один на один с дьяволом

Твои руки нежно касаются его дрожащих пальцев, и Разумовский поднимает на тебя свой потерянный, забитый взгляд. Балансируя на неудобных каблуках, ты присела на корточки у стула, где в бесконечном ожидании трясся мужчина, то и дело носом ныряющий в телефон и сверяющий время. — Всё будет хорошо, не переживай, — обхватывая своими ладонями чужие, ты заключаешь их в лодочку, большими пальцами поглаживая холодную кожу, — мы все верим в тебя, Сергей Разумовский. И мы точно знаем, что ты справишься. В закулисье было подозрительно безлюдно и темно. Лишь редкий отблеск софитов со сцены доходил до вас, холодным светом обрамляя контуры фигур. Ты давно заметила, что встревоженный Сергей имеет миллион своих привычек и ритуалов для отвлечения, и часто не мог сосредоточиться на чем-то одном. Если он нервничал во время разговоров, то бесконтрольно моргал и хлопал рыжими ресницами так, что временами тебе казалось, будто до твоих щек доходит это легкое дуновение. Если он заполнял документы, то время от времени щелкал ручкой — нещелкающие ручки по этой причине он в офис никогда не заказывал — и создавал вокруг назойливый шум. А если такой ручки, в силу обстоятельств, не подвернулось, то он предпочитал барабанить ей по столу, отбивая только ему известный ритм. На официальных встречах и мероприятиях он крутил в руках канцелярскую резинку, то растягивая, то сжимая её. И когда это заметила девочка в госпитале, который посещал Разумовский во время акции «Жизнь Детям», то подарила ему разноцветный браслет из резиночек, которые пахли фруктами и ягодами. Мужчина оказался весьма сентиментальным к таким вещам, потому что всё время после он везде появлялся только с этим браслетом, весьма гордо светя им в камеры. К огромному сожалению, девочка так и не смогла победить рак. Когда известия о её смерти дошли до Сергея, он снял этот браслет и положил его в шкатулку из-под дорогих часов, которыми в фазе мании решил себя побаловать. И еще долгое время не пускал к себе никого, утопая в самобичевании и угрызениях совести. Словно он мог спасти её. Словно мог как-то на это повлиять. Он вернулся к канцелярским резинкам. Что же сейчас? Он дрожал. Дергались ноги и руки, дыхание срывалось на всхлип, а тело бросало то в жар, то в холод. Мужчина беспорядочно кусал свои губы и сдирал с них кожу, от чего маленькие капли крови, смешанные со слюной, окрашивали их в ярки малиновый цвет. Ты тут же залезла рукой в сумочку, доставая оттуда бумажные салфетки. Сжав одну, ты промокнула кровь с чужих губ и ободряюще похлопала по плечу, когда в динамиках раздалось его имя. — Удачи! — бросила ты шепотом, улыбаясь и держа кулачки. Разумовский растерянно улыбнулся и выбежал на сцену, театрально разводя руки в стороны и принимая аплодисменты. Что-то поистине неизменно.