Часть 1. Глава 29
6 января 2024 г., 21:58
Чайльд открыл глаза, перед ним нарисовались сквозь ещё мутное зрение рыжее нечто, и парень удивлённо проморгался.
— Тоня? — он не верил, что перед ним сидела его сестра.
— Чайльд! — она резко наклонилась и обняла его, заливаясь слезами. — Наконец-то ты очнулся! Нельзя так пугать свою сестрёнку.
— Прости, защищал принцессу от врагов, — усмехнулся Тарталья, поглаживая сестру по голове. — Прямо как в твоих любимых книжках про принцесс. Ну-ну, не плачь, со мной всё в порядке. Ты сама нормально долетела?
— Нормально. Была в шоке, когда узнала, что ты в больнице. Прямо с чемоданами кинулась сюда. Чемоданы сдала в гардероб... Чайльд, ты эту Люмин защищал!?
— Да, — с улыбкой и гордостью ответил он.
— Зачем!? Она мне не нравится! Я не хочу, чтобы ты страдал из-за неё.
— Тоня, сердцу ведь не прикажешь. Она тебе не нравится, но я её люблю, понимаешь? — он снова растрепал непослушные рыжие волосы сестры.
— Но она тебя ведь не любит! Она любит своего телохранителя! — выпалила Тоня.
— Да? — Чайльд искренне удивился. Почему он этого не замечал, а его младшая сестра сделала такие выводы? – С чего ты решила?
— Потому что она очень волновалась за него, когда он внезапно вышел из больницы, ничего ей не сказав. А ещё, — Тоня наклонилась и следующую фразу шепнула на ухо: — Какой-то дяденька сказал её менеджеру Венти, что она уехала с ним к нему домой. Так зачем тебе её защищать, если она тебя не любит?
— Понимаешь, Тоня, — Чайльд всё ещё улыбался, но в глазах поселилась грусть от выводов сестры. — Когда действительно любишь человека, не важно, отвечает он тебе взаимностью или нет, ты хочешь, чтобы любимый человек был в безопасности и счастлив. Если она будет счастлива с Альбедо, то пускай. Ты поймёшь это, когда подрастёшь.
— Наверное, любовь в таком случае должна быть очень сильна. Неужели ты настолько её любишь, что готов отдать сопернику, лишь бы она была счастлива? – на это Чайльд лишь кивнул. — Нет, братец, так не пойдёт! Ты должен бороться за свое счастье! Прости, я не знала, что ты так любишь Люмин, я прогнала её, — Тоня опустила голову, боясь, что брат разозлится, но тот лишь взял сестрёнку за руку.
– Не волнуйся. Так, может быть, даже лучше. Если бы она навестила меня, чувствовала бы себя виноватой... А насчёт побороться за своё счастье. Посмотрим по обстоятельствам.
***
Ночная темнота покрывала парк своим мраком. Тени, вытянутые от слабого света фонарей, переплетались между собой, создавая причудливые узоры, деревья легко колыхались от легкого прикосновения ветра, разливаясь своеобразным мелодичным шорохом листвы. Альбедо стоял среди этой мёртвой тишины, которая создавала вокруг напряжение, и тщательно высматривал человеческий силуэт среди аллей. — Всё-таки пришёл, — голос раздался совершенно с другой стороны, со спины, и Альбедо резко обернулся. Перед ним стоял Скарамучча, который держал под руку бабушку Люмин. У неё был заклеен рот и связаны руки, но даже в темноте можно было увидеть по глазам, что она узнала Альбедо. В этих глазах была надежда на помощь и спасение, и Альбедо знал, что должен спасти ни в чем невинного человека во что бы то ни стало. — Отпусти её, — грозно процедил Альбедо. — Сейчас же. Она пожилой человек, и такие приключения несовместимы с её здоровьем! — Не так быстро... — противно захихикал Скарамучча, отпустив бабушку и шагнув вперёд. Он обошёл Альбедо вокруг, словно оценивая, а затем склонился к нему и тихонечко проговорил: — Интересно, ты так стараешься, потому что ты такой хороший полицейский и тебе действительно жаль старушку, или всё дело в том, что твоё сердце начинает стучать чаще от нежных чувств, когда речь заходит об одной златоглазой актрисе, а спасение её бабушки — отличная возможность обратить её внимание на себя? — Это уже не твоё дело. В любом случае я хочу спасти мирного гражданина от таких мерзких убийц, как вы, — нахмурившись, ответил Альбедо и отступил от преступника назад. — Мерзких убийц? — Скарамучча вскинул брови с насмешкой. — Но к одной убийце ты явно неравнодушен, даже стал её телохранителем. А ведь она убила твою сестру... А ты, Альбедушка, быстро забыл о своей любимой Кли, стоило Люмин немножко применить своего очарования. Альбедо резко замахнулся и с силой ударил Скарамуччу в лицо. Парень пошатнулся, хватаясь за нос, который немедленно начал кровоточить. — Заткнись! — прошипел Альбедо, его глаза сверкали от ярости. — Люмин не убийца, это был несчастный случай! Это вы, гады, накачали её наркотиками в тот вечер, из-за вас погибла моя сестра! У вас нет права обвинять Люмин во всех этих ужасных вещах! Она была просто пешкой в вашей гадкой игре! Казалось, начнется драка, но Скарамучча лишь жутко рассмеялся, будто злодей из кино, что радуется своей победе. — Глупец! — воскликнул он сквозь смех. — Кто тебе это сказал? Люмин? Или Крепус? Они все тебе лгут! Ты обвиняешь нас во всех грехах, даже не зная правды. Тогда посмотри вот эту запись с камер видеонаблюдения. Люмин вышла из клуба пьяная и села за руль! Нас там вообще не было! Руки Альбедо сжались в кулаки, кровь кипела в жилах. Что за провокация? Он знал, что подобные обвинения лишь наиграны, но все равно нервничал, пока Скарамучча доставал телефон с видеозаписью из кармана своей куртки. Он протянул его Альбедо с ухмылкой на лице, будто готовый поклоны принимать. Его сердце забилось сильнее, когда он нажал на кнопку воспроизведения. Качество съемки оставляло желать лучшего. Все было размытым и нечётким. Тем не менее, на записи все же уловился силуэт Люмин: её светлые волосы и стройная фигура. Она была одна... Девушка двигалась неуверенно и странно, будто бы она была в состоянии алкогольного опьянения, в какие-то моменты размахивала руками, резко останавливалась и оглядывалась по сторонам, а под конец внезапно побежала к своему автомобилю. Несомненно, поведение странное, но никто ведь на неё не нападал, кроме неё на парковке не были ни единой души... Предательство! Все пошло наперекосяк. Сомнения Альбедо нарастали, словно сорняки, захватывающие каждый уголок его сознания. Он был готов свернуть с пути мести, который казался ему до определенного момента верным. Но эта запись могла изменить все. Альбедо приблизился к Скарамучче, чувствуя, как каждый шаг подчинен его насмешливой усмешке. Он был уверен в своей победе, в своем триумфе над ним. Но он ошибался. — Почему я должен тебе верить? Ты и остальные Фатуи нападали на Люмин в другие дни, вы захватили Инадзуму. И ты думаешь, из-за одной размытой видеозаписи я тебе поверю? — О, я понимаю твоё негодование, — Скарамучча расслабленно достал из кармана пачку сигарет и закурил одну, а затем протянул и Альбедо. — Будешь? — С преступниками не курю, — твёрдо ответил полицейский, отбив руку Скарамуччи от себя. — Альбедо, послушай меня, как мужик мужика, — Скарамучча внезапно закинул руку на плечи Альбедо, будто те были давними друзьями. — Если бы Люмин и полиция не затронула честь Фатуи, объявив, что это из-за нас погибла твоя сестра, то вы бы все о нас бы и не услышали. Но скажи мне, Альбедо, тебе хоть кто-то показал видеозаписи, на которых мы якобы закачиваем Люмин наркотиками? Альбедо внезапно бросило в жар. Скарамучча был прав. Никто, даже Крепус не предоставил ему ни одного доказательства, он просто поверил ему на слово... — Все записи были стёрты. Откуда у тебя они? — уклонился от ответа Альбедо и попытался скинуть руку Скарамуччи со своих плеч, но тот лишь сильнее сжал его. — Не брыкайся, поговори спокойно с человеком, — Скарамучча пригубил сигарету и затем выпустил изо рта густой дым. — У Фатуи всё есть, и Фатуи всё известно. Мы мафия, у мафии уши и глаза везде, а также связи. Говоришь, стёрли видеозаписи? А зачем? Правильно, потому что у Люмин тоже есть связи, деньги, влияние. Ей ничего не стоило подкупить полицию, особенно когда отец главного режиссёра — капитан полиции. Но даже сейчас ты упираешься. Я тебя не виню. Люмин красивая, обаятельная, нежная. Но это оболочка, на которую ты повёлся, мой дорогой друг, на самом деле она убийца твоей сестры, она любит только себя и деньги. Вижу, ты серьезно влюблён в неё, что аж нос мне разбил... Но поверь, даже если ты сейчас мне не веришь, у вас все равно ничего не получится. Понимаешь, Люмин — девушка непостоянная. Сегодня она с тобой, завтра... С Тартальей. А послезавтра ещё с кем-то? Кстати, телом она тоже не прочь заплатить за что-то, но это я так, к слову. — Закрой свой рот! — Альбедо резко вырвался из объятий Скарамуччи и отошёл от него на шаг. — Ещё одно слово о Люмин, и я тебе все зубы выбью! Я с тобой сюда не поболтать пришёл. Говори, что тебе нужно и отпусти уже бабушку! — Ах да... Ты же, несмотря на влюблённость в убийцу, всё ещё остаёшься законопослушным полицейским, — усмехнулся Скарамучча. — Хорошо. Всё, что мне нужно — чтобы ты сообщил о местоположении Люмин и перестал защищать её. Иначе... — Скарамучча вытащил пистолет и, встав позади старушки, приложил дуло к её виску. — Эта женщина умрёт. Выбор за тобой. Бабушка внезапно замотала головой, будто бы пытаясь сказать, чтобы Альбедо ничего ему не говорил о Люмин. Сейчас ему предоставили почти невозможный выбор: либо жизнь невинной пожилой женщины, тем более бабушки Люмин, единственной оставшейся её родственницы, либо жизнь самой Люмин, которую он поклялся защищать, но которая, возможно, его обманывала вместе со всей полицией. Понятно было одно: он не мог сейчас рисковать жизнью невинного человека. — Отпусти её, я скажу, где находится Люмин, — наконец, решился Альбедо, и Скарамучча убрал пистолет в карман. — Люмин сейчас у меня дома, по адресу... Внезапно раздался выстрел, пронзительный звук переполнил воздух, почти оглушая. В этот миг лицо Скарамуччи исказилось от непередаваемой боли, его глаза расширились, выдавая безумие и отчаяние. Он потерял равновесие, падая на землю, хватаясь за простреленную ногу. Сердце Альбедо забилось яростным ритмом, и он начал оглядываться вокруг, ища того, кто мог выстрелить. Из-за кустов выбежали полицейские. Их движения были точными и скоординированными. Преступник, покоренный болью и окружённый, уже ничего не мог сделать. Мгновение спустя, полицейские приняли решительные меры, быстро и точно они скрутили его, словно хищники, словившие свою добычу. В то же время другие освобождали бабушку и, успокаивая её, проводили до машины. — Альбедо, — Крепус неспешно подошёл к нему, пока остальные грузили Скарамуччу для того, чтобы отвезти в участок. — Я разочарован вами. Скажите спасибо Люмин, которая позвонила мне и сказала, что вы внезапно куда-то собрались и ушли, ничего не объяснив. Вы оставили свой телефон, Люмин видела вашу переписку со Скарамуччей. Как вы могли действовать так необдуманно? Почему не сообщили мне!? Мало того, что действовали самовольно, да ещё чуть не выдали местоположение Люмин! — Вы тоже много чего не договариваете, господин Рагнвиндр, я же вам не предъявляю ничего, – осмелился огрызнуться Альбедо, вскинув брови и засунув руки в карманы. — Например... Какова правда в смерти моей сестры!? — Это вам Скарамучча запудрил голову? Вы верите преступнику!? — Крепус был ошеломлён. — Да этот преступник хотя бы мне видеозапись показал, – горько усмехнулся Альбедо. — А вы не предоставили мне никаких доказательств, что в смерти Кли замешаны Фатуи. Потому что это вам не выгодно. Не выгодно вашему сыну, потому что если бы я сразу узнал правду, ваша любимая актрисулька бы забыла о своей карьере, отбывая наказания в тюрьме. А вы её покрываете ради денег, из-за её славы. Уму непостижимо! Покрываете убийцу! Капитан полиции! Вы ничем не лучше этих Фатуи! – Как вы смеете!? — разгневался Крепус. — Мести меня под одну гребёнку с этими Фатуи!? Тогда чем вы лучше? Приняли сторону Фатуи, с которыми мы все сражались всё это время, почти выдали местоположение Люмин, хотя вы её телохранитель. Я уже молчу о том, сколько гадостей вы сделали самой Люмин. Она ведь жертва в этой ситуации, вы себя ведете, как бандит. Что вы добились своими действиями? Кли к жизни вернули? Да нет, всё так же в земельке лежит. Альбедо не выдержал, его глаза залились яростью, и он с размаху ударил капитана полиции. Он пытался сдержать мощную энергию, которая горячей лавой текла по его жилам. Но взрывная смесь обиды, боли и безумного горя превратилась в гигантский вулкан, который наконец-то извергся. От удара капитан полиции потерял равновесие и упал на землю. Но Альбедо не испытывал от этого никакой удовлетворенности, хотя, казалось, это должно было принести облегчение. Однако и раскаиваться за своё действие желания не было. Ненависть и безвыходность отразились на лице Альбедо, образовавших на нем темные линии яростной борьбы с самим собой. Крепус поднялся с земли, держась за щеку, по которой прошёлся удар. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но Альбедо его опередил: — Можете не говорить, что я уволен. Я сам увольняюсь. Как с должности телохранителя, так и с должности полицейского. С меня достаточно ваших проплаченных лиц. Я найду другое место, где полицейские будут руководствоваться законом, — не дожидаясь ответа, Альбедо прошёл мимо и уселся в машину, заводя её и держа путь к дому. Альбедо медленно повернул ключ в замке и осторожно распахнул дверь. В зале горел единственный источник света — лампа на столе. Люмин не спала и, услышав топот его ног, бросилась в гостиную — Альбедо! Как же ты меня напугал! — воскликнула она. — Ты в порядке? Зачем ты действовал так бездумно? И где моя бабушка? Неожиданно Люмин бросилась к нему, обхватывая его теплыми объятиями. Альбедо был ошеломлен. Однако он оттолкнул ее, словно теперь между ними снова была пропасть. — Твою бабушку забрала полиция, чтобы успокоить и взять показания. А ты... Пошла вон отсюда. Убийца, — выдавил из себя Альбедо и попытался скрыть глубину боли, прорывающейся из его груди. Люмин была в шоке, ее глаза наполнились слезами, а лицо выражало полное недоумение. Но Альбедо не мог позволить ей оставаться в его жизни. Прошло несколько мучительных секунд, прежде чем Люмин смогла собраться с мыслями, но она не понимала, что произошло. Слово "убийца" пронзили ее душу. — Ты в порядке? Что случилось? — ошеломленно спросила Люмин, сделав шаг назад. — Давай я заварю нам чаю, ты успокоишься, и всё мне объяснишь, хорошо? — Ты меня не услышала!? — прошептал Альбедо, а затем резко выкрикнул. – Я сказал: ПОШЛА ВОН! Люмин, испугавшись его крика, быстро схватила свои вещи и обувь и прямо босиком выскочила в подъезд. Сердце бешено колотилось, а дыхание перехватывало. Больше не было сил смотреть на его искаженное лицо, наполненное яростью и ненавистью. Она не понимала, что могло измениться за какие-то полтора часа. До этого они почти поцеловались, а сейчас он её снова ненавидел... Ноги Люмин несли ее все дальше от этого кошмарного места, словно прячась от всех угроз и опасностей. В голове звучали лишь непонятные фразы и угрозы, которые прогремели в ее адрес. Повторялись они снова и снова, словно удар по старой ране. Все казалось разбитым. По каким-то причинам, они с Альбедо снова враги...
