Листки календаря

- В кино? – недоверчиво протянул Гречкин, - так у нас домашний кинотеатр есть. - Да ничего ты не понимаешь! Это ж здорово сгонять в киношку, развеяться. Тем более, в будний день и на утренний сеанс. Помню, как-то школу прогулял с однокашником, и пошли мы «Всадника без головы» смотреть, кинотеатр на окраине, маленький, старый. И фильм древний. Но все равно интересно было. Даже то, что потом мама узнала, и дома ой как влетело! Дима смешно морщит нос, поправляет очки привычным жестом. На это Кирилл готов любоваться сутками напролет. - Ладно, пойдем. Я вообще не помню, чтобы в кино ходил, как-то все дома фильмы смотрим, на ноуте. - Вот, видишь. Там эффект совершенно другой. И этот… настрой тоже. - Вайб в смысле? - Ага, он самый. Кирилл купил места сзади – места для поцелуев. И, фыркнув, выкупил еще ряд впереди. Впрочем, этого можно было не делать, кроме них было всего несколько человек, и они сидели далеко. Дима притащил ведерко попкорна и колу: - Вредно, но вкусно! - Точно! Кир снял пару белых зернышек с пальцев Дубина. - М, без карамели. Это хорошо, сладкий - та еще гадость. - Я же знаю, ты сладкий не любишь. - Потому что сладкий - это ты. И другие сладости ни к чему. Погас свет, фильм начался. И тут Кирилл сообразил, что не знает ни названия фильма, ни актеров… «Да плевать» - подумал он.       Рядом был Дима. Его Дима, его личное солнышко. Которое светит, может и многим, но греет только его, Кирилла. Рядом, совсем близко. Очки поблескивали при голубоватом свете с экрана. Кирилл взял димину руку, пальцы переплелись. На экране шел какой-то исторический фильм, судя по пышным платьям дам. Кавалер с завитыми локонами и в изящном камзоле что-то пылко говорил красотке в алом платье… Впрочем, сюжет фильма Кир так и не уловил. Потому что отпустил руку Димы и провел пальцами по его губам. Димка захватил один палец, слегка придержал зубами. А его лукавая улыбка дала понять, что места для поцелуев и предполагают нечто большее, чем просто просмотр фильма. Кир аккуратно повернул к себе лицо Димы, вынуждая того оторваться от фильма. Ведь поцелуи Гречкина куда важнее псевдоисторической лабуды на экране. Они целовались мокро и долго, будто бы встретились после долгой разлуки. Ловкие нахальные лапки Кирилла залезли под рубашку Димы. Тот ахнул, ведерко с попкорном упало, рассыпав содержимое. Плевать на все. Кир провел пальцем по соску, моментально затвердевшему. Дима зачем-то расстегнул вверху пару пуговиц и подался вперед, напрашиваясь на продолжение ласки. На экране раздавались выстрелы, топот коней и крики. Кир порадовался, что звуки заглушат тихие-тихие стоны наслаждения. Потому что ему самому сдерживаться было очень трудно, когда Дима полез ему под теплое худи и, слегка пощекотав ребра, тоже так же захватил сосок. На миг Кир с сожалением подумал, что непредусмотрительно было не захватить с собой плед или хотя б купить его тут же, в Торгово-Развлекательном Центре. Пока ждали сеанс. Стояк уже ощутимо чувствовался, джинсы стоимостью в две среднестатистических зарплаты обычных служащих стали очень тесными. Дима слегка ерзал, пытаясь устроиться поудобнее. И тоже, судя по всему, испытывал те же проблемы. Пальцы Димы скользнули ниже, по прессу, огладили его. Кир слегка отодвинулся, помогая расстегнуть тугую пуговицу. Руки Димы были очень теплыми. Кир заполошно водил по его спине под рубашкой, подавался навстречу ласкающей его руке, и изо всех сил старался не издавать ни звука. На экране звучала лирическая музыка. Глаза Гречкина были закрыты, но он был уверен – сейчас тот самый герой-любовник целует ту самую красавицу в пышном платье. Дубин не торопился, двигал рукой плавно и нарочито медленно, хотя Кириллу казалось, он вот-вот кончит, были б движения побыстрее. Большой палец обвел головку, размазывая жидкость, Кир невольно подался вперед… Закусил губу почти до боли. Это обострило другое ощущение. Семя облило и собственные джинсы, и руки Димы и кресла в зале. Кир тяжело дышал. Затем, кое-как вытершись в темноте салфетками, благо, лежали в кармане, он потянулся к ремню Диминых брюк. Тот слегка сжал его запястье, не давая сделать задуманное. Кирилл решил, что это «новая игра» и снова предпринял попытку. И тогда Дима шепнул ему на ухо: - Кирь, я… уже… Даже при свете экрана было видно, как алеют его щеки. Кирилл успокаивающе погладил его по запястью. Мол, бывает всякое. И оба стали-таки смотреть фильм. Хоть и с середины, но смысл уловили. Впрочем, ничего нового – шпаги, погони, интриги… немного похоже на «Три мушкетера», та же эпоха. - Можно было бы посмотреть дома на диване, – шептал Кирилл на ухо Диме, пока оба мылись в душе. - Ага, с тобой посмотришь, - неловко ответил тот. - Но вообще идея с кино мне понравилась. В следующий раз пойдем на боевик. Дима все еще смущался из-за конфуза в кино. Хорошо, в их совместный выходной пробок не было, и до дома доехали быстро. Все-таки в липких боксерах сидеть совсем некомфортно, хоть он и вида не подавал. Они заснули в обнимку и проспали почти до вечера. А в сумерках, ранних в ноябре, Дима выглянул в окно и сказал по-детски удивленно: - Смотри, снег пошел. Первый снег.