One touch and time freezes

      Солнце ярко светило, уделяя внимание каждому, кто находился в его доступе, заставляя морщиться от навязчивых лучей. Две небольшие группы людей, стоящие на возвышении и с ненавистью смотрящие друг на друга, не были исключением.       — Где маги особого ранга или хотя бы третьекурсники? — разминал руки парень, похрустывая пальцами. Его телосложение нисколько не напоминало тело студента, хотя бы старших классов. Он был похож скорее на бойца, как и маги рядом с ним. — Эйуми с Окоцу так сильно испугались, что решили не приходить? Да ещё так много первокурсников, — Аой Тодо говорил всё, что было у него в голове. — Вы издеваетесь надо мной?       — Ни Мии, ни Окоцу нет в Токио, — пропыхтела Маки, — они на заданиях, хотя эта девчонка обещала вернуться.       Девушка негодовала. До начала обмена оставалось всего ничего, а телефон первогодки до сих пор находился «в не зоны действия сети», хотя её самолёт уже должен был приземлиться в Токио, а сама девушка должна была быть на территории колледжа. Но вот только её не было, да и Годжо как обычно опаздывал, хотя со своей командировки вернулся уже давно. Вот учитель Киотской школы уже поднимался по ступеням, а директора стояли здесь и того раньше. Вот у кого Годжо стоит поучиться пунктуальности, да и Мии тоже.       — Где этот идиот? — устало поинтересовалась брюнетка, облаченная в традиционный наряд, и вопросов в личности этого идиота никто в Токийском колледжа не испытывал. Вот только ни через минуту, ни через пять сильнейшего мага не наблюдалось.       Вокруг стояла гробовая тишина, даже птицы, сидящие на деревьях, притихли, не решаясь начинать свои концерты, и все точно отчётливо услышали истошный крик:       — Ты сейчас оторвёшь мне ухо! — головы всех студентов, да и взрослых магов тоже, мигом повернулись к источнику звука, замечая выглянувшую из-за поворота тёмную макушку и мужчину, согнувшегося пополам, принудительно следовавшего за ней.       Мия пыхтела от злости, сильнее выворачивая уже и так красное ухо, не обращая ни малейшего внимания на попытки Годжо отцепить от себя цепкие женские пальцы. Волосы растрепались у обоих — Мия уже не делала попыток завязать хвост, из-за чего они локонами падали на плечи и лезли в глаза, а пряди Годжо, обычно поддерживаемые тёмной повязкой, сейчас опали, потому что эта ткань болталась на шее. В голове каждого из студентом мигом проскочила мысль, что именно ей и пытались прибить великого мага: таким как он тоже нужен воздух. Годжо был помят, сильно помят, чего не случалось даже после сражения с проклятиями, чего не скажешь о Мие: идеально выглаженную ткань ципао нисколько не испортил ни долгий перелёт, ни последующая ему программа воспитания нерадивого педагога, которая точно имела место быть.       — Хватит дезактивировать мою бесконечность! — возмущённо просипел он. — Я могу воспринять это как нападение на своего преподавателя, — но, согнувшись ещё сильнее, и за дёрнувшейся вниз, поближе к себе, женской руки, поспешил добавить. — Да я же пошутил, Ми-ай! Я понял всё, отпусти мое ухо!        — А ты там где потерялся?! — остановилась она в нескольких шагах от однокурсников, поворачиваясь назад, всё также удерживая жалостливо смотрящего на всех мага. Кинув какой-то мешочек в руки Тодо, и буркнув что-то о том, что бы он раздал эти талисманы всем, опять крикнула: — Мне самой подойти?       Подходить самой не пришлось. Невероятно быстро, будто всю жизнь передвигался на коленях, у её ног оказался парень, сгибаясь в низком поклоне и вытягивая руки вперёд.       — Мия, — всхлипнул студент, — я больше так не буду!       Но на его потуги не обратили внимания. Первокурсники токийской школы пораженно замерли, а Мия, не теряя времени, присела, заставив Годжо вскрикнуть, и схватила уже вторую жертву за ухо, поднимая.       — Знакомьтесь, — подняв парня на ноги, она повернула его сперва в одну сторону, а потом в другую, — Итадори Юджи — сосуд Сукуны и просто сволочь, не сообщившая о том, что жив. А это, — она потрясла взвизгнувшего блондина и наконец отпустила многострадальное ухо, — вторая сволочь, которая всё это провернула.       — Мия, — тут же отпрыгнув на два метра в сторону, маг захлопал своими глазками, — я тоже больше так не буду, честно! — и даже слезу пустил.

***

      — Блин! — вскрикнула я, ударяя ладошкой по выглядывающему из разреза бедру, избавляясь от надоедливого насекомого. — Знала бы, что наша позиция будет в лесу, купила бы спрей от насекомых.       — А я панда, — невозмутимо пожал плечами второкурсник.       — Да, тебе лучше всего, — обиженно сложила руки на груди, сморщив нос, но через секунду вновь подпрыгнула на месте, вновь отправляя ладонь в нужное место.       — Раз-два, проверка связи, — раздался надоедливый голос Годжо, который вновь был невероятно весёлым. — Утахиме хочет сказать вам несколько ободряющих слов, верно?       Дальнейшую запинающуюся речь я не слушала, выловила взглядом одного из воронов и уставилась на него так, будто смотрела на Сатору, ведь и уверена была, что за нами с помощью этих самых птиц и наблюдают.       Динамики, привязанные к деревьям, на секунду замолкли, а Годжо вновь продолжил, нисколько не внимая моему уничтожающему взгляду. Он вновь начинал меня злить, хотелось вырвать ему все волосёнки и опять оттаскать за уши, только в это раз намного дольше.       Такого, как он, могила точно не исправит, а жизнь и подавно. Взрослый и самостоятельный, а ведёт себя как ребёнок. Вот только его давно уже не поставишь в угол, а даже если это и сделаешь, то нужного результата не принесёт: будет доставать ещё больше.       Он выбешивал меня своим взглядом, своим ростом, своим отношением и своими губами, к которым хотелось прикоснуться. Но больше всего бесила себя я сама, думавшая об этом, в то время как его голову эти мысли явно не посещали совсем. Я действительно вела себя как пятнадцатилетняя девчонка: та, которая ходит с подружками по магазинам, задерживается в кафе, улыбается парням и пытается признаться своему объекту симпатии в чувствах. Вот только я маг, и повзрослела очень давно. У меня просто не было времени на обычные развлечения — одни лишь изгнания да тренировки, чтобы держать себя форме.       Ещё несколько секунд гневно посмотрев в птичьи глаза, оторвалась от них, наконец прихлопывая назойливого комара, успевшего вдоволь напиться моей крови. Жалко, что от мыслей избавиться таким способом нельзя, как и от мага, что их занимал.       — … обмен начался! — воскликнул Сатору, и динамик перестал издавать хоть какие-то звуки.       Услышав долгожданное многими, но не мной, объявление, все рванули вперёд, а я тяжело вздохнула, начиная отсчитывать ровно два часа. Директор киотской школы просто с пеной у рта доказывал, что участие и сосуда с Сукуной, и мага особого уровня со стороны токийской школы было просто непростительно, и я была обязана стартовать позже всех или вообще не участвовать в программе обмена. И эта мысль возникла в его голове сразу после того, как я отказалась приходить нему на ковёр. Позже уже узнала, что он состоял в совете старейшин, но прошлого не вернуть.       На моё полное отсутствие директор Яга не согласился, но вот на старт с задержкой в сто двадцать минут вполне. Именно так я, усевшись на землю и не обращая внимание на сохранность формы, принялась ждать, когда время на телефоне подойдёт к двум.       Всё это точно было не просто так, и розоволосая макушка была прямым доказательством. У начальства ноги тряслись при упоминание сосуда, и только после его смерти оно смогло вдохнуть спокойно, вот только смерти мнимой. Отчасти я понимаю Сатору, ведь сам по себе Юджи слаб и силен лишь Сукуна внутри него. Но когда он вернулся, он стал другим. Еще недавно тонкие нити его проклятой техники, струящиеся по телу, стали намного толще и ярче видны, хотя, возможно, он сам ещё этого не понимал. И сейчас был идеальный момент, чтобы его убить, ведь если он продолжит свой пути в магии, то тем старикам, прячущимся за чужими спинами, станет ещё страшнее.       Они всегда были такими трусами, хотя и строили их себя невесть кого. Что тысячи лет назад, что сейчас. Боятся всего нового и неизвестного, ведь надобность в них пропадёт, так же как их власть. Вот только желание оставить свою задницу на теплом месте было на невероятно высоком уровне. Господи, как же они не хотели умирать, цеплялись за жизнь, пытаясь уничтожить тех, на кого не хватало их сил. Пешки падали одна за другой, головы летели с плеч, позволяя умываться в крови. Но смерть всё ближе подбиралась к ним, заставляя затравленно оглядываться по сторонам и лишний раз собираться вместе. Алая жидкость текла реками, позволяя сполна насладится оторванными конечностями, разорванными на части телами, безжизненными глазами, глядящими в пустоту. Неверие старейшин в то, что справится они не могут, а ещё осознание того, что они сами создали весь этот кошмар. Лучшее время, лучшие эмоции, заполняющие сердце, и лучшая жи…       Я замерла, вцепившись пальцами в траву и широко распахивая глаза, вообще не понимая, откуда эти мысли взялись в моей голове и как я к ним пришла, тело начало мелко потряхивать. Я зажмурилась, мотая головой из стороны в сторону, а потом осмотрелась вокруг.       Остальные уже пропали из виду, скрывшись за деревьями. Весь план после появления Итадори, да и моей вынужденной задержки пришлось менять, так что теперь вместо меня с Тодо будет сражаться Итадори. Он всё же больше подходит на роль парнишки для битья, как бы я не хотела это признавать. Мне, в свою очередь, придётся искать выпущенное проклятие вместе с уже отправившимся Инумаки, если оно к тому времени, когда я вступлю с игру, не будет уничтожено.       Упав на землю и подняв глаза к солнцу, несколько секунд смотрела на него с прищуром и, наконец, опустила веки, погружаясь в темноту. Время текло невероятно долго, а я, размерено дыша, считала каждую секунду из оставшегося получаса. Сосредоточившись на окружении и текущей вокруг проклятой энергии, поняла, что Итадори уже встретился со своим противником. Не столько из-за своей силы, сколько из-за грохота от падающих деревьев. И всё это это меньше чем в километре от меня.       Хоть как-то контактировать с кем-то в ближайшее время мне запретили, но это не мешало мне начать поиски нужного проклятого духа. Только был он, видимо, слишком уж далеко от меня, так что я ничего не почувствовала, а вскоре и Итадори с Тодо потеряла из вида. На это лишь обречённо вздохнула, стараясь не заснуть.       Пока сидела на одном месте, пыталась как можно реже заглядывать в телефон, потому что циферки в нём смеялись со скоростью улитки, и это только раздражало. В конце концов я откинула его подальше и расслабилась. Вот только надолго меня не хватило. Всё тело резко онемело, и это не из-за того, что я не двигалась всё это время.       Моментально подскочила, не обращая внимания на замелькавшие перед глазами тёмные точки, и приняла боевую стойку, настораживаясь. Этот старик сошёл с ума, он точно лишился последних мозгов на старости лет. Видимо, решил расправиться не только с Итадори, но и с остальными адептами, вот только чем же они ему не угодили?       Вновь упав на землю, уже на четвереньки, сосредоточила силу на руках. Слабая надежда теплилась в сердце, я пыталась опровергнуть свои догадки, вот только ничего не изменилось. Эта ужасающая проклятая энергия все ещё находилась на территории техникума, и источал её далеко не Годжо.       — Мия, — раздался весёлый голос, — чего-то ты рано, до конца ещё двадцать минут.       Я даже головы не подняла, пытаясь почувствовать, где находится проклятие, вот только казалось, что оно везде. Эти нити поглощали всё вокруг, не давая мне различить энергию других магов. Я пыталась раскопать в них хоть что-то знакомое, пока не наткнулась на энергию другого проклятия, которое было в несколько раз слабее и больше походило под описание главной добычи юных магов.       — Эйуми, что случилось? — произнёс Годжо, вот только тон на этот раз стал немного серьёзней, а ворон неожиданно подлетел ближе.       — Проклятие, — прошептало я одними губами.       — Что там с проклятием? — поинтересовались у меня.       Вдруг энергия пропала, исчезла, как если бы его уничтожили, и это подтвердили крики среди преподавателей.       — Мия, — услышала я голос директора, — что с проклятием?       Инумаки!       — Особый уровень, — воскликнула я и рванула в лес, вместе с такими же подскочившими со своих мест преподавателями, а над лесом стала расползаться завеса.

Я Эйуми Мия, и единственное, о чем могу сейчас думать, это то, как побыстрее добраться до того места, где Тоге встретился с тем, кого здесь совершенно не должно быть!