Море среди песков

В пустыне Великого Змея, ближе к границам королевств лунных эльфов, песок постепенно сменялся сухой потрескавшейся землёй, которая потом переходила в камень. Это место называлось Клык. Издалека казалось, что это одна гора, но оказавшись ближе, можно было заметить, что это множество булыжников и камней, которые наросли друг на друга. Они образовывали своеобразную систему арок и туннелей, которые защищали от солнца, так же впадинах Клыка скапливалась дождевая вода. Казалось бы, почему пустынные племена не сражаются за право поселиться на Клыке? Всё было просто: тут не было толком никакой растительности, а так же обитало множество скорпионов и змей. Тем не менее Клык часто использовали для временной остановки, чтобы отдохнуть от жара солнца и пополнить запасы воды. Впрочем, на этой территории было запрещено появляться караванам: ведь по поверьям это был окаменелый клык Великого Змея, а значит те, кто не почитает его, не смеют появляться тут. Асита с Альбертом делали обход ближайших туннелей от пещеры, где расположилось племя. То отдыхала и залечивала свой хвост, поэтому они передвигались пешком. День был в самом разгаре, через небольшие отверстия в туннель падали пятна солнечного света, позволяя Альберту хорошо ориентироваться. — Тебя что-то беспокоит? — обратился он к Асите, который выглядел чересчур сосредоточенным. — Нападение, — кивнул эльф. — Оно было слишком странным. — То, что только двое из ваших воинов были убиты, говорит о хорошей боевой подготовки племени, — Альберт пожал плечами, он пошевелил пальцами, поднимая несколько капель воды и заставляя их переливаться в лучах солнца. — Мне кажется, это ещё не всё, — так же задумчиво произнёс Асита, а потом склонил голову в сторону Альберта. — Чёрные Скорпионы достаточно часто нападают на племена, чтобы повеселиться, но в этот раз они отступили, словно не завершив дело до конца. У них точно оставалось ещё достаточно сил, чтобы сражаться. И потом, Мадо. — Что Мадо? — отозвался Альберт, разжимая руку и заставляя капли превратиться в маленьких водяные бабочек. — Там был только один, который напал на меня. В лагере никого не было, — Асита рассеяно следил за танцем магических бабочек в лучах солнца. — Не может быть, что у них только один Мадо, и не может быть, чтобы Мадо Чёрных Скорпионов отказался от хорошей драки. Альберт понятливо промычал и дёрнул пальцами, заставляя капли собраться в одну водяную рыбу. — Когда ты так говоришь, это действительно странно звучит. — И всё же, я никак не могу понять, что это могло бы означать, — Асита остановился и тяжко вздохнул. Альберт сделал ещё пару шагов по каменному туннелю, дно которого было покрыто странной белой пылью, и обернулся. Он посмотрел на эльфа. Асита стоял, нахмурившись, и одной рукой растирал висок. На нём было меньше одежды, чем обычно: лицо и руки были открыты, хотя запястья по-прежнему были обмотаны белой тканью. В уши в это раз были вставлены красные камни, после заверений Альберта, что те отлично сочетаются с его глазами. Асита был высоким, с сильной линией плеч и острыми чертами лица, он был опасным воином, которому почти не было равных в пустыне, но почему-то, смотря на него, слегка уставшего, растерянного, Альберт испытывал только умиление. Он вернул воду в бурдюк, подошёл к эльфу, и привстав на цыпочки, положил ладонь на щёку, поворачивая лицо Асита к себе. — Иногда не надо ничего понимать, — мягко улыбнулся он. — Можно годами биться над загадкой, но так ничего не понять. Иногда поступки не имеют смысла, а в словах нет сути. Жизнь всё расставит на свои места, поэтому иногда нужно просто перестать пытаться что-то понять и просто быть готовым к изменениям, которых не избежать, — глаза Альберта были зелёно-голубыми, они как дорогой шёлк затягивали все мысли Асита, а манящий изгиб губ лишал дара речи. Эльф положил одну руку на талию человека, другой обхватил его затылок, притянул ближе и поцеловал. Альберт с таким же пылом ответил, обхватил руками за шею, подтягивая ближе. Для Асита человек уже стал неотъемлемой частью жизни. В бою с Чёрными Скорпионами Альберт не лез вперед, но стоял чуть вдалеке и периодически разил врагов каплями воды. Он сражался, как полноправный член племени Алого Песка. Через какое-то время они оторвались друг от друга, всё ещё утопая во взглядах друг друга. Асита нежно погладил человека по лицу, а потом аккуратно заправил непослушную прядь за ухо. — Меня поражает то, как ты иногда говоришь, словно умудрённый опытом старик, — с улыбкой произнёс эльф. — Я многое повидал, — Альберт дерзко выгнул бровь. — Когда только успел? — в голосе Асита была добрая насмешка, пока он продолжал большим пальцем нежно поглаживать человека по щеке. — Я стараюсь жить интересно, — тихо рассмеялся Альберт и снова поцеловал Асита, увлекая того за собой ближе к стене тоннеля. Эльф последовал за ним, прижимаясь ближе, обнимая своего человека. В глубине души, Аситу становилось страшно потерять Альберта. Им суждено быть вместе ничтожно мало, по меркам эльфов, всего пара десятков лет, поэтому он собирался взять всё, что может предложить ему время.

***

В тени Клыка не нужно было бояться жара пустынного солнца, племя позволило себе передышку. Эльфы ходили и пополняли запасы воды, собирали кору и листья белых деревьев, проверяли оружие, чтобы быть готовыми к нападению. Другие Мадо разделяли опасения Аситы по поводу Чёрных Скорпионов, но они решили не делиться этим с племенем, чтобы не сеять панику. Закончив с делами, Асита вернулся в палатку. Альберт не заметил его. Человек лежал среди раскиданных подушек и в свете пары свечей читал какую-то книгу с кривым замком на обложке. Вроде как это был сборник сказок. Свет и тень скользили по изгибам человека, его загорелой коже и редким шрамам. Альберт сам был историей, он хранил в себе столько всего, что это не смогла бы вместить и сотня книг. И что их ждёт? Альберт поседеет и обратиться старцем меньше, чем через столетие. Это заставляло Аситу впасть в странную меланхолии. Ему хотелось сохранить эти мгновения, чтобы человек жил столько же, сколько и он, но это было невозможно. Они принадлежали разным расам, и если эльфы были ограниченны в магии, то люди — во времени. Асита понимал, что Альберт прекрасно всё осознаёт. Человек имел живой ум и большой опыт, вряд ли он мог упустить такую вещь из виду. И всё же Альберт был здесь. Читал книгу в шатре Аситы, следовал за его племенем и клялся, что хочет провести всю свою жизнь рядом с ним. Разве Мадо имел право его подвести? Именно поэтому Асита отбросил прочь свою меланхолию, скинул верхнюю тунику, присел аккуратно сзади Альберта и, склонившись, нежно поцеловал его в обнажённое плечо. Человек слегка вздрогнул, а потом повернул голову, тепло улыбаясь. — Наконец-то ты вернулся, — промурлыкал он и подставил лицо, всем видом ожидая поцелуй. Асита обхватил лицо Альберта двумя руками, нежно поглаживая его по скулам и убирая непослушные пряди. — Старался как можно быстрее расправиться с делами, — Асита никогда в жизни не видел моря, но он тонул в глазах человека: то ли синих, то ли зелёных, непонятного, завораживающего цвета. Склонившись, Мадо поцеловал Альберта, а потом перевернул его, накрывая своим телом. Асита завёл руки человека над головой, вжимая его в подушки, и целовал, целовал, целовал… Пока в лёгких не стало мало воздуха, пока перед глазами не потемнело, а Альберт чуть ли не ругался-приказывал, требуя продолжения. Асита с радостью дал ему всё, показал свою любовь, как он нуждается в нём. Человек выгибался под ним, стонал, требовал большего, а Мадо давал это, входил глубже, жестче, быстрее. В какой-то момент Асита замедлился, а потом остановился, пристально всматриваясь в человека. Альберт хотел уже что-то сказать, но резко оборвал себя. В бледно-золотых, словно обесцвеченный щёлк, глазах эльфа была страсть, нежность, любовь, а так же тоска. Альберт на это тихо рассмеялся, обнял своего эльфа руками за плечи и притянул ближе. — Не надо, — с улыбкой прохрипел он в острое ухо, попутно двинувшись на члене. — Не позволяй будущему отобрать у нас настоящее, — он ещё раз двинулся, вырывая у эльфа прерывистый вздох. — Чтобы переживать о грядущих годах, нужно сначала их прожить. Пока у нас нет этого, есть только мы. — Ты когда-нибудь бываешь неправ? — рассмеялся Асита в шею Альберт, попутно целуя. — Очень часто, — он простонал, чувствуя, как эльф возобновил движение. Асита больше не думал. Он наслаждался временем и ночью с Альбертом. Человек был прав: он переживает о том, что не произошло. Нельзя тоске по будущему испортить счастья в настоящем. Уставшие и счастливые, они прибывали в сладкой дрёме, укрывшись шёлковыми простынями, когда полог палатки Аситы резко откинули и внутрь, шатаясь, ввалилась пьяная фигура. — А вот и мой брат! — торжественно объявил Чидиб. — Я искал тебе по всему лагерю, но ты, не изменяя привычкам, скрылся при первой же возможности! — он пьяно рассмеялся, а потом задумался и вытянул головы, пытаясь заглянуть за ошеломлённого Асита: — Человек тоже с тобой? Надеюсь, я не прервал ничего интересного? — Чидиб пьяно захихикал и покачнулся, попутно отступая назад. Асита не находил слов. Его брат всегда был известен возмутительным поведением, он был наглым, буйным, задиристым, но ворваться пьяным в палатку Мадо? Асита думал, что Чидиб умнее этого. Альберт заворочался от громких звуков, но всё ещё не проснулся. Асита поднялся, накидывая на него покрывало, быстро натянул на себя штаны с туникой и потом решительным шагом направился к Чидибу, схватил его за рукав и потащил из палатки. — Полегче! — воскликнул брат и чуть не упал. Асита положил тому вторую руку на плечо и повёл их к окраине лагеря, стараясь не обращать внимания на понимающие взгляды соплеменников. — Когда ты уже повзрослеешь? — зло прошептал Асита. — Кто бы говорил, — едва слышно выдохнул Чидиб. Мадо на это невольно удивлённо поднял бровь. Он не думал, что брат его услышит и что тот ещё может соображать. Асита притащил Чидиба в ближайший туннель, скрытый от глаз. Из прорех в потолке падал лунный свет, а с одной стороны был небольшой пруд. Асита едва заметным ударом подбил Чидибу ноги, заставляя упасть на колени, и, прежде, чем тот понял, что произошло, окунул его голову в воду. — Ты что творишь! — взревел Чидиб, отплевываясь от воды. Асита отошёл чуть в сторону. — Это, чтобы ты протрезвел, — сказал он, скрестив руки на груди. В его взгляде не было сочувствия. — Будь ты проклят, — едва слышно прошептал Чидиб, убирая мокрые пряди с лица. Потом он поднялся, замерев напротив Аситы. Они были идентичными близнецами, внешне более похожи, чем две песчинки. Один рост, одна и та же ширина плеч, линяя скул, разлет бровей, цвет глаз — всё было одинаковым. Единственное отличие — тату красной змеи на лице Аситы. — К чему это было? — спросил он. — Как ты вообще посмел ворваться ко мне пьяный, пока я сплю, — он презрительно скривился. — А разве я не могу? — усмехнулся Чидиб. — Может, ты и забыл, но я твой брат, мы связаны кровью, к тому же, как близнецы, мы связаны судьбой. Я думаю, у меня достаточно прав, чтобы врываться к тебе, — он откровенно насмехался. — Разве для тебя кровь что-то значит? — Асита отразил его злую усмешку. — Ты только и твердишь о том, что ненавидишь меня и мечтаешь увидеть, как моё тело занесёт песок. Чидиб нахмурился, а потом резко подскочил к Асите и схватил того за отвороты рубашки. — Это для меня кровь ничего не значит?! — его глаза бешено сверкали, губы растянулись в притворной улыбки того, кто находился на грани, Асита не дрогнул, только сильнее нахмурился. — Это тебе всегда было наплевать на меня! Обращался, как с пустым местом, как пылью у тебя под ногами! О великий Мадо, неужели ты думаешь, я буду спокойно стоять в стороне и молча ожидать, пока ты соизволишь хотя бы взглянуть на меня?! — Я не несу за тебя ответственность! — наконец, взорвался Асита, отталкивая брата. — У меня своя жизнь, у тебя своя, я не обязан за тобой присматривать! — Мы братья! — в голосе Чидиба смешались злость и отчаяние. — Ты старше! Сам строй свою жизнь! Почему я должен нести за тебя ответственность? — Нас связала кровь, но ты отвернулся от меня! Что мне оставалось делать? — Твои действия — это только твой выбор! Не приписывай это мне! Сейчас, если убрать тату, нельзя было понять, кто из братьев кем является. В их глазах сверкали одинаковые злость, отчаяние и упрямства, брови были нахмурены, кулаки сжаты, всё тело напряжены. Это было похоже на спор с собственным отражением. Асита сделал глубокий вдох, слегка гася огонь внутри себя, и более спокойным голосом произнёс: — Мне надо присматривать за всем племенем, я Мадо. Лицо Чидиба тоже стало равнодушным. Огонь в глазах погас. — Но на человека ты же нашёл время, — спокойно заметил он. — Он не доставляет мне неприятностей, — жестко отрезал Асита, Чидиб дёрнулся от этих слов, словно его ударили. На мгновенье Мадо стало не по себе от такой реакции брата, но он затолкал глубже все сожаления. — Так вот я кто для тебя, неприятность? — улыбка Чидиба была кривой и хрупкой. — Ты мой брат, — Асита пожал плечами, а потом посмотрел на потолок, где среди отверстий виднелась луна. — Ты постоянно доставляешь неприятности, приносишь проблемы, но нас связала кровь. Я не знаю почему, но раз на то воля Великого Змея, то я не собираюсь ей противиться. Фигура Чидиба расслабилась и он резко громко рассмеялся. Асита перевёл недоумённый взгляд на брата. Тот долго надрывисто смеялся, успокоившись, тот бодро произнёс: — Хороший ответ для Мадо. Что ж, продолжай защищать племя, а я постараюсь и дальше оправдывать своё звание твоей тёмной половинки, — он подошёл к Аситу, ободряюще стукнул того по плечу и расслабленной, вальяжной походкой ушёл. Асита проводил его недоумённым взглядом. С детства они с Чидибом были не особо близки. Тот был послушным и весёлым ребёнком, всегда смиренно слушая рассказы сказителя и играя с другими детьми. Асита убегал при первой возможности и цеплялся за воинов, пробирался на склад с оружием, заворожённый блеском стали. Когда Чидиб так сильно изменился? Когда он стал вместо того, чтобы смеяться со всеми, кричать и спорить? Неужели так действовало проклятье близнецов? Тяжело вздохнув, Асита провёл рукой по волосам, потом немного выпил воды из пруда и вернулся в палатку. Там его ждал уже одетый Альберт со свечой в руке и книгой подмышкой. — Куда ты? — спросил Асита. — Проснулся и теперь не могу уснуть, — улыбнулся Альберт и, слегка привстав на цыпочки, поцеловал его в щёку. — Думаю, сходить немного почитать под звёздами. — Не отходи далеко, — Асита зевнул, опускаясь на подушки. — Мы проверили периметр, но в пустыне опасность может возникнуть в любой момент, — он ещё раз зевнул и потёр глаза, которые уже закрывались. — Не волнуйся, — Альберт потрепал его по волосам. — Я буду осторожен. Асита кивнул и опустился на подушки. Как только он закрыл глаза, то тут же уснул. Альберт какое-то время наблюдал за ним с мягкой улыбкой, а потом укрыл простынёй и поцеловал на последок в висок.

***

Альберт сначала не хотел уходить далеко от лагеря, но потом он всё шёл и шёл, пока не оказался на окраине клыка. Ночь была светлая, луна и звёзды освещали белый песок, предавая ему мистический цвет. Казалось, что это целое море серебра или бесконечный лоскут щёлка. Альберт не стал зажигать свечку, он сел за выступом, чтобы его не было видно на открытой местности, и прислонился к камню. В ночной пустыне была некая магия и тишина. Она умиротворяла и убаюкивала. Мысли текли лениво, неспешно, невольно вызывая улыбку на лице. Когда Альберт понял, что засыпает, он уже было собирался подняться, чтобы уйти, как почувствовал резкий толчок со стороны спины. Медленно опустив взгляд, он увидел наконечник стрелы, торчащий из живота и как по ткани растекается красное пятно. Альберт глубоко задышал, шокировано смотря вниз. Потом он услышал шаги, его резко схватили за волосы и запрокинули голову. Сверху на него смотрел пустынный эльф, одетый как разведчики Белого Клыка. — Это просто какой-то человек, — тихо он обратился к кому-то сзади. — Он тоже из Алого Песка. По слухам их Мадо как раз таскает за собой человека. Попробуй узнать у него, где остановилось племя. Эльф, всё так же держа Альберта за волосы, оценивающе осмотрел его, а потом разочарованно цыкнул: — Не получится. Он не жилец, уже кровь изо рта идёт. Похоже, ты выстрелом задел жизненно важные органы. И действительно, Альберт почувствовал, как кровь со слюной наполняет его рот и медленно стекает по подбородку. — Заканчивай тогда с ним! — отозвался неизвестный голос. — Нельзя терять время, нужно найти племя Алого Песка, пока они не покинули Клык. Тут же эльф, который держал его за волосы, со всей силы ударил головой о камень, а потом темнеющем сознанием Альберт услышал удаляющиеся шаги и обрывок фразы: — И что только наши Мадо нашли в этом Субире?.. Разум Альберта прибывал в шоке и всё воспринимал как-то замедленно. Голова кружилась, он чувствовал, как по лбу стекает кровь, как она медленно капает изо рта, а на камне под животом собирается лужа. Альберт понимал, что ему нужно сосредоточится, собрать волю и магию, исцелить себя, а так же предупредить Аситу и племя. В крови было много воды, он мог с этим справить, когда-то давно, в «Огненном Пере», он часто залечивал свои раны. Но тяжесть обхватила его руки, плечи, голову, всё тело болело, немело. Альберт хотел сделать вдох, но лёгкие не слушались, на разум накатило странное оцепенение. Хотелось спать, отдохнуть, но было нельзя. Альберт пытался бороться, пытался сопротивляться подавляющему чувству усталости, но вслед за оцепенением пришла боль, а он так устал от боли. Альберт перевернулся на спину, чувствуя, как хрустнула сломанная стрела. Он смотрел на звёзды, представляя взгляд Асита, наполненный любовью, нежностью и страстью. Через усилия, его губы расплылись в окровавленной улыбки, он слегка засмеялся, но вырвалось только бульканье. Дёрнув пальцами, собрав все силы, Альберт поднял руки, положил их на рану на животе и призвал магию. Он почувствовал лёгкое покалывание и закрыл глаза. Альберт не собирался терять сознание, он просто собирался передохнуть пару минут.

***

Музыкальная гостиная в резиденции наследного принца была поистине прекрасна. Пол украшал белый камень с жилами из лазурита, окна до потолка тянулись вдоль трёх стен, открывая вид на прекрасный сад, их занавешивал дымчатый голубой тюль. Потолок был сложной формы, состоящий из множества арок, которые переплетались между собой, которые постепенно сходились к большой люстре. Посередине, в окружение мягкой мебели из светло-зелёного бархата, стоял белый рояль. Виктор сидел за ним, аккуратно перебирая клавише, и не замечал никого на свете. Волосы были распушены, тёмным водопадом спускаясь по спине, в лучах солнца его бела кожа казалось словно сделанной из фарфора. Он сосредоточенно играл мелодию, потом хмурился, начинал сначала, иногда останавливался и просто перебирал ноты. — Нравится? — за спиной Альберта резко возник Сегимер, невольно заставляя его вздрогнуть. Он отшатнулся от дверного проёма и отвернулся. Альберту было неловко, что его застукали за подглядыванием. Он попытался скрыть смущение за хмурым взглядом, но по улыбке Сегимера понял, что того не обмануть. Они оба были в дорогих одеждах, положенных свите принца Теодора, без гильдейских накидок. Хотя они и находились на официальном задание, но наследный принц не хотел привлекать внимание. Альберт снова украдкой посмотрел на Виктора. Тот продолжал играть так, словно не замечал их. — Что он делает? — в конце концов, спросил он. — Не похоже, что просто музицирует. Сегимер ответил не сразу. Он отвернулся от Альберта, задумчиво смотря в сторону Виктора. Сегимер был гладко выбрит, короткие светлые волосы были заделаны парой заколок назад, во взгляде мягких зелёных глаз было заметное беспокойство. — Он не может слышать мелодию души Тео, вот и пытается сам подобрать её, — ответил он. — Неужели это для него так важно? — удивился Альберт. — Если один раз поговоришь с ним, то поймёшь, — усмехнулся Сегимер, потрепал его по волосам и ушёл. Какое-то время Альберт недоумённо смотрел ему вслед, а потом, собравшись с духом, вошёл внутрь музыкальной гостиной. Виктор не замечал его вплоть до того, пока он не подошёл вплотную и не сказал: — Можешь, пожалуйста, сыграть мелодию моей души? Виктор вздрогнул, а потом улыбнулся и с мягкой улыбкой сказал: — Конечно, — он плавно положил руки на клавиши и начал играть. Внутри Альберта что-то дрогнула, когда он услышал эту мелодию. Она была незнакомой, но вместе с тем такой родной. В ней была порывистость и размеренность, шёпот волн и сияние звёзд. Это и правда была мелодия его души. Потом Виктор сыграл мелодию Сегимера, Лю и других гильдейских магов из гильдии. Он рассказал, что у ветра и цветов тоже есть своя мелодия, что даже предметы звучат по особенному. Конечно, они были тише людей, но даже тумбочка имела свою уникальную ноту. Тогда Альберт понял, почему Виктору так важно знать, какая мелодия души у его брата, но он даже не подозревал о масштабе проблемы. Для Виктора весь мир звучал, пел, закрывая глаза он слушал мелодии, которые успокаивали его. — Как ты только не сошёл с ума, — поражённо прошептал Альберт. — Для меня слышать мелодии, тоже самое, что для тебя дышать, — отозвался он, рассеянно поглаживая пальцами клавиши. — Я поклялся Тео, что не буду использовать магию. Пока я не колдую, со мной всё будет хорошо, не надо беспокоиться, — Виктор повернулся к Альберту и снова мягко улыбнулся.

***

— Лжец, — хрипло сказал Альберт, открывая глаза. Раны затянулись, кровь из ярко-красной стала багряного оттенка, а небо посветлело, ожидая рассвет. Голова кружилась, его тошнило, но, опираясь на камни рядом, он поднялся. Альберт просто надеялся, что находился без сознания пару часов, а не дней. Зрение подводило его. Мир качался и периодически темнел перед глазами, но маг отказывался сдаваться. На одном чистом упрямстве Альберт двигался вперёд, опираясь на стены туннеля. Внутри болели недавно зажившие органы, сосредоточение магии пульсировало так, словно оно опять разорвалось. Альберт дышал хрипло и мелко, ему казалось, что он может потерять сознание на каждом шагу. Наконец, он добрался до лагеря племени Алого Песка и замер. Он тяжело дышал, опираясь на камень и понимал, что больше не может идти. Человек стоял в тени, эльфы, которые ходили между палаток по своим делам не замечали его. Альберт хотел позвать кого-нибудь, но голос его не слушался. Все силы уходили на то, чтобы просто оставаться в сознание. Тем временем, когда Асита проснулся и не обнаружил Альберта, он принялся в тревоге искать его по лагерю. В какой-то момент он остановился и, движимый странным чувством, повернул голову в сторону. Он на мгновенье застыл в ужасе. Альберт стоял в тени, полностью прислонившись к камню. Его одежда и волосы были окровавлены, кровь стекала изо рта, она застыла на его шее, лице, руках. Асита тут же кинулся к нему, он подхватил на руки человека, который стал оседать на пол. — Белый Клык здесь, они пришли за Субирой, — прошептал Альберт и потерял сознание.