Непокорные

Вэй Чэн закрыл лицо и шёл позади второго Нефрита Ордена Лань, как полагается по этикету. Вэй Ину же никакие правила писаны не были и он вскоре поравнялся с юношей и обратился к нему: — Хангуан-Цзюнь, я слышал, вы великолепно владеете духовным оружием. Нам с братом было запрещено учиться как подобает благородным юношам, но я всё же кое-что умею и хотел бы попросить о тренировочном поединке. Хотя бы одном. Вэй Ин немного лукавил. Заклинатель, который взялся учить их с братом, постоянно говорил, что таланты юношей превосходят его, приносил всё новые и новые книги, а после и вовсе пригласил своего знакомого вольного заклинателя, который научил их с Вэй Чэном не только основам совершенствования, но ещё стрельбе из лука и владению мечом. Дело было невиданным, но, к счастью, Цзинь Гуаншань редко наведывался в дом для обучения наложников, охрану отвлекали их с Вэй Чэном приятели, а остальные просто закрывали на происходящее глаза. Лишь однажды Мэн Яо, случайно заставший их с братом, возмутился. Но вовсе не тому, что они учатся, а тому, что скрыли это от него. Пришлось отдать ему все изученные ранее книги и разрешить приходить на уроки. Но вскоре юношу подарили главе Ордена Не и проблема исчезла сама собой. Второй господин Лань окинул Вэй Ина неживым взглядом и промолчал. Наверное, ему претила сама мысль разговаривать с наложниками, но Вэй Ина такие мелочи не занимали. Он знал, что с помощью умелого разговора можно выведать секреты, а правильными просьбами добиться желаемого. Люди все одинаковые, если подобрать к ним ключик, а это он умел. Вэй Чэн шёл позади него и кипел от желания врезать брату по заднице, а ещё лучше по пустой и глупой башке. Он не понимал, зачем дергать тигра за хвост, только если не для того, чтобы он сожрал назойливого идиота. — Брр, как холодно, — отметил Вэй Ин, когда они вышли из помещения и пошли куда-то в сторону от хоть немного тёплых домов. — Вы живёте не здесь? А далеко нам идти? Ой, наши вещи остались там, как же мы без них? — Их принесут, — соизволил ответить Лань Ванцзи, и на лице Вэй Ина расцвела улыбка. — Спасибо. Там всё, что у нас есть, кроме друг друга. Мы с братом очень дружны и заботимся о том, чтобы всё было хорошо. Вы с братом тоже заботитесь друг о друге? Мне показалось, что да. Это так здорово. Вэй Чэн позади него закатил глаза от такой жуткой лести и попытки сыграть на чувствительности юного Хангуан-Цзюня. Парень был не сильно старше их, а может, и вообще ровесник, он как-то упустил точную дату рождения сего благородного отпрыска. Да и глава клана был ненамного старше, только ни красота, ни молодость не смиряли его с мыслью, что с кем-то из них нужно спать. Лань Ванцзи, конечно же, снова промолчал, но это совершенно не расстроило Вэй Ина. Иногда Вэй Чэну казалось, что заткнуть брата можно только одним способом — придушив. Оставалось надеяться, что Хангуан-Цзюнь не захочет того же. — И всё-таки: пообещайте мне поединок. Ну пожалуйста! Неужели такой благородный молодой господин опасается, что проиграет? Вэй Ин лукаво глянул на возмущённого Лань Ванцзи и коснулся края его рукава двумя пальцами. — Ну Хангуан-Цзюнь, ну пожалуйста! — У тебя нет меча, — юноша нахмурился и явно был недоволен. Широко улыбнувшись, Вэй Ин помотал головой. — А вот и есть! Приходилось очень хорошо скрываться, но мы справились. Щёки Вэй Чэна обжёг гневный румянец. Он не понимал, что творит этот идиот! Они с таким трудом раздобыли оружие, отказывали себе во всём всю жизнь и едва уговорили помочь с этим наставника, а после скрывали ото всех. А Вэй Ин берёт и просто выбалтывает всё об этом человеку, который легко может отобрать их мечи! Ведь наложникам оружие не полагается. Фантазия о том, как он придушит брата, стала обрастать очень яркими подробностями, и он еле сдержался, чтобы не врезать ему прямо при Хангуан-Цзюне. Только холод помогал держать себя в руках и двигаться вслед за Вторым Нефритом, а не стукнуть Вэй Ина по его глупой и бестолковой башке. — Наложникам не положено иметь оружие, — хладнокровно обронил Лань Ванцзи, продолжая смотреть прямо перед собой. — Ай-яй-яй, я доверил вам тайну, а вы решили тут же повернуть её против меня? — схватился за сердце Вэй Ин и вопреки всему широко улыбнулся. — Это записано в правилах Гусу Лань? — Нет. В Облачных Глубинах запрещено владеть одушевлёнными предметами. — А мы не предметы, мы люди, — подхватил Вэй Ин. — И по вашим же правилам нас не могут лишить возможности иметь собственное имущество. Так? — Так, — Лань Ванцзи ни на секунду не изменил выражения лица. Вэй Чэну было непонятно, расстроен ли Хангуан-Цзюнь, что ему утёрли нос, или ему плевать, но, кажется, оружие остаётся при них. — Тогда я снова прошу вас обучать нас с А-Чэном. О ваших способностях слагают легенды уже при жизни, они дошли даже до Весеннего дома, где мы выросли. Такая честь вообще стоять рядом с вами, — Вэй Ин заливался соловьём, и Вэй Чэн всё ещё не понимал, зачем ему это. Неужели влюбился? Эта мысль поразила его так сильно и внезапно, что он даже запнулся на тропинке и чуть не влетел носом в невысокий забор. Лань Ванцзи остановился и обернулся, но увидев, что с Вэй Чэном всё в порядке, пошёл дальше, не поинтересовавшись как он. Вэй Ин это тоже заметил, но решил не отступать от основной темы. — Хангуан-Цзюнь, ну почему вы так и не дали ответ? Неужели всё то хорошее, что я слышал о вас, наглая ложь? Благородный муж не может отказать в такой малости, так ведь? Скосив глаза на Вэй Ина, Лань Ванцзи снова ничего не ответил. Но юноша не привык сдаваться. — То есть ни учить нас, ни тренироваться с нами вы не хотите, так? — Мгм. Обрадовавшись, что Лань Ванцзи издал хотя бы звук, Вэй Ин заговорил с ещё больше скоростью: — Но при этом мы не ваше имущество. Тогда, может быть, нам можно будет посещать хотя бы общие занятия? — Брат решит, — словно через силу ответил Лань Ванцзи и поднялся на первую ступеньку лестницы, что вела в довольно большой дом. Они с Вэй Чэном осмотрелись и поняли, что клан действительно не гонится за роскошью. Тут было так же аскетично пусто, как и в той комнате, где они ждали аудиенции. Вэй Ин даже подумал, что Хангуан-Цзюню нечего тут собирать или прятать. Однако когда глаза привыкли к сумраку помещения, они смогли рассмотреть низкий столик со стоящим на нём гуцинем, много свитков рядом и книги на другом столике. Да и чуть дальше угадывались очертания столов и даже кровати. Лань Ванцзи стоял как истукан, вглядываясь в свои же вещи, и отмер, только когда появились слуги. Одни несли ширмы, другие тащили кровати и постельное бельё. Вэй Ин с Вэй Чэном посторонились и прошли вглубь Цзинши, чтобы не мешаться под ногами. Очень хотелось тепла и отдыха, но они знали своё место, пусть и не стали имуществом. Они вообще тут ещё никем не стали, и только милость Хангуан-Цзюня позволяла им рассчитывать на быстрый побег. Один из слуг передал им их мешки, и Вэй Ин с радостью прижал имущество к животу. Вэй Чэн же проверил наличие меча и облегчённо выдохнул. Тут в дверном проёме появилась фигура Цзэу-Цзюня и слуги прервались, чтобы поклониться главе клана, а затем продолжили изменять помещение и готовить его для проживания троих людей. Вэй Чэн всеми фибрами души чувствовал, что здесь что-то не так. Не должны они жить под одной крышей со Вторым Нефритом. Они ведь ниже слуг по положению, их должны были сослать куда-нибудь на кухню, на черновую работу, но почему-то затащили в личные покои Хангуан-Цзюня. Не к добру это, он тем самым местом чувствовал, которое не собирался никому отдавать без боя. Из-за спины Цзэу-Цзюня вышли два адепта с теплыми накидками в руках, и Вэй Чэн еле успел толкнуть брата, чтобы тот наконец-то вернул покрывало на место. Кем бы они тут ни были в глазах остальных, а своё место и назначение забывать не стоило. Ни к чему им привлекать лишнее внимание и показывать всем, что они никому не подчиняются. Вэй Ин послушался, проявляя невиданные раньше чудеса сговорчивости, и накинул покрывало. Правда, от его болтовни это никого не спасло. На этот раз он решил пристать к Первому Нефриту. — Цзэу-Цзюнь, простите меня за дерзость, но я хотел попросить у вас позволения обучаться наукам и искусству владения мечом. Орден Лань не зря считается лучшим для молодых адептов, и хоть мы с братом не в том положении, чтобы иметь все права, но наша тяга к знаниям велика. Молодой мужчина сдержанно и тепло улыбнулся, кивнув Вэй Ину. — Я поговорю с дядей, обещаю. Мы строго придерживаемся правил и традиций, но наши отличаются от общепринятых. Полагаю, если у вас есть стремления и талант, непозволительно препятствовать их развитию. Вэй Чэн, поражённый словами мужчины, поклонился ему и подал голос: — Цзэу-Цзюнь, если это правда будет возможно — мы станем самыми старательными учениками! Снова улыбнувшись, Лань Сичэнь повернул голову к Вэй Чэну. — Я сделаю всё, что в моих силах. И кем бы вы ни были в глазах остального мира, в Облачных Глубинах всё будет согласно нашим традициям. Это вселило в обоих братьяв надежду, Вэй Ин даже подумал на несколько мгновений, что остаться в Гусу навсегда не дурная идея, раз они тут не наложники и не рабы. Но потом вспомнил о брате и затолкал все свои неуместные фантазии куда подальше. Нет, они с Вэй Чэном сбегут и попытаются попасть к вольной заклинательнице, о которой им рассказывала всё та же сестрица СыСы. Она была просто кладезем информации, и Вэй Ин уже скучал по ней, хотя и понимал, что таких как они было много, и женщина вряд ли привязывалась хоть к кому-то. Зная их удел, было бы сложно оставаться наивной и доброй, но она пыталась хотя бы подготовить их к этой жизни. Слуги наконец-то закончили расстановку мебели, а Вэй Ин и Вэй Чэн получили теплые накидки, в которые тут же закутались. Судя по тому, что Хангуан-Цзюнь всё это время молча простоял недалеко от ширмы, отгораживающей его постель, уходить из своего дома он не собирался. Это вселяло в Вэй Ина странно приятное ощущение. Он нутром чуял, что судьба послала ему нового друга. Пусть они из абсолютно разных миров, слоёв и прочих условностей, но они же могут подружиться. Он чувствует это. Да, потом он будет скучать по Хангуан-Цзюню, как скучает по нескольким хорошим друзьям, с которыми вырос, но такова жизнь. И он определённо не задумывается о будущем так всерьёз, как Вэй Чэн. О, его брат! Полная его противоположность, тот, ради кого он готов умереть или пойти на любой проступок, вплоть до убийства. Только ради него Вэй Ин не отчаивается и всегда улыбается. — Скоро отбой, ваши кровати готовы, — указал им на два спальных места Лань Сичэнь. — Отбой? Так рано? — удивился Вэй Ин. — В Облачных Глубинах мы ложимся спать в девять часов, а встаём в пять утра. — Во сколько? — простонал Вэй Ин голосом сильно разочарованного в жизни человека. — Вы можете поспать подольше, — обрадовал его Лань Сичэнь. — Вы ведь наши гости. Тут Вэй Ин смог только булькнуть что-то нечленораздельное от шока. А Вэй Чэн даже дышать перестал. Их уже в разряд гостей определили, отлично. Подозрительно, но хотя бы никто не покушается на его зад. Это обнадёживало. Вэй Ин, расслабившись и разулыбавшись, решил брать от этой прекрасной ситуации всё и сделал шаг к Лань Сичэню. — Цзэу-Цзюнь, может быть перед тем как уйти, вы согласитесь посмотреть мой меч? Я думал, что это будет интересно вашему брату, — Вэй Ин обиженно выпятил нижнюю губу. — Но он не разговаривает со мной, а я не настолько беспардонен, чтобы беспокоить его. — Настолько… Вэй Чэн сказал это достаточно громко, и Лань Сичэнь прикрыл рот рукавом, тщетно пытаясь скрыть улыбку. — Я с удовольствием посмотрю на ваш меч. Это довольно серьёзное предложение. Ванцзи, ты ведь лучше владеешь мечом, может быть поможешь мне? Как ни странно, Лань Ванцзи тут же оказался возле брата и наложника, протягивая руку. Достав из мешочка, приобретённого наставником им с братом в подарок, свой меч и погладив рукоять, Вэй Ин вложил его в руку Хангуан-Цзюню. — Могу я? Вэй Ин не сразу понял, о чём спрашивает юноша, а когда осознал, то закивал. — Да-да, я же сам разрешил! Лань Ванцзи внимательно осмотрел ножны и перевёл взгляд на Вэй Ина, увидев имя меча. — Суйбянь? Ты назвал свой меч «Какая разница»? — холодно поинтересовался он. Вэй Ин пожал плечами в ответ и обескураживающе улыбнулся. — Ну да. Какая разница, как называется меч раба? Лань Ванцзи хмуро окинул его взглядом и вынул меч из ножен. По его лицу не было понятно, что он обо всём этом думает, и только Лань Сичэнь смотрел на это взаимодействие с мягкой понимающей улыбкой. Вэй Чэн же отчаянно размышлял, должен ли он продемонстрировать свой меч Цзэу-Цзюню. Ему не хотелось этого делать, поэтому он просто остался стоять рядом, молясь, чтобы никто не лез к нему. Никто и не лез. Вэй Ин отвлёк всё внимание на себя, как обычно. — Как вам? — с каким-то детским непосредственным энтузиазмом спросил Вэй Ин Хангуан-Цзюня, когда тот вложил меч назад в ножны. — Хорошее оружие. При должном старании оно станет смертельным в руках хозяина. Вэй Чэн похолодел, ожидая, что меч у брата сейчас отнимут, но Лань Ванцзи отдал его в ту же секунду. — С-спасибо, — с намёком на улыбку ответил Вэй Ин и посмотрел в глаза напротив, отмечая, что они очень светлые, с золотым отливом вокруг зрачка. — Раз моё оружие вам по вкусу, может быть, хотя бы короткий поединок? Вэй Ин сложил брови домиком и посмотрел на Лань Ванцзи так, что и камень стал бы мягким. Ответил, как обычно, Лань Сичэнь. — До отбоя всего лишь час, но если поединок будет коротким, то я не вижу препятствий. Вэй Чэн вскинул брови. То, что Первый Нефрит пошёл у его брата на поводу, поражало. Ведь он сам недавно сказал, что время позднее и пора готовиться ко сну. Лань Ванцзи, коротко посмотрев на брата, вышел из Цзинши, а Вэй Ин побежал следом, подпрыгивая от нетерпения. Вэй Чэн, оставшись с Лань Сичэнем наедине, поёжился. Судя по тому, как прилип к Хангуан-Цзюню Вэй Ин, его предназначение очевидно. Но красивый и доброжелательный Лань Сичэнь не вызывал никаких эмоций, лишь уважение и совсем немного любопытство. — Цзэу-Цзюнь, неужели вы правда собираетесь дать нам возможность жить полноценной жизнью, а не тем подобием её, что нас учили? Молодой мужчина кивнул. — В Ордене Лань иные правила и уклад жизни. Вы будете скованы нашими правилами, но свободны от унизительных обязанностей. Но хочу предупредить: даритель имеет право требовать от нас вашего присутствия на приёмах, и с этим я буду бессилен что-либо поделать. Мы живём обособленно, но всё же не в полном отрыве от традиций мира заклинателей и принятых ими приличий. — Я понял вас и хочу заверить, что мы будем вести себя подобающем образом, — он склонил голову, и именно в этот момент его брат издал громкий вскрик, нападая на Хангуан-Цзюня. — Ну, я по крайней мере очень хочу в это верить. Лань Сичэнь коротко усмехнулся и посмотрел в сторону схватки. — Ваш брат весьма открыт и непосредственен. Впервые вижу столь жизнерадостного наложника. Все предыдущие, которых дарил нам Цзинь Гуаншань, были сдержанны и ни один не удостоился внимания моего брата. — Вэй Ин и мертвого достанет, — со вздохом признался Вэй Чэн, чувствуя, что этому заклинателю можно доверять. — Его постоянно наказывали, пытались выбить непослушание и вложить нужные качества. — Но он не сломился. — Нет. — Как вы попали в то место? — Не знаю, — Вэй Чэн медленно стянул с себя покрывало, которое мешало нормально говорить с главой клана. — Мы были детьми и воспоминания стёрлись. Вэй Ин тоже ничего не помнит, кроме того что мы братья и остались сиротами. Мы просто жили в соседних комнатах, нам сказали наши имена и стали учить. — Потеря памяти, вероятно, после большого стресса, — задумчиво проговорил Лань Сичэнь. — Иногда нам снятся странные сны, мы даже пытались обсуждать их в надежде найти истину, но ничего не выходит. Лань Сичэнь с интересом глянул на юношу и задумчиво проронил: — В Ордене Лань есть техники, позволяющие очистить сознание и снять блоки с воспоминаний. Но они сложные и могут травмировать, если воспоминания дурные. Нужно соблюдать осторожность и точно знать, хотите ли вы знать своё прошлое. Вэй Чэн с надеждой посмотрел на молодого мужчину. — Хотим! У нас отняли всю жизнь, даже воспоминаний не осталось, я точно хочу знать! В этом момент Вэй Ин, распаленный поединком и сражающийся явно всерьёз, почти достал Лань Ванцзи мечом, и Цзэу-Цзюнь подался вперёд. — Ваш брат исключительно талантлив. К Ванцзи обычно невозможно приблизиться на расстояние удара. Поразительно, что вы учились сами. — Мы… нам помогли. Сперва наставник из охраны, а после он пригласил для нас заклинателя, в прошлом умелого воина. Не знаю, чем мы заслужили такую доброту. — Он наверняка видел ваши выдающиеся таланты. Иначе произошедшее с вами не объяснить. — Вэй Ин очень талантливый, он смог сформировать золотое ядро задолго до того, как появился лаоши. — Что? — Лань Сичэнь не поверил своим ушам. — Да, а потом он помог и мне. Я же говорю, он очень талантливый и упёртый. Цзэу-Цзюнь рассеянно кивнул, но не стал говорить юноше, что именно поразило его в этих откровенных словах. Неслыханно, заклинатели в наложниках. Как Цзинь Гуаншань посмел? Или он не знал, что мальчики для плотских утех сделали такое? С этим нужно разобраться, не привлекая внимания. Потому что случай был вопиющий в своей недопустимости. Откуда они оба могли взяться в том месте, где их воспитывали? С этим миром давно было нужно что-то делать, и сейчас Лань Сичэнь выстраивал в уме чёткий план своих действий. Тем временем Вэй Ин снова едва не достал Лань Ванцзи мечом, и тот, сделав обманный манёвр, почти ответил ему, но в последний момент юноша увернулся. Убрав меч в ножны, Лань Ванцзи коротко кивнул Вэй Ину, что выражало крайнюю степень заинтересованности и почтение. Лань Сичэнь, глядя на всё это, довольно улыбнулся. Кажется, его брата наконец кто-то смог заинтересовать и, возможно, интерес имеет шанс на взаимность. — Утром вам принесут воды, чтобы вы совершили омовение после сна. Адепты чаще всего отдыхают и исцеляются в источнике, и моются в горной реке, где течение спокойное, но вам вряд ли будет комфортно, если вы мёрзнете. Вэй Чэн поклонился мужчине. — Благодарю вас. Лань Ванцзи же продолжал буравить взглядом Вэй Ина, и это даже немного раздражало. — Хангуан-Цзюнь, спасибо за поединок! Никогда ещё я не уставал так сильно, но при этом не был так доволен! Тот лишь сдержанно кивнул в ответ и, выразительно посмотрев на брата, развернулся и ушёл. — Я сказал что-то недопустимое? — растерянно спросил Вэй Ин. — Нет, просто мой брат крайне неразговорчив и нелюдим. Он скоро вернётся. Уже темнеет, скоро Облачные Глубины погрузятся в сон. — Лань Сичэнь посмотрел в спину удаляющемуся брату и немного загрустил. Их нежелание влезать в дела других кланов привело к тому, что два юных талантливых заклинателя стали всего лишь мальчиками для постельных утех. Разве это предписывают заклинателям честь и достоинство? Его чувство справедливости было сейчас крайне возмущено, и он знал, что не закроет больше глаза на подобное. Чтобы немного привести чувства в порядок, он решил написать своему близкому другу главе ордена Цинхэ Не. Именно поэтому Лань Сичэнь откланялся и поспешил к себе.