Слияние

      Гриммджо было хорошо. Вот просто хорошо. Он провел день крайне плодотворно и сейчас, глядя в, уже пару часов как ночное, небо, чувствовал легкую усталость и приятный хмель. Сопровождало его аж четверо синигами. Правда, лейтенантов было всего два и они еле шли, но были же. Гриммджо подхватил Шухея под руку, не давая им с Изуру упасть и весело фыркнул, вспоминая, как они вдвоем заталкивали его в горячий источник в первый раз. Их спасло только то, что он ограничители реяцу с себя снять забыл, иначе хрен бы у них что получилось. Изуру тогда, кстати, вообще мимо проходил по каким-то своим важным лейтенантским делам, но, услышав драку и голос Шухея, поспешил помочь другу. Утечь после этого ему никто уже не дал, а там и Иккаку с Юмичикой подтянулись. В итоге мыться они арранкара учили в четыре рыла. И удивлялись, как он грязью не зарос, раз не мылся никогда. При попытке объяснить принцип песчаных ванн Гриммджо сдался, сказал, что это надо на практике показывать и ушел под воду с головой. Оказалось, что теплая вода — это приятно. Данный факт для того, кто всю свою сознательную жизнь жил в холодной пустыне, стал открытием. Не первым за день, и не последним. После того, как они всей толпой выползли-таки на сушу и переоделись в чистое, Гриммджо ждало еще одно открытие: оказывается, форма синигами на самом деле удобная. Ну, если не считать эти их странные трусы. На высказанное возмущение Шухей тогда посмеялся, смылся куда-то на две минуты, и вернулся с не менее странными, но уже удобными трусами, которые назвал «боксерами» и сказал, что это — контрабанда, и никто не должен о ней знать. Что такое контрабанда Гриммджо знал, потому что по-другому тихо приносимый Ильфортом спирт, стыреный в лаборатории Заэля, назвать сложно, а потому заверил, что будет молчать, как гиллиан на допросе. Синигами зависли примерно на полминуты, а потом то ли до них дошло, наконец, то ли их фантазия все-таки осилила представить себе гиллиана на допросе. Ржали они еще минуты две. Гриммджо уже начал думать, куда бы еще напроситься, как перед ним из сюмпо вышел лейтенант первого отряда, и безапелляционно пригласил на беседу с Главнокомандующим.       Вышел из бараков первого отряда Гриммджо почти злым и очень раздосадованным, потому что полтора часа отвечать на одни и те же вопросы — так себе развлечение. Но под таким взглядом, как тот, что у этого поистине монументального деда, особо не побузишь. Так что пришлось прикусить язык и не дерзить. Самое забавное, что дерзить тому же Айзену Гриммджо не боялся. Да и тут, в общем-то, это не страх был. А какое-то… Уважение, что ли? Сам с собой не разобравшись, но бурча себе под нос что-то невразумительное, он едва не споткнулся об встречающих все в том же составе: Шухей, Изуру, Иккаку и Юмичика. И они, видимо, посмотрев на постную морду арранкара, предложили ему полечить нервы. Ну кто ж знал, что в их понимании «полечить нервы» — это бухать? Зато настроение поднялось обратно в кратчайшие сроки.       В общем, направлялась вся эта теплая компания в сторону Башни Раскаяния. Старательно обходя все посты и прячась от проходящих мимо дежурных, они даже почти пришли на место, как вдруг что-то случилось. Гриммджо, решивший пока не снимать с себя блокираторы реяцу, чтобы не придавить кого ненароком в пьяном виде, не сразу понял, что разом упавшие синигами не просто синхронно споткнулись. Но, поняв, что эти пьяные тушки не собираются ворочаться, он попытался потрясти за плечо Шухея. Не получив в ответ даже мычания, Гриммджо обеспокоился. Да, Шухей был нетрезв, но не настолько, чтобы вырубиться прямо на ходу. Да и даже если он вырубился, не все же они такие? Проверив остальных своих провожатых, Гриммджо растерялся. Никто из четверых синигами ни на что не реагировал. Ни на голос, ни на легкие щипки, ни на похлопывание по щекам. В груди сжалось что-то холодное, мешающее нормально дышать. До входа в Башню Раскаяния оставалось буквально метров двести, поэтому Гриммджо сгреб своих собутыльников и потащил туда. Ичимару ведь умный, да? Он местный, он этих ребят наверняка знает, он поймет, что делать. Но, уже почти перейдя мост, Гриммджо замер. Охранники, что сторожили вход в Башню, лежали без движения. Сделав глубокий вдох, арранкар кое-как открыл двери. Внутри царил хаос. — Джируга, бери Лилинет и Нелл и уйди на самый верхний этаж, — едва не кричал Ичимару, возясь в углу, в котором обычно спал. — Ты не сможешь свернуть реяцу полностью. Это опасно. — Ой, да не очень-то и хотелось… — пробурчал Ннойтора, подхватывая по пути девочек и скорым шагом удаляясь по лестнице наверх. — Койот, давай его сюда, — скомандовал Ичимару куда-то во тьму у противоположной от Гриммджо стены Башни. — Осторожно, у него совсем реяцу нет. Но он пока дышит. — Э, че у вас тут? — подал голос бывший Секста. — Тебе честно или цензурно? — огрызнулся на него Ичимару, даже не поворачиваясь, и принимая из рук Койота кого-то не слишком высокого роста. — У нас тут капитан Хицугая с крыши едва не упал, потому что у него внезапно реяцу пропала. Вся. Полностью. И заново не набирается. — Ичимару… — голос Гриммджо, внезапно для остальных, прозвучал испуганно. — А ты этих глянь?       Ичимару Гин обернулся на Гриммджо, все еще стоявшего около входа и его передернуло. Подхваченные за оби, по два с каждой стороны, Гриммджо держал четыре тела. И вид блондинистого затылка одного из них заставил-таки Ичимару гулко сглотнуть. — Изуру… — Они живы, — Гриммджо аж попятился от взгляда, который на него поднял Ичимару. — Но я понятия не имею, что с ними.       Ичимару встряхнулся, взял себя в руки и поманил арранкара. Пока они устраивали четверых собутыльников бывшего Сексты на стащенных поближе футонах, синигами были осмотрены. — У господ лейтенантов и офицеров та же ситуация, что и у капитана Хицугаи, — заключил Ичимару пару минут спустя, внимательно глядя на Гриммджо и Койота. — Полное истощение резерва и, почему-то, отсутствие даже попыток его восстановить.       Бывший капитан третьего отряда встал и подошел к открытой двери. Выглянув на улицу, он прикрыл глаза, сосредоточился, а затем отпрянул внутрь, захлопывая двери. — Во всем Готее, насколько я почувствовал, не осталось ни одного синигами с реяцу… — Писец подкрался незаметно, — ошеломленно выдохнул Гриммджо.       И Старк с Ичимару были с ним согласны.