О (не)любви понемногу (не)правильные драбблы)

Ходить куда-либо вместе, как пара, у них не было абсолютно никакой возможности. Он так и не ушел из семьи. В придачу – слишком разные интересы, вкусы, круг общения да взгляды на жизнь. Однако, несмотря на все вышеперечисленное, они скрашивали “скучные” выходные друг друга. Каждый пятничный вечер, когда Михаил таки покидал здание на Банковой, в одно и то же время, Алексей встречал его дома с нежно-страстным поцелуем. Далее – по расписанию. Еда. Работа. Фильм. Ванная. Сон. Но кой-какой весьма важный пункт напрочь отсутствовал в их совместном быте. Секс. Вот ни разу еще. Совсем-совсем. Арестович тяжело и глубоко вздохнул. Пребывая в томительном ожидании посреди холода гостиничной комнаты, ему сейчас не особо желалось мысленно возвращаться в свое фиаско-триумф – в свой почти четырнадцатиминутный LIVE. Прямо не хочется отвечать. Вот первый нормальный вопрос. Спрашивает Ирина. Можно ли жить полноценно без секса? Не знаю. Не пробовал. Ко всем энным предпосылкам. Они в Офисе. На улице почти ночь. Наедине. За плотно закрытыми дверями. Он, подхватив под попу, быстро и ловко сажает Мишеньку на белый круглый стол, ибо долбанный диван чем-то его знатно напрягал. А после с придыханием произносит: – Хочу тебя. – Не здесь, – Подоляк юрко выскальзывает из крепких объятий. – Вдруг, кто-то зайдет. В машине. – Нет. Пожалей старушку. В грязном туалете на бензозаправке. – Нет. Антисанитарно. В полумраке подземной автостоянки. – Нет. Охрана рядом. В лифте. – Да. – … – Леша, конечно, нет. И то, во что сие вылилось аккурат пред его длительным отъездом. Пробившийся сквозь занавески яркий солнечный луч игриво касается век, и Алексей открывает глаза, косит те в телефон – еще целых полчаса можно было относительно спокойно лежать в постели – да в сладостном предвкушении тянется. Тянется к Михаилу. Рука находит футболку, забираясь под нее. Ладонь бежит вдоль позвоночника, заставляя гибкое тело прижаться к себе намного теснее. Пальцы нащупывают начало соблазнительной ложбинки, словно намечая путь к невероятному наслаждению. Карие очи широко распахиваются, смотрят на Арестовича ясно, без тени сна. В следующее мгновение Подоляк уже привычно опрометью бежит из кровати. – Нет. Прости. Это как-то неправильно. Мені шкода. – В смысле «неправильно»? – Будто… Будто принудительно. – Оу, понятно. Ну давай, я и нам сниму номер в отеле. И ты наконец-то пожалуешь ко мне лично. Так же у тебя было с Ждановым, с Байрактаром. И заметь ровным счетом никакого принуждения. Рваный выдох. Стрелки наручных часов показывали шесть часов вечера. Пятница. Он запустил эфир, чтобы на экране смартфона увидеть Мишу, по которому безмерно тосковал. Хрупкий, стройный и подтянутый, с очень бледной кожей и тонкими чертами лица, Подоляк казался… Неверно, вовсе не прекрасной танцовщицей, скорее стойким оловянным солдатиком. Не всякая людина может вынести столько болезненных ударов. Михаил Михайлович Подоляк мог. В том числе – его. Смело и гордо. Всегда. «…прицепом такой маленький вопрос. А вот да, в Вильнюсе будет форум, собираетесь ли вы быть на нем… Для друга, скажем так, интересуюсь?..». Подоляк одарил интервьюера обаятельной улыбкой. Этакий милый очаровашка. Хорошо, что Алексей сидел. Порой даже Юлия Леонидовна не удерживалась да просила советника улыбнуться. Кабы родился Миша в эпоху Высокого Возрождения, то пані Лизе дель Джокондо пришлось бы нервно курить в сторонке. «…один мой друг передает вам, что будет рад видеть вас в Вильнюсе. Не будем говорить кто!..». Арестович вновь бессознательно уперся в стену. Только лишь у одного Мишеньки получилось ненавязчиво опрокинуть его горизонт. Вроде бы все та же жирная, уверенная линяя. Но мир совершенно иной – вверх тормашками. Теперь Алексей злился на заносчивого мальчишку, что так бесцеремонно из передачи в передачу флиртовал с его возлюбленным да еще и вовсю передавал "привет" от прилипчивого типчика. Злился на свою ревность, что громила в пух и прах его психологические изыскания. Злился на время, что потерял зазря, ведь он так долго принимал любовь. Злился на то, что Миша любил его, но спал с другими. Злился и на нелюбовь за то, что она снова пыталась увести у него самого прекрасного человека во всей Вселенной. Посему, резко закрыв YouTube, Арестович лихо отыскал контакт, написал и отправил сообщение. Крайне лаконичное:       Думаю, тебе стоит посетить Вильнюс. И вмиг получил такое же сухое:       Думаю, ты прав, мне стоит посетить Вильнюс.