Испытание
3 октября 2022 г., 20:33
Коридоры научного корпуса в такую рань навевали ужас. Сакура сидела на полу, спиной к стене, и читала предстоящую главу в своем учебнике по биохимии. Не то чтобы она изъявила желание прийти на занятия на два часа раньше, просто она проснулась в пять утра и, после пристального разглядывания потолка длиною в час без всякой надежды снова уснуть, решила собраться и пойти в университет. Несколько незадачливых студентов записались на занятия по физике в семь тридцать, и Сакура прекрасно провела время, слушая монотонную лекцию, эхом разносившуюся по коридорам, прежде чем приступить к изучению главы, которую они возьмут на следующей неделе. Она успела освоить бо́льшую часть к моменту, когда здание начало потихоньку наполняться потоком студентов.
Она подобрала ноги под себя, пропуская вереницу учеников, марширующих на занятия, начинающиеся в восемь. Было практически невозможно сконцентрироваться при таком шуме, и Сакура решила изучить диаграммы и графики, зажатые между тоннами текста. Она провела ярко-розовым маркером по нескольким фигурам, когда гомон начал постепенно затухать. Двери закрылись, лекции начались, и Сакура снова осталась в тишине пустых коридоров. Она прикрыла рот ладонью, зевая, и откинула голову назад, прислоняясь затылком к бетонной стене. Лаборатория, которую они занимали, располагалась прямо через холл от лекционной аудитории, и с места, где она сидела, Сакура могла прекрасно видеть доску, на которой каждый понедельник профессор Хатаке записывал различные формулы и химические структуры. Она пыталась не думать о странном инциденте в кофейне, но бесполезно. Каждый раз, когда он всплывал у нее в голове, ей хотелось съежиться и пару раз садануть себя по башке за свою тупость. И сейчас, снова вспомнив подробности того дня, она застонала, прокручивая тот самый тихий с придыханием тон, которым она говорила с ним.
Она уронила голову на руки, пытаясь стереть воспоминание из своей головы. Осознание, что он, вероятно, считает ее последней идиоткой, было ужасным. Все, что она хотела, это получить хорошую оценку, сдать его курс и перейти к следующему семестру. Тем не менее, она была здесь, пытаясь казаться дружелюбной и кокетливой, как будто… как будто он был Саске Учихой или кем-то вроде него!
Она снова застонала в ладони, отчаянно желая, чтобы ее мысли перестали течь в этом направлении. Вероятно, виной всему были эти недели без сообщений, без звонков, да без абсолютно ничего от парня, в которого она была так сильно влюблена и с которым, простите, спала. Может, поэтому она так странно вела себя рядом с профессором Хатаке. Она просто чувствовала себя одиноко, брошенная парнем, которого она вроде как любила, и потерянная до такой степени, что начала флиртовать со своим горячим профессором.
Подождите-ка.
С каких пор она думает, что он горячий?
— Вы в порядке? — глубокий голос над ней заставил Сакуру ахнуть и схватиться за грудь, когда она увидела знакомое лицо человека, последнее время занимающего почти все ее мысли.
Он смотрел на Сакуру с легким замешательством — его портфель с толстым кожаным ремнем свисал с одного плеча, а куртка была накинута на другую руку. Он наверняка счел ее сумасшедшей, найдя ее сидящей на коленках и обхватившей голову руками. Прекрасно. Теперь он будет думать, что она пустоголовая дурочка.
Она прокашлялась и с быстрым кивком заправила волосы за уши.
— Эм, да… Я просто… пытаюсь освоить следующую главу и немного отвлеклась, стараясь понять все это, — что было наглой ложью. У нее не было никаких проблем с курсом, и ей хотелось ударить себя за очередную тупость.
Почему, стоило ему оказаться рядом, она делала все с точностью наоборот? Почему ей было так трудно просто быть собой? Ужасающая мысль, что это и есть ее нормальное «я», пришла ей в голову, когда он подтянул лямку своего портфеля и взглянул на страницу, на которой она остановилась.
— А, это. У многих возникают проблемы с биомолекулярными структурами. Хотя я бы никогда не подумал, что вы — одна из них, — бабочки запорхали в ее животе с новой силой, и она склонила голову, пытаясь скрыть румянец, расползающийся по щекам. — Вы же знаете, что занятия только через час?
— Да, конечно, я просто не могла уснуть… Не то чтобы я была очень рада оказаться в лаборатории или что-то в этом роде… Я просто устала лежать в постели и смотреть в потолок, понимаете? — боже, она была идиоткой. Именно поэтому она не хотела показывать свою «нормальную» сторону… ее «нормальная» сторона была неадекватной!
Она замолчала, когда он улыбнулся ей, и Сакура вдруг осознала, как хорошо он сегодня одет. В своей темной рубашке на пуговицах, словно сшитой именно для него, он казался расслабленным и слегка небрежным, а его брюки… о, боже, ей не следовало пялиться на его брюки!
Профессор Хатаке с ухмылкой кивнул в сторону двери лаборатории.
— Я понял. Тогда я открою дверь, чтобы вам не пришлось сидеть на полу, — он выудил связку ключей из переднего кармана и толкнул дверь, пока она собирала свои книги и засовывала их обратно в рюкзак.
Сакура выпрямила ноги и удивленно моргнула, заметив протянутую им руку, чтобы помочь ей встать. На мгновение она заколебалась, переводя взгляд с его пальцев на его лицо, так красиво обрамленное серебристыми волосами. Ее рука скользнула в его ладонь прежде, чем она успела осознать, что делает, и он без усилий поднял ее на ноги, подарив легкое головокружение… то ли от внезапного движения, то ли от тепла его пальцев — она не знала.
Он отпустил ее руку до того, как она успела разобраться со своей головой и желудком, пропуская ее в лабораторию. Она выбрала стул, на котором сидела последние несколько недель, и поставила свои вещи на пол рядом.
— Спасибо, — сказала она, и дрожащая застенчивость в ее голосе заставила ее немного поежиться.
Он кивнул и положил портфель на лабораторный стол в передней части комнаты.
— У вас ведь предмедицинская подготовка? — он вопросительно поднял бровь, взглянув на нее.
— Да.
— Я не был осведомлен, что мой курс является обязательным для этого плана.
Сакура наблюдала, как он вытаскивает рабочую тетрадь из своего портфеля, и ее взгляд упал на его пальцы, пока он листал страницы. Она выкинула из головы все мысли о том, как странно привлекательны его руки, и откашлялась.
— Это требование для тех, кто был принят в новую программу. Все, кто был принят до этого семестра, не обязаны его сдавать.
Он замедлился и посмотрел на нее, приподняв бровь.
— И тем не менее, вы все равно взяли его? Я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь добровольно пошел на этот курс.
Она не знала, что ответить, и могла только пожать плечами и улыбнуться. Не секрет, что Сакура хорошо училась. С тех пор, как она пошла в школу, самой низкой оценкой, которую она когда-либо получала, была тройка за тест по математическому анализу в старшей школе… и то только из—за ротавирусной инфекции, когда она не могла сосредоточиться на чем-то кроме постоянной тошноты. Университет ничем не отличался. Она усердно работала в поте лица за все свои оценки.
— Я не хочу упустить что-то, что может помочь мне в будущем, только из-за того, что это может показаться сложным. Ну и помимо этого, мне нравятся испытания.
Воздух в комнате изменился, стал немного теплее — профессор Хатаке положил обе руки на стол и посмотрел на нее со странным выражением. Это была несвойственная ему смесь восхищения и любопытства, и Сакура прикусила нижнюю губу, пытаясь отвлечься от жара, расползающегося по ее телу. Несколько секунд они не сводили глаз друг с друга, пока Сакура не сглотнула и не перевела взгляд на стол перед ней. Она протянула руку и подняла рюкзак с пола, понятия не имея, что ищет. Ей нужно было отвлечься, чтобы разобраться в рое беспорядочных мыслей в голове.
Профессор Хатаке пробормотал что-то о том, что ему нужно ненадолго отлучиться в свой кабинет, и ушел, не оглянувшись, оставив Сакуру в одиночестве. Она вздохнула, не осознавая, что сдерживала себя, и перестала копаться в рюкзаке. Стряхнув волосы с лица, она оглянулась на стол, за которым он стоял, и подавила желание отпинать себя.
Ни за что… ни за что, черт возьми, она не позволит себе влюбиться в этого человека.
***
Вечера по четвергам всегда были скучными для Сакуры. Обычно она проводила свободное от работы и внеклассных занятий время в библиотеке, выполняя домашние задания или готовясь к предстоящим тестам. Сегодня ничего не изменилось, и она вновь сидела на последнем этаже огромной университетской библиотеки, снова и снова перечитывая один и тот же абзац, пытаясь заставить свой мозг сфокусироваться на контрольной по физиологии на следующей неделе. Слова продолжали расплываться перед глазами, и после нескольких минут безуспешных стараний она сдалась, прижимая ладони к глазам до звездочек под веками. Без толку. Она была явно не в состоянии сосредоточиться на работе, и вместо этого предпочла мечтательно вздыхать — ее мысли неуклонно текли либо к ее пьяной ночи с Саске, либо… к другому мужчине, который, казалось, решил окончательно оккупировать ее мозг. Сакура вздохнула и вытащила телефон из внешнего кармана рюкзака, надеясь отвлечься от учебы и назойливых мыслей. Она щелкнула по кнопке сбоку и нахмурилась, даже не понимая, что ожидала увидеть. Прошла целая неделя с тех пор, как она в последний раз писала Саске, неделя с тех пор, как они обменялись вежливыми «как дела?», и ничего. И она ничего не понимала. Он плохо провел с ней время? Но он же сказал, что все было круто, и даже однажды вечером признался, что был бы не прочь повторить. Она сильно покраснела, вспоминая, как он сказал ей, что будет помнить об этой ночи и о том, как она выглядела в его постели. Это было именно то, что она хотела услышать, но потом их переписки становились все более односложными и откровенно скучными. Прошло около двух месяцев с последнего упоминания их совместной ночи. Сакура снова вздохнула и швырнула телефон обратно в рюкзак, размышляя, не стоит ли ей вообще отказаться от парней и больше сосредоточиться на учебе. Но куда больше? Она и так успевала до такой степени, что ей это уже почти надоело. Ее клинические занятия увлекали, поскольку были более практическими, но это было естественно и не требовало от нее такой усердной работы, как другие курсы. Она устало откинулась на спинку неудобного деревянного стула и постучала ручкой по стопке заметок на столе. Ее взгляд рассеянно блуждал по высоким окнам, выходящим во двор кампуса. Она видела тот самый фонтан, из-за дождя свободный от студентов, обычно сидящих кучками по краям. Кирпичный тротуар вел к библиотеке, а затем поворачивал к научному корпусу. Сверхсовременное чудище маячило в пятидесяти ярдах от нее, и Сакура нахмурилась, жалея, что выбрала стол с видом на эту сторону кампуса. Ей нужно было отвлечься от мыслей, а не вспоминать лишний раз мужчину, которого она изо всех сил старалась игнорировать. Она взглянула на здание через лужайку, считая окна на верхнем этаже и гадая, какой из кабинетов принадлежит ему. Был ли он сейчас там, тоскливо вздыхая на погоду за окном так же, как и она? Он не был похож на мечтателя. Она могла представить его сидящим в своем кабинете, проверяющим работы и печатающим очередные планы занятий на компьютере. Такой весь серьезный и сосредоточенный. С другой стороны, что она вообще знала о нем? Что там сказал его друг на днях? Что его внешняя суровость была лишь маской? Тогда, возможно, он вполне мог бы быть мечтателем. Может быть, сейчас он был в своем офисе, наблюдая за тяжелыми дождевыми облаками, пока его мысли блуждали за миллион миль отсюда. Уголки ее губ приподнялись, когда она вновь посмотрела на свои записи. Ей потребовалась доля секунды, чтобы заметить серебряную вспышку, пронесшуюся через двор под библиотекой. Ее пульс участился, она встала, громко скребя ножками стула по кафельному полу, и уставилась на улицу. Профессор Хатаке шел к научному корпусу, одной рукой прижимая к груди небольшую стопку книг. Сакура подбежала к окну, прижимая ладони к стеклу и наблюдая, как он машет кому-то через лужайку. Она отследила путь, куда он смотрел, и вид улыбающейся женщины, шедшей ему навстречу, заставил ее тяжело вздохнуть. Только не обнимай… пожалуйста, не обнимай… Сакура не знала, говорила ли она это вслух, и лишь плотнее прижалась к оконному стеклу, наблюдая с третьего этажа, как профессор Хатаке поприветствовал женщину очередным взмахом руки. От ее дыхания окно запотело, и Сакура быстро его протерла. Пара на лужайке внизу стояла и беседовала несколько чертовых минут под моросящим дождем. Естественно, она решила проанализировать женщину, ее темные волосы и просторное коричневое пальто, доходящее ей до колен. Она выглядела такой… скучной? Это прозвучало несколько стервозно, но она ничего не могла с собой поделать. Ее желудок сжался так сильно, пока она смотрела, как они разговаривают, что ее чуть не стошнило. Если бы они разошлись в разных направлениях, она бы вздохнула с облегчением. Но если она пойдет с ним, то Сакура уже не знала, что чувствовать. На мгновение она задумалась, как было бы неловко, если бы один из них перевел свой взгляд на окна библиотеки и заметил, что она следит за ними как последняя маньячка. Ее щеки порозовели, и ей захотелось отвернуться, оставить их наедине, но… она все равно продолжила наблюдать за ними. Почему его прическа выглядела хорошо даже под дождем? Это было против правил, и, хотя он и показался ей человечным в тот день в кофейне, когда он покраснел, она снова почувствовала, как между ними разверзается пропасть. Он ни разу не растерялся, не выглядел ни капельку уязвленным или даже смущенным во время их лабораторной. Даже после того, как они обменялись томными взглядами перед занятием, он вернулся к своему обычному состоянию, будто ничего и не произошло. Конечно, он должен был почувствовать, как воздух вокруг них нагрелся за долю секунды. Ей было трудно игнорировать это, и даже сейчас она все еще помнила свои ощущения, когда его взгляд прожигал ее кожу. Или ей это все почудилось? Может быть, она воображала вещи, которых не было, только из-за того, что чувствовала себя брошенной. Из-за Саске. Пара внизу зашевелилась, и Сакура тяжело сглотнула, когда профессор Хатаке шагнул в сторону научного корпуса, протягивая руку женщине, шедшей впереди. Вместе они прошли через стеклянные двери, и Сакура осталась смотреть, как они исчезают внутри. Эта женщина выглядела довольно… э-э… старой, чтобы быть студенткой, и она не могла припомнить ее на других факультетах, хотя и явно не знала их всех… она была его девушкой? Конечно, у него была девушка. Мужчины с такой внешностью вряд ли могли оставаться одинокими надолго. Черт возьми, он, может, вообще был женат, а она понятия не имела. Вернувшись к столу, где она оставила свой учебник по физиологии, Сакура задалась вопросом, почему это вообще должно ее волновать. Ей не нужно было знать о нем ничего, кроме того, что касалось их занятий. И все равно картинка того, как он обнимает эту женщину за талию, заставила ее почувствовать крошечный укол ревности.
