Поцелуй на ночь

      — Привет, Люмин, — с улыбкой на лице отвечает Итер, когда девушка приближается к нужному столику.       — Привет, — с привычной интонацией произносит Сяо, сидящий рядом с ее братом. Выглядит он мрачнее обычного.       — Здравствуйте, мальчики, — Люмин слабо улыбается, присаживаясь на противоположный диван.       Приятная музыка разносится по всему кафе, посетители негромко разговаривают неподалеку, а официанты легко проскальзывают меж столов, разнося заказы. Ежемесячные встречи с братом и его парнем всегда проходят в такой непринужденной обстановке и каждый раз они встречаются именно в этом месте.       — Я заказал нам всем по латте и чизкейку, ты же не против? — Люмин кивает на вопрос брата, оставляя сумочку рядом с собой.       — Ты задумчивая, — подмечает Сяо, разглядывая внешний вид девушки: немного взъерошенные волосы, осыпавшаяся тушь и местами мятая одежда. — Ты пила вчера?       — Нет, уснула на диване, а потом проспала немного. Было мало времени на сборы, — виновато произносит Люмин.       — Основная причина заключается не в этом, рассказывай, — Сяо слишком внимательно смотрит на девушку, лишь изредка прерываясь на то, чтобы сделать глоток чая из кружки.       Люмин тяжело вздыхает, размышляя над тем, с чего стоит начать, но их прерывает официант, пришедший для того, чтобы принести напитки и десерты, давая девушке небольшую возможность подумать.       — Ну, дело в том, что у нас с Кадзухой странные взаимоотношения в последнее время, — оба парня закатывают глаза на эту фразу.       — Ты до сих пор не призналась? — Итер осуждающе поднимает бровь, в голове прокручивая все те разы, что Люмин жаловалась на Каэдэхару. Блондин бы уже давно рассказал Кадзухе о том, что его сестренка питает самые нежные и глубокие чувства по отношению к нему, но обещание, данное с момента рассказа брату, сдерживает Итера.       — Нет, но подождите, дайте рассказать, — Люмин хмурится, ибо самого главного она не сказала. — Мне кажется, Кадзуха встречается с Еимией.       Обычно уравновешенный и спокойный Сяо округляет глаза и смотрит на девушку исподлобья, шокированный таким предположением.       — С чего ты взяла?       — Кадзуха недавно сильно выпил, а когда вернулся домой, начал говорить о том, что ему нравится какая-то девушка, а она его совсем не замечает. На следующий день, в университете, я увидела, как она держит его за руку и что-то говорит, а Кадзухе хоть бы хны! Он не одернул руку и не попросил прекратить, а просто смотрел пустым взглядом на меня, пока я не ушла из столовой, — на одном дыхании Люмин пересказывает повествования прошлых дней. — А потом, когда Кадзуха вернулся, он сказал, что сильно соскучился по нашему совместному времяпрепровождению и хочет со мной поесть за одним столом, ибо я закрылась у себя в комнате и не выходила на контакт. После этого мы решили посмотреть фильм, под конец которого я уснула. Но самое интересное, меня смутило то, что он поцеловал меня в лоб перед тем, как отнести в кровать, — Люмин роняет голову на руки, негромко, но болезненно постанывая. Кажется, голова сейчас взорвется от слишком долгих мозговых штурмов.       — Господи, вы такие сложные ребята, вот правда, — Итер потирает переносицу.       — Мне нужно было раньше признаться и не ломать голову, знаю, а еще знаю, что ты сейчас скажешь, что у вас с Сяо, — на этом моменте зеленоволосый немного покраснел, но поспешил спрятаться за своей чашкой. — Было все гораздо проще и быстрее. Это уже пройденный этап, давай что-то новое.       — Сестричка, ты сегодня на удивление колкая, — Итер хмыкает, абсолютно понимая душевные терзания Люмин.       — Я в последние дни сама не своя, простите, — девушка берет ложку с десертом в рот, медленно пережевывая любимый торт. — И что самое интересное, такие дружеские жесты у нас были всегда, но странно то, что будучи в отношениях с Еимией, Кадзуха продолжает это делать. Разве не было бы нормальным прекращением этого всего?       — Как бы там ни было, тяжело просто так отказаться от дружбы в пользу отношений, не забывай. Мы все знакомы с детства и прекращать заботиться друг о друге из-за партнеров было бы непривычно как минимум, — они все вспоминают ревность Сяо, когда Итер возился с больным Кадзухой.       — Да понимаю я это, но все же… — Люмин озадаченно кусает губы. — Я не знаю, как объяснить вам это, но мне кажется, что Кадзуха слишком странный в последнее время. Либо они и в правду встречаются с Еимией, либо все же он любит меня, что маловероятно! — девушка спешит добавить последнюю фразу, чтобы не казаться слишком самоуверенной.       — Мне кажется, что второй вариант более похож на правду, сама посуди: долгое время какая-то девушка не замечает Кадзуху, а с Еимией они знакомы лишь с начала первого курса, — Сяо скрещивает руки на груди, перебирая в голове возможные варианты. — Хотя полтора года тоже не маленький промежуток времени. И все же, я склоняюсь к тому, что именно ты являешься его любимой. Кадзуха всегда смотрел на тебя по-особенному.       — Про последнее я тебе говорил много раз, — подхватывает Итер. — Кадзуха каждый раз спрашивал про тебя, когда ты не выходила гулять, — светловолосый начинает загибать пальцы, пересчитывая и перечисляя каждый случай. — Он всегда заботился о тебе и слушал больше всех. Помнишь, когда мы сидели компанией в саду, и Кадзуха единственный, кто попросил тебя продолжать, когда ты поняла, что тебя никто не слушает, м? А когда ты коленки разбила? Не Кадзуха ли на руках относил тебя к медсестре, потому что тебе было тяжело ходить? Не он ли с другого конца города приехал, чтобы поддержать, когда тебя бросил твой первый парень? — Итер давит на Люмин сильнее обычного, что даже Сяо ведет себя настороженно. — Кадзуха всегда любил и ценил тебя больше всех, и только попробуй со мной поспорить, — Итер замолкает после своего долгого монолога и его глаза на секунду расширяются, видимо внутри он поражается тому, что сказал все это. — Прости, вырвалось случайно.       — Да ничего, — задумчиво кидает Люмин, запихивая в рот последнюю ложку с чизкейком. — Возможно ты и прав, — Итер воодушевляется словами сестры и даже заметно веселеет. — Но это ведь не значит, что я ему признаюсь, все же не хочется портить нашу дружбу, — тут уже оба парня действительно готовы сорваться на слепую девушку, что не замечает чувств ее друга по отношению к ней.       — Люмин, я очень сильно люблю тебя, правда, — начинает Итер. — Но я хочу на тебя накричать, потом убить, а потом воскресить, чтобы вы уже начали поскорее встречаться. Мне еще ваших детей хочется понянчить, — недовольно заканчивает светловолосый, на последнюю фразу которого хмыкает Сяо.       — Мне просто нужно переварить этот разговор и после, я думаю, я приму решение. Возможно даже расскажу ему о своих чувствах, — говорит Люмин, глубоко вздыхая, прикрыв глаза. — А теперь, давайте обсудим что-то другое? У меня скоро голова лопнет.

***

      — Я дома! — кричит Люмин, бросая ключи на полку. — Кадзу? — девушка проходит вглубь квартиры, натыкаясь на троицу сидящую за кухонным столом.       Кадзуха, Еимия и Тома громко смеются и разговаривают, лишь изредка что-то записывая в тетради. Они не замечают замершую посредине комнаты Люмин, продолжая обсуждать какие-то свои темы.       — Я дома, — уже тише повторяет девушка, скрываясь за дверями ванной комнаты чтобы помыть руки.       Люмин немного обидно, что никто не сказал привычного «Я рад, что ты вернулась» и не спросил о том, как прошел день, но опять же, никто и не обязан этого всего делать по отношению к ней.       Еле волоча ноги до комнаты, Люмин начинает испытывать себя хуже, чем в тот раз, когда она лицезрела сидящих рядом Кадзуху и Еимию, но ничего вслух не говорит, не желая привлекать лишнего внимания.       Тихо прикрыв за собой дверь, Люмин достает из сумки телефон, чтобы заказать доставку еды на дом, ибо в ближайшие несколько часов из комнаты выходить она не планирует, после чего бросает гаджет на кровать, начиная снимать с себя толстовку. Между прочим, подаренную Кадзухой на последний день рождения.       — Я не слышал, как ты пришла, — говорит парень, когда она хватается за полы футболки.       — Я говорила, что пришла, но никто меня услышал, так что отвлекать не хотелось, — тихо, стараясь скрыть обиду в голосе, произносит Люмин, даже не поворачиваясь к Кадзухе. Ком обиды все еще стоит в горле, не давая выдавить из себя лишнего звука.       — Нам задали сделать совместный проект, поэтому мы пришли к нам. Я забыл спросить твоего мнения на счет этого, прости, — произносит Кадзуха, приближаясь к девушке.       Каэдэхара обнимает Люмин со спины, оставляя руки на животе, а голову на плече. Он радуется этим объятиям, а приятная аура так и исходит от парня.       — Рад, что ты вернулась, все хорошо? — спрашивает он, сильнее прижимая подругу к себе, у которой на лице застыла непонятная гримаса. Что-то между ужасом, непониманием и радостью, что Кадзуха все же поинтересовался, как у нее обстоят дела.       — Да, все нормально, сегодня с Итером и Сяо в кафе сидели, — Люмин поворачивается в его руках, обнимая наконец в ответ.       — И как все прошло? — зарываясь носом в ее волосы спрашивает Кадзуха.       — Относительно хорошо, если можно так назвать: родители зовут нас на ужин, а мы не имеем никакого желания выходить на контакт.       Люмин и Итер сильно поссорились с отцом и матерью перед тем, как поступать в университет из-за того, что близнецы выбрали не те направления, что хотели родители. С того момента они и не общаются.       — В любом случае, мы с Сяо всегда готовы вас поддержать. Что бы ни произошло, вы с Итером можете к нам обратиться за помощью, — заключает Кадзуха, поглаживая спину Люмин.       От этих слов становится теплее в груди, что-то приятное разливается по телу, а на глаза наворачиваются слезы.       — Иди к ребятам, они, наверное, заждались, — Люмин первая размыкает объятия, отходя на безопасное расстояние. Ей бы хотелось гораздо дольше обниматься с парнем, но сейчас нет возможности.       — Приходи к нам, как переоденешься, мы как раз хотим перекусить, — немного расстроившись говорит Кадзуха, выходя из комнаты.

***

      — Смотри под ноги, — злобно шипит Скарамучча, убегая в противоположную сторону.       Утро началось не самым приятным образом: остывший кофе, закончившаяся зубная паста, забытые конспекты и опоздание. Судьба так и говорит бедной блондинке о том, что в этот день ее кругом ожидают неприятности и подвохи.       — Прости, — шепчет Люмин в никуда, собирая упавшие из-за парня тетрадки. Она очень сильно жалеет о том, что решила нести свои учебные материалы с собой, а не оставить все в шкафчике.       — Помочь? — спрашивает Тарталья, появившийся внезапно из-за спины.       Не дождавшись разрешения, Аякс садится на корточки и подбирает пенал вместе с последней тетрадью, после этого любезно передавая подруге.       — Скарамуш сегодня не в духе, впрочем, как и обычно, но физрук сегодня ему поставил двойку за отжимания, так что он еще больше бесится, — парень вспоминает о том, как Скарамучча матерился на всю раздевалку, покрывая матом и смеющегося Тарталью.       — Спасибо за помощь, — Люмин поспешно поправляет юбку и кивает в благодарность. — Я сама виновата — мне не стоило нестись сломя голову и глазеть по сторонам, — она нервно почесывает затылок, не зная, как побыстрее уйти от рыжего парня.       — Тоже плохое настроение? — «десять очков Гриффиндору» хочется прокричать Люмин, однако она положительно качает головой, поджимая тонкие губы. — Хочешь это обсудить? Я мог бы нам купить кофе и мы бы устроились в библиотеке. Как раз следующую пару отменили.       — Серьезно? Черт, — Люмин неприязненно шипит, ибо она полночи корячилась над домашним заданием по математике, пытаясь написать доклад по числам Фибоначчи. — я потратила время впустую, хотя могла бы поспать подольше…       — Тогда нам нужен компот, сегодня в столовой он очень вкусный! — довольно тянет Аякс, утягивая подругу за руку в сторону буфета.       Заботливый Тарталья отобрал все тетради девушки и запихнул к себе в рюкзак, пообещав отдать после того, как они поговорят о том, что волнует девушку. Минуя группы учащихся, Аякс краем глаза следит за подругой, задумчиво потягивающей свой компот из пластикового стаканчика, пока сам о чем-то весело щебечет, в попытке ненадолго отвлечь ее от назойливых мыслей.       — Пошли в самый дальний угол, — Люмин хочется спрятаться подальше от других, чтобы кто-то не нарушил их покой и не подслушал душевные терзания. Аякс молча соглашается, плюхаясь на скрипящий стул.       — Давай, девуля, я жду твоего рассказа, — рыжий довольно подпирает локтем подбородок, показывая всем своим видом то, что будет внимательно слушать.       — Я пожаловалась всем, кому только можно, может не стоит?       — То есть, ты рассказала всем своим друзьям о проблеме, а мне нет? Ты меня сильно обижаешь, правда, — Аякс корчит недовольную гримасу. — Меня не волнует, кому ты рассказала, а кому нет. Я не знаю всей истории, но срочным образом мне нужно это узнать.       — Ладно, — Люмин опрокидывает оставшуюся часть компота залпом, отставляя стаканчик с громким характерным звуком, вместе с этим собираясь с мыслями.       — Выглядишь слишком серьезной, мне нужно начинать переживать?       — Не паясничай, Тарталья, — Люмин сужает глаза, пока Чайльд не снимает свою привычную маску клоуна.       — Ладно, прости меня, я про привычке, — он поднимает руки вверх, а-ля, сдаюсь.       — Если кратко, то я влюблена в одного парня уже долгое время, но у него, как мне кажется, появилась девушка, и я не знаю, как мне быть.       — Хочешь скажу банальность? — Люмин вопросительно смотрит, все же догадываясь о последующих словах. — Ты должна поговорить с этим парнем, Люми.       — Люми? Когда это я тебе разрешала звать себя так? — сводя светлые брови к переносице спрашивает она.       — Хорошо, Люмин, — поправляет себя парень, лишь бы девушка не сильно придиралась к нему сейчас. — Но сути это не меняет — ты должна поговорить с ним, кем бы он не являлся. Вы должны четко разграничить ваши отношения и поставить либо жирный крест на возможных отношениях, либо наставить кучу крючковатых запятых, не имеющих конца и края, понимаешь?       — Да, ты не первый, кто мне это говорит, но это тяжелее, чем я думала. Просто этот парень всегда так сильно нравился мне и я даже не знаю как мне быть, если все это в миг разрушится. Мне бы не хотелось терять нашу дружбу.       — Эта дружба точно так же может перерасти в нечто большее, — Тарталья все не унимается, продолжая заводить из раза свою шарманку о возможности отношений Люмин и Кадзухи. — Слушай, девуля, если бы ты влюбилась в меня, то никаких проблем бы не возникло. У нас были бы самые простые и лучшие отношения из всех возможных и невозможных, — самодовольно продолжает парень. Однако Люмин кажется, что и вправду, влюбись она в Аякса, они были бы хорошей парой.       — Не буду отрицать, все возможно, — немного непонятно отвечает девушка.       — Стоило бы пересмотреть свои вкусы на парней. А то, знаешь ли, меня такими темпами могут и к рукам прибрать, даже оглянуться не успеешь, — Аякс продолжает паясничать, но Люмин ничего против не имеет, лишь наоборот, поддерживая такой разговор.       — Будет очень жалко, — с напускной досадой отвечает девушка.       — Да, очень жалко, а ведь мы даже ни разу не сходили на свидание, девуля, — он тяжко вздыхает, тут же переменяясь в лице. — Ладно, шутки в сторону, а то мы так долго будем цирк разводить, — Люмин всегда поражала эта черта в Тарталье — он всегда так свободно скачет между темами и многое переводит в шутку, после чего вновь становясь серьезным. — Ты просто обязана с ним поговорить. И чем скорее, тем лучше для вас двоих. Тебе нужно быть четко уверенной и в его намерениях в твою сторону, и в сторону других девушек.       — Я это прекрасно понимаю, просто… Мы всю жизнь знакомы, и мне очень сильно не хочется портить наши взаимоотношения моим признанием.       — Я ведь тоже был в такой ситуации, — неожиданно для них обоих начинает Чайльд. — Мне сильно нравилась девушка, и я ей признался в своих чувствах, а она меня отшила. Но это ведь произошло к лучшему — я не питал ложных надежд в ее сторону и тихо радовался за нее и ее парня.       — Ага, а после ты стал бабником, — Люмин за Тарталью заканчивает историю, закатывая глаза.       — Кто сказал, что я бабник? — Аякс скептически поднимает бровь. — Девушки, которым я отказывал?       — Я не знаю, просто внезапно все начали говорить, что ты жуткий бабник и лучше не вестись на твои лестные слова и попытки подкатить, — выражение лица Люмин является буквальным олицетворением замешательства.       — Так вот, я ни с кем не встречался из нашего универа, представь себе, девуля. Мне нравится одна единственная девушка и я предан ей даже не находясь в отношениях. А все эти слухи распускают девицы, у которых слишком высокое эго, что аж потолки в кабинетах начинают осыпаться.       — Никогда бы не подумала, что ты моногамен, — Люмин откидывается на стул, повторяя позу сидящего напротив друга.       — Никто бы так не подумал, давай будем честны. Но я могу часами говорить о глубине своих чувств и чистоте своих намерений по отношению к этой девушке. Если хочешь, я могу немного рассказать о ней тебе, — предлагает парень, начиная ковыряться у себя в рюкзаке.       — Давай оставим самое интересное на потом? Думаю, у нас ещё будет возможность обсудить это, — улыбка растягивается по лицу Люмин.       — Хорошо, вот, брось ее, — Аякс протягивает девушке тяжёленькую десятирублевую монетку, откладывая рюкзак на то место, где он лежал раньше. — Способ тупой, но все же нужно попытаться. Хочу, чтобы и судьба тебе сказала о том, что признаться тому парню все же нужно, — Тарталья улыбается девушке в ответ, наблюдая за тем, как она колеблется некоторое время, после чего забирая ее себе. — Если выпадет орёл, то ты ему признаешься, если решка, то ты говоришь мне кто он и я намекаю ему сам на твои чувства.       — Тарталья, нет! — возмущённо тянет Люмин, глядя на Чайльда с обидой. — Если решка, то я ему не признаюсь, вот и все.       — Ох, ладно, спорить с тобой без толку, — он машет рукой, закатывая глаза. — Подбрасывай уже.       Люмин кладет монетку на большой палец, резко оттягивая его вверх, а монетка летит ввысь, перед этим звонко ударившись о ноготь девушки. Она переворачивается несколько раз в воздухе, после чего падает вниз, где ее ловит другая рука девушки, переворачивая и закрывая ладонью.       — Не томи, — напряженно выдает Аякс, в открытую пялясь на закрытую монету рукой.       — Да мне самой страшно, подожди, — шипит на него подруга, пытаясь унять волнение.       Люмин грузно выдыхает, после этого резко убирает кисть, смотря на двуглавого орла, который как ей кажется, пялится на нее в ответ с насмешкой.       — А я тебе говорил! — почти крича произносит Аякс, борющийся с желанием ударить по столу.       — Не кричи так, — Люмин роняет голову на руки, предвкушая тот момент, когда Кадзуха скажет ей, что он не испытывает тех же чувств по отношению к ней.       — Бери свою красивую попу в свои красивые руки и иди признавайся своему счастливчику, я буду ждать результатов тут! — Аякс хватает Люмин за руку и выталкивает ее из библиотеки, давая напоследок телефон.       Ошарашенная девушка пялится на закрытую дверь библиотеки понимая, что ее не впустят внутрь до тех пор, пока она не расскажет лучшему другу о своих чувствах. А еще, Люмин втайне надеется, что Лиза — главный библиотекарь — до конца года не будет выдавать Тарталье нужные учебники и в итоге пожалуется в деканат, что тот полностью испортил выданный ему комплект. Месть же должна быть жестокой?       В попытках написать Кадзухе и попросить встретиться, Люмин не заметила, как прошла до запасного выхода из университета. Пустые коридоры настолько непривычно видеть, что аж каждый шорох кажется странным и пугающим.       Неожиданно испод лестницы доносятся громкие заливистые смешки, после чего, человек сидящий там, начинает медленно выбираться из своего укрытиям поняв, что его кто-то услышал из-за испуганного вскрика.       — Я дома тебе дорасскажу, пока, милый, целую, — Еимия поспешно с кем-то прощается, тут же сбрасывая трубку. — Прости, Люмин, напугала? — она неловко смеется и ближе подходит к блондинке.       — Немного. Просто не ожидала, что тут кто-то есть.       — Мы с мальчиками сидели на лестнице, пока ждали, что пара закончится, а после мне позвонил парень и пришлось отлучиться. При спуске я уронила брелок с ключами и они завалились между окном и самой лестницей, так что я полезла за ними туда, — после этого обе девушки начинают негромко хихикать.       — Стоп, а ты разве не с Кадзухой встречаешься? — когда до Люмин доходят слова, сказанные знакомой, она спешит спросить об их отношениях.       — Что? Нет конечно же, Кадзуха для меня как младший брат, я думала ты знаешь.       — Нет, мы с ним… не разговаривали об этом… — Люмин задумчиво закусывает губу, тут же желая ударить себя по голове за такие выводы. Где-то наверняка и Итер с остальными ее поджидают, чтобы отвесить хорошую оплеуху.       — Да я так и поняла, если честно, но думала, что ты все же догадаешься, — Еимия борется с желанием выдать всю подноготную Кадзухи, мысленно извиняясь перед парнем. — А Кадзуха точно так же думает, что ты встречаешься с Тартальей, — она снова хихикает.       — Тарталья не в моем вкусе… — пазлы в голове Люмин складываются с невероятной скоростью, она даже не успевает вылавливать каждый момент по отдельности. — Вы не слишком заняты? Я бы хотела поговорить с Кадзу, — девушке уже не терпится поговорить с другом, а прежнее волнение сменяется уверенностью в своих действиях.       — Для тебя он всегда найдет минутку, — Еимия салютует Люмин, уже поднимающейся по лестнице, направляясь в противоположную от ребят сторону.       Девушка придерживает юбку, так и норовящую задраться, одновременно с этим пытаясь восстановить дыхание от такого внезапного марафона по ступенькам.       — Кадзуха, мы можем отойти ненадолго? — с отдышкой спрашивает блондинка, пока Кадзуха с удивлением поднимается с насиженного места и следует в другой коридор за подругой.       — Люми, отдышись для начала, — Кадзуха помогает ей усесться на подоконник, протягивая бутылку воды, которую он успел захватить с собой.       — Спасибо, — девушка делает несколько жадных глотков, прежде чем окончательно успокоиться и начать свою пламенную речь. — Я долгое время не понимала своих и твоих чувств, но, Кадзуха, я тебя очень сильно люблю. И любила, походу, с самого детства. Мне тяжело понять в какой момент это произошло, но не столь важно сейчас! В последнее время мне казалось, что ты встречаешься с Еимией. Причем на это меня подтолкнули твои полупьяные разговоры о какой-то девушке, которая тебе нравится долгое время, но она не замечает тебя, и, вот… — Люмин понимает, что ей уже больше нечего сказать и она замолкает, отводя глаза в сторону, немного краснея.       Когда со стороны парня доносятся легкие и тихие смешки, она непонимающе смотрит на него, но внезапно горячее тело парня прижимает ее к себе.       — Я тоже тебя люблю, Люми, причем безумно сильно, ты даже представить себе не можешь, — Кадзуха утыкается ей куда-то в ключицу, а слова приятной вибрацией разносятся по всему телу. — Я думал, что мы не больше, чем просто друзья и боялся испортить все своим признанием. Мне не хотелось терять тебя из-за моих чувств, так что пришлось скрывать все от тебя. И, как ни странно, я тоже думал, что ты с кем-то встречаешься. Вы с Чайльдом в последнее время сильно сблизились, вот я и напился на днях, чтобы хоть как-то отключить голову и прогнать назойливые мысли о вас двоих, — теплый смех, словно мед, разливается в груди, согревая девушку изнутри и снаружи.       — Наши чувства друг к другу замечали все, кроме нас с тобой, — с облегчением произносит она, прижимая голову парня ближе к себе.       — Угу, — невнятно говорил Кадзуха, но складывается ощущение, словно он вот-вот начнет мурчать от слегка поглаживающих его волосы рук. — Хочешь стать моей девушкой? — он отстраняется, чтобы посмотреть Люмин в глаза, завороженно наблюдая за тем, как красиво они переливаются.       — Хочу, — с улыбкой отвечает блондинка, а от ее простого «хочу» у парня в груди растет настоящая буря эмоций.       — Я могу тебя поцеловать? — Каэдэхара немного заливается краской от такого вопроса, хотя краснеть он априори не должен был.       — Странный вопрос, конечно… Можно, понятное дело, ты мог и не спрашива… — Кадзуха затыкает девушку поцелуем, мягко прижимаясь своими губами ее, не двигаясь.       Ждущий Тарталья начинает активно названивать девушке, которая в свою очередь на автомате тянет руку к кнопке выключения телефона, возвращая ладошку на горящую щеку парня. А остальные могут и подождать.