это не останавливало, он, как на аттракционе, с отключенной головой, вдалбливал свой огромных размеров член в Тэхена.        Тэ восторженно стонал, пальцами впивался в спину парня и получал море наслаждения. Гук двигал только бёдрами быстрее и быстрее, страстно, дико, как животное. Тэхен еще не испытывал такого никогда в жизни.       В тот момент, когда подошел оргазм, и он жалостно простонал, что уже все, что уже на грани, Гук дал ему понять, что готов кончить вместе с ним, одновременно. Тэхена скрутило мощнейшим оргазмом, и он начал неконтролируемые движение, тем самым насаживаясь на член еще глубже. Тэ изливается в руку Гука, потому что тот все время не отпускал член и помогал парню ощущать все еще больше и острее, а сам Гук, не выходя, продолжал вколачиваться, пока не излился горячей спермой, сделав несколько последних глубоких и сильных толчков, зашипел и опал на грудь парня.