One piece - Руби

      Первая неделя на «Железной деве» пронеслась для Руби незаметно. Но главное, что без особых неприятностей. Главной заслугой этому служило то, что капитан Гуд распределил ее на корабельную кухню под контроль Жака Бульона. На кухне всегда было много дел, так что местным дозорным было не до Руби, да и никто бы не посмел ее задирать под опекой внушительного, но добродушного кока. К Руби он относился хорошо, хотя его и разочаровало полное отсутствие у нее таланта к готовке. После первого же дня когда она умудрилась напортачить в каждом из его поручений, естественно ненамеренно, то теперь ей доверяли только мытье нескончаемого количества посуды. Не так она конечно представляла свою службу в дозоре.       Но были и свои плюсы — от Жака ей частенько перепадали небольшие угощения, да и старый кок любил поговорить и найдя в Руби благодарного слушателя рассказывал множество историй, которые успели у него накопиться за долгие годы службы в дозоре. Благодаря этим историям Руби начинала больше узнавать и о самом дозоре и об опасностях, которые поджидают в коварных морских водах.       — Наверное самая жесткая стычка, которую мне посчастливилось пережить была с командой рыболюдей, лет семь назад, — в один из дней в очередной раз начал свой рассказ Жак, в процессе разделки большой рыбины для обеденного супа. Он занес над рыбиной огромный поварской тесак и одним махом снес ей голову, — Капитаном был премерзкий тип, вот с таким носом-пилой, как у акулы, — Жак картинно приставил тесак в продолжение к своему носу изображая размеры пилы. Выглядело это забавно и Руби не сдержалась и улыбнулась, продолжая монотонно оттирать необъятную сковородку.       — Арлонг, вспомнил. Его звали Арлонг. Рыболюди очень опасные противники, им море что дом родной, там они во сто крат сильнее. Если бы не вовремя подоспевшая подмога в лице адмирала Аокидзи, то плохо бы нам всем пришлось тогда. Они его только завидев бросились врассыпную, даже корабль оставили, мы его конфисковали конечно, жаль никого не поймали, уж больно быстро плавают заразы. Но шрам с той бойни у меня до сих пор ноет на смену погоды особенно, но хоть жив остался. Вдруг раздался оглушительный пушечный залп и вся кухня заходила ходуном под тревожный перезвон поварешек и сковородок. Все работники кухни и сам Жак замерли и напряжённо вслушивались. На борту явно что-то происходило:       — Так, слушать меня, народ! — взревел Жак, — - Вооружайтесь и быстро на подмогу к капитану. У нас явно непрошенные гости! — все тут же побросали свои ножи, кастрюли, терки и быстро бросились к выходу с кухни. Руби стараясь не отставать кинулась было за ними вслед, но что-то ее дернуло назад. Обернувшись она увидела Жака державшего ее за форму.       — А ты, Руби, марш в свою каюту, — строго пробасил он, грозно шевеля своими длинными усами.       — Но я ведь тоже дозорная! Я в состоянии сражаться! — за эту неделю у нее не было ни шанса хоть как-то проявить себя и наконец-то он появился. Отсиживаться в каюте она не собиралась. Как и бесконечно ошиваться только на кухне в неравной схватке с грязной посудой.       — Ты всего-лишь юнга, а значит подчиняешься приказам старших по званию. Увижу тебя на борту, то получишь взбучку от меня лично!       — Ладно, ладно, я поняла, — недовольно ответила Руби, еле освобождаясь от цепкой хватки кока. — Я иду в каюту! — конечно она туда идет, катана ведь осталась там. Несмотря на ее яростные споры с оружием ее Жак не допускал сюда. А там посмотрим, как он ее сможет остановить. Хотя, может в этот раз ее помощь и не потребуется, еще непонятно, что вообще происходит.       Удовлетворенный ее ответом, Жак выпроводил ее с кухни и проследив что девушка повернула в сторону кают, сам бросился к носу корабля откуда доносился оживленный ропот, зычные команды капитана, топот и звон оружия. Прогремел еще один пушечный залп.       Руби бросилась к борту корабля и сильно высунулась вперед, чтобы разглядеть что творится на дальней палубе и в море. И первое же что она увидела был большой корабль несущийся прямо на их с носовой части под грозно развивающимися черными парусами с каким-то знаком на них, разглядеть который было тяжело с ее позиции. Напасть на корабль дозора? Насколько надо быть безумным чтобы решится на такое? Да и они не перевозят никаких особых ценностей. Что эти пираты здесь забыли? Но ума зайти с той части судна где их сложнее всего достать пушками им хватило. Нужно спешить.       Больше не оглядываясь Руби стремительно побежала в свою каюту, прогремело еще несколько выстрелов, затем грохот и корабль сильно затрясло и качнуло. Руби потеряла равновесие и ее тут же обдало водой. Девушка лишь в последнюю секунду успела ухватиться за борт чтобы ее не смыло прямо в открытое море. Пираты тоже открыли по ним пальбу! Дело плохо. Она ничего не сможет сделать, если их корабль просто затонет! Вся мокрая с головы до ног Руби все-таки забежала в свою каюту. Откуда эта дрожь? От холодной морской воды или ей просто страшно? Впервые за столько лет, когда она уже решила, что разучилась испытывать это чувство. Нет, не время поддаваться панике. Где же ее катана?! Из-за тряски все вещи в ее комнате были перевернуты. Она точно помнила, что засунула меч под матрас, но теперь он просто валялся в углу комнаты, клинка под ним не было и Руби разочарованно отбросила его в другой угол, матрас залетел под кровать и случайно вытолкнул оттуда ножны с катаной. Схватив оружие Руби ощутила привычный прилив уверенности, но тут прогремел еще один взрыв будто бы прямо у нее над головой, с потолка на девушку посыпались крошки, а сама она опять упала от сильной качки. Оставаться в каюте было ничуть не безопаснее, чем в любом другом месте корабля. Но она и не планировала.       Руби выскочила обратно на скользкую от морской воды палубу в тот самый момент чтобы увидеть нависший над ними пиратский корабль. Они идут на таран! Руби инстинктивно схватилась за какие-то металлические ступени и только это помогло ей удержаться, когда два корабля столкнулись.       Раздался треск, скрежет, какие-то крики, затем с пиратского корабля полетели гарпуны с веревками по которым с боевым улюлюканьем скатывались до зубов вооружённые пираты, беря их корабль на абордаж. Вот теперь и ее помощь может быть полезна.       Продвигаться вперед по мокрой палубе с постоянной качкой было тяжело, но она спешила как могла. Звуки битвы впереди становились слышнее и отчетливее с каждым ее шагом. Она уже даже могла видеть белые фигуры дозорных отчаянно сдерживающих натиск пиратов и слышать громкие приказы капитана Гуда.       — Обрубить веревки! Отрезать им пути сюда! Держать строй! ОРУЖИЯ ЗАРЯЖАЙ! ПЛИ!       Руби наконец добежала до носовой части корабля, ставшей полем битвы и тут по одной из веревок с безумным смехом спустился видимо и сам капитан пиратов. Внешность у него была отталкивающая: длинные завивающиеся кверху усы, темные очки, мерзкая ухмылка демонстрирующая дыру вместо переднего зуба и в довершение ко всему дурацкая маска с кроличьими ушами. Как теперь смогла разглядеть Руби на черных парусах тоже был изображён череп с кроличьими ушами.       — УЗНАЛ МЕНЯ ВЕРИ ГУД? — проорал капитан пиратов, — Я УСАККОВ, КАПИТАН ПИРАТОВ БЕЛОГО КРОЛЯ И СЕГОДНЯ ТЫ ОТВЕТИШЬ МНЕ ЗА ТО ЧТО ЗАСАДИЛ МОЕГО БРАТА В ИМПЕЛ ДАУН!       — НИЧТОЖЕСТВО! ТЫ И ТВОЙ БРАТ ЦУНОККОВ! ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ ЧТО ЗАЯВИЛСЯ НА ЖЕЛЕЗНУЮ ДЕВУ! — не менее яростно проорал ему в ответ капитан Гуд. И только тут       Руби увидела, что их капитан был… ШАРАМИ? Орущая голова висела прямо в воздухе в то время как остальные части тела в виде шаров яростно атаковали наступающих пиратов не давая им продвинуться. Руби и не знала, что их капитан был фруктовик. Она еще никогда не встречала никого из съевших дьявольский фрукт, но была наслышана о их силах. Теперь она могла убедиться в этом сама.       — А КАК ТЕБЕ ТАКОЕ, ГУД?! — закричал Усакков вытягивая вперед руку с огнестрельным оружием и целясь в один из шаров. Прогремел выстрел и пуля попала прямо в цель. В одно мгновение шары вновь собрались в единого капитана, который сразу же упал на колени держась за плечо, которое уже расплывалось кровавым пятном.       — Они используют кайросэки! Капитан ранен! — закричал кто-то из дозорных.       Руби слышала о кайросэки. «Морской камень». Редкое вещество из которого делают оружие, наручники, решётки и многое другое для сдерживания силы дьявольских фруктов. Является главной слабостью всех фруктовиков наряду с морской водой. Такова цена этой силы. Обретая невиданное могущество, обладатель становится абсолютно беспомощен при контакте с обычной морской водой. Упади они в воду они сразу же теряют способность двигаться и идут ко дну прямо в объятия морскому дьяволу. У кайросэки были такие же свойства.       Лишившись поддержки капитана линия обороны дозора была быстро сломлена, Многие дозорные уже были ранены, где-то под ногами пиратов Руби увидела грязный и помятый поварской колпак. Сердце Руби сжалось, она яростно выхватила катану из ножен и бросилась вперед.       — Приказываю вам сдаться! — крикнула она пиратам, но голос предательски дал слабину и прозвучал не так грозно, как она планировала.       Но Усакков ее заметил и мерзко захохотал.       — Ну и малявка! Сбросьте ее за борт! Мишакков разберись с этой наглой козявкой!       Из толпы пиратов на нее двинулся огромный амбал с не менее огромной дубиной в руках усиленной жуткими шипами. Остальные дозорные, все еще державшиеся на ногах, были слишком заняты обороной раненого капитана, чтобы хоть как-то ей помочь. Но это она им пришла на помощь, а не наоборот.       Руби выдохнула, сконцентрировалась активируя волю наблюдения. Мир будто замедлился, она видела каждый шаг гиганта еще до того как он его совершит. Один взмах клинка и лезвие будто запело окруженное волей вооружения, в разы усиливающая любую атаку. Амбал замахнулся на нее дубиной, но катана была быстрее. Почти незаметное глазу движение клинком и рука с дубиной мерзко рухнула вниз, так и не разжав пальцы. Гигант будто не сразу понял что произошло. Он тупо посмотрел на место где мгновение назад еще была его рука, затем его лицо исказила гримасса боли и злости, он зарычал и рванул вперед на девушку, но еще один взмах и его голова улетела в морскую пучину, а тело рухнуло прямо перед Руби.       — МИШАККОВ НЕТ! ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛА МЕРЗАВКА! ВЗЯТЬ ЕЕ! ВЗЯТЬ! — завопил капитан пиратов.       На нее бросились не менее пяти пиратов. Но это уже не имело никакого значения. Она была в своей стихии. На губах играла жесткая улыбка, а катана в руке разила всех, кто смел приблизиться к ней. Скоро палуба вокруг нее окрасилась кровью, а поток желающих учинить над ней расправу заметно поредел. Даже Усакков орал уже не так уверенно, постепенно отступая обратно к своему кораблю.       Защищавшие корабль дозорные, воспользовавшись появившейся среди пиратов неразберихой, тоже стали оттеснять их назад. Ход битвы был переломлен. Перескочив через тела поверженных ею врагов Руби стремительно понеслась к самому Усаккову, тот испуганно завизжал, несколько раз безуспешно выстрелил — хаки наблюдения помогало легко увернуться от пуль, затем отбросил в сторону бесполезное уже оружие, упал на колени и завопил:       — СДАЮСЬ! НЕ УБИВАЙ, АААА! СДАЮСЬ! ВЫ ПОБЕДИЛИ! Весь в соплях и слезах он представлял собой поистине жалкое зрелище. Руби остановилась в шаге от него, вытянула к его шее лезвие и чуть ли не прошипела:       — Прикажи им бросить оружие!       — ВСЕМ БРОСИТЬ ОРУЖИЕ! МЫ СДАЕМСЯ! — тут же послушно завопил пират, жалко поскуливая. Смотря на полную капитуляцию своего капитана, его команда действительно побросали на пол оружие и попадали на колени. Дозорные тоже растерянно замерли так и застыв с заготовленным к бою оружием.       — Арестуйте их! И быстро окажите помощь капитану и остальным раненым! — крикнула на них раздраженная их ступором Руби. Ее слова тут же возымели эффект: дозорные сразу забегали, кто-то занялся связыванием пленных пиратов, кто-то собирал брошенное ими оружие, часть бросились к почти обездвиженному капитану, помогая ему подняться. Некоторые раненные из тех что лежали на палубе, тоже зашевелились, пытаясь встать на ноги.       Руби все так же стояла с приставленным к горлу лезвием испуганно хныкающего пирата. Дозорные явно откладывали момент приблизиться к ней и связать Усаккова. Она обернулась и встретилась взглядом с тяжело дышавшим, но уже стоявшим почти самостоятельно капитаном Гудом. Она боялась увидеть в его взгляде тоже самое, что видела тогда во взглядах жителей ее деревни на том фестивале огня. Но в его взгляде было глубокое удивление вперемешку с восторгом.