Amor Lunae

Солар и Протей не забывают друг друга. Сколько бы лет не прошло. Часто Солара ловит себя на том, что заглядывается на небо из окна своей комнаты во дворце, где он живет. Иногда он задается вопросом, как выглядит небо с того места, откуда смотрит Протей. Ему интересно, чувствует ли себя Протей так же одиноко, как и он. В такие моменты желание увидеть бога луны снова ощущается еще острее. У Солара есть много друзей среди своих собратьев-богов и богинь. И он дорожит каждым из них, но… Бог солнца хотел бы дружить и с Протеем. Хотел бы вместе с ним посмеяться над рассказанными историями о том, как Протей делает что-то действительно глупое. Такое ощущение, что они отделены друг от друга мирами, и Солара хотел бы, чтобы это было не так. (Он не знает, что Протей чувствует то же самое. Тоже жаждет дружбы с кем-то, кто понимает его ответственность, его власть. Солар понимает, другие нет. С Соларом легко говорить, возможно, с ним легче всего разговаривать!) По крайней мере, у них всё ещё есть затмения, единственный день в году, когда они могут безопасно находиться в компании друг друга. Однажды они снова смогут поговорить и посмеяться, как будто не прошло и дня с тех пор, как они в последний раз видели друг друга лицом к лицу. Солара дорожит этими днями, держа их близко к своему сердцу. Но… Эти дни так и остаются далекими друг от друга. Осознание этого, заставляет мысли Солара ещё чаще возвращаться к Протею, заставляет его самого думать о том, как дела у другого, смотрит ли сам Протей на солнце и думает о нем. (Да.) А жизнь, несмотря ни на что, продолжается. Каждое утро после того как он поднимает солнце рано, Солар ищет Медея и придумывает новые способы разыграть других. Он слушает, как люди зовут его, молятся ему. Он старается им помочь, старается отвечать на все так быстро, как только может. В других случаях он помогает своим друзьям строить новые постройки на небесах или некоторым другим богам с их задачами. Его дни длинные, полные изнурительной работы. Но Солара все равно любит каждую ее секунду; наслаждается тем, что его тяжелая работа окупается. И в глубине души надеется, что Протею это нравится так же, как и ему. (Нравится.) Бог Луны всегда в глубине его сознания, осознает это Солара или нет. И это дает ему идею. Она настигает его однажды утром, когда он поднимает солнце и смотрит, как луна медленно опускается по небу, исчезая за линией горизонта. Небесный свод наполнен нежными розовыми и оранжевыми оттенками, смешивающимися с ночными, пурпурным и голубым. Небо похоже на картину, вечно преображающуюся на нечто другое. Солар наконец отходит от окна, надеясь что не только он, а и его собратья посчитают это зрелище красивым. Мысли легко проносятся, будто сквозь, когда его взгляд падает на лист бумаги, лежащий на столе. Рядом с ним лежит перо, край которого измазан в чернилах. И тут приходит она. Идея. О Свет, и почему он не подумал об этом раньше! Улыбка озаряет его лицо, и Солар спешит схватить перо, обмакивая его в чернила. Он начинает писать, то и дело останавливаясь, чтобы успокоить дрожащие от волнения руки. «Протей! Я не могу поверить, что мне понадобилось столько времени, чтобы придумать, как нам общаться, и не быть при этом лицом к лицу! Шутки-шутками, но мы оба оказались ещё теми тормозами, что бы я там не говорил. Но, опустим это, скажи мне лучше как ты? Извини, наверное, это ужасный вопрос для начала. Но прошло много времени с тех пор, как мы в последний раз разговаривали, так что, думаю, вопрос все еще актуален! О! Ты видел небо этим утром? Оно такое красивое, прям как картина!» Он резко поддается вперед, когда слышит голос Флоры почти что у своей двери: «Доброе утро, Солар!» — она говорит это удивительно мелодично, и Солар спешит закончить письмо. «Прости, Флора здесь. Боюсь, мне придется прервать это. Но, пожалуйста, ответь мне скорее! — Солар.» «Солар?» Он слышит женский голос по другую сторону двери и быстро кладет ручку. «Секунду!» Он отзывается, пытаясь как можно быстрее свернуть бумагу и связать ее золотой лентой. Он смотрит на письмо несколько секунд, словно ожидая, что лента развяжется. Когда этого не происходит, он улыбается и кивает себе в знак одобрения. Его крылья трепещут от волнения. Он быстро направляется к двери и, открыв ее, видит по ту сторону богиню. Ее каштановые волосы вьются у подбородка, а на голове аккуратно сидит розовая цветочная корона. Как только ее глаза останавливаются на Солару, на ее лице тоже появляется широкая улыбка. «Солар! Доброе утро!» — восклицает она, и Солар отвечает на ее энергию своей широкой улыбкой. «Доброе! Извини, что так долго, мне нужно было кое-что доделать» — он извиняется, показывая ей свернутое письмо. Она с любопытством осматривает сверток, немного склонив голову набок. «Что это?» — спрашивает она, протягивая руку, чтобы взять его. «А, а, а!» — Солара быстро прижимает письмо к себе, прежде чем она успеет схватить его. — Это очень важное письмо Протею!» Флора, кажется, улавливает его внезапную серьезность и быстро подстраивается. «Протею? Я не знала, что вы, ребята, знакомы!» — восклицает она, ее глаза загораются от волнения. «Ну… Не совсем. Пока что. Формально последний раз мы разговаривали во время прошлогоднего солнечного затмения, но у меня появилась блестящая идея! Нам никогда не запрещали посылать друг другу письма, только встречаться лично» — говорит он, и Флора кивает. «Но как ты доставишь ему письмо? Если вам не разрешено встречаться… О!» — ее лицо светится, и она издает взволнованный вздох. — «Я могу принести это ему от тебя! Я могу быть твоим посредником!» Она предлагает, и, честно говоря, идея звучит не так уж плохо. «Правда? Ты не против сделать это для меня?» — спрашивает ее Солар, просто, чтобы убедиться. Богиня восклицает, качая головой: «Конечно нет! По-моему, вы оба должны иметь возможность видеть друг друга, но письма это лучший вариант в такой ситуации!» Бог солнца несколько мгновений потрясено смотрит на нее, прежде чем теплое чувство разливается по его груди. «Спасибо, Флора.» — тихо говорит он, передавая ей письмо. «Пожалуйста, Сол!» — она улыбается, забирая письмо. — «А теперь, почему бы нам не начать этот розыгрыш против Данте, а? Я думаю о том, чтобы размазать немного диорита, раз уж он его так ненавидит!» «Мне нравится ход твоих мыслей! Я тоже могу сделать маленькую птичку, действительно добавьте ко всей его штуке 'диорит похож на птичий помет'!» Выйдя из комнаты Бога Солнца, они смеются. Сердце Солара горячо бьется в груди.

* * *

Солар проводит следующий день в ожидании ответа Протея. Он нервничает и его взгляд уже в который раз натыкается на дворец. Флора успешно доставила письмо, так где же ответ? Бог солнца снова наворачивает круг, то и дело сжимая руки в попытках отвлечься. Часть его задается вопросом, не попадут ли они в беду, из-за того, что ищут хоть какой-то способ для общения друг с другом. Они не нарушают никаких правил, напоминает он себе. Они не могли попасть в неприятность из-за отправки простых писем друг другу. Но беспокойство все равно грызет его. Медей комментирует это, так же как и Кайрос. Солар сначала отмахивается от них, заставляя себя расслабиться. Однако на третий день ожидания Солар сдается и рассказывает им об отправленном письме, о его страхе, что, возможно, Протей даже не получил письмо. А, может, он просто-напросто не хочет разговаривать с Соларом! «Нет, не глупи, — говорят ему друзья, — Протей точно хочет с тобой поговорить!» После четвертого дня Солара сомневается в этих словах. Но почему он так нервничает из-за письма? Такие вещи никогда раньше не волновали его! Но, наконец, его ответ приходит в виде Данте, который стучит в его дверь на пятый день. Солар открывает дверь и в замешательстве смотрит на Данте. Его борода выглядит немного неопрятной, волосы в беспорядке, а серебряная повязка на глазу даже немного покосилась. «Приветствую тебя, Солар» — он кивает головой в приветствии. «Данте! Привет, как дела?» — спрашивает Солар, хотя бы из вежливости. «Ужасно. Мне понадобилась целая вечность, чтобы избавиться от этого диорита! — бог выносливости отвечает, и Солара не может не фыркнуть от иронии; Данте хмурится, прежде чем покачать головой с небольшим смешком и протянуть Солару лист бумаги: Вот, я хотел дать вам это раньше, но какой-то кто-то решил разыграть меня» Сердце забилось сильнее. Солар осторожно берет бумагу. Он смотрит на Данте с надеждой, сияющей в глазах: «Это…?» Данте кивает: «От Протея? Да.» И, коротко попрощавшись, Солара остается один. Закрыв дверь, он подходит к своей кровати и садится. Обвивая себя крыльями, он без колебаний дергает за серебряную ленту и не может сдержать смешок, когда замечает насколько неряшлив узел. «Добрый вечер, Солара! Честно говоря, я не ожидал, что ты пришлешь мне письмо или нечто в этом роде! И я не жалуюсь — это абсолютно гениальная идея! Хотя, да, мы оба немного затупили, раз нам понадобилось так много времени, чтобы придумать нечто подобное. Но, ладно. У меня все хорошо, спасибо, что спросил! Поверить не могу, что вы с Флорой повсюду разложили диорит и птицу! Шутки-шутками, но, надеюсь, ты знаешь, что именно мне приходится выслушивать все его жалобы. Но да, отвечая на твой вопрос, я видел небо этим утром. Оно было очень красивым. Как раз тогда, когда я думал, что восход солнца не может быть еще прекраснее! Я думаю, что восход — одна из моих любимых вещей, если честно. А ты? Протей» Солар перечитывает письмо несколько раз, его грудь разрывается от все большего и большего волнения каждый раз, когда его глаза скользят по почерку Протея. По тому, как аккуратно загибаются и соединяются буквы, формируя слова, предложения. Пожалуй, так же аккуратно, как и сам Протей. Вскочив с кровати, Солар спешит к своему столу и хватает перо.

* * *

Их письма продолжаются, и они ожидают письма по крайней мере раз в несколько дней. Флора и Данте становятся их посланниками, но Медей тоже время от времени вмешивается. Их письма варьируются от всевозможных тем, всевозможных вопросов. «Если бы тебе пришлось выбирать между спасением своих усов и Джелли, что бы ты выбрал?» «Любимое блюдо всех времен и народов?» «Ты должен на днях рассказать мне о редстоуне! Что, черт возьми, такое этот Тэ-триггер?!» «Трудно ли поднимать солнце? Знаю, звучит глупо, но просто не могу не спросить.» «Трудно ли поднимать луну?» «Иногда мне хочется быть человеком, если честно. И только попробуй сболтнуть кому-то что я это сказал!» «Быть ​​человеком звучит намного проще, чем быть богом. Я не думаю, что возражал бы, если бы я стал человеком. Пока мы друзья, разумеется!» «Конечно, мы друзья, Солара. Пока ты учишь меня, как сделать так, чтобы вещи выглядели как настоящие вещи!» «Кошки или собаки?». «Знаешь ли ты, что у гоблинов когда-то было больше одной руки?» «Ты шутишь!» «Не шучу!» Но, в конце концов… Букв становится недостаточно.

* * *

Оглядываясь назад, становится понятно какая это глупая затея. Это рискованно и опасно, и, если Солару поймают, у него будут большие проблемы. Но ведь в том-то и дело что «если»! Солнечный бог особо не задумывался о последствиях своих действий. Иногда его импульсивность и временами даже иррациональность работала ему на пользу, но это было лишь иногда. В других случаях это было не так. Последствия не заботят его даже тогда, когда он выскальзывая из своей комнаты в направлении дворца Протея, нарушает один из, можно сказать законов равновесия вселенной! Единственное, о чем он на самом деле думает, это снова увидеть Протея лично. Письма были хорошим решением, но… Этого было недостаточно. Солар нашел лазейку для себя, эдакое маленькое окошечко. Дал себе то, чего, по его мнению, будет достаточно. Но он ошибся, по прошествии достаточного количества времени обнаружив, что хочет большего. Он не хочет видеть только почерк Протея, он хотел видеть его. Лицом к лицу. Услышать его голос, увидеть, как загораются его глаза, когда лунный бог объясняет свой очередной проект. Это становилось все труднее и труднее представить. Итак, Солара сбежал. Как только он оказывается за пределами своего дворца, он взлетает. Используя свои крылья, он летит в направлении дворца Протея. Его не так уж трудно найти, особенно когда его дворец большой, и весь белый как жемчужина. Ветер шумит в ушах, но сердце звучит громче. Он пытается сдержать улыбку, когда при приближении замечает Протея в окне. Похоже, что бог луны еще не заметил его, и это становится прекрасным поводом для очередной шалости. Улыбка становится немного озорной, когда Солара приземляется на ветку, прямо над окном. Едва подавляя смех, он стучит по стеклу, пытаясь привлечь внимание Протея. А сам Протей, услышав, как что-то стучит в его окно, поднимает голову от книги с красной, похожей на редстоун, обложкой. Но, посмотрев в окно, он ничего там не увидел. Странно. Может быть, это просто ветка растущего у окна дерева? На этом лунный бог возвращается к чтению, решив проигнорировать его. Однако через несколько мгновений раздается второй стук, который снова привлекает внимание Протея. Он, хмурясь, встает и подходит к окну. Разблокировав и открыв ее, Протей высовывает голову, чтобы посмотреть наружу. «Эй?» — спрашивает он, на всякий случай, если это не ветка дерева бьёт его окно. И вдруг в его поле зрения появляется лицо, и Протей издает короткий крик, отшатываясь назад. Перед его окном вверх ногами висит Солара. Солара! Его волосы спутались от ветра, а на лице огромная улыбка, яркая, как само солнце. «Привет!» «С-Солара! — Протей заикается, прижимая руку к сердцу. — Ты меня напугал!» Со смехом в комнату врывается бог солнца, садясь на подоконник. Его крылья слегка трепещут от волнения, глаза озорно горят. «Не смог удержаться!» — восклицает он, даже не пытаясь изобразить сожаление. Протей хмурится, но в итоге решает не спорить. «Что ты здесь делаешь, Сол?» — спрашивает он вместо этого. — Не то чтобы я не рад тебя видеть, но нам ведь нельзя находиться рядом! Письма ещё могли сойти за лазейку, но это? У нас могут быть серьезные проблемы из-за такого!» «У меня все получилось, не волнуйся!» — Солара быстро отвечает, надеясь развеять его опасения. — «Я просто… Да, я знаю, что это большой риск, но я… — он закусывает губу, пытаясь собраться с мыслями. Протей продолжает хмуриться, но не перебивает. — Письма были хорошей идеей, но они не похожи на разговор с тобой лицом к лицу.» В глазах Солара — одиночество, отчаяние. Лунный бог глубоко вдыхает, чувствуя себя будто взаперти. Видеть своего друга в таком положении было ужасно! И хуже этого, было то, что сам Протей прекрасно понимал солнечного бога, но… Это было опасно. Ужасно опасно и ужасно глупо, рисковать целой вселенной просто ради вот этого! Но все-таки… Будь Протей до конца откровенен с самим собой, он бы признал, что ему надоели все те письма. Он устал от того, что не может просто видеться с Соларой, проводить с ним реальное время, как остальные. Но… Ему страшно. Страшно, что их поймают, что у Солара будут большие неприятности. И в то же время что-то внутри хочет послать Наблюдателей с их глупыми правилами к черту. Хоть раз сделать что-то для себя. Бог солнца прерывает его мысли, бормоча что-то бессвязно: «Кроме того, я все понял! Пока мы не превысим трехчасовой лимит времени, все будет в порядке! Просто… Просто доверься мне, ладно?» Вздохнув, Протей улыбается ему. «Я доверяю тебе, Солара.»

* * *

«Надеюсь, ты понимаешь, что все это — бред полный!» — после длительного нахождения в окружении всевозможных гаджетов и изобретений Протея, Солара просто не может удержаться от комментария. Протей, усмехаясь, хватает немного редстоуновой пыли: «Да ладно, Сол, это не так уж и сложно!» «Это определенно так! Это что-то вроде… ну, не знаю, того человеческого ракетостроения?» — Солара возвращается, указывая на мини-гору сундуков и воронок перед ним. — «Вот это все к примеру. Почему твоя система хранения должна быть такой сложной, простой сундук-монстр вполне бы подошел!» «Сундук-монстр — это ужасная система хранения, и мне жаль беднягу, который сказал обратное» — Солара в ответ лишь глаза закатывает, а Протей тем временем становится на колени и щелкает рычагом. — «А теперь, это включит машину, и ещё, не мог бы ты передать мне… передать мне вон тот шалкер?» Кивнув, Солара подходит к тому месту, где на земле стоит фиолетовая коробка. Они погружаются в рутину. Они встречаются каждые несколько недель, чтобы избежать подозрений. Их письма продолжаются, как обычно, заполняя пустоту между их встречами. Протей решил создать код для их встреч на всякий случай. Дело не в том, что они не доверяют Флоре и Данте, это скорее сценарий «на черный день», необходимая предосторожность, защищающая их всех. До сих пор это работало, и Солар просто не мог не радоваться этому. Ему нравится каждый раз, когда они с Протеем встречаются, каждая минута, которую они проводят вместе. Он уверен, что они никогда не смогли бы узнать друг друга так хорошо, если бы встречались только во время затмений! Например, как хмурятся брови Протея, когда он на чем-то сосредотачивается, или как его усы слегка шевелятся, когда он пытается сдержать смех. Или, возможно, любимая вещь Солара, то, как сияют его глаза, когда Протей счастлив. Как сама луна… «Солар!» Резкий крик врывается в его мысли, когда его внезапно хватают за одежду, заставляя удержаться в вертикальном положении. Солар испуганно моргнул, глядя в глаза не кому тому, как Протею, который будто схватил его в крепкие объятия. В замешательстве Солар оглядывается и замечает откинутый гаечный ключ, а потом медленно, как бы не слишком уверенный в том как ему вообще реагировать, возвращает свой взгляд обратно на Протея. Бог Луны тут же отводит полный немой паники взгляд, начиная бормотать извинения и пытаться объясниться, его щеки окрашиваются в румянец. «А… ты чуть-чуть не споткнулся, так что, мне… я тебя поймал» Собственные щеки Солары становятся нежно-пунцовыми, уши начинают немилосердно гореть. «О-о… ну, спасибо! Думаю, падение было бы довольно болезненным». (На самом деле, в худшем случае он бы оцарапал локоть или что-то в этом роде.) Протей кивает в ответ, и какое-то время они оба будто бы застывают. Солнечный бог смотрит в глаза собеседнику, и ему кажется, что он смотрит в отражение самого ночного неба. «П-Боже мой, мне так жаль!» — Протей внезапно отстраняется, выглядя прилично взволнованным. Просто так транс рушится, и Солара моргает, его окружение возвращается к нему. Так… они посреди мастерской Протея, и он должен был доставить ему этот шалкер. Слегка кашляя, Солара тепло улыбается ему: «Все в порядке!» Оборачиваясь, его глаза бегают в поисках коробки. «А! Здесь!» — восклицает он и наклоняется, чтобы схватить, а потом, следовательно, передать Протею. — «Один шалкер! Ну вот.» «Спасибо.» — бормочет Протей, и их пальцы слегка соприкасаются, когда Солара передает ему. Сердце пропускает удар. «А теперь смотри, как происходит волшебство!» — восклицает лунный бог, засовывая коробку с шалкером в сортировщик. Но внимание Солара приковано отнюдь не к машине.

* * *

Солара влетает прямо через окно, в комнату Протея, и с громким стоном приземляется на кровать. Протей встаёт из-за стола и подходит к Солару, сидящему на краю кровати. «Тяжелый день?» — он спрашивает. Голова Солары уткнулась в подушки Протея, заглушая его ответный стон. «Все хорошо?» — Протей вздрагивает в ответ, положив руки на колени, и смотрит на другого. Крылья Солара расправлены, в позе ни единого намека на напряжение. И он действительно отдыхал, лёжа поверх одеял. Протей в свою очередь терпеливо ждёт, зная что, когда бог солнца будет готов, он заговорил. А до тех пор он просто предложит ему свою компанию. И в конце концов Солар все же поднимает голову с подушки: «Если я получу еще одну лекцию от Наблюдателей о моем поведении, я просто не выдержу, Протей!» — наконец произносит он, и Протей на секунду закрывает глаза. «Они читали тебе лекции?» — удивленно спрашивает он. Похоже, что из всех богов Солара больше всех контактировала со Стражами, кроме Аластера, конечно. Но это в основном потому, что Аластер — тот, к кому они идут первыми, когда дело касается Солары. Со стоном Солара переворачивается и теперь лежит на спине. Ему нужно немного пошевелить крыльями, чтобы устроиться поудобнее, прежде чем он хмуро уставился в потолок. «Это не первый раз. В прошлый раз они даже добавили «наказание», можешь в это поверить?!» Протей осторожно устраивается рядом, что на деле не так просто, как может показаться. Его ноги практически свисают с кровати, а голова чуть ниже подушки. Бог луны аккуратно вытягивает руки, чтобы сложить их на груди, наконец устроившись как можно удобней. Он смотрит в потолок вместе с Соларом. «Наказание?» «Ммм, они положили обсидиан над всеми моими сундуками просто потому, что я взял немного больше, чем должен был» — Солар ворчит в ответ. — Но это не главное. Теперь они достают меня из-за моих шалостей! Говорит, что они «незрелые» и «неподобающие богу солнца», хотя раньше с ними проблем не было». Он фыркает, и Протей хмурится. «Что-то случилось с последним твоим розыгрышем? Что это было… А! Тележки, так ведь?» Солара выглядит немного застенчивой: «Да… ну, ладно. Может быть, я чуть не разрушил часть храма Медея…» — признает он, и прежде чем Протей успевает ответить, спешит добавить: «Но я сказал Медею, что помогу ему исправить это! И его это вполне устроило!» Слабо посмеиваясь, Протей качает головой. «Иногда ты слишком рискован, Солар» — он хмыкает самому себе. — «Я понимаю, почему Наблюдатели могли быть недовольны тобой. Но они уже должны знать, что за твоими шалостями никогда не стоял какой-нибудь злой умысел». «В яблочко!» — восклицает Солара, вскидывая руки вверх. Он тихо вздыхает, осторожно касаясь своей головой головы Протея. — Извини… мы можем просто… немного полежать вот так вот? Голос у него тихий, застенчивый. В его голосе слышится оттенок уязвимости, которого Протей никогда не слышал раньше. От этого внутри разливается тепло. «Конечно.» — он отвечает, его голос чуть громче шепота. Они лежали так черт знает сколько времени. И на мгновение мир состоял только из них двоих.

* * *

Солнечное затмение приходит как-то незаметно. У Солара, как обычно, кружится голова от волнения. Он надевает свои церемониальные одежды и с нетерпением ждет окончания церемонии. И уходит с Мемфисом, с трудом борясь с желанием бежать вперед, оставить бога красоты позади. Но рука на плече останавливает его. Он оглядывается на Мемфиса, одарившего его непроницаемым выражением лица и порцией внезапно возникшей тревоги. «Мемфис..?» — он поддерживает самое нейтральное выражение лица, чувствуя как сердце забилось с новой силой. Неужели они?.. «Солнышко… — начинает бог, и Солар чувствует, как нарастает этот комок тревоги внутри. — Я знаю, что Наблюдатели доставляли тебе неприятности в последнее время, но пусть это тебя сегодня не беспокоит, ладно?» «.что?» — Солара сбит с толку. Ну… такого он точно не ожидал. «Я знаю тебя с тех пор, как ты был очаровательным птенцом, Солнышко. Я знаю, как ты себя ведешь, когда находишься в состоянии стресса» — Мемфис усмехается, взъерошивая волосы. — «Теперь… Устроишь солнечное затмение с Прото и будешь веселиться во время праздника, хорошо?» Когда Солар стоит рядом с Мемфисом, в груди разливается тепло. Тревога прошлого тает, и на мгновение его охватывает чувство любви к своей семье. Он так любит Мемфиса и других богов, что не может представить жизнь без кого-либо из них. «Есть, сэр!» — он отвечает, улыбаясь, затем его глаза метнулись к голове Мемфиса, и он моргнул. — Э… Мемфис?» «Хм? Что это?» «Ты не снял свою строительную шляпу…» — мягко указывает Солара, глядя на желтую шляпу, из-под которой кое-где выбиваются каштановые волосы Мемфиса. «О, боже мой! Спасибо, что сказал, Солнышко! Иди вперед, я скоро вернусь!» Солар смеется, когда бог отбегает, стягивая с головы строительную шляпу, и продолжает идти. Он достигает Колизея, где уже все собрались, и осматривается в поисках только одного человека. И как только он встречает взгляд Протея, он усмехается. Протей усмехается в ответ.

* * *

Солар считает, что, то, что они знают друг друга из-за тайных встреч, а потом находятся в одном и том же месте у всех на виду, — крайне забавная штука. Конечно, в случае чего, письма будут предлогом такой внезапной «осведомлённости» друг о друге. Затмение происходит без проблем, и при первой же возможности Солара исчезает в толпе богов и богинь, чтобы найти Протея. Он ныряет между людьми, то и дело уворачиваясь и наклоняясь, чтобы не удариться головой о чью-то руку. В спешке он до чертиков пугает Данте, чуть не споткнувшись о него. Смеясь, бог солнца торопливо извиняется и продолжает бежать. Восхищенный вздох покидает его, когда он замечает Протея, разговаривающего с Медеем. Поэтому он решает врезаться прямо в лунного бога с широкой улыбкой и криком его имени: «Протей!» «Чрт! Привет, Солар» — Протей весело здоровается в ответ, придерживая рукой меньшего бога, чтобы тот не упал. «Здравствуй, Сола!» — Медей здоровается, с удовольствием наблюдая за обменом приветствиями. — Да ты взволнован!» Солара смотрит на Медею, замечая большую шляпу на его голове. И едва может сдержать улыбку на своем лице. «Конечно! Хотя… мне кажется, или твоя шляпа обновилась?» — спрашивает он, приподняв бровь. «А, ты заметил! Ну, друг мой, моя шляпа теперь уже не такая маленькая! Нравится?» Медей хмыкает, с присущим ему самодовольством ухмыляясь Солару. «Выглядит великолепно, супер модно» Солар отвечает посмеиваясь. Он и Протей переглядываются. «Я одолжу Протея на минутку, если не возражаешь?» — он спросил. Медей поднимает руки вверх, отступая назад. «Нисколько! Он весь твой, Сол!» Хотя его выражение меняется, становясь более неуверенным: «Могу я… позже поговорить с тобой кое о чем? Это важно.» «Конечно!» — Солар отвечает, прежде чем потянуть за собой Протея. Как бы ему ни было любопытно, о чем Медей хочет поговорить с ним, придется подождать. Он на задании! Он ценит то, насколько все всегда понимают, когда дело доходит до дней затмений. Однажды ему случайно довелось услышать, как Аластор договаривался со всеми о том, чтобы оставлять Солара и Протея наедине во время празднования, чтобы давать им время увидеться друг с другом. Он это очень ценит. «Солар, помедленнее! — восклицает Протей, когда Солара тянет его за руку. — У меня длинные ноги!» Но он смеется, и Солар смеется вместе с ним. «Тогда ты вроде как должен не отставать!» — кричит он через плечо, взмахивая крыльями от волнения. Солар легко находит проложенный на земле и вскоре они выходят на небольшую, окруженную деревьями, лесную поляну. Солар останавливается, давая Протею время отдышаться. Их руки остаются сцепленными, пока они стоят там. «Где это мы?» — спрашивает бог Луны, оглядываясь на всю окружающую их природу. «Я нашел это место несколько дней назад. Мы могли бы спрятаться здесь ненадолго.» — Солара отвечает глядя на небо, проглядывающееся сквозь листву деревьев вокруг. Неподалеку слышны редкие всплески рыбы о гладь пруда неподалеку. «Красиво.» — Протей вздыхает оглядываясь. С деревьев свисают виноградные лозы, на ветках сидят редкие птицы. И тут Солара протягивает ему руку, и Протей пристально смотрит на него. «Потанцуешь со мной?» — он спрашивает, и, о Светила, как Протей может отказать ему? «Должен предупредить, я могу отдавить тебе ноги!» — маленькая шутка, от которой Солар не может не улыбнуться. «Мы пересечем этот мост, и тогда доберемся до того места.» Протей усмехается, обнимая Солара за талию. Он притягивает его близко, так близко, что между ними почти нет места. Солар кладет руку ему на плечо, а Протей переплетает их пальцы. В глазах лунного бога сквозит едва заметное напряжение. В свою очередь, Солар осторожно сжимает чужие пальцы, показывая ему, что все в порядке. Тишина мягко окутывает танцующих. Солар делает к нему еще один шаг, окончательно сокращая расстояние. Сердце Протея замирает, а щеки горят. Небесные боги слегка покачиваются в неизвестном такте, и Протей наконец позволяет глазам закрыться. Он позволяет себе упиться ощущением того, что Солар так близко к нему, позволяет себе насладиться легким запахом подсолнухов, чувством солнечного тепла, исходящих от Солара. На губах лунного бога появляется легкая улыбка. Пока они танцуют, мир исчезает вокруг них. Единственное, на чем они сосредоточены, это на друг друге. Звуки дикой природы в лесу становятся приглушенными, и Протей позволяет себе забыться. На мгновение он забывает, что этот момент подходит к концу. Он забывает, что они боги и что они связаны долгом. На мгновение он притворяется, что он просто Протей, а Солар — просто Солар. На мгновение он делает вид, что они просто сами по себе, и ничего больше. Они просто сами танцуют вдвоем в лесу, подальше от посторонних глаз. Внезапный возглас вырывает его из мыслей, заставляя вернуться к реальности. Кинув быстрый взгляд им под ноги, Протей тут же отскакивает от Солара, бормоча извинения. «Чёрт, прости, мне так жаль!» — он резко останавливается: «Хотя я предупреждал!» «Ничего, я тебе еще припомню!» — Солар смеется, толкая его плечом. «Эй!» — Протей смеется, с легкой ухмылкой толкая того в ответ. «О, вот как!» — Солара хихикает, снова толкая его. Протей делает быстрый шаг назад, в попытке уклониться, но торчащий из-под земли корень пресекает все неловкие попытки. Зацепившись, он падает, увлекая за собой и Солара. Вместе они падают с небольшого холма. И наконец остановившись, с какой-то нерешительностью смотрят на друг друга. В них уже не осталось ни малейшей толики серьезности. Протей делает слабую попытку выбраться из-под взлохмаченного, испачканного (как и он сам) Солара. Их взгляды встречаются снова и Солар смеется. Все громче и громче, заразительней. Протей смеется вместе с ним, не обращая внимания на лезущие в рот и в глаза волосы, боль в спине. «Думаю, я определенно собираюсь инвестировать в уроки танцев» — как между прочим говорит Протей. «Хорошая идея.» — голос Солара хриплый от ели сдерживаемого смеха. Над головой солнце начинает выходить из-за луны. Медленно яркое лунное сияние заполняет пространство. Протей смотрит на это с чистым трепетом. «Он выглядит красиво вот так… в лунном свете» — думает он. Солар, кажется, замечает его пристальный взгляд, и его лицо приобретает нежный красный оттенок. Острые края его улыбки смягчаются, она становится меньше, уязвимей. Одна из рук Протея касается его щеки, и сердце Солары замирает. Он хочет поцеловать его. Он хочет почувствовать вкус его дыхания. Он перестает дышать и наклоняется поближе, но резко замирает в нескольких дюймах от его губ. «..доверишься мне? В этом?» «Доверюсь.» — отвечает Протей не колеблясь. И Солар больше не медлит, целует его, словно этим поцелуем желая навсегда впитать его слова в свою суть. Такое ощущение, что его мир взрывается чудесным месивом фейерверков и он позволяет себе закрыть глаза, чувствуя, как Протей отвечает. Солар скользит к нему, сильнее прижимаясь к его груди и чувствуя как руки Протея с осторожностью обнимают его сзади. Вместе, они улыбаются и… Вселенная исчезает.