Amor Lunae

В день рождения Солара зажглось солнце. Его лучи горделиво сияют, когда Вселенная приветствует своё чадо с широко распростёртыми объятиями. Солар — единственный в своём роде, прелестнейший сосуд, созданный заботливыми руками самой Вселенной. Его волосы переливаются словно сама звезда, а глаза, медово-золотые, излучают тепло. Суть его, несущая в себе солнце, ярко пылает. Солар — избранный, дитя солнца, его бог. Доверяя свою силу, солнце нежно купает дитя в своём тепле. Солар отправляется к другим богам, и растет вместе с ними. Ночью рождается Протей, и всходит луна. Вселенная приветствует ребенка с распростертыми объятиями, луна радостно освещает своё чадо. Протей — лунный сосуд, созданный любящими руками самой Вселенной. В его белых, лунных, глазах, прячется теплый, желтоватый оттенок, почти так же как прячутся звезды, поблескивающие в темных, как полночь, локонах. Само существование его несет нежность и покой. Протей — просветленный, дитя луны, её бог. Луна держит Протея в своем свете, даруя силу. Он отправляется к другим богам, и растет подле них. Вот только этим детям не суждено было встретится. Солара — дитя солнца. Он поднимает в небо утреннюю звезду и забирает ее обратно, когда юрисдикция дня заканчивается. Протей — дитя Луны. Он закрепляет на небе ночную звезду и спускает ее, когда заканчивается юрисдикция ночи. Они стоят в двух раздельных мирах, двух совершенно иных пространствах. Существуют фундаментальные законы Вселенной. Каждое существо, каждая частица должны соблюдать эти правила. Нет никаких исключений, никаких ярлыков или способов обмана. Эти правила существуют с самого Начала, они важны. Именно с их помощью переплетаются нити, скрепляя саму ткань мира. А есть ещё существа, что соблюдают эти правила, наблюдают за вселенной. Их так и прозвали — Наблюдатели. Могущественные сущности, которые берут нити и ткут их так, чтобы ни одна не порвалась. Можно предположить, что они и есть вселенная, всеохватывающая и всезнающая. Однако это не так, ведь Наблюдатели существуют только для того, чтобы поддерживать порядок, не давая всему развалится. Они следят за соблюдением правил, держат мир в равновесии. И именно они позволяют Солару и Протею встретиться. Но только однажды, в детстве. Тогда, за ними присматривали два других, старших бога. Бог защиты, Аластор, и бог красоты, Мемфис. На лице Солары появляется такая же яркая, как и он сам улыбка, стоило ему только приблизится к другому богу. Протей непроизвольно сжимается, придерживаясь за мантию старшего, будто стараясь казаться меньше, чем он есть на самом деле. Похоже, он отшатнулся, когда Солар приближается к нему. «Привет!» — Солар протягивает руку к Протею, но Аластор мягко отталкивает его обратно. Бог солнца хмурится, но всего лишь на мгновение, прежде чем снова улыбнуться: «Меня зовут Солар. Я бог солнца!» Его слова чем-то схожи на щебетание ранней птички, когда он представляется. Протей нерешительно выглядывает из-за спины старшего бога. Он прикусывает губу, мимовольно бросая взгляд на старшего, прежде чем его бледно-желтые глаза снова останавливаются на Соларе. «А я… Я Протей… бог луны…» — смущенно сообщает он, и его ответ заставляет Солару просиять. Широкая улыбка расползается по его губам, с легкостью касаясь глаз. «Ты ведь собираешься поднять луну, верно?! Я так хочу увидеть это!» — восклицает дитя солнца, едва не подпрыгивая на месте. Его маленькие золотые крылья трепещут. Протей нервно ерзает на месте. «Ничего особенного, правда!» — он бормочет, снова пряча взгляд. «А я вот думаю что это что-то очень и очень особенное! Луна ведь такая… красивая!» — твердо объявляет Солара, отчего глаза бога луны слегка расширяются. Он смотрит на Солару с удивлением, робкая улыбка появляется на его лице. «Ну, тогда нам, наверное, стоит начать, так ведь?» — мягко указывает старший бог Аластер. Протей смущенно краснеет и наконец опускает зеленую мантию бога, делая шаг вперед. Солара встает рядом с Протеем, прежде чем взглянуть на своего благочестивого компаньона, Мемфиса. С улыбкой подмигнув, тот ободряюще кивает Солару. Протей глубоко выдыхает, успокаивая себя. Два молодых бога встречаются взглядами и кивают друг другу, прежде чем встать спиной к спине. Солара позволяет своим глазам закрыться, что делает и Протей, а потом поднимает руки. Он чувствует, как тепло солнца обволакивает его, словно теплые объятия. Осторожно бог тянет лучи света, направляя их вниз. Его руки медленно опускаются к земле, а руки Протея, в свою очередь, поднимаются к небу. Оба светила послушно следуют за движениями двоих, пока солнце не исчезает за линией горизонта. Луна тем временем будто бы лукаво выглядывает из-за облаков. Она сияет на четырех богов. Когда они заканчивают, Солара оборачивается и смотрит на Протея, возбужденно подпрыгивая на месте. «Это было невероятно! Ты невероятен, Протей!» — восклицает он с широкой улыбкой на лице. «С-спасибо… — рука Протея застенчиво поглаживает его затылок, а Солар продолжает делиться его детским волнением. «А мы сделаем это еще раз?! Когда мне придётся поднять солнце?» — спрашивает Солар, переводя взгляд с Аластера на Мемфиса. «Эм… ну, понимаешь, Солар…» Мемфис вздрагивает от вопроса, встречаясь взглядом с Аластером. Он звучит неуверенно, мягко, используя тон голоса, которым разговаривают с ребенком, когда сообщают плохие новости. Что… таковыми и являются. Сомневаясь, Аластор все же решает закончить предложение: «Из-за природы ваших способностей лучше ограничить то, как часто вы оба находитесь рядом друг с другом. Прости, Солара, Протей.» Плечи Солара опускаются от разочарования, а Протей немного хмурится. «О…» Мемфис быстро вмешивается, видя, что мальчики разделяют разочарование: «Но это неважно! Вы снова сможете свидеться друг с другом в день солнечного затмения!» Кажется, это поднимает настроение обоим. И так, Солара и Протея отделяют друг от друга. А смотревшие за этим Наблюдатели одобрительно кивают. Они отделены друг от друга, чтобы сохранить баланс. Все боги и богини — могущественные существа, и если бы вселенная оставила их силу без контроля, это представляло бы большую угрозу. Особенно Солар и Протей. Если их не остановить, их силы могут привести к массовым разрушениям. Но это не значит, что на этом история кончается. Ох, нет. Но для них она так и останется повестью о любви и трагедии.

* * *

Как и сказал им Аластор, Солара и Протей редко встречаются. На самом деле, после той встречи, произошедшей с милости Наблюдателей, два небесных бога вообще не видят друг друга. Их держат в дворцах, в их местах отдыха. И, возможно, они бы расстроились из-за этого, если бы не другие оперившиеся боги вокруг. Сначала Солара встречает некоторых, таких, как Медей, хитрый и такой же юный, бог. Первым, что привлекло к нему Солара, были далеко не шрамы на его лице, а таинственный способ, которым мальчик пытался продать ему некие кристаллы. Они невероятно быстро подружились, что не раз раздражало Аластера. А ещё Каус, бог радости. Он — самую малость! — сладкоежка, но Соларе нравится его извечно радостное и довольно выражение лица. Каус более чем счастлив участвовать в любых розыгрышах Солара и Медея. А ещё есть много других, так что Солар даже не предполагает, что его дни когда-либо будут скучными. Каждый из них приносят столько волнения и тепла. Тем не менее разум Солара все еще возвращается к Протею. Может потому что он был совсем чуточку бунтарем? Он не то чтобы прислушивается Наблюдателей, но, хотя бы слушает. Он делает все по-своему, что, похоже, и классифицирует его как «мятежного». Возможно, поэтому он так интересуется Протеем? Может, именно поэтому у него такое желание найти его, познакомиться с ним. Но, возможно, это также могло быть связано с тем, что у Протея те же обязанности, что и у него. Его учат придерживаться таких же высоких стандартов, как и Солара. А, может, это целая комбинация из этих двух? Чувство неудержимый пакости, бунтарства, и жгучее желание узнать больше, найти того, кто понимает. Но, не то чтобы Солар хотел это признавать.

* * *

В следующий раз Солара и Протей встретятся спустя годы. На церемонии, проведенной таким образом, который позволяет им двоим безопасно встретиться. Церемония затмения. Солнечного затмения, если быть точным. Это первое затмение, в котором примут участие два небесных бога, следовательно, это нечто довольно важное. Солар осознает, что именно эти затмения дадут ему и Протею шанс свидится друг с другом. После подобного осознания, Солар начинает ждать церемонии с еще большим нетерпением. Лунный бог казался весьма славным малым, и он хотел бы подружиться с ним! Когда они впервые встретились, у них даже не было возможности пообщаться, ведь как только они закончили, их тут же оттащили друг от друга! А в этот раз… Все наверняка будет по-другому! По крайней мере, Солара на это надеется. В день затмения Солара поднимает солнце на несколько минут раньше, чем обычно. Возможно, это из-за его волнения от встречи с Протеем еще раз после того, как он не видел его со времен, когда они были всего лишь молодыми богами. Медей, с которым он встречается спустя несколько часов, не упускает возможности подколоть бога солнца. На его лице широкая улыбка, когда он неторопливо входит в комнату Солары с маленькой шляпой на голове. Она едва прикрывает его густые темно-каштановые волосы, но Солара не в настроении сейчас шутить по этому поводу. Он слишком озабочен своим собственным волнением (хотя и знает, что сам бог удачи несколько раз поддразнит его. Медей, похоже, всегда любил испытывать свое благодéнствие). «А ты сегодня ранняя пташка, Солар! Увидели солнце немного раньше!» Медея приветствует своего друга, не на секунду не переставая улыбаться. «Хорошо смотришься!» В его волосы вплетена золотая лента. Белый плащ, отделанный золотом так же как и коричневый корсет, легко ниспадает между крыльями. Рукава шелковой рубашки пышно облегают запястья. Она сочетается с белыми брюками, аккуратно заправленными в коричневые ботинки. Вместо ремня, вокруг талии обернут красный кусок ткани, немного свисающей сбоку. Он слабо усмехается: «Это немного слишком, не так ли?» Он поворачивается, чтобы посмотреть на своего друга. Медея кладет руку ему на подбородок, задумчиво склонив голову. «Ммм, определенно кричит какой ты могущественный, ага!» Бог удачи отвечает, заставляя Солара шутливо закатить глаза. Затем он обнимает Солару за плечи, его губы все еще растянуты в извечной хитрой ухмылке: «Ну? Как ты? Нервничаешь? Взволнован? Это ведь твое первое солнечное затмение!» Солара фыркает в ответ: «Я? Нервничаю? Никогда. На самом деле, как раз наоборот!» «О! Замечательно!» Медей на секунду задумывается и добавляет: — Знаешь, вчера вечером я проверял Протея, бедняга весь вспотел! Он казался таким нервным» И это самое интересное в Протее, как понял Солара. Большинство богов и богинь несут в себе атмосферу уверенности, ею будто наэлектризовали воздух вокруг них. Они излучают ее разными способами, будь то осанка, отношение или самоуважение. Тем не менее, судя по историям, доходившим до Солара, и их краткому общению много лет назад… похоже, что у Протея этого не было. Как будто он не носит этот вид уверенности. Конечно, некоторых это могло бы раздражать, однако интерес Солара только растет. Он задается вопросом, сохранится ли хоть какая-то уверенность сегодня. (Надеясь на это) «Даже сейчас?» — Солар не может удержаться от этого вопроса, поворачиваясь к своему лучшему другу. Кивнув, Мадей собирается ответить, но вид Мемфиса, открывающего дверь, прерывает его. «Ой, это мой сигнал уйти! Удачи тебе с затмением, Сол!» Бог, неловко выскользает из комнаты, Солара не может сдержать смешка. Однако, как только он встречается со взглядом Мемфиса, бог солнца все понимает. Время шоу.

* * *

Солара ведут к большому Колизею, мраморным колоннам и прочему. Здание открытое, круглое, что дает им всем хороший обзор на голубое небо над головой. Солар идет вперед, останавливаясь прямо перед площадкой посреди Колизея. Он оглядывается по сторонам и видит всевозможных богов и богинь. Однако его глаза фокусируются на определенной области стены, сужаясь на ней. На стене выгравировано нечто вроде прямоугольника, но будто бы… Сломанного. Прямые углы и точки, расположенные ровно по диагоналям друг от друга достаточно далеко, чтобы не соединятся. Символ Наблюдателей. Солара… не любит Наблюдателей. Ему не нравится, как они работают, какие методы используют, чтобы удерживать вселенную в равновесии. Он понимает их цель, почему они делают… то, что делают. Но они также сделают все, чтобы сохранить порядок, баланс. Даже если это означает сделать что-то плохое. Они считают, что цель оправдывает средства. Солара просто не может согласиться. Чувствуя, как на него смотрят, он отрывает взгляд от символа. И тут — в его глазах мелькает фиолетовая вспышка. Он оборачивается, и видит там бога луны, Протея, разговаривающего с другим богом. У Солары перехватывает дыхание. Одетый в смесь фиолетового и синего цветов, он выглядит очень элегантно. Черный плащ с золотой отделкой легко колышется от малейших движений бога. На ногах такие же черные штаны, подходящие к черным туфлям. Протей одет в смесь пурпурного и синего цветов, крылья прижаты к спине, за ним тянется элегантный черный плащ с золотой отделкой. Темно-фиолетовые рукава заправлены в коричневые нарукавники, туника спускается по бокам и останавливается вокруг бедер. Он одет в черные штаны, подходящие к черным балеткам на ногах. И Солар видит что Протей волнуется. Видит это по тому, как слегка сгорбилась спина Протея, будто он немного свернулся калачиком. Как он теребит темно-пурпурный рукав своей туники, отвечая другому богу. Но Солара все равно едва может отвести от него взгляд. Он выглядит таким… завораживающим, таким, каким до него еще никто не был. Должно быть, он смотрел слишком долго, когда взгляд Протея встречается с его собственным, и Солар чуть ли не взвизгивает, прежде чем быстро отвернуться от него. Он не ожидал, что их взгляды встретятся! Уши начинают гореть, и он застенчиво поднимает взгляд, чтобы посмотреть на Протея. Бог Луны все еще смотрит на него, и от этого лицо Солара еще больше горит. Почему его взгляд так смущает его? Солара нерешительно машет рукой. Протей на мгновение выглядит удивленным, прежде чем его лицо смягчается, а губы изгибаются в нежной улыбке. Он машет в ответ, и Солар чувствует, как его сердце подпрыгивает. Звучат рога, и начинается церемония. Вместе два бога создают самое первое затмение. И все, что Солара думал о неуверенности Протея, летит к чертям. Он смотрит, как Протей поднимает луну, как плавно его руки двигаются, словно погружаясь в воду, а пальцы оставляют после себя рябь. Он выглядит спокойным, лицо наполнено легкой решимостью, губы сжаты в тонкую линию. Глаза мягкие, светлые. В них сияет сама сущность луны, и Солара никогда раньше не видел ничего столь чарующего. Осанка здоровая, прямая; вместо этого его плечи прямые, а голова поднята к небу. Его движения спокойные, уверенные. И, если бы не тот факт, что Соларе приходилось обращать внимание на солнце, он никогда не хотел бы отводить взгляд.

* * *

Пока все отвлеклись на празднование, Солара решает попытаться найти Протея. Это оказывается несложно: лунный бог стоит немного в стороне от толпы веселящихся богов. Солару кажется, что где-то вдалеке Мемфис громко ликует, нечленораздельно произнося слова. Он сдерживает смех, прежде чем его взгляд останавливается на цели. Протей стоит один, и язык его тела кричит неловкостью. Он проводит рукой по своим взлохмаченным черным кудрям, а его поза снова немного сутулится. Похоже, он предпочел бы быть где-нибудь в другом месте. Как ни странно, Солара находит это зрелище милым. Внезапно ему приходит в голову идея, и он держит руки за спиной, делая самое невинное выражение лица. А потом, приблизившись достаточно близко Солар одним крылом резко толкает бога, пугая его. «Протей!» «ААА!» — восклицает бог луны, подпрыгивая. Солара смеется, находя реакцию забавной. Протей кладет руку себе на грудь, успокаивая сердце, и делает несколько вдохов. Затем он смотрит на Солара и несколько раз моргает. «О… Привет, привет, Солар.» Он здоровается, и бог солнца улыбается ему. «Привет! Извини, я не хотел тебя так сильно напугать.» На самом деле, хотел. И, судя по взгляду Протея, он это знает. «Похоже, ты такой же неугомонный, как все говорят» — Протей фыркает, однако на его лице тоже играет улыбка. — «Хотя я слышал, что тебе это доставляет немало неприятностей.» Солар пожимает плечами и встает рядом с ним. «Моя репутация опережает меня!» — он усмехается. — «Небольшая неприятность для меня ничего не значит. Это того стоит, если все будут смеяться». «Мм, я полагаю, ты прав. Аластер часто говорит о необходимости прибираться за тобой, хотя я не думаю, что он действительно возражает против этого.» Протей смотрит на него. «Эй, я всегда убираю за собой! Хороший розыгрыш всегда предполагает помощь в уборке после него» — возражает Солара, яро жестикулируя. Он вызывает у Протея смешок, от которого в его груди становится тепло. После этого они замолкают, и Солар прикусывает губу. Его глаза бегают по сторонам, словно пытаясь найти что-нибудь интересное, за что можно было бы зацепиться. Он чувствует неловкость, но, возможно, этого и следовало ожидать, учитывая, что они провели так мало времени с друг другом. В последний раз, когда они встречались, они были детьми. Солара слегка качается, несколько раз поглядывая на Протея. Он не знает, что сказать и как продолжить разговор. И это… раздражает. Он хочет узнать больше о Протее, о его роли лунного бога. Похоже ли это на его собственную роль бога солнца? Как он развлекается? Что он за человек? Что он думает о людях? Так много вопросов, которые нужно задать, но он не знает, какой из них задать первым! И вообще, хочет ли Протей говорить с ним? Какой беспорядок, путаница! А потом… «Извини, я… Мои усы выглядят странно?» Солара моргнул: «Что?» Протей смущенно чешет затылок. «Мои… усы. Медей сказал, что это было…эм, было немного странно увидеть меня с растительностью на лице. Я знаю, что нас только что снова представили друг другу, но я думал об этом весь день, и не знаю у кого лучше спросить, а ты даже не очень хорошо меня знаешь! О боже, я такой болтливый, так же?» Солара позволяет ему говорить, позволяет ему болтать сколько угодно. И когда он заканчивает, он не может не расхохотаться. «Т-твои усы в порядке!» В конце концов он выходит, улыбка на его лице. Щеки Протея немного краснеют, он улыбается: «Правда? О, какое облегчение! Я боялся, что мне придется сбрить их!» Улыбка Солары становится немного озорной: «Ну, я всегда могу найти способ украсть их у тебя, если хочешь». «Чт-нет, спасибо! В этом нет необходимости, Солар!» Протей возражает, на что бог солнца смеется. «Ты уверен? Потому что я не против помочь тебе!» И всё это кажется таким правильным для них обоих. Эти шутки, передразнивания, как будто они дружили все эти годы. Протей спрашивает о розыгрышах, которые Солара устроил их друзьям, и они говорят об этом почти так, как будто Протей действительно был там, когда это произошло. И к концу церемонии затмения Солар понимает, что ему очень нравится общество Протея. Он так… хотел бы, чтобы им не пришлось расставаться.