Jinxed Hearts(Проклятые сердца)

Тонкс потянуло вперед, и она чуть не опрокинула коробку с выпечкой, когда ее ноги последовали примеру Сириуса. Он бросился к Ремусу, который, казалось, прирос к месту у подножия лестницы Штаб-квартиры с недоверчивым выражением на лице. Как только Сириус поднялся по ступенькам, он громко залаял и вскочил, положив передние лапы Ремусу на плечи. - Я думаю, твоя дворняжка скучала по тебе, - сказала Тонкс с нервной улыбкой. Ремус вздохнул и погладил Снаффлза по голове. "Он будет скучать по мне еще больше, если его снова отправят в тюрьму". Его слова прозвучали резко, но он явно пытался подавить улыбку, которая расползалась по его губам. Сбросив гигантские лапы со своих плеч, Ремус наклонился, чтобы поднять свой рюкзак, упавший на землю, и забрал у Тонкс коробку с выпечкой. - Нам нужно вернуться в дом. Тонкс оглядела улицу, чтобы убедиться, что за ними не наблюдают магглы, прежде чем подняться по ступенькам дома номер двенадцать. Выглянув из-за входной двери и убедившись, что в холле никого нет, Тонкс вошла в дом, а Ремус и Снаффлс последовали за ней. Ремус жестом пригласил их следовать за ним в столовую. Как только дверь за ними закрылась, Тонкс присела на корточки, чтобы снять поводок с шеи Сириуса. - Вы оба сильно рисковали, - сказал Ремус, ставя коробку с выпечкой на стол, в то время как Снаффлз снова превратился в человека. - Что за жизнь без риска? - Спросил Сириус, плюхаясь на обеденный стул и отталкиваясь от него, балансируя на двух ножках. - Пробежка вокруг квартала стоит того, чтобы вернуться в Азкабан? - Резко спросил Ремус. Тонкс вздрогнула и развязала футболку с длинными рукавами, которую она повязала вокруг талии после завершения пробежки. Теперь, когда она не стояла под августовским солнцем, ей было холодно из-за промокшей от пота одежды для бега. Натягивая футболку через голову, она слегка улыбнулась, увидев, что Ремус наблюдает за ней. - Не злись на него, это была моя идея, - сказала Тонкс. Ремус долго смотрел на нее, прежде чем выражение его лица немного смягчилось, и он покачал головой. - Вам двоим не стоит превращать это приключение в привычку. Сириус с глухим стуком опустил ножки своего стула на место. - Вот так просто, да? - спросил он. - Это ее идея, так что теперь ты не так злишься? Может, мне стоит походить в... ну, я не совсем уверена, как назвать то, что на тебе надето, но, думаю, Лунатику это нравится. Может, если я надену что-нибудь похожее, он начнет думать, что мои идеи не такие уж безумные. - У меня есть баллончик, который ты можешь одолжить, - сказала Тонкс с дерзкой ухмылкой. Сириус встал и направился к двери. - Почему-то я не думаю, что это возымеет тот же эффект, - сказал он с ухмылкой. - Я пошел в душ. Убедись, что дети оставили мне что-нибудь из пекарни. Как только дверь за Сириусом закрылась, Тонкс посмотрела на Ремуса с извиняющейся улыбкой. - Тебе действительно не следует поощрять его уходить из дома, - сказал он. - Даже если он несчастен? Ремус провел рукой по своим растрепанным волосам и тяжело вздохнул, когда его рука легла ему на затылок. Тонкс подошла к нему ближе и провела пальцами по волосам, упавшим ему на лоб. - Это моя работа, - сказала она с усмешкой. Ремус хмыкнул в знак согласия. - Твоя версия бесконечно лучше, - сказал он, закрыв глаза и прильнув к ее руке. Он поднес ее пальцы к своим губам, прежде чем отпустить. - Ты свободна сегодня вечером? Тонкс почувствовала, как ее пульс участился при мысли о том, что она проведет с Ремусом время, не связанное с выполнением обязанностей по Порядку. - Зависит от обстоятельств, - пожала плечами Тонкс. Увидев его удивленно поднятые брови, Тонкс улыбнулась и продолжила. - Ты собираешься поцеловать меня в конце вечера? Ремус ухмыльнулся. - Если только мы не откажемся от традиции, согласно которой поцелуй является завершением ночного ритуала, и я поцелую тебя сейчас. С твоего разрешения, конечно. Тонкс притворилась, что обдумывает его идею, когда из прихожей донеслась серия громких ударов. Мгновение спустя портрет миссис Блэк ожил, разразившись градом едких слов, к которым вскоре присоединились гневные упреки Молли в адрес того, кто устроил этот переполох. Тонкс не хотела, чтобы их поцелую помешали безумные портреты или озорные подростки. - Извините, профессор, но вам придется набраться терпения. В любом случае, от меня сейчас слишком воняет, чтобы целоваться. - Тонкс схватила со стола коробку с выпечкой. - Давай доставим это и проведем немного времени с твоим непослушным песиком, прежде чем ты снова бросишь его сегодня вечером. Позже в тот же день Тонкс стояла перед своим гардеробом, размышляя, что надеть на свидание с Ремусом. Он должен был скоро прибыть, а в данный момент она была одета совершенно неподобающим для публики образом, в одном нижнем белье. Нижнее белье, разумеется, было в тон. Даже если бы это было первое свидание и ее розовый лифчик и кружевные трусики в тон розовому и черному платью были бы скрыты под одеждой, Тонкс хотела чувствовать себя красивой во всех отношениях. На мгновение она пожалела, что у нее нет времени спросить мнение матери о том, что надеть, но потом напомнила себе, что расспросы матери повлекут за собой вопросы, на которые ей пока не хотелось отвечать. Перебирая свою одежду, она с сожалением подумала, что вот что она получила за то, что всю школу ее лучшим другом был мальчик. Конечно, у нее была пара близких подруг, но большинство из них были заняты тем, что выходили замуж и создавали семьи. Теперь, когда она удвоила свою нагрузку, выполняя обязанности по наведению порядка, она больше месяца не разговаривала ни с одной из своих подруг. По крайней мере, на этот раз ее проблема заключалась не в стирке. Поскольку она не ходила на свидания дольше, чем ей хотелось бы признать, все, что она считала подходящей для свидания одеждой, было чистым и терпеливо ждало своего часа в глубине ее гардероба. В конце концов, она остановила свой выбор на двух нарядах: узких черных брюках-капри, фиолетовой кофточке с кружевной отделкой и джинсовой куртке или трикотажном платье малинового цвета из джерси с низкой спинкой, расшитом мелкими черными горошками. Вспомнив небрежное замечание Ремуса о том, что ей следует почаще надевать юбки, она остановилась на платье. Надев его, она порадовалась своему выбору. У платья были короткие рукава, поэтому она надевала его с жакетом, когда они выходили из дома. Платье было короче, на несколько дюймов выше колен, юбка слегка расширялась от талии, позволяя ей кокетливо развеваться вокруг бедер. Она надела черные туфли на плоской подошве и принялась за прическу. Она остановила свой выбор на розовом цвете, поскольку он, очевидно, нравился Ремусу, но она никак не могла определиться с фасоном. Обычно Тонкс предпочитала короткую стрижку, считая, что длинные волосы выглядят слишком вычурно. Но для их свидания она хотела что-нибудь, что не надевала бы на работу несколько дней в неделю. Решив, что ей понравился ее стиль для вечеринки в поместье Малфоев, Тонкс закрыла глаза и уложила волосы в локоны длиной до подбородка, но подобрала цвет к своему малиновому платью. Довольная своей прической, она подкрасила ресницы — уже не в первый раз радуясь, что ей не нужно возиться с тушью — и нанесла на губы слой прозрачного розового блеска. Отойдя от зеркала в ванной, она восхитилась своими результатами, чувствуя себя гораздо более девчачьей, чем обычно. Ровно в половине седьмого Тонкс услышала стук в дверь, отчего ее сердце бешено заколотилось в груди, и она практически вприпрыжку побежала открывать. При виде Ремуса, стоящего в дверях, она не смогла сдержать широкой улыбки, расплывшейся по ее лицу. Он выглядел просто потрясающе в синей рубашке на пуговицах, коричневых брюках и твидовом пиджаке. Две верхние пуговицы его рубашки были небрежно расстегнуты. Его волосы были такими же взъерошенными, как и всегда, и он отпустил бороду, но после полуторанедельного отсутствия привел ее в порядок. Хотя его одежда все еще выглядела поношенной, она была уверена, что для их свидания он выбрал наименее поношенные вещи. Он улыбнулся и уставился на Тонкс так, словно никогда раньше ее не видел. Его взгляд скользнул от ее розовых кудряшек к платью и снова остановился на лице. Тонкс приподняла бровь, глядя на него. - Лучше, чем мои футболки и рабочие ботинки? - Не то чтобы я возражал против твоих футболок и ботинок, - сказал он, бросив еще один взгляд на ее платье. - Но мне действительно нравится этот образ. - Спасибо, - сказала Тонкс, чувствуя головокружение от его комплимента. Она отступила назад, пропуская его в квартиру. - Дай-ка я надену куртку, и мы можем идти. Она прошла в свою спальню, схватила с кровати джинсовую куртку и натянула ее, сунув палочку в потайной карман, который ее мать добавила рядом с застежкой на пуговицы. Выйдя из спальни, Тонкс застала Ремуса за разглядыванием фотографий в рамках на книжной полке. Он взял в руки рамку, в которой была ее фотография с родителями, когда она заканчивала обучение на аврора. — Твоя мама выглядит... - Будь осторожен, - предостерегающе перебила ее Тонкс. - Если только ты не хочешь столкнуться с ней лицом к лицу еще до того, как познакомишься. - Она совсем, абсолютно не похожа на свою сестру, - невозмутимо произнес Ремус. - Если у нее такой же характер, как у тебя, я бы не хотел его усугублять. Тонкс рассмеялась. - Она слишком утонченная, чтобы показывать свой характер. Это все из-за воспитания Благородного дома Блэков. Ремус еще раз взглянул на фотографию. - В тебе хорошо сочетаются оба родителя. Глаза у тебя определенно материнские, но улыбка - отцовская. Он поставил рамку на прежнее место на книжной полке и повернулся к Тонкс. - Ты готова? - Куда мы направляемся? - Нетерпеливо спросила Тонкс. Ей было все равно, куда они пойдут, она просто была в восторге от возможности пойти на свидание. - Ты слышала о музыке в парке? Когда Тонкс покачала головой, Ремус продолжил. - В течение летних месяцев в Королевских парках проводится серия бесплатных концертов. Сегодня вечером в Сент-Джеймсском парке выступает группа, которая исполняет рок-н-ролльные хиты. Queen, The Police, Pink Floyd, The Who. - Он полез в карман пиджака и достал свой сморщенный рюкзак. - Поскольку я знаю, что еда - это обязательное условие, я собрал вещи для пикника. Я также избавил семейный погреб Блэков от бутылки вина. Тонкс потеряла дар речи. Большинство свиданий, на которые она ходила, состояли из попыток произвести на нее впечатление каким-нибудь изысканным блюдом, прежде чем спросить, меняются ли ее формы так же легко, как прическа. Никто никогда не прилагал столько усилий, чтобы пригласить ее куда-нибудь. Не важно, что его финансы не позволяли ему пригласить ее на изысканный ужин, то, что он запланировал, было намного лучше, чем любое другое свидание, которое у нее было. Из-за ее молчания Ремус внезапно забеспокоился. — Это... - Это великолепно, - сказала Тонкс с застенчивой улыбкой. Ремус предложил ей руку. - Пойдем? Они аппарировали в уединенное место за зданием парка. Сент-Джеймский парк, расположенный недалеко от министерства, был рядом с ее квартирой и часто использовался для пробежек. Но поскольку Тонкс часто бегала по периметру парка, она не сразу поняла, где они находятся. Ремус повел ее вокруг здания на поляну, где стояла небольшая эстрада для оркестра, где музыканты уже разогревались и настраивали свои инструменты. Поляна была уже наполовину заполнена людьми, которые раскладывали одеяла и корзины для пикника. - Музыка начинается только в половине восьмого, но зал заполняется довольно быстро, - объяснил он, ведя ее через лабиринт зрителей, укрывшихся одеялами, прежде чем остановиться на приличном расстоянии от сцены. Тонкс отпустила его руку, чтобы он мог вытащить сумку из кармана куртки и увеличить ее размер. Он вытащил большое одеяло и расстелил его на траве, приглашая Тонкс присесть. Осторожно сев на одеяло, надеясь, что не продемонстрировала свои трусики всему парку, она скрестила ноги в лодыжках и откинулась назад, опираясь на руки. Ремус опустился на колени, чтобы распаковать оставшиеся вещи из своей сумки, пока Тонкс осматривала поляну. Она видела множество людей, устраивавших свои пикники. Среди них были пары, молодые семьи, компании друзей, но она не видела никого, кто спокойно сидел бы в одиночестве. Ей стало интересно, как часто он приходил в этот парк послушать музыку. Ее сердце сжалось при мысли о том, что он тихо сидит в одиночестве и слушает концерт. Учитывая, насколько недостойным он себя считал, она подумала, что вряд ли он приводил сюда девушку — или даже друга — раньше. - Как так получилось, что я живу всего в нескольких минутах ходьбы от этого парка и не знала об этом? - Спросила Тонкс, размышляя, стоит ли ей спрашивать о его предыдущих посещениях. - Я полагаю, у вас нет свободного времени, чтобы искать музыкальные развлечения. Тонкс фыркнула от удовольствия. - Трудно найти свободное время. Как ты об этом узнали? - Моя любовь к музыке передалась мне от матери. Но билеты на концерты, как известно, очень дорогие. Когда несколько лет назад я прочитал статью в "Телеграф" о годовщине "Музыки в парке, - я обратил на нее внимание. Он оторвался от своего занятия по организации пикника и с кривой улыбкой посмотрел на Тонкс. - Бесплатный концерт в парке, полном магглов, был прекрасной возможностью экономично и анонимно насладиться живой музыкой. Тонкс наблюдала, как Ремус принялся открывать бутылку вина, впечатленная тем, как он с помощью беспалочковой магии аккуратно вытащил пробку из бутылки. Что-то в его упоминании об анонимности поразило Тонкс, заставив ее в очередной раз задуматься о том, с каким количеством предрассудков он столкнулся в своей жизни. Достаточно того, что он чувствовал себя более комфортно в компании незнакомых магглов, чем в компании волшебников. Она понимала, что не знает всего, что можно было знать о Ремусе Люпине, но она была уверена, что люди, которые избегали его, понятия не имели, что они упускают что-то замечательное. Этот человек, переживший в своей жизни столько боли и страданий, за то короткое время, что они были знакомы, доказал, что он был одним из самых добрых людей, которых она когда-либо встречала, а также храбрым солдатом своего дела и верным другом. Тонкс не хотела ждать до конца вечера, чтобы показать ему, что у нее нет никаких сомнений в том, что она хочет быть с ним. Ей не нужна была анонимность. Неважно, в компании ли магглов, волшебников или ведьм. Если бы они в этот момент стояли посреди Диагон-аллеи, а не сидели в парке, желание поцеловать его не изменилось бы. - Ремус? Он оторвался от наливания вина в два бокала и поднял глаза. Она мимолетно задумалась, какие чары он использовал, чтобы пронести их в целости и сохранности в своей сумке. - Хм? - Мне было интересно. - Тонкс сбросила туфли и встала на колени. Она подвинулась по одеялу к удивленному Ремусу и провела рукой по щетине на его подбородке. - Могу я вкратце рассказать о том, чем закончится эта ночь? Его взгляд метнулся к ее губам, прежде чем он сократил расстояние между ними. Их губы встретились легко, неуверенно, как будто ожидая, что их снова что-то прервет. Когда их снова никто не прервал, Тонкс наклонилась ближе, и его губы прижались к ее губам еще крепче, раздвигаясь, чтобы дразняще втянуть ее нижнюю губу в свою. Поцелуй был коротким, но заставил сердце Тонкс забиться быстрее от восхитительного обещания того, что должно было произойти позже. Она боролась с желанием наклониться для еще одного поцелуя. В конце концов, они были в парке, полном людей. Если бы она поцеловала его снова, то не была уверена, что смогла бы удержаться от того, чтобы не наброситься на него с поцелуями по-настоящему. - Слава Мерлину, в тот раз нам никто не помешал, - сказала она, улыбаясь при виде его слегка ошеломленного лица и держа в руках бокалы с вином. Ремус протянул Тонкс ее бокал вина. - Я никогда не был так благодарен за несколько минут тишины. Они непринужденно болтали и смеялись, лежа на одеяле, ели и пили еду и вино, которые приготовил Ремус. Тонкс была в восторге от пикника. Там были рулетики с сосисками, нарезанный ростбиф на багете — никакого хрена, который испортил бы возможность поцеловаться в "дыхании дракона", с радостью отметила она, — и свежая клубника. Самое главное, на десерт была шоколадная плитка "Ханидукес", которую они могли разделить. Когда начало темнеть, заиграла музыка. Тонкс громко рассмеялась, услышав, как классические инструменты исполняют безумную композицию Queen "Love". Она была в восторге от того, что оркестр исполнил несколько ее любимых рок-н-ролльных песен и ее отца. Пока они слушали музыку и приканчивали бутылку вина, они начали игру в распознавание песен; тот, кто мог первым распознать песню, должен был задать вопрос другому. - Ты когда-нибудь превращался, чтобы изображать учителя? - Конечно, - быстро ответила Тонкс. - Тебя действительно оставили после уроков за то, что ты назвал профессора Макгоногалл "Минни" во время урока? - Да, - довольно смущенно ответил Ремус. - Я виню в этом твоего кузена. - Кто самый плохой аврор в офисе, с которым стоило бы работать в паре? - Долиш, - без колебаний ответила Тонкс. Тонкс нравилось слушать, как Ремус смеется над ее историей о том, как ее поймали на побеге Чарли из-под стражи, когда она превратилась в Билла и для пущей убедительности украла у него значок старосты. Это сработало блестяще, пока они не наткнулись на настоящего Билла, который проходил через портрет вазы с фруктами, скрывавший кухню, как раз когда они собирались войти. Они все еще смеялись, когда заиграла следующая песня. Тонкс не узнала его и вопросительно подняла брови, глядя на Ремуса. Он улыбнулся в ответ и сказал: - Королева. У меня от вас захватывает дух. - Тогда хорошо, профессор. Какой у вас вопрос? Ремус встал, снял куртку и бросил ее на одеяло. - Потанцуешь со мной? - спросил он, протягивая Тонкс руку. - Знаешь, танцевать со мной немного рискованно, - с улыбкой ответила Тонкс, протягивая ему руку. - Ты легко можешь закончить со сломанным пальцем на ноге. Он поставил ее на ноги и, схватив за руку, обнял Тонкс за талию, прижимая ее к себе. - Любой риск, на который я шел с тобой до сих пор, стоил того. Тонкс на мгновение показалось, что она и в самом деле упадет в обморок, пока они танцевали — на самом деле они тихо покачивались, потому что поляна была завалена одеялами для пикника. Весь вечер был похож на прекрасный сон посреди суровой реальности их нынешней жизни. Взгляд на то, какими могли бы быть их отношения, если бы им не приходилось постоянно совмещать работу, назначать встречи и миссии. Она прижалась щекой к груди Ремуса и попыталась запечатлеть в памяти весь вечер. Музыка закончилась, и Тонкс услышала аплодисменты, означающие окончание концерта. Она не хотела двигаться. Если они собирали свои вещи, как это делали другие в парке, это означало, что ночь почти закончилась. Как бы сильно она ни предвкушала завершение ночного ритуала, который их ожидал, и продолжение с того места, на котором они остановились ранее, она не хотела, чтобы их свидание заканчивалось. В конце концов, они расстались. Пока Тонкс складывала одеяло, а Ремус собирал остатки их пикника, они оживленно обсуждали, какая песня была лучшей, а какие песни никогда не следовало использовать в оркестровой партитуре. Когда они вернулись к месту появления, Ремус обхватил Тонкс руками и закружил ее, а мгновение спустя приземлился, прижав Тонкс к двери. Их положение напомнило ей о том, как много недель назад закончилась их миссия в "Ядовитом пере". С этого момента она страстно желала, чтобы он поцеловал ее. К счастью, ей не пришлось больше ждать. Не сводя с нее пристального взгляда, Ремус опустил голову и прижался губами к ее губам. На этот раз никто не мешал, не было толпы людей, некому было остановить их, когда их губы медленно соприкасались друг с другом. Тонкс скользнула руками по его груди к затылку, продолжая свой путь, чтобы запустить пальцы в его волосы, чем заслужила низкий одобрительный стон Ремуса. Его губы приоткрылись, безмолвно прося разрешения углубить поцелуй, когда он прижал ее к своему телу. Тонкс никогда не испытывала такого поцелуя. Он был таким сладким и нежным, что чуть не довел ее до слез, но в то же время в нем чувствовался неподдельный жар. Почувствовав легкое прикосновение его языка к своей нижней губе, Тонкс крепче вцепилась в его волосы, призывая продолжать. Она отдалась его поцелую, позволив своим чувствам захлестнуть ее: ощутить его волосы, зажатые в ее пальцах, вкус вина и шоколада на его языке, когда он коснулся ее языка, тепло его рук, когда они скользнули вниз по ее спине и остановились на бедрах. Ремус прервал поцелуй, чтобы провести губами по подбородку Тонкс, продолжая путь вниз по шее. - Войдешь? - спросила она, задыхаясь. Ответ Ремуса, прижатый к чувствительной коже под ее ухом, прозвучал приглушенно, но она поняла, что это было "да", учитывая то внимание, которое он теперь уделял мочке ее уха. Тонкс отпустила его волосы и принялась рыться в своей куртке в поисках волшебной палочки. Она сняла защиту и пошарила за спиной в поисках ручки. Все еще занимаясь шеей Тонкс, Ремус убрал руку с ее бедра, чтобы помочь ей справиться с ручкой. Как только дверь открылась, Тонкс, спотыкаясь, вошла внутрь, чтобы включить свет с помощью волшебной палочки. Она захихикала, затаив дыхание, когда сильные руки Ремуса удержали ее от падения на пол. Он неопределенно махнул рукой в сторону двери, и та захлопнулась. На мгновение они остановились и просто уставились друг на друга, а на губах Ремуса появилась легкая улыбка. Тонкс улыбнулась в ответ, заметив его растрепанные волосы и удивленное выражение лица. Тонкс положила руку ему на грудь и подтолкнула к дивану, не сводя с него глаз. К счастью, по пути не обо что было споткнуться. Она бросила свою палочку на стул, прежде чем стянуть с Ремуса куртку. Он сбросил с себя верхнюю одежду, прежде чем Тонкс положила обе руки ему на грудь и подтолкнула сесть на диван. Она сбросила туфли и встала коленями на диван, оседлав его бедра. Ремус протянул руку и заправил за ухо Тонкс выбившийся локон малинового цвета. - Я не хочу, чтобы ты была рядом, - тихо сказал он. - Вы подходите друг другу как арканзасцы в мире гриса. - Он медленно провел руками вверх и вниз по обнаженным бедрам Тонкс. - Это значит, что я не могу оторвать от тебя взгляда. Ты словно радуга в сером мире. От его слов по ее телу пробежала дрожь. Тонкс улыбнулась и провела руками по его груди, чтобы снова обхватить его за шею. - Я считаю, что должна вручить тебе приз. Их губы снова встретились, языки на этот раз скользили более настойчиво, а руки блуждали по телам друг друга. Ремус помог ей снять жакет, прежде чем вернуть ладони к ее ягодицам, лаская их неторопливыми круговыми движениями. Глубокие, медленные поцелуи заставили их двигаться навстречу друг другу. Их взаимное влечение и недели, когда они прикасались друг к другу — иногда невинно, иногда нет — подпитывали их страсть, побуждая исследовать друг друга. Когда их объятия стали более крепкими, Тонкс заерзала у него на коленях, пытаясь прижаться к нему всем телом так, чтобы облегчить разливающийся по телу жар. Внезапно Ремус оторвался от ее губ и выдохнул, - Нимфадора. - Он глубоко вздохнул и сжал ее бедра, чтобы остановить ее движения. - Нам не следует торопиться. Тонкс прижалась лбом к его лбу и попыталась успокоить дыхание. Голос в ее голове вернул ее к реальности, к тому, что это было всего лишь их первое свидание. Хотя это и не было похоже на первое свидание; казалось, что они знают друг друга гораздо дольше, чем тот месяц, который у них был в запасе. - Ты, наверное, голос разума? - С улыбкой спросила Тонкс. - Если тебя это как-то утешит, я немедленно пожалею о своем решении, - ответил он еще более хриплым, чем обычно, голосом. Тонкс хихикнула. - Ты оставляешь меня в таком же жалком состоянии, в каком я была всю прошлую неделю, - сказала она со вздохом. Не желая больше дразнить его, она легонько поцеловала его, прежде чем снова прижаться к его коленям. - Только сейчас у меня есть еще более развратные мысли, которые отвлекают меня. Ремус обнял ее и быстро повернул так, что Тонкс оказалась лежащей под ним на диване, чем вызвал у него удивленный вскрик. Он поцеловал ее долгим поцелуем. - Ты думала обо мне, пока меня не было? - Возможно, - уклончиво ответила Тонкс. - О чем ты подумала? - пробормотал он, уткнувшись в основание ее шеи. — Немного этого, немного... - Тонкс задохнулась, когда Ремус восхитительно прижался к ней всем телом, его желание было совершенно очевидным. - Это. - Повис, как Гиппогриф, действительно. - Ты ведешь нечестную игру, - сказала она, скользнув рукой по его телу, чтобы ущипнуть за ягодицу. - Ты сказал, что мы должны остановиться. - Так ли это? - рассеянно спросил он, покрывая поцелуями ключицу Тонкс. - Ты права. Он приподнялся, чтобы заглянуть ей в лицо. - Уже поздно, а ты слишком красива, чтобы я мог вести себя прилично. От его слов по ее телу пробежала дрожь. Сделав глубокий вдох, она закрыла глаза, отчаянно желая, чтобы он остался, но думая, что это, вероятно, плохая идея. Если бы он остался еще немного, то, вероятно, увидел бы красивое нижнее белье, которое она выбрала в тон. Она открыла глаза, увидела почти страдальческое выражение на его лице и поняла, что произнесла последнюю фразу вслух. После двух нерешительных попыток пожелать спокойной ночи и одного очень страстного поцелуя у двери - к сожалению, прерванного тем, что любопытная старая ведьма, живущая напротив, резко открыла свою дверь — их вечер закончился. По мнению Тонкс, это было лучшее свидание за всю историю свиданий, и она не могла дождаться, когда снова увидит Ремуса. Улыбаясь как дурочка, готовясь ко сну, она подумала, что, возможно, никогда еще не была в лучшем настроении. На следующее утро Тонкс не могла сдержать улыбки на лице и не напевать мелодии из вчерашнего концерта, когда она проводила утро со своими родителями. Она с удовольствием прокручивала в голове события прошедшего вечера, когда мать прервала ее размышления. - Нимфадора, что это за мелодию ты напевала все утро? - "Королева". У меня от тебя захватывает дух, - ответил Тед, не отрываясь от газеты. Андромеда критически оглядела Тонкс. - Мы и дальше будем ходить вокруг да около, обсуждая мужчину, с которым ты встречаешься? - Как ты дошла до этого от Queen? - Спросила Тонкс, понимая, что вопросы, на которые она пока не хотела отвечать, все ближе подступают. Когда ее мать ничего не ответила, но продолжила наблюдать за ней, Тонкс закатила глаза и сказала: -Я расскажу тебе об этом, когда буду готова. - Мне очень любопытно, с кем ты встречаешься. - Сказал Тед, оторвавшись от газеты. - У нас только вчера, было первое свидание, я бы с трудом назвала это отношениями друг с другом. - Первое свидание, да? - Сказал Тед с улыбкой. - Многое можно сказать о первом свидании. Тонкс удивленно фыркнула. - Например, что? Вы с мамой повесились на первом свидании? - Целовались в раздевалке Пуффендуя. - Тед! - Воскликнула Андромеда. - Это было не первое наше свидание! - Ты права, любимая, это было еще до нашего первого свидания, не так ли? - Действительно? - Сказала Тонкс, громко смеясь. Даже слегка тревожащая мысль о том, что родители целуются, не могла умерить ее веселья. Она, конечно, знала, что ее родители полюбили друг друга где-то на шестом или седьмом курсе Хогвартса, но она не знала точно, как это началось. Все истории, которые она знала, происходили после окончания школы, и ее мать навсегда ушла из семьи. Внезапно заинтересовавшись, она выгнула бровь, глядя на свою мать, изображая идеальную семью Блэков. Андромеда взяла себя в руки после своей нехарактерной вспышки гнева в адрес мужа. - Твой отец был очень обаятельным, - надменно произнесла она, отправляя стопку тарелок из-под завтрака в раковину быстрым взмахом волшебной палочки. - Это не ответ на мой вопрос, - сказала Тонкс, наслаждаясь тем, как реагирует её мать. - То, что мы с твоим отцом делали в сарае для метел, тебя не касается... - Сарай для метел? - Тонкс взвизгнула. - Он сказал раздевалка! Щеки Андромеды порозовели, когда она посмотрела на Теда, который посмеивался над своей газетой. - Вы двое можете прибрать после завтрака. Когда ее мать вышла из кухни, Тонкс застонала при мысли о том, что ей придется прибегнуть к какому-нибудь домашнему заклинанию. - Думаю, я это заслужил, - сказал Тед, складывая газету. - Ты отправь посуду в раковину, а я помою. Несколько минут они работали в приятной тишине, прежде чем Тед заговорил. - Она беспокоится о тебе, крошка. Вот почему она спрашивает об этом парне, Римусе. От удивления Тонкс уронила кофейную кружку на пол. Из их предыдущих загадочных разговоров она знала, что ее мать была в курсе того, что Римус - мужчина, который ей нравился, но Тонкс была удивлена, что ее мать говорила об этом с ее отцом. Нахмурившись, она задумалась, отражает ли это их мнение по данному вопросу. Быстро почистив кружку, она поставила ее в раковину. - Ты волнуешься? - Твоя мама беспокоится, что тебе разобьют сердце. - Тед повернулся и спокойно посмотрел на Тонкс. - Я беспокоюсь о твоей работе. Тонкс фыркнула - Я думаю, что некоторые другие мои занятия больше угрожают моей работе. - Вот именно. Ты и так рискуешь. - Тед глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. - Министерство сейчас не в восторге от оборотней. Он поднял руку, когда Тонкс открыла рот, чтобы возразить. - Прежде чем ты выйдешь из себя, никому из нас нет дела до того, что он оборотень. Тонкс на мгновение уставилась на отца, обдумывая его слова, прежде чем слегка улыбнуться. - Это были точные мамины слова? Тед усмехнулся. - Иди поговори с ней, пока я здесь закончу. Ее отец, должно быть, действительно хотел, чтобы Тонкс поговорила с ее матерью, если он предложил ей поработать по дому. Тонкс отправилась на поиски Андромеды и обнаружила, что та разбирается с грудой принесенных с собой платьев. - Ты собираешься рассказать мне о своих приключениях в разных укромных уголках Хогвартса? - поддразнила она. - Я заключу с тобой сделку, - сказала Андромеда, вытаскивая из стопки мятую рабочую одежду и бросая на Тонкс нетерпеливый взгляд. - Выгодная сделка от слизеринца? - спросила она, плюхаясь на родительскую кровать. - В конце концов, ты выиграешь от этой так называемой сделки. - Я расскажу тебе одну маленькую историю о том, как я поддалась...обаянию твоего отца, как он выразился, если ты послушаешь минутку. - Сначала история, - потребовала Тонкс. Андромеда улыбнулась и покачала головой, прежде чем неохотно начать свой рассказ. Тонкс безжалостно хихикала над историей своей матери о том, как мадам Хук застукала ее в сарае для метел рядом с квиддичным полем. По-видимому, она притворилась, что отчитывает Теда, и использовала свои полномочия старосты, чтобы оставить его после уроков за то, что он задержался после тренировки. Андромеда сказала, что мадам Хук, безусловно, раскусила ее историю, но, как и Поппи Помфри, она была не из тех, кто задает слишком много вопросов. В конце концов, идея о том, чтобы студенты целовались в сарае для метел, не новая. - Теперь, когда я окончательно опозорилась, ты расскажешь мне немного об этом своем романе. Тонкс пожала плечами. - Он мне нравится. - Тебе придется подумать получше, моя дорогая. - Андромеда повесила еще один комплект рабочих мантий и привела их в идеально выглаженное состояние с помощью хорошо отработанной работы с палочкой. - Я уже поняла, что он тебе нравится. - Она посмотрела на Тонкс, все еще распростертую на ее кровати. - - Не по своей вине у него была тяжелая жизнь. Эти отношения не будут простыми. - Я знаю это, - защищаясь, сказала Тонкс. - Он просто... - Она не была уверена, готова ли рассказать матери о глубине своих чувств к Римусу. - Не похож ни на кого из тех, кого я когда-либо встречал. Он добрый, заботливый и...,,Потрясающе целуется и чертовски красив". - Ты покраснела, Нимфадора. Тонкс закрыла лицо руками, чтобы скрыть улыбку и румянец на щеках. - Я понимаю, хорошо? Я буду осторожна. - В последнее время тебе приходится быть очень осторожной. Тонкс посмотрела на обеспокоенное лицо матери. Она села и, перебравшись через кровать, заключила ее в объятия. Такое объятие заставляло Андромеду переживать из-за своей мятой одежды снаружи, но Тонкс знала, что внутри оно делало ее счастливой, потому что большую часть своей жизни она не получала такого утешения. В Благородном доме Блэков никто не опускался до того, чтобы нуждаться в физическом комфорте с самого раннего возраста. Тонкс наслаждалась днем в родительском доме. После чая она размышляла, будет ли глупо заскочить в штаб-квартиру, чтобы повидаться с Ремусом, или нет. Зная, что первую половину дня он проводит с Дамблдором, обсуждая его последнее задание, она подумала, что он, вероятно, вернется к ужину. Она решила заглянуть к нему под предлогом того, что ей нужно передать от матери посылку по уходу за Сириусом. Стоя на кухне и собирая вещи, которые ее мать отложила в сторону, Тонкс напевала "От тебя у меня захватывает дух".