***
В перламутрово-мятных волнах задремал южный ветер, Молчаливые чайки считают над нами круги. За минуты такие, наверно, отдам всё на свете, За покой золотистого локона возле щеки. Чёрно-крапчатый глажу гранит, ощущая прохладу, И неровность, и трепет и, кажется, что-то ещё. Вечер тихий подарен июлем за веру в награду; Веру в Питер, который давно я люблю горячо. Носит друг мой любимый такие различные маски: То он грозен, как Зевс, окруженный гремящей грозой; То в эльфийского принца одетый пастельные краски, Разольёт бирюзу или розовый над головой. Для меня этот город загадочный, сложный и странный; Я дышу этим воздухом влажным уже двадцать лет; С каждым днём мне ближе и ближе лик многогранный, Хоть душа этой нашей Пальмиры всё так же секрет. Отдыхающий вечер в палитру пролил перламутра, И рисует, шельмец, все права и каноны нарушив, Он украденной краской у раннего-раннего утра, Поражая небесной пастелью усталую душу.***