Ты можешь сломать меня, но только не мою любовь

      Антон выбежал из музыкального зала. Слезы рекой лились по его щекам. Он пытался избавиться от назойливых влажных дорожек. Он ненавидел это место, ненавидел гребанные скрипки и их тугие струны. Ненавидел общество напыщенных аристократов. Занятия высасывали из него последнее желание жить. Он встал, стараясь не дрожать всем телом от накатывающей истерики. Занятие должно длиться ещё минимум час, но ему было плевать. Потуже застегнув чехол для скрипки, он бегом спустился по винтовой лестнице музыкального училища. Бег сменился размеренной ходьбой только на улице. Здесь есть чем дышать. От дома до музыкалки рукой подать. Но Антону явно не хотелось возвращаться в этот приторный ад из правил и лицемерия. Парень считал ступеньки, пока спускался в метро. ... три, четыре, пять ...       Запах метрополитена успокаивал парня. Он любил запах мокрового асфальта намного больше, чем запах нового кожаного салона его отца. ...шесть, семь, восемь....       Тихий стук вагонов напоминал тиканье часов. ...девять, десять....       Горло неожиданно сдавило что-то холодное и сильное. Тело Антона в ту же секунду оказалось у не ровной стены и каждый выступ на ней отдавался острой болью в спине. Единственное, что парень мог видеть - это тёмно-синюю пару глаз, что с таким интересом смотрели на него. Что-то холодное прижалось к животу Антона и немного прорезало ткань его рубашки.       –Что....кх....вам.... нужно..?–выдавил он из последних сил.       Оскал напротив превратился в удивленную улыбку.       –Не слишком ли вежливо для человека, который сейчас выбьет из тебя всю дурь и вычистит карманы?–пропел бархатный голос.       Антон попытался сосредоточиться на страхе, но видел лишь глубокие глаза с огромными зрачками. Они настолько захватили внимание парня, что он и забыл про нож, что упирался ему в живот.       –Твои деньги.– уже настойчиво сказал голос.       Куда-то пропала та бархатность и из-за этой потери Антону захотелось завыть, но сил хватило лишь на жалобный стон.       –Я...я....       Рука, которая держала нож медленно опустилась в карман Антона. Он почувствовал как длинные пальцы опустились на самое дно и щупали его штаны, в надежде найти хоть что-то напоминающие бумажник.       –Жалкий нищеброд.– прорычал голос.       Рука на шеи с сильной приложила его затылок о стену сзади. Антон потерял опору ввиде чужого тела и свалился, пораженный ударом. Последние силы он потратил на то, чтобы хотя бы мельком взглянуть на спину хулигана. Картинки плыли из-за удара об стену, но он смог разглядеть символ скорпиона на спине.       –Боже, с вами все в порядке.–голос и руки незнакомой женщины вывели Антона из транса.       Он посмотрел на помощницу и коротко кивнул головой.       –Что ж это делается то? Вам нужно срочно писать в полицию! Вы запомнили как он выглядел?–продолжала причитать женщина.       Антон набрал в грудь побольше воздуха, руки, что держали его шею оказались очень сильными:–Всё....всё в порядке, не переживайте, мадмуазель.       Парень встал и потёр место удара. Скорее всего там образуется шишка. Черт, на рубашке виднелось кровяное пятно. Видимо нож всё-таки вошёл в плоть, хоть и не сильно. ***       Дома была гробовая тишина. Когда тихие шаги Антона прозвучали в коридоре, показалось будто гремел гром. Парень пытался незаметно улизнуть в свою комнату, которая находилась чуть дальше огромного зала. Достигнув арки, ведущий в зал, Антон ускорил ход, но все же не успел.       –Сядьте рядом, молодой человек.–прогремел голос.       Парень сжал кулаки до посинения, но развернулся на пятках и сел. Натянув маску спокойствия, он посмотрел на отца.       –Мне позвонили из музыкальной школы и сказали, что ты прогулял половину пары.– наконец отец захлопнул газету и Антон смог увидеть яростный взгляд мужчины.–Ты думаешь тебе это сойдет с рук?       Антон молчал. Он знал, что не сойдет. И ничуть не удивился, что отец проигнорировал кровь на белой рубашке. Таковы правила этого дома: выполняй, что требуется и не ной.       –Снимайте рубашку, молодой человек.–процедил отец.       Антон не видел смысла сопротивляться и снял рубашку, слегка дрожащими руками. Как только ткань оказалась на полу грубые руку отца повернули сына на 180 градусов.       Маленький, жёсткий и сильно болючий жгут приземлился на спину юнцу. Антон прикусил губу практически до крови. Жгут поднялся в воздух, а потом снова очутился на его спине. Звук жгутка, рассекающего воздух давно стал знакомым. По спине уже начали стекать струйки крови, но отец продолжал хлестать.       –Ты *хлёст* бездомность *хлёст*. Мы с матерью *хлёст* столько вложили *хлёст* в твою ничемную *хлёст* голову.       Удары прекратились лишь тогда, когда вся спина была однородно красной и где-то виднелись глубокие раны, которые продолжали кровоточить. Отец не взглянул на эту жалкую картину, а просто вытер жгут от крови.       –Мы поняли друг друга.– сказал он и ушел.       Антон упал на колени и позволил слезам залить его щеки. В соседней комнате слышался приглушённый разговор отца и матери: –Ты опять его бил?       –Так было нужно, дорогая. Наш сын не обычный подросток и он должен это осознавать.       И Антон осознавал. В то время, пока другие дружили, встречались, ходили на ночёвки и пробовали наркоту, Антон учил ноты и аксиомы стереометрии. Его бесконечные занятие не давали парню даже выйти на улицу. Друзей у него не было. Он был одинок. Правда, в гимназии был один мальчик, которому Антон переодически жаловался. Но они не были друзьями. По крайней мере так считал сам Антон.       Он встал с холодного пола и позволил своим ногам донести тушу до его личной ванной комнаты. Струи холодного душа облипили тело парня. Он чувствовал как кровь смешивается с водой и течет ему под ноги. Боже, как приятно было стоять в тишине под водой.       Антон провел руками по месту ушиба, а потом и по шее, на которой остался след от сильной руки. Парень шумно втянул воздух. Не хотя он признал, что боль возбуждала. Ему никогда не нравились отцовские наказания. Нет, речь шла о другой боли. О тех сильных руках, что прижали его. О том бархатном голосе, что заставил его дрожать. Не от страха. Точно не от страха.       Он найдет его, да. Точно найдет. Если придется поплатиться за это - он поплатиться, но найдет того парня с глубокими синими глазами.