Перезагрузка системы

Гарри убрал билет в рюкзак и огляделся. Медный блеск солнечных часов на площади отражался в омнинокле и слепил глаза. Пришлось увеличить степень затемнения. Увы, поезд обратно шел только завтра утром. Мимо на больших вьючных механических верблюдах проехали те самые друзы из поезда. Воздух, пропитанный ароматом коксующегося угля и масляных паров из недр механических чудовищ, вибрировал от едва слышимого гудения подземных механизмов. Беэр-Шева, город-машина, работала на полную мощность. Надо было найти место для ночлега. Гарри встал как вкопанный у входа в основную часть города. Все же жизнь в пустыне летом тяжеловата, и люди, видимо, переместились под землю. Возле лифтов висел плакат с описанием гидравлики и освещения. Оказалось, что стеклянные купола зданий не просто так сверкали отполированной медью и латунью. Через них струились лучи солнца, преломляясь в сложных системах линз и призматических зеркал. Это были не простые окна, а сложные оптические инструменты, регулирующие свет внутри подземного города. Гарри решил прогуляться, не спускаясь на технические этажи. По улицам, выложенным кирпичом, медленно прохаживались граждане в нарядах из шелка и бронзовых украшениях. Все словно утопало в зное и лени. У древних руин археологи раскапывали останки былой цивилизации. Гарри засмотрелся, как трудились инженеры, встраивая исторические фрагменты в ниши. Проржавевшие железные блоки были украшены механическими придатками и словно превращались в часть великой машины. На каждом углу стояли автоматы с водой, и Гарри чуть ли не у каждого останавливался, чтобы попить. Рубашка намокала от пота и тут же высыхала от жары. В центре города, на площади, возвышался гигантский астролябиум — символ Беэр-Шевы. Его стрелки указывали не только время, но и точные координаты планет. Для чего это, Гарри не понимал. Под ним, в туманном воздухе, слышался шепот гигантских шестеренок. Гарри сел на каменную скамейку под стеной здания и склонил голову набок. Он лениво рассматривал редких прохожих и пытался собрать расплавившиеся мозги в кучу, чтобы решить, где искать отель. Невысокий мужичок быстро пересек площадь, шмыгнул под стрелку крайнего механизма и исчез. Гарри встрепенулся и тоже быстро подошел к этому месту. Оглянувшись и убедившись, что на него никто не смотрел, он шагнул за часы и словно ослеп. Беэр-Шева, город на краю пустыни Негев, как оказалось, скрывала под своим солнечным обликом нечто необычное. — Среди безмятежных пейзажей, за стрелками магловской астролябии таится «Технион Негев» — не просто маготехнический университет, а подпольная империя инноваций, овеянная слухами и легендами. Официально, это передовой исследовательский центр, сотрудничающий с ведущими компаниями магического мира. Неофициально… это место, где стираются границы возможного. Это колыбель для необычайных умов одаренных детей нашего маг. сообщества. Вам предоставлена великая возможность учиться в самом лучшем месте на земле. Низенький мужчина, которого увидел Гарри на площади, говорил в маленький микрофон, приделанный к необычному, явно электронному, омниноклю, и его высокий, немного писклявый голос разносился над небольшой группой подростков, стоящих перед ним. Гарри встал сзади и с открытым ртом осматривал самый необычный город, который когда-либо видел. Среди огромного сада возвышались башни, здания, небоскребы, круглые сферы из стекла, высоченные опоры с проводами и тарелками. Все строения обвивали монорельсы, по которым летали капсулы и подвесные кабинки. Словно фрагмент далекого будущего в бескрайней пустыне на горизонте. — Стены нашего университета покрыты сложной сетью скрытых проходов и лабораторий, доступ к которым имеют лишь избранные. Профессора — гении, часто работающие над проектами, которых официально не существует. Студенты — это не просто учащиеся, а команда хакеров, инженеров и изобретателей, способных создавать прототипы из подручных средств и взламывать любые системы. Здесь создаются гибридные биомеханические протезы, и не путайте их с уродующими тело и душу андроидными технологиями. Нет! Мы только за светлую магию. Вы будете экспериментировать с квантовой криптографией, разрабатывать программы искусственного интеллекта, создавать модули анимагии и варить электролиты. Вы — наше будущее. Гарри был в шоке. Нет. Шок был вокруг Гарри. Его личное ошеломление превышало все возможные рамки. Хотя остальные ребята тоже оглядывались вокруг несколько округлившимся от восторга глазами. Их гид повел группу в собственно университет, по ходу рассказывая и показывая все. Архитектура «Технион Негев» — это смесь брутализма и хай-тека. Некоторые здания показались Гарри заброшенными и одновременно переполненными энергией. Внутри — хаотичное смешение высокотехнологичного оборудования и ручных инструментов. Гид отметил, что они совмещают передовые методики с реликвиями прошлого, случайно найденными в пустыне. Он вкратце рассказал о проектах университета. Намекнул на самообучающийся искусственный интеллект, способный предсказывать будущее, на секретное оружие, основанное на энергии пустыни, на кольца-концентраторы, способные управлять любым электрическим устройством, в отличие от прибора более узкого назначения, такого как часы. Гарри показалось, что «Технион Негев» — это место, где инновации встречаются с хаосом и таинственностью. Повсюду были таблички «Не входить», валидаторы для специальных пропусков и считыватели отпечатков пальцев с голосовым анализатором. Интересно, а в Хогвартсе так же? Одна из дверей открылась, и оттуда выплеснулся поток студентов в белых халатах. В проеме виднелся амфитеатр аудитории и голографическая стена, у которой стоял высокий мужчина с залысинами на лбу. Гарри даже подпрыгнул. — Профессор Шмуэль! — заорал Гарри, перекрикивая толпу студентов. Профессор оглянулся, и Гарри бросился к нему со всех ног. Вот он, его шанс! Шанс начать совсем иначе эту жизнь. Естественно, этот профессор Шмуэль не знал этого Гарри Поттера. Конечно, он удивился и смутился, когда его обнял незнакомый мальчик. И, возможно, он бы и отмахнулся от странного ребенка, но в тот момент, когда Гарри поднял на него голову, он на автомате снял затемнение стекол и активировал руны прозрачности. И вот тут уже ни один ученый не смог бы пройти мимо. Гарри, поняв, что в этом мире они не знакомы и он «немного» погорячился с приветствием, отпрянул от профессора и заалел щеками. Он что-то промямлил о восхищении работами профессора, судорожно соображая, что же мог изобрести его профессор рун из другого мира, но ему не дали нагородить вранья и, добродушно похлопав по плечу, предложили проводить в корпус абитуриентов. А по дороге познакомиться и договориться о встрече позже.