Глава 18. Вновь в строю, или первые шаги к осознанию
12 февраля 2023 г., 08:00
Группа магов лежала на полу, извиваясь от сильной боли. Переломы хоть и были закрытыми, а маги привычными к травмам, они оставались людьми, а значит, всё чувствовали. И я со знанием дела скажу, что ощущения не из приятных.
Впервые за всю свою жизнь почувствовала себя всемогущей. Расправляться с магами было намного легче, чем с проклятыми духами. Последние не просто лучше «чувствовали» проклятую энергию, они нисколечко не боялись её, используя на всю катушку, ведь восстановить утерянные при таком использовании конечности проклятым духам намного легче, чем шаманам. Хотя, до недавнего времени не думала, что маги могут это делать с помощью своей силы, предпочитая просто не лишаться конечностей на своих вылазках и сводить раны к синякам, но никак не переломам, которые просто не объяснишь матери, подозрительно смотрящей на то, как ещё недавно здоровая рука опухает после проведённой в комнате ночи, а ведь я должна была сладко спать — не бегать, где попало.
Хотя никогда и не думала, что буду сражаться с другими людьми. Использовать мою проклятую технику на шамана оказалось в несколько тысяч раз не только легче, но ещё практичнее. Маги, в отличие от проклятий, состояли из плоти и крови, а, значит, потоки проклятой энергии не переплетались с их телами.
Мне не приходилось подолгу выискивать нужные «ниточки», чтобы управлять всем — у шаманов они яркими светлячками выделялись внутри тела, и для меня это было раем. Они не переплетались с оболочкой, становясь с ней единым целым, как у проклятий, а имели отдельный поток, которым я могла вертеть, как хотела. Проклятия я могла уничтожить и развеять по ветру именно из-за их целостности с проклятой энергии, с магами же такое не прокатило бы.
Хотя…
Где-то в глубине души прекрасно понимала, что защищать я должна только людей, на шаманов данная функция не распространяется. Некоторые из них и сами могут себя защитить даже лучше, чем кто-либо другой. А другие, например, те, кого сейчас видела перед собой, просто достойны защиты и должны были быть раздавлены вместе с их устаревшим мировоззрением, в точности, как мелкие букашки под ногами.
— Двинетесь, и он никогда не сможет воспользоваться проклятой энергией, — я выворачивала руку тому старикану, который слишком насмешливо смотрел на меня, когда спускал своих «верных псов».
Не думаю, что он был здесь главным, просто взял всё в свои руки, пока это не сделал кто-то другой, или был хозяином имения, в которое меня привезли. Тут были маги, которые превосходили его по силе, но они ничего не делали и просто сидели на своих местах, внимательно наблюдая.
У меня с лёгкостью получилось бы остановить проклятую энергию в теле мага и не дать ему больше никогда в жизни ей пользоваться, сделать его тем, кого он так презирает. Понимала, что смогу это выполнить, ведь все время проворачивала это с собой, когда пыталась скрыться от проклятий и не дать им себя заметить, или наоборот подманить их ближе, выдавая себя за обычного человека, который не сможет ничего противопоставить воплощенному монстру.
Иногда управлять самой сутью проклятой энергии было очень полезно.
Я могла в любой удобный момент стать «человеком», возможно, даже остаться им навсегда, вот только мои глаза все ещё видели проклятий, а я просто не могла пустить всё на самотёк, постоянно решая, что смогу всех победить и спасти хотя бы ещё одного человека, который, возможно, даже спасения не заслуживает. Но на эту тему думала уже в самый последний момент, когда спасённый человек, сверкая пятками, мчался в противоположную от меня сторону, не говоря даже простого «спасибо».
Так стоило ли спасать людей?
Как бы я не хотела убить всех, кто находился в этом помещении — не могла. Один никогда не будет воином и не сможет пойти против целой организации, которая, как сорняк, глубоко пустила свои корни в общество. Хотя маги оберегали обычных людей и изображали жалость, к ним они относились глубоко наплевательски, как к обезьянкам, которые никогда не смогут развиться до их уровня.
В магическом мире выживали лишь сильнейшие. Проклятия не щадили маленьких детей, если встречали их на своём пути. Маги — естественные враги, а значит, их положено убивать. Вот только что там проклятия, их родители порой сами доводят детей до гроба. А вот у людей ты достоин жизни просто если родился. Тебя вытащат с того света, конечно, не со стопроцентной вероятностью, но довольно большой, а потом будут холить и лелеять. Так кто больше напоминает животных с неизменным — «выживает сильнейший»?
— Девочка, — усмехнулся старик, немного дергая рукой, пытаясь освободиться, но я лишь сильнее сжала его предплечье, впиваясь пальцами в плоть. — Из того, что мы сейчас видели, можно сделать вывод, что даже несмотря на то, что ты являешься обладателем сильной техники, — он покосился на меня, — слишком часто отвлекаешься на свои мысли, а это прямая смерть для мага.
Я пропустила момент, когда оказалась на полу, придавленная довольно большим весом шамана, которого ещё недавно держала сама. Расстановка сил мгновенно переменилась, а моя спина, в которую шаман упёрся своим коленом, стала отдавать болью. Сил он не жалел, пытаясь показать моё место в их пищевой цепочке, а именно его полное отсутствие.
— Ты выросла среди людей и совершенно не умеешь подчиняться, — негромко заговорил он, что в оглушающей тишине помещения показалось невероятно громким. — Если бы росла среди магов, тебя бы быстро научили послушанию. Сидела бы в клане мужа, а так… Что мы будем делать, если Годжо решит воспитать из тебя второго Оккоцу? Может быть, нам казнить тебя прямо сейчас и не доводить себя до печального положения, которое точно случится в будущем?
Но вот только я, даже несмотря на то, что выросла в обычном обществе и о магах узнала совершенно недавно, всю свою жизнь положила на борьбу с проклятиями и кое-что умела.
Мысленно перехватив «нити», я дёрнула их, выворачивая ногу мага в другую сторону, мигом оборачиваясь и вцепляясь рукой в его горло. Маг же, не потеряв ни секунды, вытянул из-за пояса небольшой нож, приставив его уже к моей шее.
— Режь, — протянула, улыбаясь, — я успею за это мгновенье переломать тебе все кости в теле.
Если правильно всё рассчитала, то просто успею залечить свои раны обратной проклятой техникой, а вот маг с изменением положения своей энергии ничего сделать не сможет. А если я ещё и остановлю её течение в таком положении, то ему даже та девушка-врач не поможет.
— Зачем же так радикально? — поговорил шаман. — Можно просто произнести связывающую клятву. И все в плюсе. Ты с сохранившейся жизнью и удостоверением мага особого уровня, а мы с твёрдой уверенностью, что не пойдёшь против нас.
— Хотите заполучить себе ручного пёсика? — нахмурилась я, сильнее сжимая пальцы на шее мужчины.
Мегуми как-то между делом говорил, что магов особого уровня осталось всего трое. Упоминаемый старейшинами Юта Оккоцу — второкурсник Токийского магического колледжа, Годжо Сатору, который даже в представлении не нуждается, и ещё какая-то девушка, чье имя я не запомнила, ведь с обществом магов она вообще не контактировала, держась обособленно.
Так что я становиться магом особого уровня как-то не планировала, слишком много мороки. Вот только этот старик предложил довольно дельную вещь. Я могла выбить для себя полную самостоятельность, сделать так, чтобы эти идиоты не влезали в мою жизнь, и все выборы делала лишь я сама. И это в моем одиночном положении самое ценное.
— Нет, что ты, — усмехнулся маг, — просто человека, который точно встанет на нашу сторону.
Вот только, видимо, эти старики слишком плохо смотрели за мной, и до сих пор не поняли, как действует моя проклятая техника. И какими бы они не хотели казаться умными, они всего лишь безмозглые дураки, которые не видят всего остального мира за пеленой собственных желаний.
Клятва — соединение проклятой энергии под каким-либо предлогом, так что стоит мне завязать её не на себе, а на ком-то другом, например, на одном из все ещё валяющихся магов, и всё. Я в плюсе, а клятва связывает лишь их.
Я не прощу им смерть Итадори, даже если я знала его всего ничего…
***
Кажется, начинала понимать любовь магов к чёрным машинам. В этом наблюдении за сменяющимися в затонированном окне высотками было что-то особенное и необычное. Чувствуешь себя богом, который вот-вот раздавит весь этот серый мир просто из-за того, что захотел. Тот старикан передал меня в руки шамана, не участвующего в наших перебранках и весь «приём» простоявшего за закрытой дверью, приказав доставить в колледж в целости и сохранности. Может быть, из-за этого он так сильно сжимал руль и пытался незаметно косить на меня глаза, но, когда встречался с моим взглядом, резко дёргал головной, всем видом намекая на то, что мне показалось. Но все равно повторял свои действия вновь и вновь, а то, не дай Бог, решила бы вылезти через окно, его-то потом за такое по головке не погладят. Долгие два часа мы добирались обратно в колледж, а когда заехали на его территорию, водитель аккуратно притормозил возле направляющихся куда-то первокурсников. Он разблокировал двери, позволяя выбраться из машины, чтобы я вывалилась прямо перед ногами напарников. Нобара сразу подскочила ко мне, помогая подняться. Мегуми в этот момент с невозмутимым видом достал телефон, несколько раз тыкнул на сенсорный экран, а после приложил гаджет к уху, пробормотал что-то короткое и внимательно стал за мной наблюдать. Я, конечно, такому радушному приёму очень обрадовалась. Я тут из лап хищника вернулась живая и очень даже целая, а он даже не поприветствовал, лишь Нобара сейчас сидела рядом со мной и помогала подняться. А мужчина, вышедший из машины вслед за мной, ещё сильнее затрясся, смотря на мои сбитые о камушки ладони. — Представляете, мне даже выдали карточку и перечислили зарплату за то задание, добавив, что его на меня скинул Годжо, — мгновенно выпалила я, стоило магу покрыться испариной и немного пошатнуться. Вот кто действительно боялся своё начальство. — Вы угрожали старейшинам, — попытался он возразить. Я же, чтобы не травмировать его тонкую душевную организацию, спрятала руки в рукавах пиджака, понимая, что последний точно нужно будет стирать. — Правда, что ли? Я такого не помню, — проговорила, немного наклоняя голову набок и смиряя его внимательным взглядом. — Держите, — маг быстро засунул руку в карман и, выудив оттуда небольшой конвертик, быстро сунул мне в руки. После он сел в машину, моментально нажимая на газ, заставляя автомобиль двинуться с места. И ни слова о том, что это такое. Досадно цыкнув и посмотрев в след мчащейся груде металла, приняла от все ещё стоящей рядом со мной Нобары платочек, чтобы вытереть руки, и мигом потеряла вложенную магом бумажку, которую однокурсница присвоила себе. Мы направились дальше, ступая по дорожке, вымощенной камнем, подбираясь к крыльцу одного из зданий. — Слушай, а вдруг ты ему понравилась, и он тебе тут свой номер телефона написал? — заговорчески зашептала девушка, толкая меня плечом. — Поэтому он трясся как лист сакуры на ветру? — недоуменно приподняла я бровь. — Ну а вдруг? — девушка отклеила «язычок» конверта и схватила пальцами предмет, лежащий внутри, принимаясь внимательно его рассматривать. — С одной стороны вроде «вау», ты теперь маг особого ранга, а с другой — ну почему не номер! — слёзно пробормотала она. — Я надеялась найти тебе парня! — Надо же, оперативненько они, — ну или знали о том, что я точно соглашусь с их условиями, что было наиболее вероятно. Создать нужный документ за несколько часов моего нахождения там было очень маловероятным стечением обстоятельств. Вот тут уже и Мегуми засуетился, мигом выхватил ученический билет и принялся его разглядывать. Я тоже уже не смогла терпеть, повисая на друге и смотря на эту картонку, где чёрным по белому было написано, что Эйуми Мия теперь маг особого ранга, и даже штампик стоял. — Как-то слишком быстро ты продвигаешься по карьерной лестнице, — монотонно проговорил парень, возвращая мне удостоверение. Я, тяжело вздохнув, сделала ещё с десяток шагов до крыльца и упала на первую же ступеньку, подперев руками голову, поморщилась от саднящей боли в ладонях, и уставилась на колыхающиеся от небольшого ветра деревья. Птицы спокойно пели, создавая своим чириканьем необычную песенку, хорошо сочетающуюся с шелестом деревьев. И лишь один чёрный ворон грозно каркал, не вписываясь в эту мелодию, напоминая о том, что всё не так уж и красочно. — Какой из меня маг особого ранга, раз я не смогла спасти Итадори, — пробормотала, а после почувствовала, как рядом со мной уселись и Мегуми с Нобарой, тоже начиная смотреть на зелёную листву. — Маги не всесильны, а ты и так довольно сильно ослабила то проклятие, а Итадори… Итадори просто не смог смотреть, как ты сражаешься, решив вмешаться. Идиот, — Мегуми тоже винил себя. Он оставил его один на один сперва с проклятием, а потом и с Сукуной, который перенял контроль. — Приказал долго жить и помер, — тяжело вздохнула девушка, ссутулившись. — Вы первый раз видите смерть напарника? — Ровесника впервые, — произнес Мегуми, сцепив руки в замок. — А я о магах узнала недели три назад, какие там напарники? — шмыгнула носом, потирая пальцами начавшие слезиться глаза. Кугисаки тоже еле как сдерживала слезы, сильно прикусывая трясущуюся губу. Лучше всех, конечно, держался Мегуми, совершенно не подавая вида. Разве что был молчаливее чем обычно. — Маки, нет! — раздался яростный шёпот из-за небольшого каменного заборчика, украшенного фигурой дракона. — Чего сидите, будто на похоронах? — язвительно поинтересовалась Маки, взмахом головы откидывая длинные волосы за спину. — Так нам положено, — пожала я плечами и вновь шмыгнула носом, — у нас однокурсник умер. Она широко распахнула свои глаза, окинула нас взглядом, а после разъярено обернулась на своих друзей. — Вы почему мне ничего не сказали, олухи! — она направилась к ним, размахивая руками. — Мы думали, ты знаешь! — попытался оправдаться Панда, выходя из-под раскидистого дерева, образовавшего своими ветвями тенёк. — Лосось! Лосось! — подтвердил Инумаки, смешно помотав головой. — Это ещё что за?.. — фыркнула Нобара, обратившись к нам. И правда, когда впервые увидела эту троицу, тоже сильно удивилась. И хотя наше знакомство нельзя было назвать ни долгим, ни правильным, они произвели хорошее впечатление, когда я пообщалась с ними побольше. Но они всё же остались весьма специфическими и не вписывающимся в рамки обычных среднестатистических магов, и каждый из-за своей какой-то особенности. Но про наш курс, наверно, можно было сказать то же самое. — Наши многоуважаемые второгодки, — прошептала я на ухо девушке. — Я ж перед ними теперь монстром выгляжу! — раздалось из-за заборчика. — Но это не так уж и кажется, — видимо, решил тихо прошептать Панда, но у него не очень хорошо получилось. Маки лишь сильнее разозлилась. — Я вас придушу! Пока Мегуми с чувством и расстановкой рассказывал Нобаре о них, упоминаемая тройка предстала перед нами в полном, понуром и слегка потрепанном составе. — Мы вообще пришли позвать вас в программу обмена с Киотской школой, — почесал свою голову проклятый труп. — Это ещё что такое? — приподняла я бровь. — Неофициальное соревнование с школой из Киото. Вот только там участвуют, обычно, второй и третий курсы, — Мегуми говорил коротко и по фактам. Наверное, именно из-за этого я его и люблю. — Эти идиоты были отстранены, — фыркнула Маки, — так что мы пришли звать вас. — И в чем смысл? Побить друг друга? — все ещё не понимала. — Сушенный тунец, — подтвердил Инумаки, остановив этой фразой длинную подготовленную Пандой речь. — Так вы согласны? — решил все же уточнить Панда. — Конечно, — фыркнула я, а Нобара поддержала меня махом головы, — вы втроём, что ли, отдуваться будете. — Ну тогда не думайте, что мы дадим вам спуску! — хмыкнула Маки, разворачиваясь на пятках и маня нас за собой. — Посмотрим, на что вы способны и сколько работы предстоит сделать. — Прямо сейчас? — удивилась Кугисаки, но за второгодками пошла. — Ну а чего ждать? Чем раньше начнём, тем больше шансов выиграть. Ровно пять минут, которые потребовались для достижения нами полигона, мы провели в тишине. Никто не хотел ничего говорить, упрямо идя по дорожке и думая о своём. По ухмылке Маки было понятно, что думала она о чем-то приятном для себя, но ужасном для нас, почему-то именно такая мысль всплыла в моей голове, а Мегуми был таким же угрюмым, всем своим видом показывая, что ему это не очень-то и интересно, ну или он просто родился с таким личиком, что вероятнее всего. Но когда мы ступили на огороженную территорию полигона, меня ударили рукояткой нагинаты, вытащенной из футляра, заставив упасть на землю. Такого я просто не ожидала, ведь полностью была сосредоточенна на совершенно других мыслях, а второкурсники, не обменявшись ни единым взглядом или словом, разом напали на нас, выбрав себе соперников. Резво перекатилась и подскочила на ноги, избегая ещё одной атаки мастера проклятого оружия. И уж лучше бы я сражалась с Пандой! Маки мастерски не подпускала меня к себе, крутя перед моим носом кончиком хорошо заточенного лезвия, об остроте которого я знала не понаслышке. Подобраться к девушке поближе не представлялось возможном, единственное, что я могла, так это искать любые, даже самые крохотные бреши в её защите, но найти ничего не могла. Краем глаза видела, как Нобара защищается от ударов Инумаки, используя свои гвозди, моментально их взрывая, как только они втыкались рядом с ногами мага, Мегуми же быстрой ласточкой летал по полигону, будучи отправленным в низкий полет сильными лапами игрушки. Нагината пролетела перед моим носом, заставив отпрыгнуть обратно. — Годжо хоть и придурок, но сердечно посоветовал не подпускать к тебе ни Инумаки, ни Панду, и разбираться с тобой самой, не давая коснуться, — она вновь крутанула в руке рукоять, отгоняя меня ещё дальше. Я чуть ли не зарычала от досады! Даже находясь в неизвестной заднице, он приносит мне уйму проблем, а потом свысока смотрит на то, как я пытаюсь их решить. Маки и так была нелёгким противником даже для опытного мага, а для меня и подавно. Проклятой энергии у нее ноль, и единственное, что её источает, так это её нагината, но если я с ней что-либо сделаю, то мне это никак не поможет, а её лишь разозлит. Я пришибу этого идиота и буду смотреть, как он извивается в предсмертной агонии, хватаясь руками за горло. Перехватив вновь летящую нагинату, дёрнула её в строну, но девушка не растерялась, отпустила рукоятку и, поставив подножку, опрокинул меня на землю, усаживаясь сверху, не давая как-либо дёрнуться. — Эй, вы! Мы не были готовы, — возмущалась Кугисаки, ударяя ногами землю, будучи придавленной телом её оппонента. — По вашему хилому внешнему виду можно было сразу сказать, что сражаться в ближнем бою вы совершенно не умеете, а ведь это основы, — покачала она головой, — но, проверив ваши навыки, мы в этом убедились, — она поднялась с меня, а после подала руку. — Были такими наглыми, а оказалось, что ничего-то толком и не умеете. — Думаю, мы успеем за эти месяцы вылепить из вас что-то стоящее, — подбодрил нас Панда, прижимая вымотанного Мегуми поближе к себе. — Лосось!***
— Выбирай тщательнее, — подгонял меня Годжо, разве что только метелкой под задницу не бил, — больше я тебя сюда не пущу, если вдруг решишь, что выбранное тебе не подходит. После моего твёрдого решения овладеть каким-либо видом оружия Маки, окинув меня оценивающими взглядом, отправила к Годжо. Услышав о моих хотелках, маг отвёл меня в этот, с его слов, «храм». В нём хранилось всевозможное колюще-режущее, которым он, так уж и быть, поделится со мной. Вот только что выбрать, не знала совсем. Было интересно попробовать всё и сразу, но прекрасно понимала, что Годжо, скорее всего, не шутил. Если я действительно решу, что, например, лук в качестве оружия мне не подходит, он просто из принципов не даст мне ни на что его обменять. — А если я хорошо попрошу? — хмыкнула я, проходя между стоек, пытаясь рассмотреть сразу всё — множество мечей, разнообразие луков и небольших ножичков, немного отличных друг от друга кастетов и даже пары четыре хлыстов. Глаза просто разбегались от всего многообразия. — Чего?! — воскликнул маг, заставив меня поднять на него взгляд. Немного покрасневший, размахивающий руками в разные стороны и с приоткрытым ртом. Но здесь и правда было душно, а ещё и немного пыльно, что я подтвердила громким чихом. — Вы покраснели. Если вам жарко, то можете подождать меня на улице, обещаю, что ничего не разнесу, — заверила я педагога, махнув в подтверждении своих слов головой. — Чёрт, — пробубнил он, откидывая волосы взмахом головы, — Сёко, я тебе ещё это припомню, — и перевёл взгляд на меня. — А она-то тут причём? — недоумевала я, нахмурившись смотря на учителя. — Да так, сказала кое-что, не подумав, — пробормотал он и потряс головой, — выбирай быстрее, а то уйду и запру тебя здесь! — объяснить он ничего не объяснил, а лишь усилил мой интерес насчёт того, что же ему такого сказали. — Кстати, я теперь маг особого уровня, — похвасталась перед ним, доставая удостоверение из внутреннего кармашка пиджака и подсовывая его подскочившему поближе Сатору. — Ты что сделала, чтобы его получить?! — воскликнул шаман, хватая меня за плечи и хорошенько встряхивая. — Заключила договор, — фыркнула, поражаясь своей удаче и его интересу. Ну заключила и заключила, трясти-то зачем. — В чем заключался пакт? — мужские руки сильнее сжали мои плечи, а Годжо ещё раз хорошо меня встряхнул, после наклоняясь ниже и смотря в мои глаза. — Я не ополчаюсь против них и поддерживаю их решения, а они предоставляют мне особый ранг и полную свободу выбора в отношении всего, что касается меня, а то уже пытались замуж за какого-то старика выдать, — проговорила я, приподнимаясь на носочках, чтобы хоть как-то казаться выше, — даже количество детей обсудили, идиоты. — А ты не подумала, если, например, они прикажут тебе убить кого-то? Что ты тогда будешь делать? — он ещё раз хорошо меня встряхнул. — Хватит меня трясти! Мозгов от этого не прибавится, но вот вылететь могут, — попыталась отцепить я его руки от своих плеч, но, потерпев неудачу, расслабилась, надувшись, — учитель, я, по-вашему, непроходимая дура? — заметив его телодвижения, добавила. — Если сейчас это подтвердите, то я вас ударю, — нахмурила я брови. — Вы же сами сказали Маки не подпускать ко мне Инумаки с Пандой, а значит, что-то о моей технике поняли? — В первую нашу встречу ты поменяла само направление проклятой энергии, заставив течь в обратную сторону, — произнёс он свои догадки. — Бинго! А вы не такой идиот, коим хотите казаться, — чуть ли не похлопала в ладоши. — Я могу по своему усмотрению вертеть проклятой энергией как хочу, кстати, не только своей. Так что ваше многоуважаемое начальство заключало пакт в отношении Эйуми Мии, а вот я в отношении старейшин ничего не заключала, в последний момент перекинув связывающую нас нить на одного из магов, которых они натравили на меня. Так что он действительно не сможет ничего сделать старейшинам, а вот я выпотрошу это осиное гнездо, они слишком зажра… Так, ладно, сейчас не об этом. Отпустите меня, а? А то уже плечи болят. Сатору свесил свои руки за моей спиной, положил голову мне на плечо и беззвучно засмеялся, о чем говорили его дрожащие плечи. Его волосы защекотали мне щеку, и я поспешила прекратить это творящееся безобразие, попытавшись убрать белоснежную шевелюру от своего лица, но потерпела неудачу. Его голова, даже несмотря на полное отсутствие серой жидкости, была невероятно тяжёлой, а волосы мягкими, прям как снежок. — Вы каким шампунем пользуетесь, сенсей? — схватила я пару прядей, пропуская их через пальцы. — У вас состояние волос лучше чем у меня! — А у меня все натуральное и красками не испорченное, в отличие от некоторых, — пробурчали мне в шею, немного повернув голову. А вот это уже камень в мой огород. Мои волосы уже немного отросли, показывая свой натуральный тёмный цвет, который мы долго выводили в салоне. — Вот я и спрашиваю, каким шампунем пользуетесь? Или у вас личный парикмахер? — я вновь потянула мягкие пряди, в этот раз пытаясь оторвать его голову от моего плеча. — Нет, я просто сам по себе такой идеальный, — поднял он голову, показывая свету немного съехавшую от моих манипуляций повязку. — И такой же скромный, — фыркнула я, наконец-то отрывая эту тушку от себя. — А как ты хотела. Все же быть сильнейшим нелегко, — он завел руки за голову, развязывая тёмную ткань, открывая вид на небесно-голубые глаза, будто состоящие из миллиона отдельных частичек, как мозаика. Он расправил повязку в длинную полоску и вновь приложил к глазам, обматывая её вокруг головы. — Выбирай давай, мы и так тут порядком задержались. Исходя из своих предпочтений, я бы хотела выбрать что-то такое, чем можно было сражаться на ближней дистанции, так как моя техника напрямую зависит от прикосновения. Конечно, можно выбрать лук со стрелами и просто напитать их проклятой энергией, но какова вероятность того, что стрела, выпущенная из тетивы, пробьёт оболочку проклятия, да и вообще, монстр может с лёгкостью уклониться, а я уже не смогу обороняться, момент неожиданности упущен. Но так же я хочу, чтобы две мои руки были заняты, так как просто не представляю, как сражаться, например, просто одной катаной, не имея ничего во второй руке. Куда её девать, как ей махать, если держать одну рукоятку двумя руками просто не удобно. Именно с такими мыслями, проходя мимо многочисленных полок, я пыталась найти что-то подходящее. Лазила по всем углам, открывая пыльные коробки, пытаясь найти что-то по душе, проходила мимо разнообразных резных изделий, которые точно служат лишь для украшения и хвастовства, но никак не для сражений. — Ну давай быстрее, я не собираюсь проводить здесь вечность, — ныл Сатору, опираясь на одну из стен, пока я, стоя на коленях, вытаскивала коробки, которые мне приглянулись. — Ты думаешь, я от тебя что-то стоящее в этих коробках бы прятал? — Доверяй, как говорится, но проверяй, — пропела я, доставая небольшую черную коробочку, стоящую у самой стенки, отлично маскирующуюся и сливающуюся с ней. Открыв картонное изделие, а после развернув ткань, которая укрывала то, что в ней хранилось, с твёрдостью произнесла: — Вот их, — подхватила коробку и поднялась с пола, — я вбираю это. — Ну и ладненько, — откинул он взглядом пыльную коробку и снял с моих волос кусочек паутины, — пошли, у меня ещё уйма дел.Я Эйуми Мия, и я обязана оправдать звание мага особого ранга. Кстати, у Годжо Сатору невероятно мягкие волосы. Нужно стащить у него шампунь.
