один на один с дьяволом

Ты ожидала, что Разумовский — а вернее Птица, как ты могла судить по желтым линзам — повезет тебя в апартаменты в здании «VMESTE». Это было логичное предположение, учитывая то, что большую часть времени он проводил именно там и уже почти полноценно переехал в свой офис, объясняя это тем, что он хотел контролировать процесс работы всё своё время. Но величественное здание проплыло мимо, тоскливо смотря вслед уезжающей в даль машине. Ты поёжилась, внимательно вглядываясь в дорогу. Конечно, ты не позволяла своему мозгу рисовать страшные картинки и выставлять своего работодателя убийцей, террористом и маньяком. Ну правда, какой из Разумовского маньяк? И всё же пережитое ранее навсегда оставило свой чёрный след в душе, заставляя тебя бояться всего. — Я хочу домой, — наконец-то до тебя дошло, что ты можешь и возразить, и никто не имеет права держать тебя силой, особенно сейчас. Птица лишь крепче сжал руль, бросая на тебя взгляд через зеркало заднего вида. Он не сбавил скорости, никак не дал понять, что будет сворачивать в сторону твоего дома или хотя бы тормозить. Тебя обуяла ярость. — Вы что, не слышите меня? Я хочу домой! Отвезите меня туда или высадите здесь, я доеду на метро, — ты сжала телефон в одной руке, пальцами другой потянувшись к ремню безопасности, готовая отстегнуться в любой момент. Заметив это, Птица убрал правую руку от руля и перехватил твою кисть, крепко сжимая ту в своей ладони. — Успокойся, — уверенно сказал он, хотя в голосе доброго посыла ты уловить не смогла, — ты напугана и в состоянии аффекта. Раз уж ты обратилась ко мне за помощью, то получай эту помощь до конца. А если ты будешь выпрыгивать находу из машины, то мне придётся не только возиться с тем, чтобы уберечь моего сотрудника от уголовной ответственности, но ещё и выплачивать тебе компенсацию за ущерб, больничные, пока ты с переломанными ногами будешь бесполезным мешком валяться на кушетке. Хотелось, конечно, поспорить. А с другой стороны, какой в этом смысл? Разве он был не прав? Разве ты не устала, как собака? Разве не щипали глаза от пролитых слёз, а душа не выла от боли? Если уж Разумовский и маньяк, то хуже, чем в ОВД уже не будет. Это ты для себя определила точно. Притормозив у ворот дома в элитном районе, Птица нажал что-то на телефоне и ворота отворились, давая машине проехать на парковку. Дом поражал своей величественностью и, что самое главное, маскировкой под стилистику 18-19 века. Он никак не выделялся из исторической застройки города, однако был очень даже современным и безумно дорогим. Имея в наличии всего 5 этажей, он все же располагал лифтом, которым и предпочитали пользоваться местные жители. Разумовский же, в своем стиле, выбрал квартиру на самом последнем этаже с хорошим обзорным видом на Петербург и своё творение. *** Разговор был долгим и тяжелым. Ты усиленно вспоминала имена и лица не только проводивших задержание, но и тех, кому не повезло быть задержанными. Вдаваться в подробности пыток ты не стала. Описана общую картину, упоминая что-то вскользь, а у самой просыпалась жалость к себе такая, что снова хотелось умываться слезами. Делать ты этого, конечно, не стала. Крепче сжала стакан с хорошим виски, который, на удивление, не обжигал тебе горло и язык, не вызывал рвотные позывы (виски ты до этого пила только из магазина и по акции, да и то разбавляя все литрами колы) и сделала ещё один глоток. — Ещё раз имя и фамилию проводившего задержание? — Иван Сорокин. Птица поморщил лицо в некотором подобии отвращения и отвернулся, продолжая сжимать свои челюсти. Мужчина обладал почти болезненно худым лицом, хотя сам не страдал от недостатка веса или мышечной массы. Ты вдруг подумала, как много дерьма и бессонных ночей ему пришлось пережить, чтобы открыть столь масштабный проект в России. И ты не сразу заметила, как заиграли на этом лице желваки, как запульсировала от раздражения вена у виска. Он провел ладонью по волосам, заглаживая те назад, и налил себе виски, опрокидывая в себя жгучий напиток. На резком выдохе он издал полукрик-полурычание и вытаращил на тебя свои желтые глаза. — Ему жопа. Веришь мне? Я ему натурально испорчу жизнь. Чтобы он больше никогда не бил женщин и студентов на улицах моего города! — Что ты делать собираешься? Судей подкупить, чтобы наконец посадили? Не посадят. Он удобен. Выгоден, понимаешь? Поэтому он так поступает. И плевать этот Сорокин на всех хотел! — На каждого управа найдётся. Не сегодня, так завтра. Не завтра, так послезавтра в камере гнить будет. А если не будет… Интернет всё помнит. — Помнит-помнит, — ты угрюмо уткнулась в телефон, листая новостную ленту, — вот Гречкин сбил девочку и с места происшествия скрылся. Под камерами сбил. И что? Домашний арест! Он ребёнка убил, а его заперли в его хоромах. И не будет ничего этому сынку прокурорскому. А мне штраф в лучшем случае штук на двести или арест… — твой голос потускнел, — такой, что я под седины выйду. Мужчина тряхнул головой, изумленно таращась. — Ты что, совсем дурочка или притворяешься? — он постучал указательным пальцем по своему виску, — Я тебя вытащил. Ты думаешь, я просто приехал тебя забрать оттуда? Твои друзья пытались, ответ у них один был: нет такой в ОВД. Я по их мольбе приехал, все твои проблемы вот так — Птица звонко щелкнул пальцами у твоего носа, — решил! Нет ни дела, ни суда, ни штрафа, а ты сидишь и ноешь. Ты поднапряглась, выпрямлять спину. — То есть, как? Ты им денег занес? — Нет, блядь, очень слезно попросил тебя отпустить! Конечно деньги им на стол кинул. Они таких сумм в глаза за всю свою жизнь не видели. Тут же побежали отпускать, только пятки сверкали. Покачав головой, Птица подрался с места и ушел в другую комнату, включая там свет и роясь в шкафу. Вернулся он с полотенцем и кучкой наглаженных футболок и штанов с пёстрым принтом. — Можешь идти в душ и ложиться спать. Всё чистое, можешь не принюхиваться, я купил это в какой-то нездоровой мании и ни разу не надел, когда пришел в себя. Безвкусица да и только. — Я не хочу спать здесь, я хочу домой! — Время видела? Мосты развели, по объездной потратишь полтора в лучшем случае, сверху ещё до тысячи за рассекание по центру. А зная вашу любовь на бизнес-классе разъезжать, до зарплаты потом будешь пешком ходить. — Почему такси? Ты меня сюда привез, так ты меня и отвези. — А я что, похож на таксиста? Или на личного шофера? Тем более, что я уже выпил, а у меня ещё есть мозги, чтобы в нетрезвом виде за руль не садиться. Так что угомонись и отдыхай. Здесь есть вторая спальня, чистая одежда и возможность умыться и постираться. Утром домработница приготовит тебе поесть и уберет за тобой. Всё, лежи, не напрягайся, жди врачей! — Врачей? — Ну да. У тебя либо здесь проблемы будут, — он указал на всё твое тело, — либо кукушка закукует. И меньше всего мне бы хотелось, чтобы ты, в порыве отчаяния, выпрыгнула из нашей величественной башни! Это плохо скажется на репутации VMESTE и на моей в том числе. *** Спать получалось урывками. Хотя кровать и была мягкой, как облако, и явно оснащена ортопедическим матрасом, тебе все равно казалось, будто ты спишь на железной шконке. Ты то и дело просыпалась и вздрагивала, всматриваясь в темноту, и снова ложилась, заворачиваясь в одеяло, как в кокон. Под утро сон был более ровным и продолжительным, а мозг начал подкидывать тебе картинки. Ты смутно помнила, что какой именно был сюжет у твоего сна, но очень отчетливо запомнила ворона с жёлтыми глазами, заботливо прячущего тебя под чёрным крылом. Утром тебя разбудил будильник, которого ты не заводила. — Доброе Утро. Меня Зовут Марго. Я виртуальный помощник Сергея Разумовского. Он просил передать вам, что все инструкции вы увидите в личных сообщениях. Включить подогрев полов? Марго замолчала, явно ожидая твоего ответа. — Да? — Хорошо. Включаю. Если что-нибудь будет нужно, вы всегда можете об этом попросить. Просто позовите меня по имени. Например: Марго, включи телевизор.