Две стороны потерянной луны

Много-много лет уже как Кагуя-химэ На землю забрела она, а, значит, быть беде. Лунная дева, но гнев её страшон. Попался если на пути — прощай, ты обречён! К людям ниспослана, чтоб искупить грехи. Но стоит ли прощенья ждать, коль руки все в крови? Братья, два близнеца, на властну жадну мать, Клинки обратили, чтоб по заслугам дать. И так, в один тёплый, но тихий летний день Исчезла Кагуя-химэ, оставив только тень. Братья — герои, их восхвалил народ. Но знают ли зеваки, каков событий ход?.. Лунная дева на землю забрела Потеряна, оставлена, совсем-совсем одна. Вот только однажды старик её нашёл Как дочь свою названную в дом собственный привёл. Выросла дочка — и пришли женихи. Один другого статнее, но нужны ль ей они? Кагуя-химэ по лунам слёзы льёт, И в дождь, и в снег, и в тёмну ночь свой взор не отведёт. Покуда тянулись дни, грустили женихи. Но в одно из зимних солнц ушли вдруг все они. Правитель — суровый и сдержанный юнец, Завидев Кагую-химэ влюбился наконец. Дева лунная — холодная стена, Но повстречавшись с юношей, растаяла она. Свадьбу сыграли — и всё бы ничего. Вот только медленно росло в той деве нежной зло. Словно волшебная, энергия людей, Была для лунной Кагуи семьи родной святей. Жажда, желание и похоть заодно Убили в трепетном дитя последнее добро. Страшная, страшная Кагуя-химэ! Прервала жизнь правителя — а, значит, быть беде! Мужа не пожалев, всё выпила до дна. В ужасе люд бежит, а дева голодна!.. Долгие годы уж бедствуют они, Но лунная дева никак не прекратит. Солнце за солнцем, всё зверствует она. Но в очах прекрасных: застыла там мольба. К людям ниспослана, чтоб искупить грехи. «Милый, прошу тебя, меня же ты прости». Братья, два близнеца, на властну жадну мать, Клинки обратили, чтоб по заслугам дать.