Он не такой, он по девочкам

      Чимин уже несколько дней наслаждался отпуском в своем любимом пансионате. Это было уединенное место за городом. Пансионат находился на берегу красивого озера в окружении живописных гор, два высоких здания расположены друг напротив друга, а между ними огромный бассейн с зоной для отдыха и баром.        В это время года людей здесь было не очень много, и Чимин наслаждался реальным уединением, когда просто уходил к берегу озера и сидел долгое время в беседке, наслаждаясь видом. Воздух был чистым и прозрачным, а лёгкий ветерок освежал горящие от смущения щеки парня, потому что Чимин в очередной раз вспоминал недавний разговор с Гуком.  — Ну вот, смотри, берешь, выдавливаешь, — Гук демонстративно выдавил на пальцы небольшое количество смазки, — греешь ее на пальцах, а то будет не совсем приятно.  — В каком смысле? — Чимин смотрит огромными глазами и реально не понимает, о чем идет речь.  — В смысле, что холодно там, — объясняет друг.  — Где? — опять недопонимание.  — Что непонятного? Жопа твоя замерзнет, — возмущается Гук. Очень сложно, как говорится, «на пальцах» показывать, как надо готовить себя к анальному сексу.        Чимин молча смотрит на друга, а рот сам по-себе открывается.  — Рот прикрой, он нам сейчас пока не нужен, — решил подшутить Гук.  — А что, и рот будет нужен? — у Чимина нарастает волнение.  — Конечно, нужен. Тебе же девчонки минет делали? — интересуется Гук, вытирая пальцы влажной салфеткой.  — Ну, конечно, — Чимин не понимает связи.  — Фух. Слушай, я не думал, что будет так тяжело, — вздыхает Гук. — Вот, как делали тебе, так и ты тоже будешь делать ему.        Лицо Чимина немного изменилось, изображая отвращение.  — Что ты тут корчишь моську? Ты не представляешь, как это приятно делать. Не получать, — Гук поднял указательный палец вверх, — А делать. Ты потом все поймёшь сам, когда попробуешь. Глубоко сразу не бери, поперхнешься. Если хочешь, могу показать, — и Гук с прищуром и легкой улыбкой смотрит на друга.  — Как показать? — Чимин начинает немного отодвигаться от Чона.  — Как-как. На тебе, — как про между прочим говорит младший и имитирует приближение к другу.        Чимин так испугался, что начал пятиться назад и в итоге свалился со стула. Хохот раздался на всю комнату, Гук подошел к другу и протянул руку.  — Да не бойся ты. Я же пошутил.        Сейчас этот разговор казался смешным, но на тот момент Чимин испытывал, мягко говоря, шок. Одной частью мозга он понимал, что до секса у них с Юнги, конечно же, дойдет, но другой же он просто не представлял, как это будет. О том, как нужно подготавливаться к этому, Гук в мельчайших подробностях рассказал и показал все необходимые вещи. — Вот, я все купил, что тебе понадобится, — младший вывалил содержание пакета на стол, от чего у Чимина на лице появился румянец. Точнее сказать, он просто полыхал от стыда. — А че ты так реагируешь? Что естественно, то не безобразно.        Гук, конечно, показывать на личном примере не стал, однако в подробностях все рассказал. Чимин без конца все переспрашивал у младшего.  — Ты еще возьми блокнот и начни записывать. Ты че, с первого раза не понимаешь? — возмущался младший.        Он уже порядком устал все объяснять и показывать другу. Когда Гук согласился на это, он даже не подозревал, что его друг будет так дотошно все расспрашивать и интересоваться. Хорошо, что не просил показать все, и на том спасибо.                      ***       Чимин сидел и улыбался сам себе. Со стороны, конечно, это все казалось очень подозрительным.        Со дня первого поцелуя Юнги регулярно звонил и писал Чимину. Они всегда находили темы для разговора, чаще всего Юнги рассказывал про то, что делал в этот день, какую музыку пишет или какую новую хореографию начали разучивать с группой. Чимин же просто слушал и молчал, ему очень нравился голос Юнги, нравилась его милая шепелявость, нравилась лёгкая хрипота в голосе, когда Юнги говорил немного низким тоном.        Время подходило ближе к вечеру, и начинало холодать, поэтому Чимин решил вернуться в номер, заказать какой-нибудь вкуснятины и просто наслаждаться временем за просмотром дорамы. Он шел мимо бассейна, глянул на кристально-чистую воду, практически такую же подсветку, как была в доме у Генхи, немного поморщился от нахлынувших воспоминаний того вечера и направился дальше, ко входу. Зайдя в здание, он подошел не ресепшен, попросил меню из ресторана и, просматривая, что бы можно было бы заказать, направился к лифту. Там уже стояло несколько человек в ожидании, как только двери открылись все вошли в лифт, и Чимин проскользнул в глубину кабинки, так как подниматься ему на последний этаж и, не отрываясь от меню, просто стоял спиной к пассажирам. На каком-то этаже вышли все, и парень так же, не отрываясь от буклета, протягивает руку, чтобы нажать на кнопку, а чья-то рука накрывает сверху ладонь Чимина. Он отрывает взгляд и внимательно смотрит на руку — длинные тонкие пальцы, выступающие костяшки и все та же погрызенная кутикула, — Юнги. Чимин разворачивается и видит перед собой молодого человека во всем чёрном, включая кепку и маску. Парень старался скрыть лицо, но его кошачий взгляд Чимин узнает издалека. Пак аккуратно опускает маску и видит перед собой улыбающееся лицо своего Мина, да, именно своего, потому что все время, проведённое тут, вдали от Юнги, Пак думал только о нем.        Юнги нежно обнимает Чимина за талию, а тот, как ребенок, просто утыкается в него, прижимает, льнет и ласкается. Он скучал по своему Мину, и, как оказалось, очень сильно скучал. Юнги целует его в макушку, а когда Чимин поднимает на него глаза, утягивает в долгожданный поцелуй, накрывая его губы долгим и неторопливым поцелуем, заставляя Чимина прижаться еще ближе. Этот поцелуй растягивается на долгие минуты, и отрываться от губ Чимина совершенно не хочется. Юнги касается последний раз припухших губ Чимина и отстраняется. — Откуда ты тут? — спрашивает Чимин, постепенно возвращаясь в реальность. Поцелуй Юнги ни с чем не сравнить — это как эйфория, как состояние от принятия запрещенных препаратов, как наркотик, который с каждым разом хочется все больше и чаще, и Чимин понял, что ему теперь хочется целоваться с Юнги все больше и чаще. Что это? Перестроение его организма? Полная смена ориентации? То, о чем он раньше не задумывался даже, сейчас происходит с ним, и ему это нравится и хочется еще больше.  — Я просто очень сильно соскучился, — отвечает Юнги и гладит парня по голове, как-будто маленького мальчика. — Ты обещал дать мне ответ, однако уже прошло так много времени, что я решил приехать за ответом сам.  — Но как ты узнал, где я? — не понимал Чимин.  — Твои фото, которые ты мне прислал. Геолокация, — пояснил Юнги.        В это время двери лифта открываются на этаже Чимина, и Юнги, встав в проходе и придержав дверь, спрашивает Пака, заглядывая не в глаза, а в душу.  — Так что ты мне ответишь, малыш?       Чимин смотрит, улыбаясь глазами, он уже давно для себя принял решение, вот только боялся озвучить его Мину.  — У меня не было опыта отношений с парнем, я ничего не знаю об этом. Я ничего не умею. Но я хочу научиться. Я хочу попробовать. Я согласен.        Юнги хватает парня за талию, поднимает его и кружит, двери лифта закрываются, и они снова вдвоем в пустой кабинке. Он счастлив, безумно счастлив, потому что боялся, что неопытный мальчик просто откажется вступать в новые для себя отношения.  — Пойдём в номер. Тут как-то не совсем удобно, — шепчет Чимин, утыкаясь в грудь парня.        Номер у Чимина большой, с панорамными окнами, за которыми раскинулся пейзаж ночных гор на фоне сверкающей поверхности озера. Здесь было очень красиво и романтично, большая кровать, небольшой столик с вазой для фруктов.        Чимин подходит к окну, рассматривая открывающийся шикарный вид, и только когда Юнги подходит сзади, обнимает его, оборачивается к нему лицом. Закидывает руки на плечи, легкими поцелуями касается его щёк и губ. Сейчас Чимин хотел  проявить свои чувства и показать их Юнги, он прижимается щекой к щеке, пальцами перебирая волосы Юнги на затылке. Ему хорошо и уютно в объятиях парня, Пак даже не подозревал, он представить себе не мог, что можно так чувствовать себя с мужчиной.  — Мне так хорошо сейчас, — говорит негромко. — Такой волшебный вечер.        Юнги обнимает изящную талию, поглаживает спину, носом утыкается в пушистые волосы, от которых пахнет фруктовым шампунем, и шепчет на ухо чуть слышно.  — Все для тебя, мой сладкий. Все для тебя.        Юнги понимает, что будет любить Чимина сегодня ночью, и точно знает, что не станет спешить. Он сделает своему мальчику так хорошо, что тот не забудет этот вечер никогда.        Юнги берет Чимина на руки и укладывает на большую мягкую кровать, стягивает с него футболку и покрывает все его тело горячими поцелуями. От этого Чимин теряется во времени, он проваливается в бездну и не знает, как дышать, сердце замирает и перестает биться. Юнги не спешит, он никуда не спешит, сегодня будет длинная ночь, полная любви и страсти.        Юнги поднимается выше и вновь накрывает своими губами сладкие и пухлые, такие желанные, губы Чимина. Пак приоткрыл рот и впустил горячий язык Мина в себя, Юнги, не спеша, проходит по небу, облизывает и засасывает губы и не может оторваться от них, настолько сильно он хотел этого. Чимин уже и не помнит, когда его в последний раз целовали с таким желанием и с таким очевидным наслаждением. Поцелуй нежный и ласковый, нет борьбы языком, нет шторма и бурлящей страсти — есть только нежность и ласка, которую хочет подарить Юнги своему Чимину, потому, что с Чимином только так, потому, что Чимин — сама нежность, сама чистота.        Юнги проходит влажным языком по шее парня, Чимин цепляется пальцами за шикарные волосы старшего. Он сейчас вспомнил фразу Гука о том, как тот хотел запустить свои руки в волосы Тэ, и поймал себя на мысли, что это восхитительное ощущение, вот так сжимать в руках чьи-то волосы. Юнги прикусил кожу на ключице просто потому, что хотел этого, потому что не сдержался, и Пак издал свой первый стон под Мином. Первый стон, который вырвался у него из груди в руках парня, и это прозвучало, как музыка для ушей Юнги, он хотел еще и еще раз услышать этот звук, и поэтому опускается ниже и ласкает нежные, но уже возбужденные соски парня. Чимин шумно вздыхает и опять это — музыка для Юнги, опять транс для Чимина. Юнги играет с правым соском своим языком, слегка прикусывает и засасывает, а левый сосок сжимает пальцами до легкой болезненности. Чимин стонет и извивается в руках парня, горячее дыхание опаляет Пака, так что ему кажется, что с него сейчас сняли кожу, и он каждой клеточкой, каждым нервом чувствует все прикосновения, и это безумно возбуждает его. Юнги уже почувствовал, как из штанов Чимина что-то вырывается с большим желанием, и он проходит по паху, рукой прижимаясь и чуть задерживаясь на самом возбуждении.  — Можно я попробую тебя? — шепчет Мин своим шепелявым голосом, а у Чимина и от того, и от другого, голову сносит напрочь, он только кивает в ответ, потому что слов нет, они все умерли, застряли где-то там, откуда должны были рождаться, и Пак просто забыл все буквы корейского алфавита.        Юнги снова затягивает Чимина в долгий и нежный поцелуй, и в это время расстегивает молнию брюк. Он не снимает их, а просто запускает руку под ткань и своей горячий ладонью обхватывает до предела возбужденный член парня. Чимина больше нет, он потерялся между реальностями. Он стонет так громко и так сладко, что даже сам от себя не ожидал, что умеет так делать. Юнги проходит рукой, а потом помогает себе освободить возбужденную плоть от давления тканью и внимательно рассматривает его.  — Что ты там ищешь? — не понял Пак, почему Юнги остановился.  — Ты идеальный. Ты просто идеальный везде. Ты — мой космос, — шепчет Мин, а у Чимина щеки залились румянцем, ему говорили, что он красив, но чтобы и его член был идеальным, никто и никогда.        Чимин успевает хихикинуть только один раз, потому что Юнги прикасается губами к головке члена, а Пака прошибает всего, словно током. Ему делали минет девушки, но это не сравнить даже с тем, как он ощутил банальное прикосновение губами парня к его члену, а что будет дальше… А дальше Чимин не помнит ничего, потому что, когда Юнги заглатывает член полностью, он практически теряет сознание, он не понимает, где находится, и что сейчас происходит. Он только ощущает влажный язык на своей плоти и лёгкое давление, когда Юнги проходит вниз по члену, а потом вверх и втягивает щеки. Смачный звук прошиб тишину в комнате, когда Мин оторвался в очередной раз от плоти. Чимин издает долгий и протяжный стон, естественная смазка начинает стекать с головки, а Мин кончиком языка слизывает ее и мычит от удовольствия. Он давно хотел это сделать, еще когда сидел там, за отдельно стоящим столом на вечеринке, уже тогда фантазировал на эту тему, но тогда он думал, что это все будет дерзко и грязно. А сейчас здесь, в этой комнате, когда он узнал Чимина ближе, ему хотелось только нежности. Грязно и дерзко будет, но не сейчас, не сегодня. Юнги прикусывает губами головку, а потом опять полностью погружает член себе в рот, руками он играет с возбужденными сосками парня. Чимин никогда не думал, что его соски — это одна большая эрогенная зона. Юнги ногтем подергивает сосок, от чего Пак вздрагивает и хватается то за волосы парня, то за мятую простыню. Движения ртом Юнги ускоряются.  — Юнги~я, я не могу больше. Я сейчас взорвусь, — стонет Пак.  — Давай малыш, вот так. Давай. Я помогу тебе, — и сжимает в руке горячий и пульсирующий член.        Еще несколько резких движений, и Чимина накрывает оргазм такой невероятной силы, что ему показалось, что он сейчас провалился куда-то и летит со скоростью света. Воздух в комнате искрил мелкими разрядами. Лишь туман в глазах и шум в ушах.        Юнги смотрит на руку, по которой стекает горячая и липкая сперма и одновременно пачкает живот Чимина. Парень лежал, прикрыв глаза и пытаясь восстановить дыхание.  — Юнги. Я еще никогда и ни с кем не испытывал такого оргазма, — шепчет Чимин, не открывая глаз.        Юнги улыбнулся, поцеловал Пака в живот и отправился в ванную комнату вымыть руки, а когда вернулся, увидел сидящего на кровати Чимина, который пытался собрать с живота в руки все то, что с сейчас вышло из него.  — Мне надо в душ. Подождешь? — спрашивает Чимин, слегка смущаясь своего собственного вида.        Он удаляется, а Юнги валится на кровать, закидывает руки за голову и мечтательно смотрит в потолок. То, чего он так долго хотел, случилось. Здесь и сейчас. Ему, конечно, очень хотелось бы продолжения, хотелось бы доставить удовольствие своему мальчику немного по-другому, но сейчас он довольствовался тем, что имеет. А имел он сейчас у себя во рту не что иное, как член своего парня. Размышляя над этим, он даже не обратил внимание, что Чимин уже долгое время находится в душе и не выходит.  — Малыш. С тобой все в порядке? Почему так долго? Тебе плохо? — стал уже волноваться Мин, а вдруг ему не понравилось, а вдруг он больше не захочет видеть его?        Юнги старался отмести все эти негативные мысли от себя, но волнение нарастало. Через несколько минут Чимин вышел из душа, обмотанный полотенцем вокруг своих идеальных бедер, и смотрелся безумно красиво. Он прилёг на кровать, подлез подмышку Юнги, уложил свою голову на грудь парня, а рукой обхватил за талию.  — Спасибо, — только и смог сказать он.        Юнги лежал ни живой-ни мертвый, его малыш сейчас обнимал и прижимался к нему.  — Юнги? — тихо шепчет Чимин, поглаживая осторожно грудь парня и запуская пальцы под ткань футболки.  — Что, малыш? — отвечает Мин, а сам еле дышит.  — Я хочу попробовать, — говорит младший и от смущения утыкается носом в плечо парня.  — Что попробовать? — не совсем понимает Мин.  — Тебя попробовать, на вкус. И тебя попробовать в себе, — опять от смущения жмурится и прижимается сильнее.  — Ты правда этого хочешь? — Юнги удивляется тому, что слышит, он просто не верит своим ушам. Неужели его мальчик все-таки решился? — Я знаю, как. Гук мне все показал. И как готовиться, тоже.         У Юнги глаза на лоб полезли.  — В каком смысле «показал»?   — А. Нет. Ты неправильно понял. Он мне просто все рассказал об этом, — улыбается Пак, а потом чуть тише добавил: — И я, правда, хочу этого.        Юнги поднимает лицо Чимина со своей груди, смотрит внимательно, а потом тянется и целует, но уже не он целует Чимина, а Чимин накрывает его своим поцелуем. Что-что, а целоваться Чимин умел. Все девчонки писали кипятком, когда еще в старшей школе он начал обращать внимание на девочек. И те, кому повезло встречаться с Паком, а уже тем более целоваться, считались победителями по жизни. Чимин не целовал, он затягивал куда-то в свой нереальный мир, откуда не хотелось возвращаться. Его пухлые и такие сладкие губы обхватывали рот Юнги и не давали сделать даже малейшего вздоха. Мин задыхается, раскрывает рот и мычит, когда язык сразу же оглаживает его нёбо. Языком во рту парня орудовали настолько мастерски, что Юнги забыл про все на свете и хотел просто остаться в объятиях этого, казалось бы, маленького и нежного мальчика. Чимин прикусывал по очереди одну за другой губы Юнги, затем засосал так, что Мин протяжно застонал от нахлынувшего удовольствия, он возбуждается за долю секунды. Не останавливаясь и продолжая свой страстный поцелуй, Пак начал стаскивать с парня футболку, а затем и штаны, сразу с бельем. Он начал постепенно опускаться ниже и ниже к шее, облизывая и прикусывая кожу, затем к ключице, там он не сдержался и оставил смачный засос, от чего Юнги отрывисто простонал. Значит, его мальчик может быть дерзким, значит, у них может быть жестко и грязно, но не сегодня, не сейчас. В эту ночь Юнги позволит Чимину быть развязанным, но сам будет с ним нежным и ласковым. Только так, и никак по-другому.        Чимин проходит языком еще раз по шее и кадыку парня и доходит до вздыбленных сосков. Юнги только и смог тихо поскуливать, когда Пак втянул один сосок в себя, а потом резко отпустил. Прикусил и зализал, поиграл языком и еще раз присосался. Так прошло несколько минут, пока Пак не наигрался и начал опускаться вниз к колом стоящему члену. Чимин еще ни разу в жизни не видел так близко мужской член, ну если не считать свой собственный. Он рассматривает его какое-то время, крутит его в руке, поворачивает из стороны в сторону и не может налюбоваться.  — Ты там что, кроссворды решаешь? Члена давно не видел? — едва слышно посмеиваясь над внимательным взглядом Чимина, спрашивает Юнги, поднявшись на локтях. — Или не знаешь, с какой стороны начать?  — Чужого? Нет, — смеётся Пак, который уже немного осмелел. — Я просто думаю, как он у меня поместится. Он же огромный.  — Ты про что сейчас? Где поместится? — сделал вид, что не понял, Мин.  — И там, и там, — поясняет парень и начинает легонько стимулировать возбужденный орган руками.  — Не попробуешь, не узнаешь, — отвечает Юнги, и последние слова просто проглатывает, потому что Чимин все-таки касается его головки своими пухлыми и горячими губами. — Ох, малыш. Как же хорошо ты это делаешь, — стонет Юнги, как только Чимин сжимает в руке горячую плоть, вынуждая с губ Мина сорваться вздоху облегчения.        Член в руке приятно пульсирует и так же идеально помещается  в ладонь. Его размер больше среднего и даже очень, это все Чимина страшит, но и в то же время манит своей неизвестностью.        Чимин старается взять полностью и поглубже, просто ради интереса, чтобы знать свои возможности. А возможности говорили о том, что у него напрочь отсутствует рвотный рефлекс, и он может брать глубоко и держать долго, до потери сознания партнера, до последнего издыхания. Он резко втягивает покрасневшую головку в рот, заставляя Юнги одобрительно взвыть. Губы плотным кольцом смыкаются вокруг головки и опускаются все ниже, заглатывая по всей длине. Чимин берёт все глубже и, для остроты ощущений, в ладони слегка сжимает яички. Юнги же запускает свои длинные пальцы в волосы парня и, уже не контролируя себя, начинает насаживать его рот себе на член до самого основания. С глаз  Чимин брызнули слёзы. Пару движений, и он приходит в себя.  — Прости, малыш. Я не должен был. Просто ты так хорошо это делаешь, — он реально испугался за парня.        Чимин хихикает, не отрываясь от действий, пуская по члену волну вибрации. Он вытирает скатившуюся слезу и пропускает член в себя глубже, позволяя тому скользнуть в горло. Юнги протяжно хрипит, что свидетельствует о правильности действий Чимина, и это настолько сильно придает ему уверенности, что он с большим усердием принимается сосать.        Юнги не может больше, он хочет Чимина, хочет войти в него, сейчас, в эту минуту, в эту секунду. Он подтягивает парня к себе, перекладывая его на спину, раздвигая ему ноги и устраиваясь между них.  — Там, в тумбочке, — Чимин показывает рукой на прикроватную тумбу, где лежит все необходимое.  — Интересненько. А кого это ты тут ждал, если ты не знал о моем приезде? — Юнги вопросительно смотрит на напуганного и абсолютно голого Чимина.  — Это не я. Это все Чонгук. Сунул мне пакет со всем этим в чемодан с запиской «У тебя будет много свободного времени. Тренируйся». — Молодец, Чонгук. Надо будет ему сказать «спасибо», — говорит Юнги и вытаскивает тюбик смазки и презерватив из ящика. — Ну что, малыш, ты точно решил?        Чимин машет головой, а в глазах читается страх от неизвестности.  — Если будет больно, скажи, я тут же прекращу.        Юнги нависает над парнем и начинает его целовать. Просто потому что хочет, просто потому что надо, надо расслабить его и отвлечь от неприятных ощущений, которые он испытает при первом проникновение, при первой растяжке. Он проходит горячим языком по упругому прессу Чимина, облизывает пупок парня, а Пак под ним задыхается, растягивается на простынях и стонет изрядно в голос. Мин выдавливает смазку, откидывает тюбик в сторону и опять, упираясь одной рукой о кровать, нависает над парнем и целует его уже возбужденный член. Чимин снова попал в нирвану. Он не понимает, где он сейчас, только чувствует с силой нарастающее возбуждение и что-то, что уперлось ему в анус. Юнги аккуратно массирует заветную цель, не переставая посасывать дрожащий член, и потихоньку проталкивает сначала один палец. Чимин выгибается на кровати, упираясь стопами в матрац.  — Тише-тише, малыш. Мне прекратить? — шепчет Юнги.   — Нет, продолжай. Я хочу этого, — через силу говорит Чимин.        Юнги продолжает одной рукой ласкать член и облизывать его языком, а другой проталкивать палец глубже. Когда понимает, что уже можно, потихоньку всовывает второй палец.        Чимин тренировался, когда обнаружил находку в чемодане и, естественно, подготовился к сексу. Не зря же он просидел в ванной комнате добрых полчаса, и Юнги чувствовал, что мышцы хорошо поддаются растяжке. Он аккуратно ввел два пальца вглубь и развёл их внутри парня, в виде раскрывающихся ножниц. Жжение и дискомфорт преобладало над удовольствием, но Чимин понимал, что все это временно, и он получит удовольствие от этого, когда Юнги войдет в него на всю длину. А сейчас надо просто потерпеть. И он терпит, стонет то ли от боли, то ли от ласки, и хватается руками за все, что может достать: край кровати, простыня, волосы Юнги.        Еще несколько движений, и уже три пальца в нем. И Пак понимает, что уже не так жжет, не так болит, а когда Юнги, сделав несколько глубоких движений пальцами, дошел до простаты и ударил по ней, Чимин от неожиданности вскрикнул, такого он не испытывал уж точно никогда и не с кем. Искры из глаз, молнии над кроватью и золотая пыльца накрыла парня с головой, а это всего-лишь начало. Юнги толкается в последний раз в жаркую узость и отстраняется.        Мин подкладывает подушку под поясницу Чимина, одну ногу заносит себе на плечо, нежно целует в голень, лижет языком и Пак чувствует стоящий колом член, и стонет, раскрывает рот от нехватки воздуха. Они оба на грани, хочется, очень хочется, до боли в мышцах, до сладостных вздохов, до потери сознания.        Юнги проходит головкой, дразня, пару раз вокруг входа, а когда чувствует, как Чимин сам начинает подталкиваться к его члену, наконец-то толкается внутрь, медленно и осторожно. Мышцы под его напором послушно раскрываются. Юнги удерживает его крепко и входит до конца порывистым движением, Чимин срывает голос от истошного крика, но при этом сам повторяет движения за парнем, прижимаясь своим задом все теснее. Мин начинает понемножку набирать темп, от чего по всей комнате расходятся характерные шлепки от удара бёдер по ягодицам. Чимин стонет, как никогда, потому что ему не оставили шансов на выживание, потому что Юнги выходит почти полностью и загоняет член обратно, при этом нежно прикусывая чужую, мокрую от пота, голень, и шепчет до появления бабочек в животе. Юнги знает, под каким углом нужно двигаться, чтобы все тело сводило в судороге, скручивало от возбуждения и от нарастающего оргазма. А у Чимина ощущение, что Юнги знает все его эрогенные зоны и осведомлён обо всех особых предпочтениях. Чимин плавится в руках Юнги и всецело отдается ласкам. Его тело от силы толчков ездит по простыне, а из груди вырывают стоны и всхлипы. И это все настолько правильно, настолько восхитительно, что теория о том, что Чимин по девочкам, канула в лета.        Чимин приоткрывает рот и хнычет каждый раз, когда головка задевает простату. Его член пульсирует и просит о разрядке, и Юнги чувствует это и помогает мальчику, начинает массировать рукой, сжимая член в руке до появления легкого давления.         Юнги продолжает методично и ровно вбиваться в Чимина и не сбивается с поставленного ритма ни на секунду. Он наклоняется и затягивает его в поцелуй, прикусывает и оттягивает нижнюю губу, и с каждым разом усиливает ритм и глубину проникновения. Пак стонет, цепляется пальцами в спину и кончает обильно и сладко, не в силах оторваться от целующего его мужчины. Юнги не заставляет себя долго ждать, он кончает практически следом, издав душераздирающий стон, который Чимин не слышал никогда. Еще несколько завершающих толчков, и он валится рядом с парнем без сил.        Перевернувшись на спину, подгребает к себе еще не восстановившего дыхание парня, обнимает его и целует в мокрые волосы. Они так оба до звёзд в глазах удовлетворённые жмутся друг к другу кожа к коже. Чимин лежит так в тишине, уткнувшись в шею Юнги, и наслаждается моментом.  — Ты будешь моим? — разбил тишину Юнги, как только восстановил дыхание.        На вымученном лице Чимина появилась лёгкая улыбка.