Листки календаря

      Обычный день – если не считать, что двадцать девятое февраля бывает раз в четыре года, и что год с таким «сверхурочным» числом дней в феврале считается високосным и сулит всяческие неприятности. А так – день, как день.       Кирилл забрал Димку с работы около девяти. Город давно погрузился в темноту, разгоняемую светом многочисленных фонарей и реклам. Подъехать к отделению оказалось невозможным – дорогу перегородил какой-то фургон. Чертыхаясь и кроя матом водителя фургона, грязь и слякоть, Кир вылез из припаркованной у магазина на проспекте «Тойоты». Нажал кнопку быстрого дозвона. Дима вышел тут же, словно ждал его. Чмокнул шутливо в нос: - Игорь на дежурстве сегодня, так что едем прямо домой. Кир перехватил ключи от машины, и вдруг увидел, как к ним направляется ДПСник. Их машина стояла рядом. - Так, если сейчас предъявит за парковку, я ему скажу пару… - Тихо, не кипешуй, Кирюш. Дима поправил очки: - Антон? Какими судьбами? Патрулируешь теперь тут, у нас? - Дим, помоги, как человека, прошу. ДПСник выглядел взволнованным и растерянным. - Что случилось? - Видишь вон там припаркованную КИА? Женщина рожает, а отцу плохо стало с сердцем. А я один в тачке, напарника нет, людей не хватает. Можешь за руль сесть, я сопровождать буду? Срочно в больницу надо. - Дим, за руль я сяду. Я и вожу чаще, и все переулки в центре знаю, - быстро сказал Кирилл. Антон, кажется только сейчас обратил внимание на то, что Дима не один: - Гречкин? - О, я уже медийная персона, каждая собака знает, - криво усмехнулся Кирилл, - давайте ключи.       Оказалось, плохо с сердцем стало не мужу роженицы, а её немолодому отцу. Он сел впереди, на пассажирское. Его буквально перенесли втроем на руках. А Дима устроился сзади, рядом с тихо постанывающей молоденькой женщиной. - Все хорошо, - начал он мягко и успокаивающе. О, Кирилл прекрасно знал эти интонации. Самого так же спасали. Кажется, это было лет сто назад… или все двести. Или, наоборот, совсем недавно. Мужчина, сидевший рядом, похоже, был без сознания. Но дышал, хрипло и с натугой. - Мы доедем быстро, врачи непременно вам помогут. И вам, и отцу, - говорил Дима, - вот увидите, потом будете вспоминать это уже без волнения.       Впереди мчалась машина ДПС, завывая сиреной. Автомобили, стоявшие один за другим, теснились к обочине. Пару раз пришлось выехать на разделительную полосу, один раз – через двойную сплошную на встречку. Благо, там не было транспорта. Кир уверенно вел машину, хотя до этого ни разу не садился за руль КИА. - Все нормально, все в ажуре и трусы на абажуре, - нервно хохотнул он, - родится пацан, гонщиком будет. - Девочка, - простонала роженица. - А что, девочки тоже водят машину, - ответил Дима.       Казалось, минуты щелкают, как патроны в патроннике. Иногда пробка рассасывалась нехотя, приходилось застревать. Кир нервничал, бил по рулю. В одном месте он просигналил машине ДПС и показал, что надо свернуть во дворы. - Так быстрее, я тут все арки знаю. Здесь ночные клубы есть, я раньше часто бывал в этих краях.       Наконец, казалось, прошла целая вечность, они подъехали к больнице. Видимо, Антон предупредил врачей, так как их встречали уже у самых дверей. Женщину увезли в родильное отделение, а мужчину – в отделение интенсивной терапии. Кир отогнал КIA на стоянку у больницы, отдал ключи ДПСнику. - Сами уже отдайте их… я не знаю, кому. Он выглядел уставшим и измотанным. Дима сжал его пальцы. - Кир, ты молодец. Я б никогда не смог так. - Да ладно, ты водишь не хуже меня. Надо просто потренироваться немного. Антон вытирал пот со лба. - Ребят, спасибо, вы спасли людей. Дим, Кир, уж не знаю, как благодарить вас. - Отвези к моей тачке, если ее еще на эвакуаторе не утащили, - хмуро ответил Кирилл. - Не увезут, - улыбнулся ДПСник. Дорога обратно казалась легче – и длиннее раза в три. Дима поглаживал руку Кирилла, успокаивал его. И почувствовал, что пальцы любимого ни капли не дрожат. Обычно, когда Кир нервничал, его пальцы слегка подрагивали. Кир знал это и старался спрятать руки. Или занять чем-то, чаще всего телефоном А сейчас руки спокойно лежали, и это показалось Диме хорошим знаком. - Сейчас приедем домой, - сказал он на ухо Кириллу, когда они пересели в свою Тойоту, - а дома буду тебе расслабляющий массаж делать. Обычно при этих словах у Кирюшки загорались глаза, он лукаво улыбался и шептал на ухо Диме всякие неприличности, от чего его любимый смущался и краснел. Сейчас же Кир лишь слабо улыбнулся. - Никогда не думал, что это так страшно – когда от тебя зависит жизнь других людей, - сказал он Диме. - А у меня такое бывает часто, - признался тот, - работа такая. Как-то раз пришлось крохотную девочку успокаивать, пока криминалисты выясняли, отчего молодая мать скончалась. Было, и пожилую женщину утешал, которую собственный сын-наркоман избил. Да всякое бывает… Уже дома они оказались ближе к полуночи. И хотелось забраться под горячий душ, смыть с себя тревогу прошедшего дня. - Чай будешь с бутербродами? – спросил Дима. - Не хочется, - признался Кир, - вот не лезет еда. - Опять, - вздохнул Дима, - может, тогда молока с медом? - Ладно, давай. Не хватало, чтоб ты еще из-за меня нервничал. И добавил: - А вот от массажа не откажусь.