Пуговицы

В полутьме здешнего заведения, пошло именуемого «Где же кролик?», было практически не видно волшебников, сидящих вокруг. Тёмный мрамор и небольшие окна навевали атмосферу баек из склепа. Северус не бывал в таких заведениях, но Люциус Малфой был заинтересован в том, чтобы его лицо не распознала желтушница Скитер, скатившаяся на дно своей карьеры: иначе статьи «Самодур Малфой вернулся» или, как она писала про мисс Грейнджер, «Забытые лица Лондона: почему Европа выплюнула Героиню войны на родину?» неизбежны. Северус выбрал себе чёрный напиток с зеленым отливом, как настоящий злодей. Принюхался, сделал небольшой глоток на пробу, кивнул себе — ненавязчивая горечь разлилась по горлу. Его взгляд упал на золотые цифры, плавающие в воздухе у стола — 666. Точно, по-злодейски вышло. Послышался гортанный смех откуда-то слева — зельевар поднял глаза. Крупный маг, едва различимый в темноте, довольно поглощал кусок мяса, скалясь. Он разделывал тушку цыпленка, очертания костей которого хорошо прорисовывались на свету, своими большими квадратными ручищами искусно, точно имел опыт в потрошении маленьких тел. Думать о том, кто остальные волшебники, прилипшие к стенам, точно мухи, и что они могли и умели Северус не хотел, но на лице застыло горькое разочарование — неужели они столько боролись за мир, за вытеснение темных магов из общества, чтобы процветали такие места вроде «Где же кролик?»… Неужели все зря? Нет, так думать он не мог, хотя бы потому, что был рациональным человеком и точно понимал, что сам является отнюдь не белым и пушистым… кроликом. Ещё раз зыркнув куда-то вглубь бесконечного помещения, откуда, словно призрак, появлялся эльф-официант, мужчина услышал интеллигентнийший писк и пригляделся внимательнее. Через три стола от него сидел мужчина, рыжий начес которого горел даже в непроглядной тьме. Прямоносый, усатый, маленький, с выпяченной вперёд грудью культурно развлекался Бенедикт Боунс. Вот кого-кого, а начальника Аврората встретить в подобного рода авантюре Северус не ожидал. Интерес был силен, поэтому профессор отвернулся от своего напитка, навострил уши и приготовился подслушивать. Однако в это же время к столу подошёл высокий волшебник в чёрной мантии, подбитой таким же чёрным мехом и с кожаными перчатками в руках — погода напоминала начало зимы — но не спешил садиться. В светлом лице, словно высеченном из камня ровным лезвием, открыто читалось довольство собой. — Милая шапочка, Люциус. — Как и всегда красноречиво, Снейп, — словно растеряв всю свою грацию, Люциус плюхнулся на противоположное кресло, откинув меховой берет подальше, будто эта вещь ему не принадлежала — Издержки Франции, — хмыкнул Малфой, подняв глаза на приятеля, у которого глаза расширились, — что? — Недавно слышал то же самое от одной ведьмы, — глаза Снейпа сощурились: змея готовилась напасть. — Знаю, — кивнул блондин, — не будем сейчас. Я коплю силы, чтобы отбиваться от проклятых журналистов. Какой-то белобрысый пискля прицепился посреди улицы. Наглый, как Скитер. — Но её давно не видно, — Снейп провел пальцем по губам, пытаясь вспомнить, где и когда видел ненавистную женщину. — И спасибо Мерлину! — Люциус сделал знак официанту — я ещё не придумал, что бы им такое соврать. После того, как заказ был сделан (Северус даже не удивился, что приятель заказал кровавый Эль), беседа плавно трансформировалась в светский разговор. Декан Слизерина не любил праздное расточительство слов, поэтому попытался конкретнее узнать, что его товарищ хочет изъять из этой встречи. — Я получил за полгода всего два письма, и второе было вчера. Где ты шатался все свое изгнание, мой скользкий друг? — О, уже друг, — противно оскалился блондин, — за тобой подобные определения раньше не водились. Размягчился, старик, растаял? Совсем тебя мирная жизнь расслабила. — Может быть я и немного изменился, но по-прежнему не верю, что ты оставил свои тёмные делишки. — Знаешь, сколько банкротов я из задницы вытащил? — самодовольство заполнило помещение настолько, что дышать стало тяжело, — чёрный банк, Северус — настоящая находка. Хорошо, что есть некоторые приёмы, которые…скажем так, помогают узнать секретики древних магических родов. Гринготсы — это скупердяи — никогда бы не поделились наработанными схемами, а так… я теперь успешный банкир. Кстати, министерские стервятники тоже обращались, так что будь аккуратнее, мои люди повсюду. Соответственно, благодаря моей бизнес идее и подружке моего сына, которая по глупости подсказала мне, как можно заработать на влиятельных людях, срок моего изгнания и изгнания Драко резко сократился. — Он тоже вернулся? — мрачно спросил маг. — Да. Кстати, о нем: нужна твоя помощь. — Ваша семейка успела мне поднадоесть с такими просьбами, — тон голоса стал скучающим, однако подрагивающие паучьи пальцы, выстукивающие в ожидании неравномерный ритм по столешнице, говорили о некоторой нервозности: разговор приобретал опасный окрас, — я вам не мистер Избранный, чтобы бросаться спасать все и вся. — Ты Избранный наоборот. Он, кстати тоже, обращался ко мне с некой просьбой, — усмехнулся Малфой, — О, кажется, я вижу Бурбона недалеко от нас, — рыжеватый мужчина с начесом послал Люциусу приветственный знак, словно они давно были друзьями, — тоже та ещё шваль. — Ты неплохо осведомлён. — Имею довольно близкие источники. Ты не представляешь, как здорово иметь в должниках конструкторов мира сего. Одна просьба, один знак — и они делают все, что мне нужно. Захочу — уже завтра сам Кингсли будет полировать мои ботинки. Паутина довольно хорошо работает. — Что там с Драко? — Пустяк. Лишь хочу, чтобы вашу дранную кошку не хватил приступ, когда он заявится в Хогвартс. Шумиха нам не нужна, поэтому пусть будет к нему благосклонна. — Зачем ему в Хогвартс? — Хочет повидаться с...со старыми друзьями. — Люциус. Меня раздражает отсутствие конкретики, — рука Снейпа сжалась в кулак, — ты позвал меня, чтобы дразнить? Или ты говоришь мне прямо, что происходит или произойдёт, или не жди от меня помощи! В ответ сероглазый блондин только улыбнулся. Северус поднялся с места и покинул эту кроличью дыру, надеясь, что забудет про угрозу в глазах приятеля, но… Следующие несколько дней прошли в небольшой тревоге, несвойственной бывшему Пожирателю Смерти. Снейп нервно поглядывал на резную дверь большого зала каждую трапезу, крутя оторванную пуговицу между пальцев, и думал, когда же семейство Малфоев заглянет на огонёк. Осторожная женская рука плавно легла поверх черной ткани сюртука. Мужчина повернул голову: карие глаза его коллеги, профессора Грейнджер, выражали беспокойство. Он переместил взгляд на ленточку в волосах, на серый кардиган, на ряд пуговиц этой розоватой блузки, что снилась ему ночами, на морщинки у уголков глаз, на аккуратные ноготочки, на кольцо на пальце. Она была почти красивая, только совсем бесстрашная, а это диагноз. Вновь спасать шкуру Золотого трио или его части не очень-то и хотелось. Чего стоит её выходка у домика Хагрида, когда она спасла от смерти ученицу из его дома, рискуя своей жизнью. Белый шрамик довольно долго не сходил с бледной кожи её острого лица. — Я в себе. — Как скажете, профессор Снейп. А вот ещё один талант, которым Гермиона Грейнджер поразила декана Слизерина — не совать нос не в свое дело. Всё-таки отсутствие Поттера и Уизли благотворно сказалось на кудрявой голове этой молодой особы. Интересно, она знает, что Поттер водится с его белобрысым другом? — Вчера виделся с Люциусом Малфоем. И он наговорил мне весьма интересных вещей, — подозрительно наблюдающий за ее реакцией на слова маг мог стать помехой для Гермионы. Если он, конечно, догадался. — Хотите ещё кофе, сэр? — трясущейся рукой девушка подлила профессору кофе, которое он, конечно, больше никогда в жизни пить не будет. — А у вас что случилось? — Кошмары мучают, — сглотнула гриффиндорка, даже не взглянув в глаза профессору. — Я же говорил вам зайти за зельем ко мне, — он посмотрел на часы, — ещё в позапрошлую пятницу говорил! …Так вот, мой скользкий дружок сказал мне, что вновь занимается своими чёрными делами, но уже не только во Франции. И что он вернулся из изгнания благодаря своему таланту плести паутину вокруг влиятельных людей. Вы же жили в Париже три года, профессор Грейнджер, не слышали о чёрном банке Малфоя? — Возможно, слышала, — сглотнула преподаватель, вставая, — но не очень много. У меня сейчас урок начнётся, поговорим после. — Да-да, идите, — задумчиво произнес он, убеждая себя, что позволить себе спутаться с Люциусом честолюбивая Грейнджер никак не могла. Чёрный банк, возвращение в Британию, Хогвартс. Неужели Макгонагалл тоже вляпалась в эту мерзкую историю? А что? Она достаточно влиятельна, её днем с огнём не сыщешь, личным она не делится, а мантии из бархата откуда-то появляются… Может, Драко ей новый контракт привезет? Или того хуже, приедет выбивать долги? Северус скосился на директора. Та беззаботно болтала с Помоной Спраут, полностью повернувшись к ней. Кажется, речь шла о том, как Филча закидали грязью семикурсники на заднем дворе — почему-то эта история привела в восторг обеих дам. К слову, Снейп заметил у них в чашках отвар, пахнущий также как комнаты Трелони. Проворно он подсел на освободившееся место рядом со старухой, буквально сам засунув нос в разговор. — Северус, — кивнула она, поправляя шляпу, — у тебя есть вопрос? — Да, Минерва, у меня много вопросов. — Давай не сейчас. Я буду свободна во второй половине дня, скажем, часа в четыре. — Ты и сейчас свободна, — понизил тон мужчина, — что это у тебя? Балуешься травой из запасов Миссис — Третий — Глаз? — Это не твоё дело, Северус, — глаза директора забегали, а Помона вжалась в стул, делая вид, что её здесь нет, — что ты хотел? — Давно ли ты видела Люциуса Малфоя? — Глупости какие, — отмахнулась она и продолжила болтать со Спраут.