Если пропустить тренировку, можно заболеть

Антону неуютно. Вообще «неуютно» — это мягко сказано. Запах хлорки пропитал каждый кубический сантиметр воздуха. Повсюду врачи в белых халатах и медсестры, перемещающиеся по коридору со скоростью, близкой к сверхзвуковой. На глаза то и дело попадаются блестящие круглые металлические стерилизационные коробки, в которых, Шастун знает, точно лежат страшные медицинские инструменты. Каким словом охарактеризовать весь этот ад? «Неуютно», — заключает Антон. Они с Ирой сидят в коридоре, их попросили подождать врача, который сейчас занят другой пациенткой. Ира держится за бок и болезненно морщится. В коридор вбегает красивая взволнованная женщина в расстегнутом клетчатом пальто и в намотанном наспех бежевом шарфе. — Мама! — зовет Кузнецова. — Ира! — взволнованно отозвалась женщина и подбежала к ним. — Здравствуйте, Людмила Викторовна, — вежливо поприветствовал Антон. — Здравствуй, Антон. Спасибо, что помог моей дочери! — суетилась женщина, снимая пальто. — Ирочка, ты в порядке? Что случилось? Как ты себя чувствуешь? Где болит? Как давно ты ждешь? — Мам. Мама. Спокойно. Дыши. Все хорошо, — попыталась успокоить маму Ира. — Ты всегда говоришь, что все хорошо! — волнуясь, повысила голос женщина. — Мам, у меня просто заболел бок и меня отправили к врачу, чтобы перестраховаться, — быстро объяснила Ирина. — А Антон поехал со мной на всякий случай. Тебе нужно будет подойти на стойку регистрации и подписать все бумаги. — Дочь, Сергей Борисович сказал, что подозревает кисту! — всхлипнула Людмила Викторовна. Ира смущенно засопела, кинув взгляд на Антона. Мало того, что учитель ее осмотрел и рассказал результаты осмотра ее маме, так мама еще и орет о них на весь коридор. Шастун понял, что он здесь лишний. Ему не хотелось смущать подругу. — Ну я пойду тогда? — он почесал затылок, размышляя, может ли быть еще чем-то полезен. — Ага, давай. Спасибо, что доехал со мной! — обрадовалась такому пониманию Ира. — Пиши, если что, — Антон махнул рукой и пошел восвояси. Отходя, он услышал приглушенный разговор: — Ир, Антон так повзрослел, стал такой высокий и красивый! Жених! — поделилась мыслями Людмила Викторовна. — Мама! — возмутилась Ира. — Ну что «мама»?! — передразнила женщина. Антон ускорил шаг.

***

Выйдя на улицу, Антон втянул воздух настолько глубоко, насколько позволяли легкие. Он такой морозный и свежий, что юноша закашлял. Кажется, запах хлорки пропитал его насквозь — волосы, одежду, кожу. Наверное, и сам Шастун уже частично состоит из хлорки. Первым делом по приходе домой нужно будет принять душ с любимым шоколадно-ментоловым гелем. Антон постоял на крыльце больницы, размышляя, куда отправиться дальше. На оставшиеся два урока? Там ОБЖ и география. Антон не очень любил эти предметы. Да и уважительная причина прогула у него есть — посещал больницу. Ехать домой? Ну и в чем смысл прогула тогда? Просто прийти домой пораньше? Скучно. Может, прогуляться? Долбанная пяточная шпора, в рот она ебись, не даст спокойно погулять. Сходить в кафе? Одному скучно. Антон решает написать кому-нибудь из класса, чтобы подбить на прогул последних двух уроков и посидеть в кафе за чашкой сырного латте.

Я: Вов, ну че там в школе?

Вован Алексеев: Шаст, ты как? Борисыч сказал, вас с Ирой скорая увезла

Я: Я сопровождал Иру. Ее обследуют.

Вован Алексеев: Ааа, а то ты после физ-ры в медпункт побежал, а Ира на русском. Мы подумали, что вас обоих забрали лечить. И Сергеичу так сказали.

Я: Какому еще Сергеичу?

Вован Алексеев: Арсению Сергеевичу. Он заходил, искал тебя. Мы ему сказали, что тебя из медпункта забрала скорая.

Я: Бляяяяя

У Антона заныло под ложечкой. Он и думать забыл про Арсения Сергеевича. Вот что значит стресс, перемешанный с запахом хлорки. Нет, соваться в школу на последние два урока ему категорически нельзя. Антон понимает, что просто оттягивает неизбежное. Понимает и то, что ожидание лишь усугубляет страх перед неминуемым разговором. Здравый смысл подсказывал, что чем раньше они поговорят, тем лучше. Лучше самому прийти, повиниться, объясниться, получить по жопе, пообещать, что больше такого не повторится, мужественно перенести добавление в список списков со списками. Сдирать пластырь, перерезать пуповину, отрубать собаке хвост и т.д. нужно резко, а не по миллиметру. Но Антон будто иррационально наслаждается собственными страданиями. Он будет тянуть и изводить себя столько, сколько позволит Арсений. Антон считает, что заслуживает этого. Заслуживает мучительного ожидания чего-то неприятного. Если существует понятие ментального селф-харма, то Антон занимается именно им. Он не режет себя (те шрамы на запястьях — не в счет, это был первый и, как Антон тогда надеялся, последний раз), но причиняет себе гораздо более глубокую боль. Телефон вибрирует. Антон в ужасе смотрит на иконку SMS-сообщений, где красуется слишком радостный шильдик «+1». Ему не хочется читать. Только один человек общается с ним по SMS. Глубокий вдох. Выдох. Оторвать пластырь, перерезать пуповину, обрубить собаке хвост. Антон читает сообщение. Арс: Что случилось? Почему тебя забрала скорая? Что-то серьезное? Напиши, как только сможешь Так. Ну, как минимум, он не ждет сиюминутного ответа. Это радует. Можно добавить пункт «не забыть ответить на сообщение своего мучителя» в todo-list и забить пока. Интересно, он обо всех учениках так печется? Или только о тех, кого хочет убить за шрамы на запястьях? Надо будет у Иры потом поинтересоваться, пришло ли ей такое сообщение от физрука. Тоже в todo-list. Антон вновь открывает диалог с Вовкой.

Я: На ОБЖ и географию пойдешь? Может, ну их нах?

Вован Алексеев: Я уж думал, ты не предложишь)) Какие идеи?

Я: Сырный латте

Вован Алексеев: Ааа, в ту кафешку?

Я: Угу, давай там через полчаса

Вован Алексеев: Иду Кафешка располагалась в двух кварталах от школы. Она открылась всего несколько месяцев назад, но вкусный кофе, демократичные цены и широкий ассортимент продукции сделали ее излюбленным местом детей и взрослых всего района. В это время суток в кафешке было много свободных столиков — обеденное время уже прошло, а конец рабочего дня еще не наступил, поэтому друзья без проблем нашли, куда приземлиться. Тем не менее, кафе было довольно оживленным. По залу туда-сюда сновали официанты, кто-то постоянно входил и выходил. Антон сел спиной ко входу, а Вова — лицом. Заказав полюбившийся фирменный сырный латте и брауни к нему, друзья принялись обсуждать прошедшие каникулы, предстоящие экзамены и планы на ближайшие выходные. Непринужденная беседа помогла расслабиться и сбросить стресс прошедших дней. Ребята беззаботно смеялись и шутили, неспешно потягивая напиток. В какой-то момент Вован резко перестал смеяться, замолчал и посерьезнел. Он смотрел за спину Антона. Антон уже понял, что будет дальше. — Молодые люди, а что это вы тут делаете во время урока ОБЖ? — голос классного Шастун узнает из тысячи. Антон оборачивается и ловит на себе заинтересованный взгляд двух пар глаз — добрых карих и льдисто-голубых.