Домик на Дереве

8 мая, 2005 год Весеннее солнце падало на листья дерева, где находился небольшой домик. Семья маленького Джорджа Дэвидсона только переехала в Соединённые Штаты Америки из самой Великобритании ради того, чтобы убежать от постоянной пасмурной погоды. Что же, выбирать Флориду было очень смелым решением. Восьмилетнему мальчику было сложновато перестроиться под новый климат, так что большую часть дня он проводил здесь, в своём домике, где большую часть дня тот рисовал, да ловил флоридских жуков. Родители первое время волновались за своего сына, говорили, что он недостаточно времени проводит с другими людьми, предпочитая вместо этого рисование. И, честно говоря, Джордж просто обожал рисовать, погружаться в мир сказок, глупых мечт, где он мог дотянуться руками до самого неба, словно свободная птица. Позже, конечно, мать поняла, что сын у неё ну слишком уж упрямый, так что, вроде как, прекратила попытки сводить его с другими детьми. И конечно, волна раздражения прошлась по телу Джорджа, когда он услышал скрип и без того шаткой лестницы, ведущей в домик. «Это моя территория,» — однажды обозначил он, всё время повторяя это, когда кто-то другой нарушал его личное пространство без спросу. Он сложил свои листки с рисунками обратно в одну стопку, поднимаясь с пола. — Эй! Ты читать не умеешь? — говорил он, — Не входить! — мальчик надулся, возмущаясь такому поведению… Соседского мальчика? Клэй, блондин, любящий гулять под дождём, постоянно ловящий бабочек, только чтобы потом отпустить их, любящий красные розы и постоянно имеющий разноцветные пластыри на руках от их острых шипов. Мальчик, о и котором идёт речь, в замешательстве склонил голову набок, выражение опасения украсило его лицо. Цветы были вплетены в его волосы, и Джордж заметил, что его щеки покрыты созвездием веснушек. Ещё и не одним. Раньше ребёнок уже предполагал, что Клэй чем-то похож на него. Он видел его в школе, бегающего за бабочками и другими насекомыми, придумывающего лучшие сказки и истории. В общем, занимающегося чем угодно, но лишь бы не говорить с детьми. Веснушчатый прервал из игру в гляделки хихиканьем. И чего он вообще нашёл здесь смешного? — Привет, твоя мама сказала, что ты скорее всего будешь здесь. Прошлой ночью я написал очень-очень хорошую историю о мальчике, который хотел научиться летать, но Ник ушёл к Карлу, а меня оставили одного, — под конец своего рассказа, его лицо поникло, но он всё так же старался улыбаться. Джордж сделал вид, будто обдумывает сказанное, но на самом деле ему было интересно, что же такое мог написать Клэй, раз пошёл к почти что даже незнакомому мальчику. Клэй всегда для него как-то выделялся. — Ой, прости, я могу уйти, если ты не хочешь меня видеть, — улыбка всё-таки спала с лица, он действительно забыл спросить, можно ли ему тут находиться в принципе. — Нет-нет! — пусть Джордж и был хорош в скрытии своих настоящих эмоций, сейчас хотелось дать другому понять, что он на него не злится. Ладно, за вторжение в домик всё-таки, может быть, капля раздражения и осталась, но… Улыбка на его лице смотрелась куда лучше, — Заходи сюда, пока ещё никто другой не увидел. Я Джордж. — У тебя такой красивый домик, Джордж, — сказал Клэй, бегая из одной стороны в другую, рассматривая полки, на которых лежали банки для насекомых, огромные стопки бумаги, карандаши, лежащие на столе, — У Ника тоже есть дом на дереве, но он явно территори- терри-, не пускает он меня, вот, — Джордж мысленно рассмеялся от попыток выговорить слово. Этот мальчик действительно выглядел весёлым. — Что ты там хотел мне показать? — с долей нетерпения спросил он. — А, мы можем где-нибудь сесть? — Там на полке лежат одеяла, они же подойдут? — на самом деле, ребёнок уже пошёл, доставая мягкую ткань, раскладывая её в один из углов комнаты и садясь туда. Клэй склонил голову набок, спрашивая, можно ли ему тоже присесть, старший просто кивнул, не сильно утруждая себя говорить. Маленький мальчик целыми днями смотрел в окно, думая о том, когда же наконец он будет парить в небе как птица, не обращая внимания на родителей и надоедливых одноклассников. Однажды, птицы позвали его за собой и подняли его в воздух ветром. Мальчик был так рад, как никогда. 1 сентября, 2010 год Осень во Флориде, как отмечал Джордж, не сильно отличалась от лета. Было всё так же невыносимо жарко, выполнять домашку вообще не хотелось, хоть и, надо сказать, задавали её в малых количествах. Тем не менее, осеннее солнце падало на листья дерева, где находился небольшой домик. Если бы Джорджа спросили, чего он хочет сейчас больше всего на свете, он бы ответил, появления своего лучшего друга Клэя в своём домике. И, мечтам же суждено сбываться? — Клэй, ты в порядке? — было первым вопросом британца, когда его друг вбежал в не очень повседневном виде. Джордж лично только пару раз за эти года видел, как Клэй плачет. Это уже было странным явлением, но мальчик также носил… Маску? Чёрную маску на лица, которая практически полностью закрывала обзор за его веснушки, которые Джордж, конечно же, не считал каждый раз, когда младший засыпал на нём. Совсем нет. — Дрим, — хрипло ответил он. Совершенно не похоже на себя. — Что? — Зови меня Дрим, — он вздохнул, молча проходя в угол комнаты, где всё так же привычно лежали одеяла и подушки. Они часто проводили здесь время, Джордж недавно даже перетащил в ту сторону свой столик, где лежали карандаши и несколько листов бумаги. — Дрим? — как бы пробуя имя на языке, сказал Джордж, тоже садясь рядом, — Но почему? — Они сказали, моё имя ужасно, — британец чуть ли не начать гореть прямо здесь, рядом со всё ещё нестабильным эмоционально мальчиком, — И веснушки мне вообще не идут. И моя любовь к цветам делает меня девочкой. Лучше прятаться, чем терпеть их. Даже спустя года, Клэй, блондинистый соседский мальчик, всё ещё просто обожал собирать цветы и вплетать их в волосы себе или их другому общему другу, Карлу. У него были кудрявые волосы, которые обожала вся их группа: Джордж, Клэй, Ник, Дэррил, давний друг блондина, да сам Карл. Его волосы на регулярной основе поглаживали абсолютно все, когда проходили мимо, когда нечем было занять руки, да и в принципе когда хотелось сплести в них только собранные бутоны роз. Джордж всегда завидовал Карлу, который получал настолько много внимания со стороны своего лучшего друга. — Дрим, я не буду называть тебя так, тебе не нужно быть другим передо мной, — Джордж старался говорить медленно, но чётко, чтобы его услышали, — Ты нравишься мне таким, какой ты есть. — Почему ты такой, Джордж? — голос всё ещё был хриплым, — Неужели влюбился? — это пусть и было шуткой, Джордж ничего не ответил. Он действительно задумался. Он знал своего друга долгие годы, никогда не было того, с кем британец проводил больше времени, чем с ним. Они делали абсолютно всё вместе, от просмотра фильмов на ноутбуке Дрима, до сна. Мать была достаточно добра, чтобы разрешать Джорджу ночевать в домике, а также звать своего лучшего друга, — Почему? — Я всю жизнь общался с Клэем, мальчиком из соседнего дома, который обожал цветы, насекомых и писать правда, правда интересные истории. Не с Дримом, — британец сам чуть не расплакался, если говорить честно. — Времена меняются, почему я не должен? Маленький мальчик целыми днями смотрел в окно, думая о том, когда же наконец он будет парить в небе как птица, не обращая внимания на родителей и надоедливых друзей. Но птицы не слышали его и мальчик упал. Мальчик был так опечален, как никогда. 1 ноября, 2010 год Осеннее солнце падало на дерево, где располагался домик. Сегодня день был особенно мрачным для Джорджа, хоть это и был его день рождения. После произошедшего ровно 2 месяца назад, он долгое время отказывался идти в школу и в принципе выходить из дома. Это был первый раз за это время, когда он вернулся в домик, чтобы порисовать. Рисовал он щенка, высунувшего язык и, судя по позе, довольно лающего. Золотистый цвет шерсти, желтоватые, но на самом деле зеленоватые, глаза. Он так напоминал Клэя. Клэй, такой хороший, добрый соседский мальчик, который спустя года так глубоко забрался Джорджу не просто в душу, а, как он понял 2 месяца назад, в сердце. Об этом, конечно, никто, кроме Джорджа не знает и не должен знать. Вся прошлая неделя шла, точнее, тянулась мучительно долго. День за днём не было сил совершенно ни на что. Благо, в американских школах действительно задают мало домашнего задания, главной целью было просто пережить уроки. Хоть мальчик и учился достаточно хорошо, учёба перестала приносить удовольствие ещё тогда, в тот день. Без ежедневных разговоров со своим лучшим другом, даже Карл, безумно прилипчивый и милый друг, не спасал. Конечно, ему очень нравилось общаться с ребятами из их группы друзей, но избегать Клэя при таких условиях было всё сложнее. И Клэй тоже это осознавал, выходя из дома в школу всё реже и реже, прогуливая уроки. Зачем же они избегали друг друга? Что же, Клэй или Дрим, как его сейчас называли, решил, что Джордж разозлился на него, а Джордж… А что Джордж? Он подумал то же самое, но вот только уже про американца. Действительно идиоты. У Джорджа были довольно смешанные ощущения, когда он услышал скрип лестницы. Всё тот же скрип, из раза в раз совсем не меняющийся. Было совсем не трудно понять, кто же сейчас забирался наверх. — Джорджи? — младший хрипел, будто совсем недавно плакал, — Можно войти? — но, не дождавшись ответа, он сам залез до конца в домик и стоял посреди комнаты, не зная, куда себя деть. Джордж тоже встал прямо напротив него буквально на расстоянии в пару метров. Клэй всё так же носил маску, которая закрывала нижнюю часть лица. Было так несправедливо, по мнению Джорджа, лишать его возможности разглядывать веснушки, которые с каждым годом будто становились всё ярче и ярче, как звёздочки, до которых в обычное время можно было дотянуться, но не сейчас. От этого становилось грустно. Джордж всегда, даже будучи маленьким ребёнком, был меньше своего друга. Начиная руками, заканчивая ростом. И с годами это было более заметно. Клэй был выше, имел спортивную форму, хотя особо спортом не занимался. Джордж секретно думал, что он занимается по ночам, когда никто не видит. В общем, не выдержав игры в гляделки, британец пошёл вперёд, падая в руки Клэю, который сначала не мог понять, что происходит, а потом всё-таки расслабился, прижимая своего Джорджа ближе. — Мне жаль, — не контролируя свою речь, говорил он, — Мне так жаль, Джорджи, прости. Они оба были на грани слёз. Даже не по одной причине: они так долго не разговаривали друг с другом, что забыли, как сильно успокаивают их разговоры, объятья, и они, вроде как, помирятся. Да, им было о чём поговорить, но следующие несколько, может, 5 минут они простоят так, наслаждаясь моментом.

***

— Клэй, ой, Дрим, — Джордж осознал, что понятия не имеет, как обращаться к своему другу. Уже наступил вечер, они и сами не поняли, как уснули прямо на полу. Что же, сейчас они были в своём привычном месте, в уголке домика, где лежали кучи одеял. Это было прекрасным местом, чтобы поговорить. — Джордж, можешь называть меня Клэй, если хочешь. Мне нравится, когда ты называешь меня так, — по какой-то причине, щёки обоих стали чуть розовее. Хотелось снять маску американца, чтобы увидеть это лучше. — Можно я сниму твою маску? — Джордж в принципе редко думал, когда говорил со своим другом. Сейчас же… Был вечер, он только что спал на полу, а перед этим плакал, так что ему можно было отключить мозг, да? Ответа не было несколько секунд, которые шли непозволительно медленно. Британца за это время будто осудили 50 раз за такой странный вопрос, но в итоге послышалось неуверенное «да». Не колеблясь, ладони упали прямо на щёки младшего, которые до сих пор были скрыты злосчастной маской. Они уже были так близко друг к другу, так что это не должно было вызвать смущения или чего-то такого, однако, по какой-то причине, оба лица нагревались. Заведя пальцы на уши, подцепив нитки, на которых маска и держалась, Джордж осторожно снял её, убирая руки с лица и швырял куда-то в сторону. Клэй был красивым не только по мнению Джорджа. Но сейчас, когда на лицо падали только лучи лампы, стоящей неподалёку, когда глаза переливались разными цветами даже для Джорджа, дальтонизм которого никто не отменял, Клэй выглядел особенно красиво. Слишком красиво, чтобы устоять. Благо, они уже сидели, так что стоять в любом случае не приходилось, потому что британец бы уже упал. Это ощущалось как что-то слишком правильное, когда его губы упали на чужие, А руки снова были на щеках и без того горячих. За все те годы, что они были вместе, друзья ещё никогда не заходили так далеко, хотя тот же Ник всегда подкалывал их по этому поводу. Они слишком подходили друг другу. Они были всего лишь подростками, глупыми подростками с бушующими гормонами, как сказали бы многие. И это было отчасти правдой. Однако, этому предшествовало слишком многое. Джордж уверен, однажды они бы всё равно пришли к этому моменту. — Обещай, что мы всегда будем рядом. — Обещаю. Маленький мальчик целыми днями смотрел в окно, думая о том, когда же наконец он будет парить в небе как птица, не обращая внимания на родителей. Но птицы не слышали мальчика, отчего он всегда расстраивался. Но рядом был его лучший друг, который делал мальчика счастливее, чем он мог бы быть с птицами, высоко в небе. Мальчик был так счастлив, как никогда. 20 июня, 2015 год Летнее солнце падало на дерево, где располагался маленький домик Джорджа Дэвидсона, восемнадцатилетнего британца, закончившего флоридскую школу в Орландо и прямо сейчас готовившегося к полёту в Великобританию. Нет, он и до этого летал туда на летние каникулы, но случалось это до ужаса редко и, скажем, по другой причине. Дело в том, что семья Джорджа в Британии настаивала, чтобы ребёнок учился тут, на своей родной земле. К сожалению, он ничего не мог с этим поделать. Что бы он не придумывал, у него не было хорошей, по мнению родни, причины не ехать. И Джордж прекрасно знал об этом. Как и его, наконец, парень. Формально, они всё ещё были друг для друга лучшими друзьями, просто позволяли себе чуть больше, когда были наедине, в том же домике на дереве. Они так и не поняли, в каких отношениях состоят, но Клэй однажды сказал: "Джордж это Джордж, а Клэй это Клэй," – что звучало ну уж крайне глупо именно в тот момент, но сейчас эта фраза приобретала больший смысл. Его вообще никак не удивил всё тот же скрип лестницы, который он слышал изо дня в день. Клэй совершенно не менялся. Был таким же весёлым идиотом, который очень нравился Джорджу таким. Но если умнее он не стал, физически Клэй выглядеть начал однозначно лучше. Блондинистые волосы стали приобретать более тёмный оттенок ещё несколько лет назад, волосы стали немного длиннее, тело более подтянутым. Он был красивым. И если вы спросите, да, за ним иногда бегали девочки из школы, совершенно не зная причину смеха их "кумира". Джордж, прекрасно осознавая происходящее, неловко смеялся в сторонке, мысленно радуясь, что именно стал любимчиком Дрима, как его называли остальные, а не какая-нибудь девочка из соседнего класса. — Клэй, — мягко выдохнул Джордж, когда пришедший сел рядом, в том же углу комнаты, где лежала куча одеял. Даже спустя 10 лет это оставалось неизменным, — Сегодня последняя ночь. — Ой, не напоминай, — к сожалению, как бы от этого не хотелось убежать, у британца уже были куплены билеты на утро завтрашнего дня. Даже как-то было жалко, что он не смог попрощаться со своими друзьями так, как хотел. Кроме Клэя. А завтра... Он не будет заставлять своих друзей вставать завтра утром и ехать в аэропорт, чтобы попрощаться. — Нам нужно убраться в домике, хорошо? Потом можем отдохнуть, — вместо ответа, американец клюнул его в щёку и сразу же встал с одеял, приступая к работе. Отставать от него не хотелось.

***

Джордж нашёл множество рисунков, которые рисовал, будучи ещё ребёнком. Золотистая собачка с зелёными глазами, похожая на Клэя, домик на дереве, даже кот его друга Карла, который умер много лет назад. Одни только рисунки, нарисованные на уже слегка пожелтевшей бумаге, оставляли столько воспоминаний. Казалось, только вчера ему было девять лет и он прыгал по лужам от дождя вместе с Ником, Карлом и со своим лучшим-лучшим другом, с которым он общался около десятка лет и делил настолько много секретов, что это не казалось реальным. Джордж всё ещё рисовал очень много, даже дальтонизм не мешал, ведь рядом всегда были люди, которые помогали определить настоящий цвет карандаша. Хотя, было очень весело, когда оба, Карл и Джордж не понимали, какого же цвета карандаш, ведь у обоих в какой-то мере был дальтонизм. По какой-то причине, Сапнап постоянно спал, пока Джордж рисовал, так что каждый раз приходилось будить этого бедняжку, который не знал, что такое сон дома. Дэррил, он же Бэд часто подсказывал ему, как исправить ошибки в своих рисунках, поскольку сам тоже любил рисовать. Дрим же постоянно следил за процессом как зачарованный, быстро отвечая на вопрос, жёлтый ли или зелёный это карандаш. Его друзья были такими милыми. Они все. Клэй нашёл несколько своих текстов, которые написал годами назад. Они были аккуратно сложены в одну стопку и помещены на верхнюю полку. Любовь американца к написанию историй с годами не уменьшалась, только росла, что точно сказалось на выборе колледжа. Он бы отдал всё, чтобы снова вернуться во время, когда он сидел и читал вслух свои истории, пока Джордж лежал на его коленях и пытался слушать сквозь сон. Мягкий тон рассказчика вообще не помогал, только сильнее пытался забрать к себе в мир снов в такой мирной обстановке. — Джордж? — Дрим вытащил один из листков, — Это то, что я принёс тебе в первый раз? — в руках был лист, которому было лет 10, судя по виду. Там, довольно плохим детским почерком была написана короткая история про мальчика и... Птиц? В последствии, эта работа иногда переписывалась уже самим Джорджем, поскольку тот всё никак не мог забыть тот день, когда соседский мальчик пришёл к нему впервые, приходя в его жизнь тогда же. Навсегда. По крайней мере, он надеялся на это, — Не могу поверить, что ты сохранил её. Ты правда так сильно любишь меня, а? — Ты такой идиот. — Но это же правда, да? — в обычное время, Джордж бы без колебаний послал своего излишне романтичного парня туда, откуда он пришёл, но сегодня на это не было настроения. Если он мог бы сделать американца более счастливым и не таким волнующимся из-за переезда своего давнего друга, он бы сделал это не думая. Да и что он теряет? — Может быть. — Джорджи, — листы бумаги упали на стол, а парни на пол, когда младший немного не расчитал свои силы, врезаясь прямо в своего парня. Тем не менее, они смеялись, — Я уже немного скучаю. — Но я же ещё здесь, — смех ушёл очень быстро с их лиц. — Ты всегда будешь здесь, — Клэй сел на пол и показал пальцем на левую часть своей груди, если Джордж не прогуливал уроки биологии, он должен был знать, что примерно там находится сердце, — Только звони почаще. И приезжай. — Хорошо, я буду, — Клэй снова налетел на него, теперь уже специально поваливая на землю, в итоге ложась рядом. Буквально в метре от них лежали одеяла, но сегодня, видимо, был день лежания конкретно на полу. Объятия даже в такой не очень комфортной обстановке ощущались тепло, слишком тепло. Прямо как их отношения друг с другом.

***

На следующий день, рано утром Джордж уже был в аэропорту совсем один. Ещё не было регистрации на его рейс, вот же угораздило его мать отправить его на несколько часов раньше, чем нужно. Хоть на душе и была грусть вчера, в душе всё ещё была надежда на то, что он, Клэй и их друзья ещё обязательно встретятся. Возможно, не в ближайший год, поскольку такие перелёты вылетали в довольно большую сумму, но хотя бы после обучения он точно планирует вернуться во Флориду обратно. Было бы так хорошо, если бы его друзья дождались его в полном составе. Кстати, о полном составе. Джордж даже не заметил, как молодой мужчина примерно его возраста бесцеремонно вырвал телефон из рук британца и сел ему на колени. Сначала мальчик немного испугался, но он знает одного человека в этом мире, который мог бы посметь так залезть в его личное пространство, даже не боясь за это потом получить пару-тройку щелбанов. Карл Джейкобс собственной персоной, человек из их группы, чьё имя они почему-то часто произносили вместе с фамилией. Джордж так задумался об этой особенности Карла, что забыл подумать о том, что он тут вообще делает. — Чт- — только вопрос слетел с губ, как он увидел рядом стоящих Ника и Бэда, а рядом сидел и его лучший-лучший друг, Клэй. Может быть, они решили попрощаться? Но зачем было ехать такую дорогу до аэропорта ради него? — Неужели ты думал, что сможешь уехать без своего парня, а? — Карл улыбался, всё ещё сидя на коленях старшего, совершенно не переживая о взглядах, которые они получали от других людей. Сейчас не время для этого. — На самом деле, я всё равно учусь дистанционно, так что... — Клэй отвёл взгляд, тем не менее кладя свою голову на чужое плечо с той стороны, где Карла не было, — Но эти идиоты не с нами, не переживай. Никто, кроме меня, не будет любить твоё личное пространство. — Ты знал, что летишь со мной, но не сказал? — у Джорджа были смешанные ощущения. Вроде бы, хотелось и расплакаться от счастья, но также и врезать за молчание. Какие противоположные, но в тоже время схожие чувства. — Скажи спасибо ему, — палец указал на Бэда, который тут же улыбнулся, смотря британцу прямо в глаза, — Буквально вчера он пинками заставил меня покупать билет и вообще переосмыслить... Тебя, — он споткнулся на последнем слове, будто не мог подобрать его, — Повезло, что люди отменяют свои билеты. — Переосмыслить меня? — Тебя, — Клэй зевнул. Видимо, он действительно сам недавно проснулся. — Он хочет сказать, что осознал, что не может и дня прожить без тебя, — Ник усмехнулся. — А Ник не хочет слушать вой под своим окном каждую ночь, — продолжил Карл. — Так что мы решили избавиться от проблемы под корень, — Бэд, наконец, сказал полное предложение, — Он твой. — Он мой? — тихо уточнил Джордж. — Я твой, — Клэй быстро клюнул его в щёку, возвращаясь в прежнее положение. Они наверняка странно выглядели со стороны: два парня, один сидит на коленях другого так, будто делал это до этого миллионы раз, ещё один парень лежит на нём с другой стороны, а остальные двое стоят и постоянно хихикают над ними. Как же хорошо, что они все ещё с детства знали, что не нужно так много внимания обращать на других. Всё-таки, Карл был единственным мальчиком в классе, кто красил ногти и смотрел "девчачьи" мультики, чем занимается до сих пор, Клэй до сих пор почти всегда ходит в маске, хотя сегодня было исключение, Ник собирал жуков и в принципе отдавал предпочтение своим друзьям и животным, нежели другим людям, Бэд казался ну уж слишком святым ребёнком и этим часто пользовались, а Джордж... Начнём с того, что его в принципе угораздило общаться со всеми ними, а также переехать в принципе из другой страны, что здесь почему-то встретили не очень хорошо, хотя казалось бы, Соединённые Штаты. Так как до регистрации на рейс ещё оставалось около двух часов, они просто решили побыть вместе и не делать ничего уж слишком активного. Возможно, они просто старели. Но не в этом суть. Карл и Клэй полностью отказались от идеи отпустить Джорджа, а Бэд и Ник не очень хотели сидеть дальше от него, чем в одном метре, но как же хорошо, что пол всё ещё был свободен. Да, было ещё много места для сидения, но даже одноклассники всегда считали их странными, вы не можете осуждать их решения. — Я буду скучать, Джорджи, — Карл, видимо, практически заснул, совсем не двигаясь, даже рот еле открывался для разговора. Сейчас действительно было утро и вообще, Джордж не просил их просыпаться рано ради него. Нет, он совсем не был против, он очень даже рад, особенно учитывая последнюю новость, но гордость бы не дала ему сказать это. — Знаешь, я тоже. Но мы ещё не раз встретимся, — ладно, может быть, сегодня просто был особенный день, когда все рамки поведения в обществе и гордость пали, — Я до конца жизни похоронен в твоих объятиях. — Это звучит как что-то, что ты должен говорить своему парню, а не чужому, — они оба перевели взгляд вниз, где Бэд и Ник сидели практически в обнимку и спали. Карл усмехнулся и продолжил, — Люблю тебя, Джорджи. Пиши почаще. — Я буду, я буду. Маленький мальчик целыми днями смотрел в окно, думая о том, когда же наконец он будет парить в небе как птица, не обращая внимания на беды. Хоть птицы и не слышали мальчика, он никогда не расстраивался, ведь рядом всегда были его друзья, которые делали его, казалось, самым счастливым человеком на планете. С ними он будто летал, так свободно, так мирно. Мальчик пережил многое, но он был так счастлив.

***

8 мая, 2022 год Весеннее солнце падало на листья дерева, где находился небольшой домик. Домик, переживший в себе маленькую историю маленьких людей, которые хотели просто жить счастливо. Один из них в будущем смог превратить свою любовь к письму в часть работы, второй, к сожалению, всё ещё продолжал рисовать просто так, для себя. Но это не делало его менее счастливым. Ровно 17 лет назад в этот же день 8 мая встретились двое детей, прошедших через очень многое вместе в этом домике. Дружба, ссоры, слёзы, счастье. Абсолютно разные эмоции они испытали на этом пути, но 7 лет назад оба уехали отсюда, оставив домик всё дальше стоять в ожидании их и новых историй. Возможно, это уже даже не будут они, возможно, домика самого по себе уже не будет, но вечным останется одно: воспоминания. И они помнили. Помнили каждый день, что провели здесь вдвоем или со своими друзьями. Сегодня был тот день, когда родители Джорджа окончательно решили переехать в Великобританию, обратно в свой дом, а их сын... Что же, он уже имел дом, который купил со своим другом и одновременно партнёром немного в другой части Орландо, ближе к центру. Это значило, что дом родителей нужно продать, оставив дом следующим хозяевам. Но молодая пара совершенно не была опечалена тем, что теперь это по-настоящему их последний день в домике на дереве, с которым были связаны их жизни. Они были счастливы быть друг с другом. Это единственное, что волновало их сейчас. Лестница вновь и уже в последний раз заскрипела, пуская гостей внутрь. Всё осталось ровно так же, как они оставили это 7 лет назад. По щекам Джорджа покатились слёзы. Но они не были из-за грусти. Скорее просто от того огромного количества эмоций, связанных с этим местом, что уже было невозможно сдерживаться. Его молча притянули в объятья, давая выпустить всё это и наконец продолжить жить дальше, начать новую главу истории. — Я так люблю тебя, — тихо бормотал он, эмоций было так много. Это было слишком. — И я тебя, — Клэй выдохнул, закрывая глаза.

***

—... Так что да, теперь ДримТим в Орландо в полном составе, — заявил Джордж на первой трансляции с нового места, — Ещё я видел сегодня Карла и Бэда, вы же знаете, что они живут в других штатах? — он сделал секундную паузу, — У нас есть две гостевые комнаты здесь, так что они будут часто приезжать. Трансляция продолжала течь так же гладко, как обычно. Джордж хотел бы, чтобы это дело застряло с ним настолько же, насколько и Клэй или Дрим, как его приняли называть здесь, в сети. Домик на дереве всё ещё занимал место в душе Джорджа, отдавая горечью от событий, которые уже не вернуть, но, оглядываясь назад, он очень рад, что всё сложилось именно так. Маленький мальчик целыми днями смотрел в окно, мечтая однажды взлететь как птица в небесах. Он прошёл через многое, хорошие и плохие события, но в итоге у него получилось. Он был очень рад тому, что прошёл через всё это и он не жалел ни о чём.