Jinxed Hearts(Проклятые сердца)

Вспоминая свое утро, Тонкс почувствовала, что ее новый подход стал хорошим началом. Когда Ремус вошел в ее квартиру и сразу же прикоснулся губами к ее губам, Тонкс, не смущаясь, воспользовалась свободным временем, чтобы позволить ему целовать ее медленно и тщательно, стараясь, чтобы ее прикосновения к его телу были легкими: провела рукой по его щетине, запустила пальцы в лохматые пряди его волос. Ей было трудно сохранять самообладание, когда Ремус прижал ее к двери, проводя языком по ее языку, а руками по ее телу, останавливаясь на ее ягодицах и притягивая ее ближе. Ее руки так и чесались исследовать его, скользнуть вниз по груди и просунуть их под джемпер, чтобы почувствовать его кожу под своими пальцами, но она этого не сделала. Наслаждаясь ощущением его тела, прижимающего ее к твердой поверхности двери, и его пальцев, скользящих по маленькому участку открытой кожи на ее животе, Тонкс заставила себя зарыться одной рукой в волосы Ремуса, в то время как другой поглаживала гладкую — и, как она с радостью обнаружила, чувствительную —кожа прямо под ухом. Когда потребность в дыхании взяла верх, они отстранились друг от друга, затаив дыхание, улыбаясь друг другу. И она оставила все как есть. Хотя она бы предпочла повалить его на диван, оседлать его колени и целоваться с ним так, как ее предательский разум представлял каждый день. Вместо этого она быстро поцеловала его в последний раз, прежде чем неторопливо пройти к дивану и плюхнуться на него, чтобы продолжить работу с бумагами, оставив Ремуса с озадаченным выражением лица. Остаток дня Тонкс позволяла ему любоваться собой, пока они оба работали. Он принес ей чай с круассаном, дал ей вздремнуть, пока готовил бутерброды из остатков свиного жаркого, которые ее мать как-то вечером принесла ей после ужина, массировал ей ступни, пока она читала вслух наиболее раздражающие из служебных записок, которые она принесла домой вместе со своими бумагами. Она не вставала с дивана, кроме как в туалет, пока Гестия не пришла после трех часов на осмотр — она заверила Тонкс, что, пока ее раны выглядят хорошо зажившими, это будет последний осмотр. - Я разрешаю Ремусу пригласить меня сегодня на ужин, - объявила Тонкс, натягивая футболку через голову, надеясь, что по ее тону старшая ведьма поймет, что она не хочет спорить по этому поводу. Пожав плечами, Гестия улыбнулась Тонкс и сказала: - Я тебя не виню, правда. Ты должна использовать любую возможность, которую предоставляет твой ужасный график. Тонкс в замешательстве нахмурила брови. Не то чтобы она хотела спорить, но была удивлена, что Гестия так легко ее отпустила. - Действительно? - Да, правда, - хихикнув, ответила Гестия, поднимаясь со своего места на краю кровати Тонкс. - Не всегда легко приспособить свою жизнь к выполнению обязанностей по Порядку. Если вы обе свободны на ужин, вам стоит пойти. Тоскливые нотки в ее голосе заставили Тонкс задуматься о добровольном одиночестве, о котором Гестия упоминала тем утром. Ей вдруг стало любопытно, но она все еще не была уверена, стоит ли спрашивать. Орден потерял большое количество своих членов во время первой войны, и она знала, что Гестия была достаточно молода, чтобы служить недолго, но, безусловно, достаточно долго, чтобы полюбить и потерять. Тонкс открыла рот, вопрос вертелся у нее на кончике языка, но Гестия опередила ее. - Это не значит, что ужин обязательно должен быть поздним, - сказала она, вернув себе командный тон Целительницы, и властно указала пальцем на Тонкс. - Рано идешь на ужин, рано возвращаешься домой. Скорее всего, позже ты все равно будешь уставшей. После того, как Тонкс сообщила, что ее Целитель отпустил ее на ужин, поскольку их вечер закончился пораньше, Ремус сказал ей, что ей следует не торопиться и подготовиться, пока он передаст отчет, над которым работал, Дамблдору и отошлет совой еще кое-какую работу. Ее настроение значительно улучшилось по сравнению с предыдущим днем, она включила музыку и пошла перебирать свою одежду. В конце концов, она выбрала короткую джинсовую юбку с черными колготками под ней и топ в узкую черно—белую полоску, который был укорочен, чтобы подчеркнуть талию, с длинными рукавами на случай, если вечер станет прохладным. Критически осмотрев свою прическу в зеркале ванной, Тонкс решила сжалиться над магглами, которых они, без сомнения, увидят, поскольку магазин чипсов не принадлежал волшебникам, и уложила волосы в черную многослойную прическу, доходящую до подбородка, с широкой розовой прядью в одном из слоев у лица. Когда появился Ремус, выглядевший довольно аппетитно в темно—синем джемпере на молнии и джинсах, от чего Тонкс пришла в восторг, поскольку она никогда не видела его в синих джинсах, Тонкс аппарировала их в магазин чипсов, который обещала ему на ужин. Это был небольшой семейный ресторанчик в Масвелл-Хилле, к северу от Лондона, в который ее водил отец, когда они навещали его сестру, или когда Тед приглашал ее на одно из своих "папиных ночных развлечений", когда у Андромеды была Министерская гильдия, книжный клуб или дамский карточный вечер. В нем было всего около дюжины столиков и стойка с несколькими табуретками; пол из светлого дерева и стены, обшитые темными деревянными панелями, создавали домашнюю атмосферу. Поскольку для субботнего вечера было еще рано, они смогли выбрать столик в дальнем углу — идеальное место для уютного ужина вдвоем. Они заказали по два пива и весело болтали о преимуществах гороховой каши в сравнении с солодовым уксусом в качестве дополнения к чипсам, а также о том, являются ли чипсы самостоятельным блюдом или к ним нужно что-то добавить, чтобы они стали полноценным блюдом. После того, как принесли их заказы на жареную картошку, рыбные котлеты, стейк и пирог с почками, Тонкс нашла время, чтобы рассказать Ремусу о последних новостях, связанных с Грозным Глазом и Эдит, о своей стычке с Люси в министерской столовой и о своем желании поужинать в пятницу вечером, а также о том, что случилось в самый неподходящий момент. Северус появился, когда они пили чай. Ремус от души посмеялся над последним отрывком, со смехом сказав, что он уверен, что Северус был "безмерно взволнован", увидев бывшего студента. Когда они почти покончили с едой, Тонкс рассказала ему о своем плане, который она хотела воплотить в жизнь, - познакомить Люси с Хэмишем, другом Генри Уильямсона. Ремус удивленно поднял брови, глядя на Тонкс. - Хэмиш из отдела волшебных игр и спорта? - спросил он, прежде чем сделать глоток пива. Тонкс посмотрела на него с легкой улыбкой. - Откуда ты это знаешь? - Я слышал, как она спрашивал тебя об этом, - сказал он, возвращая ей улыбку. — Но... - Тонкс слегка покачала головой и спокойно посмотрела на Ремуса, который наблюдал за ней с ухмылкой. - В последний раз, когда он спрашивал меня об этом, было... Прошло много времени с тех пор, как Генри заговорил о том, чтобы свести ее со своим другом. И она не могла вспомнить, когда, во имя Мерлина, Ремус и Генри находились с ней в одной комнате. - Возможно, в начале июля? - Спросил Ремус. - В начале июля? Но как... — Тонкс ахнула и прикрыла рот рукой, прежде чем указать пальцем на Ремуса, который поймал ее пиво, когда ее восторженный жест опасно опрокинул стакан. - Спасибо, любимый, - рассеянно произнесла она, все еще сосредоточенная на том, что только что узнала. - Я так и знала! - взвизгнула она, прежде чем отпить из стакана, который теперь крепко сжимала в руке. - Кто-то следил за мной в тот день! Если подумать, всю неделю — это был ты все это время? Ремус смущенно посмотрел на свое пиво, которое держал в руках, и кивнул. Тонкс улыбнулась ему, когда он снова посмотрел ей в лицо. - Держу пари, ты не ожидал, что я заскочу на станцию метро, не так ли? - Твой кузен и Кингсли оба были рады услышать о твоей победе, когда я вернулся в штаб-квартиру, - сказал Ремус со смешком. - И Грозный Глаз с самого начала пытался сказать мне, что ты будешь знать, что за тобой следят. Тонкс не смогла удержаться и радостно захлопала в ладоши. - Я рада, что перехитрила именно вас, профессор. На самом деле, какое-то время я думала, что за мной следит кто-то, имеющий отношение к делу, над которым я работала на той неделе. Итак. - Тонкс сделала паузу, чтобы отхлебнуть пива. - Я полагаю, то, что ты следишь за мной, как-то связано с тем, что на той же неделе Данг потерял сюжет и выстрелил в меня заклинанием из "Пера"? Ремус просто кивнул, макая остатки чипсов в гороховую кашу и отправляя их в рот. - Знаешь, если бы я не прошел маленькие тесты Дамблдора, мы бы, скорее всего, никогда не встретились. - Действительно, - ответил Ремус, склонив голову. - Как удачно, что ты перехитрила меня. - Очень удачно, - согласилась Тонкс. - А теперь вернемся к нашей текущей задаче: на следующей неделе я проведу небольшое расследование по Хэмишу, чтобы вернуть его Люси, а затем придумаю, как их свести, если он пройдет мои небольшие тесты. - Она взяла чип и угрожающе помахала им перед Римусом. - Лучше бы ему пройти мои тесты, иначе не будет никакой подготовки. В прошлом у нее было достаточно придурков, и ей определенно не нужно встречаться с кем—то еще, - сказала Тонкс, прежде чем отправить чипсик в рот. Ремус улыбнулся своей застенчивой улыбкой и потянулся через стол, чтобы заправить прядь волос ей за ухо и погладить большим пальцем по щеке. - Что? - Ничего страшного, - сказал он, слегка покачав головой и убирая руку. - Я думаю, я просто рад слышать, что ты говоришь о друге, который не Чарли Уизли. Тонкс улыбнулась и закатила глаза. - Всего лишь одна подруга, которая сейчас живет за сотни миль от меня, превратила бы меня в грустную, одинокую женщину без друзей, которая была бы вынуждена завести кошку. Кроме того, с кем бы я разговаривала по-женски, если бы моим единственным другом был мальчик? - Справедливое замечание. Мальчиков не учат искусству вести девичьи разговоры. - Вот именно! В любом случае, тебе стоит перестать беспокоиться о Чарли. Ремус приподнял брови. - А мне стоит? - Да, - твердо ответила Тонкс. — Что ты думаешь - он появляется в штаб-квартире, - и я тут же бросаю тебя и бегу в его объятия? - Добавь это к списку моих ночных кошмаров, - криво усмехнулся Ремус. Он спокойно посмотрел на нее. - Вы действительно никогда не нравились друг другу? Тонкс решила, что лучше всего быть абсолютно честной. - На седьмом курсе мы оба, наверное, на секунду задумались об этом. Потом мы оба поняли, что он отправляется в "Фэнси драгонз", а я - на три года в ад для подготовки авроров. - Судя по тому, как Билл это говорит, он все еще думает о тебе. - Боги, а я-то думала, что вчера вечером несла чушь! Тебе никогда не приходило в голову, что Билл просто пытается тебя завести? - Тонкс сделала глоток пива, чтобы подкрепиться. - Кроме того, Чарли не уедет из Румынии. - Вы, кажется, хорошо его знаете. Тонкс бросила на Ремуса нетерпеливый взгляд. — Да, как друзья. Думаю, вы довольно хорошо знаете Снаффлза, хотя вы двое никогда не целовались. - Она дерзко улыбнулась. - Если только ты не хочешь чем-то поделиться. Ремус усмехнулся. - Честно говоря, я никогда не поддавался его так называемому обаянию. Хотя их разговор был беззаботным, Тонкс все же заметила некоторую настороженность в глазах Ремуса. Меньше всего ей хотелось, чтобы он постоянно беспокоился о том, что какой—нибудь молодой человек — Чарли или кто-то еще - может внезапно появиться и занять его место. Она решила воспользоваться случаем и застать его врасплох. Быстро оглядевшись по сторонам, чтобы убедиться, что никто из маггловских посетителей не наблюдает за ней слишком пристально, Тонкс достала волшебную палочку из потайного кармана в шве юбки и произнесла заклинание, привлекающее чье-либо внимание. - Знаешь, - начала Тонкс с озорной ухмылкой, убирая палочку и вставая, обходя стол. Ремус проследил за ее взглядом, когда она взмахнула рукой, чтобы отодвинуть стол. - Кое-что говорит в твою пользу. - Правда? - спросил Ремус, снова приподняв брови, когда Тонкс положила руки ему на плечи и закинула ногу на его бедра, чтобы сесть на него верхом. Она наклонилась ближе, словно собираясь поцеловать его, но остановилась как раз перед тем, как ее губы коснулись его губ. - Я никогда не просил Чарли помешивать в моем котле. Во второй раз за этот день Тонкс была вознаграждена раскованным смехом Ремуса. Она широко улыбнулась, услышав, как он запрокинул голову, и поклялась заставлять его смеяться так часто, как только сможет. Когда его смех утих и он посмотрел ей в глаза, Тонкс убрала руки с его плеч и провела ими по длинным волосам, которые касались воротника его джемпера. - Полагаю, это говорит в мою пользу, - сказал он со смешком. Быстро оглядев соседние столики, Ремус спросил: - Я полагаю, ты приготовил что-нибудь, чтобы отвлечь внимание других посетителей? - Тонкс вздохнула, когда Ремус скользнул руками с ее талии вниз, к ягодицам, притягивая ее ближе к своему телу. - Это удобный маленький амулет, который можно использовать, когда нам приходится брать интервью у волшебников в окружении магглов. Сейчас мы не являемся для них невидимками, но им наплевать, что мы задумали, и они не могут точно слышать, что мы говорим. - Блестяще, - пробормотал Ремус, прежде чем преодолеть небольшое расстояние между ними и прижаться губами к ее губам. То ли из-за того, что они были в общественном месте и их поцелуи могли зайти слишком далеко, то ли из-за того, что Тонкс застала его врасплох, ей было все равно; она могла заставить себя думать только о том, как его губы прижимаются к ее губам. Он целовал ее не так медленно и чувственно, как обычно, а лихорадочно и горячо, его губы требовали, чтобы она приоткрыла их, чтобы его язык смело скользнул по ее губам. Ничто не имело значения, кроме ощущения его рук, крепко сжимающих ее, и тепла его губ на ее губах. Возбужденная страстью его поцелуя, Тонкс провела руками по шелковистым прядям, слегка проводя ногтями по его голове, когда она снова запустила руки в его волосы, чем заслужила тихий стон одобрения. Звук разбивающейся тарелки, упавшей на пол рядом с их столом, заставил их прервать поцелуй. Они посмотрели друг на друга, Ремус одарил Тонкс горячей улыбкой, а она сделала глубокий вдох, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Не сводя глаз друг с друга, они оба наклонились, чтобы снова коснуться друг друга губами, их поцелуй был менее страстным, но так же сильно подействовал на Тонкс. Когда их губы медленно соприкоснулись, Тонкс не могла решить, что ей понравилось больше: поцелуй, который, казалось, приближался к быстрому перепихону за столом, или то, как благоговейно Ремус целовал ее сейчас — его губы медленно двигались вместе с ее губами, а одна рука лежала на ее ягодицах. ее подбородок, нежно обхватывающий щеку. Она вздохнула ему в рот, когда его глубокий поцелуй перешел в более мягкое прикосновение к ее губам, а другая рука Ремуса оставила ее ягодицы и легла на талию. В конце концов, они снова расстались. Удовлетворенно вздохнув, Тонкс ошеломленно посмотрела на Ремуса, когда открыла глаза и обнаружила, что его зеленые глаза изучают ее. Его взгляд был напряженным. - Какими бы впечатляющими ни были ваши заклинания, боюсь, мы не можем оставаться здесь всю ночь, - сказал он, прежде чем глубоко вздохнуть. Тонкс приподняла бровь и сказала: - Стыдно, правда, 1 прежде чем соскользнуть с его колен в беспрецедентном порыве грации — удивительно, потому что ее колени дрожали после того времени, которое они только что провели, целуясь до бесчувствия. К счастью, ее грациозность сохранялась, пока она обходила стол и возвращалась на свое место, взмахнув рукой, чтобы вернуть стол на место. Как только она села и снова осторожно вытащила палочку, чтобы отменить наложенное заклинание, Тонкс посмотрела на Ремуса, который все еще пристально наблюдал за ней, но с забавной полуулыбкой на лице, которую она не могла понять. Хотя ей было нелегко угадать, о чем он думает, она поняла, что выражение его лица взволновало ее. В его глазах по-прежнему читалось желание, и она подумала - или, может быть, просто надеялась - что увидела уверенность в его лице. Ее минутная прихоть, казалось, принесла свои плоды. Некоторое время спустя, заказав для Сириуса еду навынос и оплатив счет, они покинули ресторан. Тонкс понравилось, как Ремус держал руку на ее пояснице, пока они шли по переполненному магазину чипсов. Это был такой джентльменский жест, который приводил ее в восторг с тех пор, как он сделал это в первый раз, когда они покинули штаб-квартиру для своей первой совместной миссии два месяца назад. — Я предлагаю отвезти твоему песику еду, а потом заехать в кондитерскую по соседству - там готовят потрясающий пирог "Баноффи", - сказала Тонкс, обнимая Ремуса за плечи. - Шоколада нет? Они завернули за угол в пустынный переулок, и Тонкс обернулась, чтобы улыбнуться Ремусу. - Не волнуйтесь, профессор. После того, как они нарезают мясо и кладут в коробку, его поливают шоколадным соусом. И, — она привстала на цыпочки, чтобы поцеловать его в щеку, — у них вкусное горячее какао, если тебе нужно еще что-нибудь шоколадное. Когда они вошли на кухню в штаб-квартире, Тонкс была рада увидеть, что Сириус занят карточной игрой с Биллом и Кингсли; если у него была компания, она не переживала из-за того, что бросила ему еду и ушла. Ремус поставил пакет с едой навынос перед своим другом и повернулся, чтобы поговорить с Кингсли. - Какой же ты терпеливый песик, - сказала Тонкс, наклоняясь, чтобы обнять его за плечи и погладить по голове. - Ты собираешься забрать галеоны у этих людей сегодня вечером? Сириус плутовато ухмыльнулся. - Конечно, - сказал он, прежде чем нырнуть в пакет с едой. - Привет, Тонкс, - поздоровался Билл, сидевший на своем месте рядом с Сириусом в конце стола. Тонкс настороженно посмотрела на него. Меньше всего ей хотелось, чтобы он по-братски поддразнивал ее, обнаружив в комнате Ремуса после последнего собрания Ордена. - Уильям, - коротко ответила она. Его смешок в ответ только заставил ее еще больше насторожиться, что бы он ни хотел сказать. - Хорошо провела ночь? - спросил он, подняв волшебную палочку и вызвав с прилавка два пакетика чипсов, один из которых оказался в его вытянутой руке, а другой, ударившись о плечо Тонкс, приземлился у ее ног. - Ты промахнулся, - сказала она, наклоняясь, чтобы поднять непослушные чипсы. - Не то, чтобы они вам понравились теперь, когда они разбиты вдребезги. Билл пожал плечами. - После еще одной кружки пива, я уверен, нам будет все равно, что от них останутся одни крошки. Он открыл пакет и поставил его на середину стола, прежде чем взять горсть. - А ты хитрая, не так ли? - Что ты имеешь в виду? - Ты и Люпин, да? - тихо спросил он, вопросительно подняв брови и нахально улыбаясь. - Мне придется сообщить плохие новости моему брату. И мама будет расстроена. Или обрадуется новой маггловской игрушке больше, чем папа, — не уверена, что именно. - Заткнись, или я применю разделяющие чары на твоей гриве волос, - прошипела она, глядя в ту сторону, где Ремус все еще разговаривал с Кингсли. - И хватит о Чарли, ладно? Не то чтобы между нами была утрачена настоящая любовь — мы были просто друзьями. - И это правда? Она раздраженно вздохнула. - Да. Билл снова пожал плечами. - Если ты так говоришь. Ему нужен хороший разговор, как старшему брату? - спросил он, кивнув в сторону Ремуса, который отправлял в рот несколько чипсов. Тонкс застонала. - Боги, ты ведь ничего не сказал ему прошлой ночью, не так ли? Билл дьявольски ухмыльнулся и сделал глоток пива, прежде чем сказать: - Не слишком много. Сверкнув глазами, Тонкс вытащила свою волшебную палочку и попыталась схватить Билла за конский хвост. Не то чтобы она на самом деле отрезала всю длину огненно-рыжих волос, но было забавно наблюдать, как он уронил горсть чипсов и потянулся назад, чтобы вырвать свои волосы из ее рук. - Эй! - Не связывайся с Тонкс, Уизли, - сказал Сириус, отправляя в рот большой кусок чипсов. - Я не сомневаюсь, что она подстригла бы тебя, если бы действительно захотела. - Ладно, ладно! - Сказал Билл со смехом, прикрывая свои длинные волосы одной рукой. - Я больше не скажу ни слова. - Хорошо, - сказала Тонкс, быстро переведя взгляд на Ремуса, который наблюдал за ней, поднимаясь со стула, на котором сидел, разговаривая с Кингсли. - А теперь, если вы нас извините, пудинг ждет. - Спасибо за еду, - крикнул Сириус ей вслед, когда Ремус, взяв ее за руку, вывел из кухни. Перекусив пирогом с шоколадной глазурью и горячим какао, Ремус и Тонкс устроились на диване и стали слушать музыку, наслаждаясь сливочным десертом, при этом Тонкс старалась не обращать внимания на то, как она устала после их небольшой ночной прогулки. Когда она широко зевнула во второй раз за несколько минут, Ремус поднял ее ноги, лежавшие у него на коленях, и сказал: - Я сказал Гестии, что позволю тебе немного отдохнуть сегодня вечером, и я намерен сдержать свое обещание. - Не то чтобы мы тратили слишком много времени, - ответила Тонкс, раздраженная тем, что почувствовала, как ее веки отяжелели, хотя она и возражала против того, чтобы заканчивать их вечер. - Тратим мы или нет, но ты устала. - Уложишь меня спать? - Спросила Тонкс, протягивая руку Ремусу, чтобы он помог ей подняться с дивана. - В прошлый раз, когда ты попросила меня подоткнуть тебе одеяло, все закончилось тем, что я продержал тебя дольше, чем следовало. Тонкс улыбнулась, вспомнив, как он лежал позади нее в постели, а его умелые руки удовлетворяли ее давно сдерживаемое желание. - Ммм, и мне понравился результат, - ответила она быстрым поцелуем. - Я уложу тебя спать только сегодня, - сказал Ремус, схватив Тонкс за руку и потянув ее через квартиру, по короткому коридору в спальню. - Ну, это не так весело. Ремус повернулся, как только они добрались до ее спальни, и притянул ее к себе, обхватив руками за талию. - Я не говорил, что не поцелую тебя, когда буду укрывать одеялом, - сказал он, прежде чем поцеловать ее в щеку. - Он просто не будет лежать рядом с тобой в постели, пока ты без трусиков. - Тебе не понравился результат в прошлый раз? - спросила она с дерзким видом. - Больше, чем я могу выразить словами, - пробормотал он. - Но ты слишком соблазнителена. И если ты завтра не придешь к родителям на завтрак, потому что проспишь до полудня, я не хочу, чтобы это была моя вина. - Черт возьми, я чуть не забыла про завтрак, - раздраженно сказала Тонкс. - У моей мамы есть раздражающий способ узнавать, когда я была ранена. - Она с сожалением отошла от Ремуса, чтобы поискать, во что бы ей лечь спать, открыла ящик и широко улыбнулась, увидев рубашку на самом верху стопки. - Я сейчас вернусь, - бросила она через плечо, направляясь в ванную. - Разве я не могу посмотреть? Тонкс повернулась к Ремусу и подняла брови. - Ты сказал, что укладываешь меня только на ночь, а это значит, что шоу у тебя не будет, - ответила она, прежде чем отправиться в ванную, чем заслужила смешок. Приготовившись ко сну, Тонкс натянула через голову мягкую, выцветшую гриффиндорскую футболку Ремуса; она воспользовалась этим и украла ее после того, как спала в ней несколько ночей назад. Бросив одежду в углу ванной, пообещав забрать ее на следующее утро, Тонкс направилась в свою комнату, где Ремус устроился на ее кровати, откинувшись на подушки. - Кажется, в тебе есть что-то, что принадлежит мне, - сказал он, слегка приподняв губы, пока его взгляд блуждал по ее телу. - Оно сказало мне, что хочет остаться со мной после нашей ночи, проведенной вместе, - серьезно ответила Тонкс. - У меня не хватило духу сказать "нет". - Очень любезно с вашей стороны. - Я так и думала, - сказала Тонкс, откидывая одеяло. - А теперь, профессор, пошевеливайтесь, вы на моем месте. - Насколько я помню, ты любитель постельного белья и занимаешь середину моей кровати, - сказал он, перебираясь на противоположную сторону кровати и устраиваясь на боку, подперев голову рукой. Тонкс забралась на свободное место в своей постели, и Ремус натянул одеяло ей на плечи. - Это потому, что я надеялся, что у тебя не будет другого выбора, кроме как прижаться ко мне, независимо от того, на какой стороне кровати ты спишь. - Действительно, упущенная возможность. Ожидая, что скажет Ремус, когда они вдвоем окажутся в постели, Тонкс поправила подушку и устроилась на своем месте. Ремус, казалось, боролся сам с собой; он держал свободную руку на небольшом расстоянии от кровати, разделявшем их, но его пристальный взгляд был настолько напряженным, что Тонкс могла поклясться, что чувствовала исходящий от него жар. - Ты собираешься присоединиться к игре в покер? Ремус протянул руку и обнял Тонкс за талию. - После того, как я закончу тебя укутывать. Я не сомневаюсь, что они будут играть до поздней ночи, так что я не тороплюсь — просто хочу убедиться, что ты скоро заснешь. - Знаешь, - сказала Тонкс, широко зевая. - Кто-то может сказать, что я уже достаточно выспалась. - Это правда, но я еще не поцеловала тебя на ночь. Хотя Тонкс и была разочарована тем, что разделявшее их покрывало не позволяло их телам соприкасаться, она была в восторге от того, как нежно Римус накрыл ее губы своими. Этот поцелуй сильно отличался от того отчаянно—страстного, когда они целовались, когда она сидела у него на коленях в ресторане, - скорее неторопливый, ласкающий, чем горячий и требовательный. Она решила, что и то, и другое ей нравится в равной степени. Хотя пылкость их прежних объятий была многообещающим намеком на то, что в конечном итоге произойдет, то, как он целовал ее сейчас — его губы медленно скользили по ее губам, язык дразняще касался ее языка, одна из его рук покоилась на ее щеке, — говорило ей о том, что, возможно, он испытывает к ней те же чувства, что и она к нему. чувствовала его. Гораздо раньше, чем ей хотелось бы, Ремус отстранился и в последний раз легонько поцеловал ее в кончик носа. - У тебя завтра дежурство в карауле? - Сонно спросила Тонкс. - Вообще-то, Кингсли попросил меня поменяться местами, - сказал Ремус, поглаживая ее по щеке. - Он также попросил меня передать, что... Тонкс критически оглядела его колебания, задаваясь вопросом, что такого Кингсли должен был передать, что бы ей не понравилось. - Во вторник твоя охрана свободна, - закончил он. Внезапно почувствовав себя не такой уставшей, как несколько мгновений назад, Тонкс вскрикнула: - Что? - и попыталась сесть. Ремус быстро сел и положил руки ей на плечи, прижимая к себе пуховое одеяло и фактически заманивая ее в ловушку. - Это то, о чем вы двое так тихо говорили в штаб-квартире? С ухмылкой Ремус ответил: - Кингсли подумал, что если я проложу путь едой, ты не будешь так злиться из-за того, что кто-то забирает твою смену. Хотя Тонкс и была слегка удивлена его способом использовать ее одеяло, чтобы прижать ее к кровати, она боролась с ним и брыкалась ногами, пытаясь высвободить их из-под одеяла. Она сердито посмотрела на Ремуса, когда он склонился над ней, используя свой вес, чтобы прижать ее к матрасу, в то время как его ноги удерживали ее на месте. - Изменения уже произошли, так что нет смысла злиться, - сказал он, наклоняясь, чтобы запечатлеть поцелуй на ее губах, но промахнулся и лишь коснулся уголка ее рта, когда Тонкс дернула головой, чтобы избежать его. - Кингсли тоже посоветовал тебе поцеловаться и сделать это лучше? Ремус усмехнулся, что привело его в бешенство. - Он не упоминал об этом, но теперь, когда ты заговорил об этом, я думаю, что это блестящая идея. Держа голову повернутой, чтобы избежать встречи с его губами, Тонкс раздраженно фыркнула, когда он опустился на локти и захватил губами кожу у основания ее шеи, чтобы втянуть ее в рот. В любой обычный момент она бы наслаждалась вниманием, которое он ей оказывал, но она уже чувствовала, что ее миссия прошлой ночью немного подорвала Порядок, и меньше всего ей хотелось, чтобы кто-нибудь подумал, что она ни на что не способна; лишить ее обязанности охранника было равносильно признающий свое поражение. - Это не сработает, Люпин, — сказала она без особого энтузиазма - она едва могла сосредоточиться на своем гневе, когда язык Ремуса ласкал кусочек любви, который, без сомнения, только что остался. Ремус отвлекся и слегка приподнял голову, так что его губы оказались у ее уха. - Мне на самом деле понравилось, когда на прошлой неделе ты назвала меня Люпином. Сейчас. - Он сделал паузу, чтобы на мгновение обхватить губами мочку ее уха, слегка посасывая, прежде чем отпустить ее и поднять голову, чтобы посмотреть Тонкс в лицо. - Никто не думает, что вы не сможете выполнить свой долг на этой неделе, Дамблдор просто хочет, чтобы вы как можно больше отдохнули после травмы и знали, что в пятницу вы уже обязаны вернуться к своей текущей миссии. - Со мной не нужно нянчиться. - Никто с тобой не нянчится, - сказал Ремус, глядя на мир так, словно сдерживал смех. Осознав, что она ведет заведомо проигрышный спор, Тонкс закатила глаза и глубоко вздохнула, утешая себя тем, что наконец-то почувствовала приятную тяжесть тела Ремуса, лежащего на ней. - Взгляни на это с другой стороны: мои дела вряд ли вынудят меня уехать из Лондона на неделю, поэтому на этой неделе мы оба будем свободны почти каждый вечер. Четыре вечера из следующих шести - это лучшее, что у нас было за все время. Слегка приободренная этим, Тонкс сказала: - О, хорошо. Если, конечно, ничто не помешает нам, как обычно. - Она вздохнула еще раз. - Кто работает в две смены? Тонкс не очень понравилась застенчивая улыбка, появившаяся на лице Ремуса — она была уверена, что ответ на ее вопрос ей бы не понравился. - Старый Эльфиас Дож с готовностью согласился помочь. Тонкс сердито посмотрела на Ремуса. — Ему сколько - около ста лет? И с тех пор, как я присоединился, он побывал, наверное, всего на четырех собраниях Ордена. - На самом деле, ему сто четырнадцать, и он вполне способен просидеть ночь на полу Министерства. - Если он вздумает сбежать посреди ночи, это будет вина Дамблдора, а не моя. - Я обязательно передам это, - сказал Ремус, снова улыбаясь ей. - Что, черт возьми, смешного? - Спросила Тонкс, возобновляя свою бесплодную борьбу за то, чтобы выбраться из-под Ремуса, чтобы как-то отомстить. - Ты сегодня очень вспыльчив. - Ну, я полагаю, для тебя это ужасно, что ты испытываешь это каждый месяц, - выпалила она. - Действительно, - сказал Ремус, прежде чем снова прильнуть к ее губам и крепко прижаться к ним. На этот раз она позволила ему, радуясь, что он отодвинул локти, позволяя Тонкс высвободиться из-под одеяла. Она положила руки ему на плечи и толкнула его на спину, не прерывая их жаркого поцелуя, когда она переползла через него, чтобы прижаться к нему всем телом. Руки Ремуса просунулись под край ее рубашки, обхватили ее обтянутую кружевом попку и благодарно сжали. Он прервал их поцелуй и прохрипел: - Я уже говорил, как сильно мне нравится, что ты спишь только в футболке? - Нет, но я догадалась об этом, - ответила она, дразняще покачивая бедрами. Резко вздохнув, Ремус на мгновение крепко прижал ее к себе, прежде чем плавно перекатиться на бок и осторожно уложить Тонкс обратно на кровать. - Пора спать, - хрипло сказал он, откидываясь назад и спуская ноги с кровати. Тонкс затаила дыхание и не сводила с него глаз, пока он проводил рукой по волосам, прежде чем поправить одежду. Ее сердце бешено колотилось, когда она наблюдала за ним — ей нравилось знать, что она так же сильно влияет на него, как и она на него. Довольная тем, как прошел их вечер, не считая смены караула, она перевернулась на спину и потянулась, прежде чем снова натянуть на себя одеяло. От усталости у нее отяжелели конечности. Через несколько мгновений он повернулся к Тонкс и, перегнувшись через кровать, целомудренно поцеловал ее в лоб. - Не хочешь ли завтра днем пойти со мной на чай к Эдит? - Сонно спросила Тонкс. Ремус встал и улыбнулся ей сверху вниз. - Я полагаю, дамы, вы хотели бы, чтобы присутствие мужчины не портило вам время, проведенное вместе. Я зайду, когда вы закончите с чаем. Тонкс кивнула, ее глаза закрылись, и она уткнулась лицом в подушку, едва уловив, как выключился свет и послышались шаги Ремуса, когда он вышел из ее квартиры, прежде чем она погрузилась в глубокий сон. . Тонкс и Ремус с удовольствием провели время вместе на этой неделе. Они проводили вместе каждый вечер — за исключением того вечера, когда состоялось собрание Ордена, когда Ремус сидел на полу в Отделе тайн под действием Разрушающих иллюзии чар. Всю неделю они устраивали поздние ужины, дважды ужинали в Штаб-квартире, чтобы Сириус не оставался в одиночестве. Тонкс с восторгом узнала, что Ремус был более чем хорошим поваром, и устроилась на мрачной кухне на Гриммо-Плейс, чтобы приготовить запеченного цыпленка с брюссельской капустой и морковью, а двумя вечерами позже - пасту с соусом Болоньезе. Каждый вечер, который они проводили вместе, заканчивался поцелуями в разной степени на ее диване. Тонкс заметила, что это не ее кровать. Она предположила, что Римус не мог устоять перед соблазном почти полностью раздеться в сочетании с совершенно доступным местом для секса, и поэтому не предложила сменить место. И, как бы трудно это ни было, она придерживалась своего плана - делать свои прикосновения как можно более невинными, заставляя свои руки быть занятыми тем, что перебирали его волосы или гладили по заросшей щетиной щеке. Когда ее губы не были заняты его губами, она с удовольствием провела поцелуями по его подбородку, остановившись, чтобы уделить особое внимание чувствительной коже прямо под ушами. Придерживаясь своего плана, Тонкс узнала о Ремусе довольно много нового. Например, она поняла, что чем больше она проводила руками по его растрепанным волосам, тем больше ему это нравилось — если судить по углублению его поцелуев и тому, как он почти отчаянно цеплялся за ее одежду, словно заставляя свои руки не исследовать ее тело. Она узнала, что ему особенно нравилось, когда она слегка проводила ногтями по его голове, и что, если она целовала его в шею, в нежную кожу под ухом, там, где кончалась линия бороды, он издавал звук, нечто среднее между стоном и вздохом, и быстро отстранялся, чтобы прикрыть рот ладонью со своим. Именно в такой ситуации оказалась Тонкс поздно вечером в четверг, после того как они покинули штаб-квартиру. После ужина с ее кузеном, они вернулись в ее квартиру, чтобы поваляться на диване и заняться бумажной работой под тихую музыку одного из дисков ее отца. Она отложила приглашение родителей на ужин, чтобы побыть с Ремусом, что она со смехом объяснила, когда их сова принесла сообщение от ее матери, в котором говорилось, что, если бы они оба были свободны в этот вечер, это было бы естественно и вежливо, как отметила ее мать. Решено было привести Ремуса на ужин. Он ответил какой-то чепухой о том, что он совершенно уверен, что не хочет разочаровывать ее родителей, объясняя им, что их единственная дочь связалась с оборотнем. Тонкс подумала, что это прекрасный момент для продолжения своей кампании, направленной на то, чтобы заставить его поверить, что она заботится о нем, независимо от его состояния. Вместо того чтобы отчитать его или попытаться успокоить словами, она перебросила записку от матери через плечо и направилась туда, где на диване сидел Ремус. Не говоря ни слова, она выхватила у него из рук пергамент, который он читал, и уселась к нему на колени, чтобы зацеловать до смерти. Зарывшись руками в его волосы, сидя верхом у него на коленях и слегка прикусывая то место, которое, по ее мнению, было его любимым, Тонкс улыбнулась его ответу и подождала, пока он поднимет ее голову к себе, чтобы поцеловать ее глубоко и страстно, прежде чем его поцелуи станут более сладкими и легкими поцелуи, которым она научилась, были признаком того, что их праздник поцелуев скоро подойдет к концу. Когда его предполагаемого ответа не последовало, Тонкс заподозрила, что его самоконтроль был истощен так же, как и энергия, с тех пор как прошлой ночью он нес караульную службу у Кингсли. Заинтересовавшись, насколько сильно он утратил самоконтроль, Тонкс опустила руку с того места, где она сжимала волосы Ремуса в кулак, чтобы откинуть более длинные пряди в сторону, и прижалась губами к линии роста его волос, чтобы не было видно отметины. Она обхватила губами нежную кожу и втянула ее в рот — сначала нежно, прежде чем усилить давление. Ремус снова издал сдавленный стон, подняв руки с того места, где они лежали у нее на талии, и обхватив ее за плечи, практически прорычав: - Нимфадора. Она оставила дорожку из нежных, как шепот, поцелуев на его щеке, прежде чем поднять голову и посмотреть на него. - Да, Ремус? - невинно спросила она с озорной улыбкой. Его растрепанные волосы заставили Тонкс широко улыбнуться, когда он моргнул, глядя на нее. Ремус издал хриплый смешок и сжал плечи Тонкс. — Я думаю, это... - Это когда ты говоришь, что тебе пора домой, не так ли? - Спросила Тонкс, наклонившись и быстро поцеловав его. От пристального взгляда Ремуса по телу Тонкс пробежала дрожь, когда он посмотрел на нее. - Я думаю, так будет лучше, - пробормотал он. Хотя Тонкс и хотелось надуться, она хотела придерживаться правил, которые сама для себя установила, насколько это было возможно, даже если мучительная подготовка сведет ее с ума. Она вздохнула, закинула ногу Ремусу на колени и плюхнулась обратно на диван со вздохом, вызвавшим у Ремуса любимую мальчишескую улыбку Тонкс. - Жаль, что мне завтра вечером на работу, правда, - сказала Тонкс, осторожно кладя ноги ему на колени, надеясь, что, если они перестанут целоваться, Ремус задержится еще ненадолго. Он многозначительно посмотрел на Тонкс, поднял руку, чтобы поднять листок пергамента, который Тонкс отбросила в сторону, и сказал: - По нескольким причинам. Наименьшая из них - невозможность провести наш вечер вместе. Пожалев, что она заговорила об этом, Тонкс пожала плечами. - Миссия не может длиться вечно. Прищурившись, Ремус изучал ее. - Я так и не смог понять, что ты задумала. Тонкс выгнула бровь, глядя на него. - В этом-то и заключается смысл секретной миссии. Ремус убрал ноги Тонкс со своих колен и положил пергамент на кофейный столик, прежде чем медленно повернулся и переполз через нее. Сердце Тонкс бешено заколотилось от того, как пронзительно смотрели на нее его зеленые глаза. Воспользовавшись случаем, она раздвинула ноги, радуясь, что он воспользовался возможностью прижаться своим телом к ее бедрам. - Кто избил тебя на прошлой неделе? - спросил он тихим голосом, который мог бы прозвучать угрожающе, если бы она не знала его лучше. Тонкс попыталась унять дрожь, которая пробежала по ее телу от его слов. У нее внезапно пересохло во рту, она с трудом сглотнула и сказала голосом, гораздо более дрожащим, чем ей хотелось бы: - Как я и сказала Грозному Глазу - я споткнулась. - А я скажу, что это полная чушь, как и он сам. Тонкс покачала головой и закрыла глаза, чтобы не встречаться взглядом с Ремусом; от того, как он смотрел на нее, было трудно удержаться и не рассказать ему всю историю. По крайней мере, было бы приятно услышать какие-нибудь утешительные слова. Не то чтобы маленький совет Сириуса или доверие Дамблдора к ней не приветствовались, но у нее было чувство, что слова Ремуса утешат ее больше, чем чьи-либо еще. Его присутствие почти каждый вечер на этой неделе было замечательным отвлечением от того факта, что каждый прошедший день приближал нас еще на один день к вечеру пятницы в "Квилле". Она боялась узнать, что ее оплошность привела к тому, что все улики были перемещены или пожиратели смерти нашли себе новое пристанище. Она глубоко вздохнула и снова покачала головой. - На самом деле, это было не намного больше, чем это, я обещаю. Тонкс открыла глаза, чтобы взглянуть на Ремуса, и при виде выражения его лица ее захлестнула волна эмоций. На одно безумное мгновение она чуть не выпалила мысль, которая пришла ей в голову, но вовремя спохватилась. Что, если он сочтет ее совершенно безумной из-за того, что она испытывает такие сильные чувства, зная друг друга так недолго? Она проглотила свои слова. Ремус осторожно перенес свой вес на Тонкс и поднял руку, чтобы убрать прядь темно-фиолетовых волос с ее лица. - Когда ты закончишь с этим? — Когда я буду уверена, что больше ничему не смогу научиться, или когда для меня станет невозможным вернуться к... - Тонкс замолчала, осознав, что чуть не призналась, куда она ходит каждую пятницу вечером. - Вернуться. Тонкс подняла лицо, надеясь, что Ремус завладеет ее губами и поможет ей успокоиться. К счастью, он подчинился, нежно раздвинул ее губы своими и поцеловал так, что у нее на глазах чуть не выступили слезы. Разочарованная тем, что не могла сказать ему прямо о своих чувствах, Тонкс попыталась вложить в поцелуй все свои чувства. Игривое поддразнивание, к которому она прибегала всю неделю, исчезло — теперь в нем не было необходимости. Она обвила руками шею Ремуса и притянула его ближе, крепко прижимая к себе, когда его поцелуй стал настойчивым. Он просунул руку под тело Тонкс и передвинул их так, чтобы они лежали бок о бок, а ее тело было прижато к мягкой спинке дивана. Как раз в тот момент, когда она наслаждалась ощущением того, как его рука скользит по ее обнаженной спине, с восхитительным предвкушением гадая, как далеко он зайдет в своих объятиях, Ремус отстранился и хрипло прошептал: - Там кто—то стоит у твоей двери. - А? - изумленно спросила она. Тонкс смутно осознавала, что их прерывает чей-то настойчивый стук, но ей было все равно, кто там. Это мог быть сам министр магии, и она вряд ли прекратила бы свои действия, чтобы открыть эту чертову дверь. - Кто-то стучит в твою дверь, - повторил Ремус со смешком. - Какая разница? - Спросила Тонкс, схватив Ремуса за рубашку, чтобы он не двигался. Еще несколько ударов в дверь, а затем решительный женский голос позвал: - Тонкс! - и она неохотно ответила: " - Сейчас буду, Люси! Ремус ухмыльнулся, и Тонкс с облегчением увидела, что выражение его лица было скорее веселым, чем встревоженным. Он наклонился, поцеловал ее в кончик носа и сказал: - Полагаю, пришло время познакомиться с твоим другом.