Друг мой, прощай...

Если увидеть пытаешься издали, Не разглядишь меня, не разглядишь

меня,

Друг мой, прощай.

***

      Когда его мысли медленно растекаются в голове, он не обращает на них своего должного внимания. В основном, его мысли не такие громкие и навязчивые, чтобы к ним стоило уделить свое время. Они этого не заслуживают.       Но когда мыслей много и они вихрем забирают его, когда они заставляют его думать, думать, думать, когда они заставляют его вспомнить, когда они ворошат старые, былые моменты, то он уже не может сказать себе, что просто не обратит внимания.       К сожалению, всё начинается по новой.       Уилбур сидит в своей комнате, на холодном полу, снова думая над чувствами к одному прекрасному мальчишке, покорившего его сердце. Уил был так разочарован, когда осознал, что влюблен. Это восхваленное всеми чувство убило его дважды. Так просто оно вонзало ему ножи в спину, когда он, слепо веря в самое лучшее, всё ещё стоял и держался с улыбкой на лице перед ними. Он так искренне защищал их — свои воспоминания, попадая под нож сам.       Только и ножи от них были в самое сердце.       Это было слишком самонадеянным решением, цена которой составила его самого: его личность, уже потерянную и напуганную до чертиков.       Сут помнит того, с кем у него впервые настолько всё закрутилось. Уил был немного младше, но его чувства были больше. Намного больше его самого, кажется. Уильям так любил того, с кем всё это закрутилось, завертелось.       Были времена, когда ещё подросток Уил с упоением сердца ждал его у назначенного места. Он искренне улыбался и не смел подавлять этой улыбки, когда видел как его любовь шла к нему… Нет, бежала, летела в объятия, а потом говорила, что любит, очень.       Проносится воспоминание, когда юноша плакал в плечо Суту, потому что Уил был единственным, кто его вообще понимал. Тогда они не встречались, но именно первые отголоски чего-то большего появились из-за этой ситуации. Август, площадка, карусель и два подростка, где один изливает всю душу и слезы своему верному другу. А этот верный друг успокаивает его, вытирая его слезы с глаз и щёк, понимая, что так больно смотреть на это настоящее чудо, которое сидит перед ним в слезах.

***

      Всё ещё сквозняк в комнате заставляет Уилбура вздрогнуть. Ему так невдомек сейчас встать и закрыть чёртово окно, чтобы не было так холодно и мрачно в его пустой и тихой комнате, как на душе. Он всё ещё сидит на полу, опять разгребая все конченые мысли, что изрядно утомили его за все дни. До сих пор утомляют.       Из-за холода в комнате Уил вспоминает зиму. Уже выпавший снег и сугробы, а пара решила пойти погулять и провести время вместе.       Ах, как они были влюблены.       Помнится, Уилбур принял решение пойти погреться в один маленький магазинчик, потому что его парень замёрз. Они стояли в самом углу магазинчика, и Уил, как истинный романтик, целовал костяшки рук своей любви. Сердце трепетало, проскачил тихий смешок. Его парень залился краской и недовольно бурчал, в глубине души чувствуя счастье, накрывающее обоих.       И вспоминается очередное лето.       Это был их первый поцелуй на крыше.       Первый и… Последний.       Как сейчас Уилбур помнит его то самое сообщение: «Я люблю тебя, извини. Я выпил несколько пачек таблеток и скоро они подействуют»       Это был день, когда умер Уилбур, а не его половинка. Это был день, когда Уил понял, насколько он был слеп и глуп. Он не видел того, что кто ломает его.       Да ладно, он просто не хотел этого признавать.       Его же первая любовь сломала его.       Дотошный крик вырывается из груди, он не давал нормально вздохнуть. Слезы всё катятся и катятся по щекам; Уилбур хватает себя за волосы, оттягивая их. Холодная и пустая комната давит на него, давит на мозг. Он резко выходит на свой балкон, открывая окно нараспашку. Делая глубокие вдохи морозного зимнего воздуха, он пытается сосредоточиться на людях внизу. Они где-то там, ходят под его окном, Сут слышит радостные вопли детей из детской площадки.       Он смотрит вниз, думая, что если бы просто спрыгнул и всё бы закончилось…       Понимая, что он действительно замёрз, Уилбур заходит в комнату, на этот раз закрыв окно и выключив свет. Теперь в комнате темно. Свет не слепит заплаканные глаза, а темнота помогает мыслям так же быстро перескакивать с разных мгновений и воспоминаний. Уил обхватывает свои колени, прижимая их к груди.       Как же он хочет, чтобы Томми сейчас обнял его…       С тех пор он возненавидел любовь.       Хотя в голове сейчас проносится мысль про Томми. Ах, его Томми: его невинный мальчишка, который отличается вообще от всех. Он совершенно другой, не такой, как первый и не такой, как второй. Слишком, намного другой.

***

      Иногда Уильям замечает красивых людей в своем окружении. И как бы он не старался отвлечься на них, говоря им разного рода комплименты, дальше этого не заходит. А не заходит, потому что считает это ярким предательством к Томми и чувствам, которые хочет забыть. Иронично выходит.       Мысли о Томми заполняют его рассудок. Он честно пытается выкинуть Томаса Саймонса из головы, но он въелся слишком сильно. Он поглощает его, а потом вспоминаются объятия, флирт, шуточки, а сердце саднит. Томми так сильно действует на него, что теперь Уилбур не знает, как жить без него.       Это конечная.       Он смотрит куда-то в стенку, безнадёжно осознавая, что сильно влип. Ох, настолько сильно, что ему придётся жить с этим ещё год.       Этот гребанный год страданий и надежды. Надежды на отношения с ним, с его Томми.       Он представляет как целовал бы его губы. Желал бы забирать его к себе в гости и кормить всем, чем тот бы только пожелал, мечтал о том как они бы сидели в обнимку в его комнате, зная, что любят друг друга, а потом лениво покрывали друг друга поцелуями — всё это было бы идеальной жизнью Уилбура. Это был бы просто Том.       А вспоминаются поцелуи второй бывшей половинки.

***

      Это был прошлый год. Начало учёбы.       Осень тогда была тёплой для их городка. Она удивляла Сута своим солнцем и ясностью, и Уилбур думал, что это некий знак.       Он был прав. Он встретил её.       Это было первое дополнительное занятие в этом учебном году, а она была новенькой. И, увидев её, в сердце появился тот самый трепет, как и с первым.       Ох, как она была прекрасна. Её чёрные волосы и бездонные карие глаза, её застенчивость и робость только разжигали любопытство Сута к ней, к этой неприступной персоне.       Пока они не заговорили.       Он был очарован ей, её небывалой красотой. Она словно ведьма — околдовала его. Уил влюбился с первого взгляда, хотя упорно не верил в это.       Когда она испекла ему пирог, он понял, что утонул в ней. Влюбился нисколько во внешнесность, а сколько в душу. Она была немного сучкой, но с Уильямом так мила и настоящая.       А потом ноябрь и длинное сообщение для неё о том, что любит. Очень любит.       На самом деле, он замечал ранее, что она неравнодушна к нему, но был не до конца уверен в ней, потому что боялся… Страх, что случится, как в первый раз упорно бил звоночком в голове. Тогда его мысли кричали ему подумать и одуматься, но он давно всё решил.       Они учились целоваться вместе. Сут нежно и аккуратно целовал её губы, наслаждаясь ей и теми светлыми мгновениями с ней в туалете, куда они сбегали, чтобы целоваться и обниматься. Там их никто не мог найти. Он помнит, как прижал её к стенке, переходя к лёгкому петтингу, потому что было горячо, страстно, она была великолепной.

***

      Голд томно вздыхает, запрокидывая голову. Глаза устремлены в потолок, а перед ним картинки их поцелуев и вечеров. Занятий тоже, взглядов, касаний. Любовь.       И его опыт с первыми отношениями не подвёл вскоре.       У неё были проблемы. Сут так пытался ей помочь, что не замечал как самому нужна помощь. Травмы, стресс, переживания и нервы — это было ничем, по сравнению с ней. Уил думал только о ней, а свои проблемы росли и разрастались с неимоверной скоростью. И когда она начала думать о себе, Уилбур разбился на тысячи осколок окончательно.       Он решил прекратить с ней всё, потому что не выдерживал. Она и всё давили на него, ломали, заставляли порязнуть в себе и падать в бездну отчаяния и переживаний.       Уильям собирает себя сам до сих пор. Ему трудно склеивать остатки себя прошло с тем, что есть сейчас, потому что фрагменты пазла не совпадают. Парень пытается понять, что с ним не так: почему он такой странный, такой влюбчивый и такой наивный? Он построил для себя свой мирок, где прячется от всех чувств. Там Сут пытается восстановиться, огораживая себя от всех людей, которые любят его.       Он не верит никому.       Но Томми сломал его барьер и всё, где Уил так долго и упорно прятался. Томми стал глотком нового воздуха и стал помогать собирать себя нового. Томас стал для Уилбура всем; он так резко и спонтанно появился в жизни музыканта, настолько случайно и неожиданно.       Его светлый образ Уилбур готов описывать постоянно, рассказывая друзьям о том, какой Томми чудесный и невероятный. Уилу с Томми комфортно, и Уилбур бы всё отдал, чтобы быть с ним вместе, потому что так сильно влюблен в него: в его глаза, волосы, тело, душу. Всего любит, хотя боится.       Уилбур давно понял, что Томми вообще не такой, как все его прошлые отношения. Очень светлый и позитивный малыш, его солнце и настоящая радость. Каждый день готов делать всё, чтобы сам Томас Саймонс писал ему, посвящал свое драгоценное время и не желел об этом.       Но Уилбуру так страшно. Его страх, что с Томми может случится что-то подобное, как с теми, берет на Сутом вверх. Как же он хочет исчезнуть, чтобы не думать обо всём этом, чтобы не думать про Томми, потому что они не могут быть вместе…       Томми живёт так прекрасно без отношений. Ему никто не нужен, вот и всё. Досадно, но Уил старается смириться с этим уже… Полгода.       Он думал, что сможет намного раньше, но эти чувства забрали его всего. Он не может так просто забыть Томаса, потому что любит. Правда любит. Любит так же искренне, как тех, но только осторожно. Теперь понимая как.       Если бы не свои проблемы, которые он всё ещё не смог решить. Столько факторов, которые заставляют Уильяма испытывать постоянный стресс.       Если бы он только мог понять всё… Было бы проще жить. Было бы легче. Намного.       Может, когда-нибудь он расскажет всё Томми, но пока упорно верит в то, что всё само забудется и будет легче.