Ангел со злыми глазами и ключик от жестяной банки: кошмар, который никогда не закончится.

– Я, честно говоря, сам мало что помню. - послышался глухой мужской голос на другой стороне телефонного разговора. - Только помню, что кто-то ментов вызвал, а дальше чёрт его знает, что было... Мне почему-то казалось, что тебя тоже повязали. - Ну как видишь... А тебя почему не забрали? – Да кто ж знал, что им рубля хватит, что бы меня не трогать. Тем более мужики уже знакомые, договориться не сложно было. - тяжёлый вздох прервал его речь, после чего парень продолжил - Ты хотела перекантоваться у меня, да? - Ну... - начала тянуть Юлия, стараясь подобрать оправдание, но в итоге сдалась. - Да, ты прав... У меня денег даже на бутылку воды нет, не говоря уже об оплате комнаты. Я подумала, что ты будешь не против, чтобы я посидела у тебя хотя бы день-другой... – Нет. - перебил её друг - Юль, я все понимаю, но твое день-другой в прошлый раз затянулось на два месяца сидения на шее. Я сам еле концы с концами свожу, из покупателей сейчас только малолетки какие-то, а Серому ж нужно чем-то отдавать... в общем. Не обижайся, но я не потяну ещё и тебя. - Ладно, я тебя поняла... - грустно улыбнувшись ответила Юля и сразу же повесила трубку, даже не дожидаясь нормально окончания диалог. Девушка спрятала телефон в сумку и свесив голову подняла ноги на лавочку, обнимая себя за колени. Уже вечерело. Весь день она провела шатаясь по городу и в поисках хоть какого-нибудь пристанища. И пока что эта несчастная лавка в старом парке была единственным претендентом. Крепко сжимая кожу сквозь промерзшие джинсы, Воронская так и продолжала сидеть в том же положении в течении получаса. Голова не прекращала гудеть с самого утра, и сейчас, когда разочарование и одиночество накрыло её с окончательно, эта боль ощущалось особенно сильно. Осенние морозы отчётливо напоминали о себе. И было прекрасно ясно, что просто оставаться на улице не вариант. Ну а что ещё делать? Сворачиваясь в подобие клубка еще сильнее, девушка невольно зашипела, ощущая погоду в городе во всей её красе. Живот жалобно заурчал от голода. Именно сейчас Юлия начала по-настоящему жалеть, что ещё утром отказалась от завтрака, что приготовила Ангелина... Кстати об Ангелине. Девчушка подняла голову, упираясь взглядом в тротуар. В её кудрявой головушке назрела идея, которая не очень радовала остатки совести, но пустой желудок (так еще и с огромным синяком) и уже синеющие от холода руки определённо взяли вверх. - Попробовать определенно стоит. - сделала вывод для себя самой Юля, и кое как поплелась в направлении нужного дома. Только сейчас она обратила на то, как выглядит этот район. Это было довольно симпатичное место, современные многоэтажки, новые детские площадки, ухоженные клумбы, все было слишком идеальным, чтобы у девушки вообще было право здесь присутствовать. Наверное именно поэтому она никогда здесь не бывала ранее. Наконец определив, какая именно высотка ей нужна из сотни абсолютно точно таких же братьев близнецов, которых различали только номера и цветы в клумбах, Юля подошла к необходимому подъезду и неожиданно замерла. Путь преградил домофон. Чёртово исчадие ада, закрывающее проход в единственные тёплые и полностью бесплатные места. И сейчас это было, как никогда, не вовремя. Юлия выпалила что-то в стиле "Блять..." и уже собиралась домой, как минимум она даже квартиры не помнила, да даже если бы знала, никогда бы не позвонила, но её остановил голос позади. – А чем это мы тут занимаемся, юная леди? - голос был мужским, противным и явно чем-то недовольный. - Я искренне сомневаюсь, что в этом районе найдётся хоть кто-то, к кому могла бы прийти такая замухрышка, как вы. Снисходительно отрезал мужчина и собирался было одернуть девочку, которая уже чуть-ли не дрожала от испуга, но его отвлек нарастающий стук каблуков позади. – Михаил Сергеевич, не очень вежливо так отзываться о незнакомых людях, не находите? Эта "замухрышка", как вы её назвали, ждала меня. А вы даже не зная ситуации позволяете себе такое. - третировала Ангелина, с хитрой улыбкой рассматривая мужлана. - Будьте добры, впредь думать прежде чем говорить что-то подобное. Она легонько толкнула человека, который уже успел смутиться и несколько раз что-то буркнуть под нос, после чего впритык стала к спине Юлии, прижимая ключ-карту в домофону. – Чего это ты надумала? Что-то забыла? - негромко спросила женщина, подталкивая Воронскую в подъезд. - Не то чтобы... - Юля замялась, останавливаясь посреди небольшого коридора перед лестницей на первый этаж. - Мне совершенно негде переночевать, поэтому я подумала... Если ты против, я могу уйти и больше тебя не побеспокою. Ангелина хмыкнула, после чего мило улыбаясь ответила: – Я не против. Одной все равно скучно... Так что ты можешь остановиться у меня на пару ночей, пока не найдёшь доступного варианта. - С-спасибо, как только я найду деньги, я сразу все отдам... - чуть заикаясь тараторила Юля, нервно перебирая пальцами. - Если хочешь, я могу убираться или делать ещё что-нибудь по дому... - Да ради бога. Денег мне не надо. А насчёт быта, глянем по ситуации, если что-то понадобится - я попрошу. - постаралась успокоить ее Геля, после чего девушки наконец пошли уже к самой квартире. *** Девушки сидели на кухне, ужинали. И та и другая молчала, не в силах вымолвить и слова. Дохлебав уже остывший суп Ангелина встала из-за стола и собиралась сполоснуть тарелку: - Прости, что нагрубила сегодня утром... Я не важно себя чувствовала... - начала бурчать Юля, ковыряясь в тарелке. На этот раз она съела практически все. Оставив лишь несколько ложек бульона. – Тебе не о чем беспокоится. Все нормально. - женщина вздохнула, после чего взглянула на девочку - Кстати о твоём самочувствии. Ты как? Голова сильно гудит? - Сильно... Днём ещё стошнило несколько раз. Думаю и температура была. - она тоже встала и тоже поднесла тарелку к раковине. - Давай я помою. – Я сама уберу. Тебе нужно отдохнуть. Подожди пока в зале, я скоро подойду, тогда и решим, что с тобой делать. Воронцова кивнула в ответ и ушла в зал. Девушка скромно сидела на краю большого дивана, перебирая пальцами края собственного свитера. Это была просто огромная комната, в её понимании, от чего глаза вечно не могли уцепиться за что-то одно и бесконечно бегали то к плазме, то к картинам на стенах, то цветам в углу... Именно поэтому Юля сидела смущённо опустив голову, рассматривая то, как ужасно выглядит на фоне всей этой роскоши. Она уже тысячу и один раз пожалела, что решилась прийти именно сюда. Девочка была уверена, что при желании смогла бы найти какую-нибудь помойку, что бы переночевать там в максимальном (для такого рода мест) комфорте. Из раздумий о собственной жалости Юлию вытолкнули шаги Ангелины. – Не заскучала тут? Так. Ты сейчас идёшь в душ. Я пока найду тебе как-нибудь одежду... Пошли, покажу что да как. Юля снова кивнула, и проследовала вслед за Ангелиной. *** Когда с банными процедурами было покончено, Юля встала посреди ванной комнаты, рассматривая свое обнаженное тело в отражении зеркала, пока ждала Ангелину со сменной одеждой. И снова мысли о никчёмности безжалостно напомнили о себе. Неестественно впавший живот, выпирающие кости на рёбрах, боках, ключицах, шрамы от шприцов и порезов, несколько некачественных партаков... Всё это вызывало сильное отвращение от одного только взгляда. Воронцова уже и забыла, что хуже её обычного вида, может быть только её вид без одежды. И снова доблестный ангел в лице хозяйки квартиры, как всегда вовремя, оборвала поток неприятных загонов, а именно, постучалась в ванную. Не дожидаясь ответа Ангелина приоткрыла дверь и просунула через щель небольшую стопку одежды. – Вот, это самое маленькое, что у меня есть. Я даже бельё своё старое нашла. Оно постирано и в нормальном состоянии, так что если не брезгуешь... - Да, спасибо. - чуть одернувшись от неожиданности, ответила девочка и выхватила одёжку и с отчётливым хлопком закрывая дверь. Дверь захлопнулась и Юля принялась мерить. Это была какая-то старая, застиранная футболка серого цвета, шорты небесно-голубого цвета и светлые трусы с котиками. Вздохнув, Воронцова осмотрела бельё на наличие пятен или ещё чего-нибудь и особо не беспокоясь, одела его. Не то, что бы ей подобное в новинку. Тем более трусы и вправду выглядели прилично, а порой приходилось носить вещи и похуже. Закончив со, своего рода, попыткой привести себя в порядок, Юля вышла в зал, бесстыдно оставляя за собой дорожку мокрых капель, что чуть ли не ручьём капали с густых волос. На удивление, они были единственным, что в наглую не отняла наркозависимость, в отличие от всего остального... — Ты куришь? - Ангелина вальяжно развалилась на диване в зале, уже одетая в шёлковую бордовую пижаму, в виде топа до пупка и коротких шорт - Нет. Мне не нравится горечь от них. — Да ну? - удивилась женщина, после чего вздохнула - Ладно, как скажешь. Воронцова скромно присела на крае дивана, наблюдая за какой-то типичной "политической" программой по первому каналу и на этом диалог был окончен. Девушки в очередной раз сидели в голой тишине. Воронцова банально не решалась что-то сказать, поэтому усердно делала вид, что ей правда интересно то, о чём с таким видным призывом твердят по ТВ. Пока Ангелина сурово поглядывала куда-то в пустоту, полностью погруженная в мысли связанные с работой, совершенно не вникая в бред, который шумел на фоне Прошло около полутора часа, когда старшая с горем пополам вырвалась из пучины тяжёлых раздумий и оборвала нагнетающее молчание. — Поздно уже, если хочешь, можешь идти в спальню. Я перекурю и тоже подойду... - огорчённо потирая виски бормочала Ангелина, после чего неожиданно оглянулась на собеседницу - Ты же не против, если мы ляжем рядом? Я могу конечно на диване, но не то, чтобы здесь удобно... Она с трудом вытянула неловкую улыбку и несколько раз похлопала по плотной подушке. - Нет, мне все равно. – Ну вот и славно. Ангелина подскочила и буквально через секунду скрылась за дверью балкона. Воронцова несколько секунд ещё повтыкала в телевизор, после чего направилась в спальню. Скучно и одиноко. Пожалуй, если бы утром Юле сказали, что вечером она вернётся в эту квартиру и будет лежать в трусах хозяйки, она бы похабно расхохоталась и несколько раз нечаянно плюнула в оппонента не в силах сдержать эмоции. Но сейчас было совершенно не смешно. Голова все еще гудела, а во рту скопился тошнотворный ком. Ломка конкретно давала о себе знать, никак не заботясь о состоянии девчушки, от чего так нервно разрывала остатки кутикулы на своих ногтях, прячась по самый нос под одеялом. Не выдерживая такой обстановки, ей совершенно не хотелось сейчас оставаться наедине со своей тревогой. Она не любила, когда приходится мириться с назойливыми голосами в голове в одиночку. Даже банальное присутствие постороннего человека, хоть чуть-чуть, но скрашивала отвратное самобичевание. Юля ещё немного поколебалась и все же решила навестить Ангелину на балконе. А любом случае, выбор был не велик. Она прошла до самых дверей на балкон, но замерла уже практически опустив ручку, что бы зайти. Ангелина стояла спиной к входу и не замечала её, пока Юля чуть дрожа не могла решить, что ей делать дальше. Она и так уже практически чуть-ли на шею села этой совершенно незнакомой женщине, а сейчас, когда она наконец смогла остаться одна, Воронцова все равно продолжает врываться в её пространство. Вряд-ли на машине не осталось вмятины после той ночи, вряд-ли ей понравилось выслушивать утром недовольство девочки, вряд-ли она планировала, что сегодня придётся делить ужин еще и с бродяжкой без гроша, одевать, позволять ей опять спать в её постели... Вряд-ли она просто не притворяется, что ей не мешает компания маленькой, навязчивой наркоманки. Не вела бы она себя так утром, будь более благосклонной, не так ли? Может просто совестно было, что кто-то пострадал из-за её "неосторожности", хотя вина была именно Юли... Воронцову начала поглощать жуткая паника. Снова она мешает, снова приносит проблемы, снова кто-то вынужден брать за неё ответственность. Снова... — Хе-ей, ты в порядке? - беспрерывную волну ненависти к себе оттолкнул слегка испуганный голос Ангелины - Ты выглядишь не важно, что-то случилось? - Да нет, ничего... - робко пробурчала Воронцова и подняла полные слёз глаза на хозяйку квартиры - Забей. Я просто... Просто... — Ну чего ты. - словно ласковый ангел, девушка протянула свои руки девушке, приглашая в объятия. - Что случилось? Все ведь хорошо, вроде. Или ломка уже настолько сильная? - Нет, просто... - из глаз Юли потекли горячие слёзы и она бросилась к Ангелина, утыкаясь лицом ей в грудь. От женщины пахло дорогим табаком, пока тонкая вишнёвая сигарета "Chapman" невольно дотлевала в пепельнице. Она так и не смогла докурить. Заметила Воронцову. Ангелина и слова разобрать не могла и того, что шипела, захлёбывась собственными слезами и соплями, Юля. Но все равно старалась как можно крепче обхватить её худое тельце, стараясь согреть от холодного порыва больных мыслей. Только сам Бог, что послал этого ангела-хранителя, знает сколько ещё так Воронцова проревела в грудь, причём довольно мягкую, женщине, которую знает всего пару суток. Она уже была не в состоянии, чтобы даже понять, в какой момент обе пришли к выводу что пора ложиться спать. Но прекрасно понимала, что за все это время её так и не выпустили из плотного замка рук Ангелины. Та ни на секунду не оставляла её без тактильного контакта и хотя бы парочки хороших слов. Даже когда стрелка часов переступила полночь и было прекрасно видно, что Геля бы с радостью позволила себе поспать, она все равно продолжала выслушивать истерику юной леди, что никак не могла успокоиться. Только когда уже от бессилия Юля сама отключилась, Ангелина наконец смогла позволить себе спокойно заснуть без тревожных переживаний, но не отпустить маленькую девчушку из своих объятий. ***