Побег от реальности

Ночью мне практически не удалось поспать. Все мысли занимали волнения по поводу своего будущего, и уснула я только к утру. Каково было моё разочарование, когда спустя час по всему корпусу раздался детский плач. Я раздражённо прорычала, спрятав лицо в подушке и накрывшись сверху одеялом. Вставать не хотелось вообще. Впервые за последние пару лет я лежала в тёплой, мягкой кровати, а не в грязном притоне или на твёрдом матрасе в самой дешёвой квартире. И даже здесь меня ждало разочарование в виде раннего подъёма плачем детей. Я поднялась на локтях, сонным взглядом оглядев девочек снизу. Кто-то уже поднялся, а кто-то до сих пор лежал в кровати, недовольно потирая глаза. Спрыгнув на пол со второго этажа кровати, я тут же наткнулась взглядом на кровать Лизы, чья обладательница сидела, подогнув колени, и спрятав лицо, кого-то тихо проклинала.

синхрон Владлены:

Такого бурного подъёма у меня давно не было, а я ещё и не выспалась ни черта. Вообще трэшняк.

Присаживаясь на край чужой кровати, я почувствовала как Лиза подняла на меня взгляд, но самой открыть глаза была не в силах. Я нахмурилась, пытаясь справиться с головной болью. — Всё хорошо? — спросила Лиза у меня, свесив с кровати ноги, а затем и поднимаясь. — Не-а, — покачала я головой, завалившись на её кровать, и чуть потёрла виски, в которых боль отдавалась сильнее всего.

синхрон Лизы:

Я смотрю, а Влада совсем плохая. Лишь бы не подохла там на испытаниях.

Кто-то из девочек сказал, что нам нужно спускаться, и я, преодолев сонливость и болезненные ощущения, встала на ноги, без лишних разговоров выходя из комнаты. На первом этаже в ряд были выставлены вешалки с белыми больничными халатами. Я вздохнула ещё более устало.

синхрон Мишель:

Мы спускаемся вниз, и видим халаты белые.

Мы будем проходить обследование? Это, вроде как, необходимо, но не так сразу то. А поесть, ну? Совсем с ума посходили. — Я в таком рожала! — крикнула Ангелина, примеряя на себя халат и вспоминая прошлое. Я мысленно удивилась, даже не думая, что у Пчёлки есть ребёнок. Я, если честно, думала, что она сама ещё ребёнок. — А если мы рожать будем? — спросила Кристина и я хмыкнула, качая головой, — Ну а чё. Свой халат я надела поверх чёрной майки, что была в комплекте с предложенной нам розовой пижамой. Он, кажись, и вправду был больничным. Мне даже показалось, что я почувствовала тот самый запах кабинета врача. Когда все переоделись мы вышли во двор, сразу же замечая стоящие кроватки для младенцев, вроде бы люльки, в которых лежали куклы. На каждом была бирка, прямо как в роддомах. — Вы читайте, чё тут блять написано, — сказала всем нам Ангелина, явно недовольная тем, что прочитала. Я подошла к одной из кукол, удивляясь своей удаче. На розовой бирке прикреплённой к кроватке было написано

«Владлена

Никифорова

Дата рождения: 05.04.1996 год

Перестала быть ребёнком слишком рано»

Я нахмурилась, неприятно сморщившись, сорвав бирку и смяв её в ладони. Этого тут ещё не хватало. Стоящая рядом со мной Рони заметила это, дотронувшись своей рукой до моей и улыбнувшись уголками губ. Я, закрыв глаза, кивнула, скорее самой себе, и почувствовала как девушка отошла, видимо, искать свою куклу. Кстати, говоря о кукле. Она была в мелких синяках и без одежды, а руки были словно связаны. Вы издеваетесь надо мной? Мне захотелось выкинуть эту игрушку куда подальше, но я лишь быстрым шагом отошла, громко матерясь.

синхрон Леры:

Идея что-то начала орать кричать, я ещё краем глаза увидела, как Владлена ушла куда-то тоже на грани истерики.

Я слышала, как меня кто-то позвал, но остановилась только тогда, когда меня схватили за плечо. Разворачиваться не собиралась. — Так, стоять, — это была Кира, что, по всей видимости, пошла следом за мной, — Тихо, не психуй. Я попыталась стряхнуть её руку, но Кира лишь сильнее сжала её, не давая избавиться от чужой хватки. Я нехотя обернулась, опустив голову вниз, пряча покатившиеся по щекам слёзы. — Что там было написано? — спросила она, нахмурив брови. — Не твоё дело, — прошептала я, на самом деле без сильной злости в голосе. — Что там было написано? — повторила она, уже намного твёрже и с паузами между словами. Видимо, привыкла получать то, что хочет. — Я сказала, не твоё дело, — я сделала сильный рывок, и только из-за него смогла откинуть чужую руку, сделав шаг в сторону, — Никого из вас ебать не должно, у вас и своих проблем достаточно. Явно недовольная тем, что меня остановили, мне пришлось возвращаться обратно, и я спиной чувствовала взгляд Киры, что шла прямо за мной. Показалась пепельная макушка нашего, если я не ошибаюсь, психолога, и я ускорила шаг, не желая опаздывать на первую проработку травм прошлого. Мне это, в основном, и было нужно. — Здравствуйте, — кивает женщина всем девочкам, а на поле выносят стулья, означающие то, что сейчас начнётся копание в наших мозгах. Мы все расселись. Из-за неприятного пробуждения, продолжающейся головной боли и болезненных воспоминаний, я села самой последней, опустив вниз голову. Видимо, слишком сильно перехвалила я свою удачу: рядом со мной приземлилась Медведева, сразу же посмотрев на меня. Ну вот. — Встреча со своим внутренним ребёнком нужна для того, чтобы разобраться в том, как вы прожили все эти годы, — равномерным и приятным тембром начала говорить Любовь Розенберг, переводя взгляд с одной девочки на другую, — Пусть больно, пусть ужасно, но нам надо об этом говорить. Потому что именно с этого начались ваши испытания.

синхрон Владлены:

С одной стороны все понимали, что рассказать придётся. Но это ой как не хотелось делать, особенно при остальных. Знаете, вот тот самый липкий страх осуждения, когда на тебя все смотрят и перешептываются. Мерзость.

— Кто-нибудь может хочет поделиться, что такого увидел в своей люльке? — продолжила наша психологиня, и я услышала голос Насти. Что что, но я была уверена, что она не тот человек, кто может рассказать о своём прошлом. Но что ж, первое впечатление обманчиво. Настя рассказала о своём детстве, и мне, совсем на мгновение, стало её жаль. Я не тот человек, который привык к эмпатии. Но это сожаление возникшее во мне меня удивило. Слушать девочек было тяжело: то самое ощущение, когда на тебя, помимо своих собственных загонов, накидывают чужие, и ты понимаешь, что не у тебя одной всё хуево в жизни. На истории Ангелины я даже подняла голову, слыша столь больную историю. Изнасилования это ужасно, и мне жаль, что ей пришлось столкнуться с этим. Мне жаль, что с этим пришлось столкнуться мне. Переведя взгляд на остальных девочек, я увидела в каком состоянии была Юлия. Девушка плакала, спрятав лицо в ладонях, а сидящая рядом Юля, — вот так совпадение, правда? Запутаться можно, — обнимала её за шею в знаке поддержки. И Любовь спросила у неё про её историю. Оо, кто бы мог подумать, что Михайлова когда-то работала стриптизершей. Теперь понятно, что за у неё за травма и почему она ходит в платке. После очередной истории, — на этот раз Амины, — и долгого монолога Любовь Розенберг о том, что главные наши ненавистники это мы сами, она сообщила нам о коробках под стульями, попросив их достать и открыть. Не смотря на тревогу, появившуюся в груди, я взяла её, открыв розовую крышку, и почти сразу же закрыла, откинув в сторону, спрятав лицо в ладонях. — Вы блять издеваетесь?! — не сдержавшись крикнула я, почувствовав как руки Киры осторожно притягивают меня за шею и слабо приобнимают, — Что за пиздец просто… Девочки, что ещё не открыли свои коробки, испуганно на меня посмотрели, так и не решившись заглянуть внутрь своих. Я тихо всхлипнула, пытаясь не разрыдаться в полный голос. — Влада, дорогая, это нужно для проработки травм. Расскажи нам об этом предмете и тебе станет легче, — посмотрела на меня с сожалением Розенберг, склонив голову вбок. — Да пошли вы, — тихо, так, что услышала только Кира, вздохнула я, продолжая молчать, и Медведева провела рукой по моей спине, — Это блядская скакалка. Мой сводный брат связал мне руки ею перед тем как надругаться надо мной.

Визитка Владлены:

Мелькают кадры тёмной, грязной тюремной камеры. За решёткой сидит девушка с чёрными, собранными в высокий пучок волосами, часть которых распущена и небрежно спадала на спину. На правой щеке кровавые брызги. Девушка смотрит в камеру, пронзая каждого взглядом ледяных, серо-голубых глаз. — Меня зовут Никифорова Владлена, мне двадцать шесть лет. И я знаю какого это — убить человека. Теперь же эта самая девушка сидела на поваленном дереве в лесной чаще, закинув одну ногу на вторую. На её голове была чёрная шапка, не закрывающая уши, а на глазах находились круглые очки. Девушка потёрла ладони друг о друга, нервно поднимая уголки губ вверх, смотря куда-то мимо камеры. — Я выросла в детском доме, в городе Ростов-на-Дону. Вообще не знаю свою родную мамку, даже не слышала о ней никогда. Ну, может и слава богу, чего таить то, — пожимает она плечами, скрещивая руки на груди, — Думаю не раз уже слышали, какие у нас в стране бывают отвратные детские дома. Все там злые, на мир обиженные. Ну я не могу их осуждать за это, я то их понимаю. Дальним планом показывают фасад того самого детского дома, в котором провела большую часть времени девушка. — Ну, старшаки пиздили, ха-ха, — усмехается она, опуская голову в пол, — Думаю тут даже не удивительно. Я тихой была, прям мышка такая, ну и начали гнобить за это. А я ведь ваще пиздючкой тогда была, мне и десяти не было. Показывают, как маленькая девочка зажалась в углу, а над ней встала толпа подростков, начинающих бить её ногами. Сзади них стоит уже взрослая дама и смотрит на всё это отрешенным взглядом. — В семь лет меня забрала милая женщина. По началу всё окей было, но потом приехал её старший, родной сын. Он меня на восемь лет старше, — сглотнула Владлена ком в горле, сжав в кулак руку, сдерживая слёзы, — Даже вспоминать об этот тяжело. Ну, мудак этот трогать меня начал. А затем, когда мамка приёмная ушла на работу, и взял. Я мелкая была, плакала, вырывалась. Он мне руки тогда скакалкой связал. Просила остановиться, кричала «пожалуйста», но он, сволочь, чтобы тебя машина сбила, думал, что я прошу больше. Девушка прячет лицо в ладонях, слышатся тихие всхлипы. Мелькают кадры, где она, в белом платье, идёт по крыше и смотрит вниз, с десятого этажа. — Я тогда мамке рассказала, истерила долго. Она не слушала, не верила, что её драгоценный сыночек мог так поступить. А он сделал всё ещё раз. Тогда я вообще бешеной стала и меня обратно в детдом и упекли. Ещё году не прошло. Слава Господи, — подняла Владлена голову, ладонью протерев мокрые от слёз дорожки, — Мне было всего семь, когда я поняла, что нужно научиться защищать себя. Я уже тогда по чуть-чуть заниматься начала, а потом меня снова удочерили, и в спортивную секцию отдали. Я ходила на борьбу, в уличных драках начала участвовать, просто по спортплощадкам бегала. Кадры с занятий по вольной борьбе: Никифорова Владлена берёт своего напарника в захват и кидает на маты. — Я хоть щеглушкой была, двенадцать-одиннадцать лет от силы, но была уже выше всех своих ровесниц. О, за это кстати тоже любили поиздеваться, — Владлена улыбается, но улыбка кажется натянутой, — Почти сразу после переезда в Краснодар женщина, что удочерила меня, умерла от рака желудка. Ну вот я и снова в детском доме. На одиннадцатилетнюю девочку, идущую по коридору детдома, кидают косые взгляды, перешептываются. — И всё заново. Избиения, буллинг. Я тогда то курить и начала. Хотела показать, что я тоже могу быть «крутой». Это не помогло конечно, но бросить я уже не могла. Да и не хотелось. Пить я тоже примерно в этом возрасте начала. Вот после одиннадцати лет я перестала терпеть насмешки и стала бить в ответ. Через время я осознала, что и вовсе начала пиздить первой. Но всё же, каково было моё облегчение после совершеннолетия. Я наконец-то была свободна. Начала работать барменом, ну всё-таки охуенная работа, и набухаться можешь, и других набухать. Стала ходить в спортзал почти каждый день, чтобы держать себя в форме и, в случае чего, себя защитить. Вроде всё окей было, даже не смотря на то, что начала, помимо сигарет и алкоголя, употреблять и наркотические вещества. Оо, всё, тут жесть пошла. Уже подросшая девушка лежит на кровати, отходя от очередной «веселой» ночки проведённой под кайфом. — Был мужик короче, дилер мой. Мне тогда двадцать один исполнялось, ну он и припёрся. Набухался и начал приставать ко мне, — голос девушки дрогнул, а по щеке скатилась одинокая слезинка, — Я испугалась. Особенно после воспоминаний о том мудаке, которого братом не поворачивается язык назвать, хах. Мне страшно стало, все дела. Он мне руки начал заламывать, уже раздевать, ну, я под эмоциями была. И... кокнула его. Звуки полицейской сирены, кадры с кровью на стенках. Закрывается решетчатая дверь камеры. — Ну, логично, что меня посадили. Это, пусть и была самооборона, но всё же я человека убила, — было слышно, как тяжело эти слова давались Владлене. Она заикалась, опускала вниз глаза, её руки дрожали, — Два года, два месяца, статья 107. После выхода я уже не знала, как мне жить. Как будто вся я была сломана на две части. Я пошла по наклонной полностью. Я пиздилась, бухала, пиздилась, употребляла, пиздилась. Ну там вообще жесть полная, я не жила. Я существовала. Кадр с крышей повторяется, только вот теперь девушка делает шаг назад, смотрит в камеру, а затем разворачивается и бежит. — Я признаю, что просто сбежала от реальности. А теперь пришло время сбежать от прошлого, верно? Конечно, хотелось бы принять это, а не убегать, — нервная, осторожная полу-улыбка, — Я хочу найти себя. Сломать свой кокон, в который обернулась ради защиты. Хочу снова почувствовать хоть что-нибудь кроме страха или агрессии. Хочу побыть той самой девочкой, что возможно живёт внутри меня. Испуганная моей жизнью, но живёт. Я хочу перестать убегать. — Ты можешь выбросить её, Влад, — кивнула Любовь Розенберг после того, как я подняла голову, вытирая с щёк слёзы. Я быстрым рывком встала на ноги, поднимая с земли выпавшую из коробки зелёную, детскую скакалку, свернув её и забросив куда-то в кусты, показав следом средний палец. И каково было мое удивление, когда плакать больше не хотелось. Не могло всё быть так просто. Но нет же, вот она я, со странной лёгкостью на душе.

синхрон Крис:

А мы то оказывается даже похожи чутка, мм

Садясь на своё место, я кинула благодарный взгляд на Киру, что умудрилась без слов меня поддержать, и девушка, не отвечая, отвернулась. Слушать кого-либо я больше не могла, лишь молча дожидаясь конца занятия. — Девочки, а теперь загляните и посмотрите, что лежит на дне вашей коробки, — слабо, но ласково улыбнулась Любовь, и я, вновь поднимая коробку, вытащила двойное дно, беря в руки розовый фотоальбом с моей фотографией на обложке.

синхрон Владлены:

Это можно считать как начало новой жизни. Теперь все свои счастливые моменты, а я уверена, они у меня будут, я буду складывать в этот альбом на память.

***

После того, как мы переоделись, нас повезли куда-то на машине, и уже приближаясь к этому зданию я вдруг поняла, что оно похоже на больницу. Всё таки медицинскому обследованию быть. Ну и чудно. Проходя внутрь, нас завели в пустое, просторное помещение со скамейкой и кабинками, а также приборами для измерения веса и роста. В центре сидела медсестра которая, как я и говорила, сказала, что сейчас будут измерять наши параметры. После того, как нас посадили на длинную скамью, какие бывают в школах, в зал зашло двое весьма крупных мужчин в докторских халатах, и начали вызывать нас по очереди. Первой вызвали Пчёлку, и она, кстати, весила нормально. Не понимаю, почему она так расстроилась, если это норма? Следом вызвали меня. Встав на весы, я, если честно, даже не удивилась, но девочки начали удивлённо поднимать брови. — 90 килограмм, — кивнул мужчина и я мысленно хмыкнула. Девочки были определённо удивлены, но я их не виню, они ж явно не догадываются, что вес ещё и из-за роста меняется, — И 189 сантиметров.

синхрон Владлены:

Не выросла, эх. Хочу под два метра быть, чтобы идти и такая прям, машина. Я тогда вообще на всех девчонок буду смотреть как на букашек.

— Ебать ты шпала, — хохотнула Настя, улыбнувшись, и я закатила глаза, уже с детства привыкнув к подобному роду заявлениям. Для девушки подобный рост, на самом деле, редкость — а вкупе с тем, что я качаюсь, я и вовсе с первого взгляда похожу на мужчину. Это хорошо. После того, как всех девочек измерили, у нас замеряли, если не ошибаюсь, количество жира и воды в организме. А вот после этого нас уже вывели на стадион, естественно, отдав перед этим спортивную форму и позволив надеть её. Первое спортивное занятие, наконец-то. — Здравствуйте девочки, я тренер Школы Леди, — поздоровался с нами накачанный, татуированный мужчина в забавной футболке, — Я попрошу вас выстроиться в следующем порядке. Сначала Амина, затем Настя. С первых же девушек я подумала, что строимся мы по весу. Но затем вспомнила, что и сама вешу больше чем Настя, что конечно её удивило, и отбросила эту мысль. После того, как все построились, я и вправду запуталась, ведь не понимала закономерности. Но слова о количестве жира в организме убрали все догадки. Я стояла где-то в середине, после Лизы, что меня, кстати, тоже очень сильно удивило, и перед Юлией. Первая девушка сразу же подняла голову, улыбнувшись мне, и я не сдержала ответной улыбки. Что-то я совсем расклеилась. — Мы с тобой почти не говорили сегодня, — совсем тихо прошептала она, на мгновение привстав на носочки, но затем почти сразу опустилась. Я кивнула. — Занятия, тут тяжело поговорить, — вздохнула я слишком громко, и тренер недовольно посмотрел в нашу сторону. Я была готова поклясться, что ещё чуть-чуть и он бы, как настоящий физрук, сказал: «Разговоры в строю отставить». Эх, школьные воспоминания. Мерзость. Этот мужчина, видимо, совсем потерял тактичность и уважение к женскому полу, что начал говорить у кого сколько процентов жира. Ну некрасиво ведь, думаю кому-то явно будет обидно. — Каждой из вас стоит серьёзно задуматься о своём физическом состоянии, — начал было он и я едва слышно фыркнула. Кто бы говорил. Я каждый день занимаюсь, так что, — Иначе тело в какой-то момент даст трагический сбой. Сегодня вас ждут спортивные дуэли с очень серьёзными соперниками. После этих его слов на стадион выбежала кучка детей, класса, как максимум, шестого, и я приподняла одну бровь.

синхрон Владлены:

Нас что, настолько недооценивают? Ну всё, мамка Влада сейчас покажет этим сосункам.

— И первое состязание у нас будет на пресс, — кивнул тренер, и я чуть сморщилась. Не люблю качать пресс, пусть и занимаюсь этим. Надеюсь, вызовут не меня. Я и в других заданиях вытяну, а тут пусть какие-нибудь другие девочки потягаются, — Афанасьева ложись. — Мне так ещё никто никогда не говорил, — смущённо-кокетливо усмехнулась Настя, а затем громко засмеялась, вызывая смешки и у остальных. Даже тренер улыбнулся. Держала её Мишель, и, как я догадалась, затем они будут меняться. Насколько я знаю, Мишель хорошо качает пресс. Что же, удачи им. В соперники им поставили двух девочек, совсем худых и маленьких на вид, и когда тренер начал отсчёт, Настя начала качать так, словно от этого зависит её жизнь.

синхрон Владлены:

Ну Настюха она прям машина, начала такая, ебать, хаха

— Приве-е-ет, — протянул кто-то рядом со мной и я обернулась, увидев рядом Рони, — Не выспалась? — Так заметно? Зуб даю, выгляжу я ужасно, — хмыкаю я, переводя взгляд на запыхавшуюся Настю, что, кажется, выиграла у той школьницы. Поделом им. — Нет, что ты. Ты всегда прекрасна, и сейчас не исключение, — наклоняет голову вбок Рони и я ухмыляюсь, облизывая пересохшие губы. — Так и продолжишь флиртовать со мной? — оценивающе посмотрела я на неё, и девушка сделала невинное лицо, ангельски похлопав ресницами. — О чём ты? — улыбнулась она уголками губ, но я увидела пляшущих у неё в глазах чёртиков. Что же ты за человек такой, Рони Вербицкая? — Счёт один-один! — громко произносит наш тренер и Рони вздрагивает от неожиданности, переводя взгляд с меня на мужчину. Я, подмигнув ей, отхожу в сторону, уже желая услышать следующее испытание. О, и я чувствовала, что Рони прожигала мою спину взглядом, — Теперь очная ставка! — Рони! — подняла руку, согнутую в локте я, стрельнув глазами в сторону названной девушки, и она улыбнулась, проводя по мне заинтересованным взглядом. И снова началось. Вот только что я заметила: девочка, та самая, маленькая и худенькая, совсем не могла дать Рони нужную точку опоры, практически не держа её ноги. И я уверена, что когда будет наоборот, то у самой девчонки всё будет хорошо. И это ведь абсолютно нечестно. Почему бы тренеру не учти этого? — И со счётом два-один ведут школьники! — говорит мужчина, указывая рукой в сторону детей, и я раздражённо закатывая глаза. Ладно, справедливость в нём отсутствует. Я видела, как расстроилась проигрышу Рони, поэтому, как и она утром, дотронулась до её руки, на мгновение переплетая наши пальцы, и девушка подняла на меня взгляд, благодарно кивая и улыбаясь. Следующим были скакалки, и тут я снова понадеялась, что вызовут не меня. После того самого случая у меня появилось презрение, а также некое опасение и страх к скакалкам, поэтому я на них практически не прыгала. Только тогда, когда это было нужно. И выиграть здесь я точно не могла, а подводить девочек не хотелось. Как я и пожелала вызвали Юлию и Киру. Первая прыгала кое-как, но всё же очень стараясь, что было похвально. Кира же молодец, прыгала лучше. И всё же дети вновь выиграли. Их позвали чтобы нас унизить, или что? Прыжки через козла — испытание для второго класса, и Крис, и Пчёлка справились с ним. Правда мальчик, из команды школьников, решил повыпендриваться, и прыгнул сделав сальто. После этого я закатила глаза, понимая, что и в этом раунде победы нам не ждать.

синхрон Владлены:

Вот поставили бы меня, я бы сделала тоже самое, тоже мне выступление. Я помимо борьбы лёгкой атлетикой между прочим занималась.

Затем прыжки в высоту — ох, здесь бы я задала жару. Когда я была маленькой это было моё любимое упражнение. И мои молитвы были выслушаны. — Никифорова! Твой выход, давай, — кивнул тренер и я, победно сжав кулак, помахала рукой своим одноклассницам, что начали мне хлопать, и прошла на нужную точку.

синхрон Киры:

Думаю всё, сейчас Владуха покажет кто тут мамочка.

Сделав глубокий вздох, я разбежалась и, перед самой перекладиной, развернулась, прыгая спиной и идеально перелетая, прыгая на маты. Выглядело это так, словно я в воздухе кувырок сделала, пусть это и неправда. Мой учитель по лёгкой атлетике мной бы гордился. Девочки захлопали ещё сильнее, что-то крича, и даже тренер пару раз хлопнул в ладони, явно удивляясь тому, что прыгнула я не самым простым способом. — Владлена, Вы ведь в курсе, что Вы, — начал тренер, но я, поднимаясь на ноги, махнула ему рукой, из-за чего он замолчал. — Фосбери-флоп, детка, — подмигнула ему я, увидев явное одобрение на лице, и встала обратно в строй. — Ты была великолепна! — улыбнулась мне Лиза, рядом с которой я оказалась, неосознанно схватив меня за руку, но почти сразу отпуская её, неловко уводя взгляд в сторону, — Ты молодец. Занималась когда-то этим? — Да, было дело, — кивнула я, проведя рукой по распущенным волосам, и недовольно цокнув от мысли о том, что забыла взять резинку. Всё же постричься не такая плохая идея. — Вербицкая, твоя очередь, — Рони, сделав шутливый реверанс в мою сторону, прошла на тоже место, где стояла я, и проводила её взглядом, возвращая своё внимание Лизе, что тоже смотрела на Рони. — Как ты думаешь, что будет после этого? — спросила вдруг она, слабо нахмурившись. Я вопросительно подняла бровь, — Ну, имеется в виду после проекта. — Я не знаю, но надеюсь, что лучшая жизнь, — пожала плечами я, сделав вид, что не хочу заглядывать наперёд. Хотя на самом деле, я просто этого боялась. Мне было страшно думать о том, что ждёт меня где-то там, в будущем, через пол года. Кем я буду, где я буду, с кем я буду. — Да, я тоже, — отвернулась Лиза и, выдержав недолгую паузу, совсем тихо, едва слышно добавила, — На самом деле я боюсь неизвестности. И сильно. Я улыбнулась, сопоставляя то, что о чём я думала минуту назад и то, что сказала Лиза буквально одно и тоже. — Я тоже, — честно ответила я, проведя ладонью по спине девушки, а затем чуть отошла, заканчивая наш диалог. Как оказалось за это время успела прыгнуть и Рони, и два ребёнка из команды школьников. И кстати, они проиграли. Поэтому мы с Вербицкий абсолютно честно забрали в нашу команду сразу два бала, поравняя счёт. Четыре-четыре. После этого были прыжки в длину, и выступать за нас вызвали Амину. Я поджала губы, пытаясь не показать своего разочарования, чтобы вдруг не подумали, что это как-то связано с неприязнью. Зрители они такие, сделаешь одно лишнее движение на камеру, и ты уже становишься главной причиной слухов и видео в тик ток. Амина, как и предполагалось, прыгнула не шибко далеко, в отличие от молодого мальчишки. М-да, недолго наша слава и радость ничьей продлилась. Бег с препятствиями — весело, но сложно. И на это испытание вызвали Лизу. Перед тем как она вышла, я коротко приобняла её, и девушка словно на глазах расцвела, улыбнувшись мне. Делает вид, что люди ей не нужны, но как радуется от простого прикосновения. В противники ей поставили весьма высокого парня, по которому даже и не скажешь, что он всё ещё школьник. Сумев побежать быстрее него, в итоге Лиза прибежала второй, что, при всей моей к ней симпатии, было очевидно. Тот парень явно занимался этим не первый день, несмотря на то, что упал один раз. — Ты всё равно молодец, — кивнула я Лизе, когда она подошла, и та улыбнулась. Я заметила, что она особо и не расстроилась, что было хорошо. — В конечном итоге результат составляет Четыре:Шесть, в пользу Школьников, и они побеждают! — хлопает в ладоши тренер, и дети начинают радостно подскакивать и смеяться. Ладно, это мило, таким даже и проиграть не жалко. Тем более для самой себя я выиграла, пусть и благодаря своему прошлому, но ведь и они не только с пелёнок, да? Камеры выключились сразу после этого, а нас погнали переодеваться обратно в школьную форму, заявляя, что сейчас поедем в Школу. Неужели на сегодня занятия заканчиваются? Ну слава богу.