Перезагрузка системы

Гарри проснулся от громкого щелчка и пиканья, как от таймера за мгновения до взрыва. Через него перекатился Северус, больно надавив локтем ему на живот, и, как был голым, так и поскакал к большой завинченой кастрюле с мигающей лампочкой на крышке. Он отвернул вентиль, и из трубки над лампочкой со свистом повалил дым. В доме запахло кислой капустой и грязными носками. — Это что, жаропонижающее Торкинга?! — с великим удивлением спросил Гарри, поднимаясь с кровати. — Так его ж вроде настаивают две недели на медленном огне, каждые десять часов добавляя пыль лунного камня. Гарри навис над Северусом и с ужасом смотрел на гибрид иранского казана и вращающегося вертикального автоклава. — Вот! Хоть что-то же можно взять и от техномагии. Было две недели и каждые десять часов манипуляции, а стало десять часов и один раз ручная работа. Думай шире… Гарри. Северус поднял крышку, зачерпнул темно-зеленое зелье и вылил его тонкой струйкой обратно, глядя на жидкость через просвет. — Что и требовалось доказать. Никаких лишних фракций. Совершенно однородное. Теперь проведем спектральный анализ, а через неделю сравним с приготовленным вручную зельем. Вот так-то. Гарри засмотрелся на Северуса, увлеченно подключающего к своему монстру охлаждающие кольца. Совершенно голого Северуса, надо было отметить. Прекрасного голого Северуса. Руки сами потянулись погладить бледные упругие ягодицы. — Поттер, убери лапы. И… Ох. Гарри присосался к шее и скользнул обеими ладонями ему на живот. Пользуясь тем, что руки у Северуса были заняты, он прижался сзади, облапал его всего, прикусил мочку уха и без лишних намеков потерся своим членом между ягодиц. — Я не могу убрать лапы. Когда ты стоишь тут такой красивый. Обнаженный. Занятый важным делом. Сосредоточенный. Гарри, перемежая слова поцелуями, все сильнее надавливал членом на анус, а когда Северус приподнялся на цыпочки и слегка прогнулся вперед, то все получилось само собой. Северус бросил свои кольца, уперся руками о стол и начал подаваться назад. Громкие шлепки отлично вписались в какофонию гудящего генератора, вяло хлюпающего зелья и рыка Гарри. Такую симфонию он готов был слушать вечно. Не прекращая двигаться, Северус изогнулся, схватился за затылок Гарри, притянул его голову к себе и строго проговорил прямо в рот: — Если еще раз, — больно укусил он Гарри за нижнюю губу, — ты прервешь, — и зализал укус, — меня во время работы, — накрыл он рукой ладонь Гарри на своем члене и ускорил движение, — я засуну твой похотливый член в ускоритель частиц. Северус выгнулся еще сильнее и кончил себе на грудь. Гарри толкнулся еще несколько раз, вздрогнул и отпрянул. Вначале оглушительный оргазм взорвался в голове, а потом сильный, сладкий, до боли острый спазм опалил низ живота. Гарри еще сотрясало от остаточных разрядов, когда Северус развернулся, больно схватил его за подбородок и придвинул к себе. — Ты меня понял, Поттер? Гарри, любуясь на спокойное лицо с горящими гневом глазами и морщась от болезненного захвата железных пальцев, ощущал себя натуральным мазохистом. Его все это страшно возбуждало. Северус посмотрел вниз, оценил бодро поднимающийся член и, вздохнув, отвернулся. Он молча прошествовал по комнате, поднял с пола свою палочку, призвал акцио вещи и скрылся за шторкой. Через пару секунд оттуда послышался шум воды. Гарри встряхнулся и бодрым козликом поскакал туда же, но был развернут громогласным «Пшел вон!» и остался приплясывать рядом. Когда полностью одетый Северус вышел из-за шторки, Гарри вдохнул полной грудью пар с запахом мяты и, довольно улыбаясь, тоже пошел купаться. Северус приготовил поздний ужин из сосисок и разогретых сырных шариков. Гарри елозил по дивану — так хотелось что-то сказать. Описать, как ему все понравилось, отвесить тонну комплиментов — но каждый раз, как он открывал рот, Северус бросал на него предупреждающий строгий взгляд. Под конец молчаливой трапезы тот убрал тарелки и сел напротив Гарри. — Поттер. Гарри. Не переживай. Я не собираюсь делать вид, что ничего не было. — Взглянув на удивленное лицо Гарри, он усмехнулся и продолжил. — Эти страхи у тебя на лбу написаны. Так вот. Между нами не просто сотрудничество. Мы уже выяснили, что нас обоих тянет друг к другу, и я не буду посыпать голову пеплом. Ты не обычный школьник, чтобы я считал себя растлителем. Мы, кажется, ровесники даже. — Гарри закивал головой. — Но, несмотря ни на что, мы оставим наши отношения в тайне. Северус поднялся. Походил туда-сюда, прикрыл лицо ладонью и сел рядом с Гарри, откинувшись на спинку дивана. — Я пока не могу воспринимать тебя как взрослого человека. Смотрю — мальчишка мальчишкой. Взбалмошный, неуправляемый, авантюрный, безбашенный. Но ты прожил две жизни… Как же сложно-то, а. Гарри развернулся, сложил ноги по-турецки, убрал от лица Северуса руку, сжал ее в ладонях и поцеловал костяшки пальцев. — Я все понимаю, Северус. Но ничего, ты привыкнешь. Тем более, ты прав. Я такой и есть, хоть и прожил довольно много лет в сумме. Но ты не переживай. Еще я надежный, удачливый и сообразительный. Ты только не скрывай от меня ничего, ладно? И раз уж здесь тоже прозвучало это пророчество, то мне придется и вашего Волдеморта пристукнуть. — Северус вздрогнул, а Гарри придвинулся ближе, и уткнулся ему в плечо. — А я не смогу теперь воевать против тебя. Ты же ведь понимаешь? Да? — И не надо. — Северус зарылся носом во влажные вихры Гарри и опять дышал всей грудью. — Я, как и твой зельевар, играю неприглядную роль двойного шпиона. И так же сильно заинтересован в падении Лорда. — Он замолчал, потерся щекой о затылок Гарри и закончил. — Тем более теперь мне есть, за чью сторону играть. Я, можно сказать, лично заинтересован в твоей победе. Возвращаться в Хогвартс после полуночи было опасно, но необходимо. Датчики на арке отключить было невозможно, и Гарри предложил проверить лаз до Дракучей Ивы, которая и в этом мире росла недалеко от западных башен. Туннель был тесный и сырой. Он пах прелой листвой и чем-то еще, что Гарри не мог определить, но что неизменно ассоциировалось у него с детством. С тем беспокойным, полным приключений детством, которого он больше никогда не вернет. Он протиснулся сквозь узкий проход, пригибаясь, чтобы не удариться головой о низкий свод, образованный переплетенными корнями, и посветил люмосом на препятствие, чтобы Северус не расшиб себе голову. Земля под ногами была влажной и скользкой, каждый шаг отзывался глухим хлюпающим звуком. В темноте туннеля Гарри накрыли флэшбеки: Рон, бледный от страха, пробирающийся следом за ним; Гермиона, с фонариком в руке, освещающая путь; их шепот, шум их сердец, колотившихся от волнения и куража. Они были детьми, беспечными и смелыми, готовыми на все, лишь бы избежать гневного взгляда Филча. А сейчас Гарри лез по этому туннелю, чтобы тоже не попасться современной охранной системе миссис Норрис. Это были очень забавные совпадения. Северус чертыхался, поскальзываясь на глине, бурчал себе под нос, что он-то мог пройти и в арку, что связался с малолеткой, что ему с таким партнером и Пожиратели смерти не нужны для адреналина. Гарри выпрямился, чувствуя, как на него подул холодный воздух от выхода. Дракучая Ива стояла над ним, похожая на дуб-урод с култышками на концах ветвей. Гарри вспомнил, как она корежила старый форд. Тогда им с Роном казалось, что это приключение года. Теперь же, пробираясь сквозь темный туннель, он понимал, что та беспечность, та детская вера в чудо и в друзей — это самое ценное, что он нес с собой через пространство и время. И хоть он уже не тот мальчик, который когда-то с тревогой и надеждой шел этим путем, дух приключения по-прежнему жил в нем. Тем более, что за его спиной ворчал все тот же Снейп. — Северус, а Иву случайно не видоизменили? Как ее остановить-то? — В смысле остановить? Она куда-то собралась? Северус вылез из дыры у корней, отряхнулся, с издевкой посмотрел на Гарри и бодрым шагом направился к замку. Ива не сдвинулась ни на дюйм. Гарри пятился задом, осматривая застывшую громадину, и ему стало так обидно за нее. Он вынул палочку и проговорил: «Фините инкантатем». И тут же еле увернулся от удара огромного узловатого сука, что врезался в землю рядом с его ногой, подняв тучу пыли. Северус остановился и обернулся. Он как раз успел увидеть фееричный паркур Гарри между пытающимися его пристукнуть ветвями. — Вот! Я же говорил! Говорил! Она дракучая!