Одно сердце на двоих

Август 1991 года, Москва. Последний месяц лета выдался довольно-таки жарким. По сравнению август, который был в Петербурге и в Москве, это было как Антарктида и Африка. Лето заставляло открывать окна на распашку, чтобы ночью не умереть от нехватки воздуха, а вот утром заставляло проспаться из-за прохладного июньского ветерка в комнату. Так и это утро началось у Гончаровой. Ванные процедуры, чашка кофе, сборы на работу. Очередная утренняя рутина. Сегодня было как всегда, она проходилась по всем пунктам. Предстояло сделать выбор: неожиданно прийти в платье или же не менять традиции и пойти в юбке? Вы поверите в то, что девушка ничего не изменила и пошла как всегда? Правильно, не верьте. Она просто надела платье впервые на работу за все время трудоустройства, решив поэкспериментировать. Средний каблук у туфлей уже цокал в стенах подъезда. Не прогревая машину, Катя плюхнулась в неё, перевернула ключ в датчике зажигания и машина взревела.

***

— Приветик, Люда. Какие новости у нас? — с широкой улыбкой зашла Катя в офис, принеся за свой ветерок со свежим воздухом и своими духами. — Здравствуйте, Екатерина Сергеевна. Да ни каких в принципе, Космоса Юрьевича нету, как и Виктора Павловича, только... — хотела продолжить свою речь секретарша и перечислять работников, как увидела перед собой улыбку и ладонь. — Я поняла тебя, пока отдыхай, — и юрист направилась в кабинет Белова. — Оо, какие люди, будущая таджичка, — начал смеяться директор офиса на весь кабинет, что успешно подхватил Фил. — Чёё? Чё происходит? — непонимающе и с небольшим гонором спросила девушка, приземлившись на стул. — Да у нас ничего, просто говорю, что на тебя вчера Фара то глаз положил, — продолжал гнуть линию друг и отводить взгляд, чтобы не заржать. — Ой, иди ты в пень, ничё он не положил, — развалилась на стуле она и стала поправлять уголки платья, — а где эти, главный экономист и вторая умная голова? Только ей стоило спросить про них, как Витя с Космоса вваливаются в кабинет вальяжной походкой. — Вспомнишь солнце, вот и два лучика, — с усмешкой произнесла Катя и повернулась к ним. По внешнему виду Пчёлкина было не сказать, что он был не совсем ясный лучик: круги под глазами, помятое лицо и растрепанные волосы. Как будто в только что дрался за углом. — Екатерина Сергеевна, вас спрашивают, — влетела Людочка и растерянно посмотрела на девушку. Та встала уже со стула и направлялась к выходу, оставляя дверь открытой. Она подошла к рабочему телефону и прислонила трубку к уху. — Здравствуй, Катерина. Цыганский табор на месте? — послышался голос Фархада по ту сторону телефона. — Ага, а я цыганка что ли? — рассмеялась в трубку Катя и переступила с ноги на ногу. Из холла доносился её звонкий смех и каждый из парней слышал это. Особенно Пчёлкин, который шариковой ручкой стучал по тумбочке, стоявшей около кожаного дивана. С каждым разом слыша, как Гончарова кокетливо разговаривала явно с противоположным полом, все больше стучал ручкой и не отрывал взгляда с пола. Через несколько игривых фраз она зашла обратно в кабинет, присела на диван, взяв в руки первый попавшийся журнал. — Кто звонил? — пытаясь не выдавать свою уже постепенно подгоравшую жопу, Витя повернулся к ней с нахальной улыбкой. — Давний знакомый, — перелистывала девушка страницы журнала и не замечала ничего вокруг. Почти не замечала, если не считать её бокового зрения. Саша из подлобья смотрел на эту картину, оторвавшись от бумаг. Интересней тут, чем какие это договора подписывать. Космос как бы не заметно крутил в руках сигарету, делая вид, что он смотрит только в окно, а не на пару. Валера облокотился сверху Саши на его стол, глядел внимательно в бумажки, а сам то и дело, что грел уши. — И на сколько давно этот давний знакомый тебе знаком? — не унимался парень, поднял немного руку вверху для того, чтобы пригладить свои волосы в идеальную укладку. В итоге все равно копна золотистых волос не поддалась укладе. — Слушай, Пчёлка, может мне тебе учебник русского подарить для начала? Научись предложения строить, — встала медленно со своего места Катя обернулась к нему с улыбкой, — а потом уже моими личными знакомыми интересуйся. И через пару шагов в кабинете Белова от неё остался лишь запах духов. Витя почесал затылок и резко мотал головой, виня себя за то, что он не учил русский в школе. Сейчас сидел, да продолжал бы язвить с Гончаровой, а не улавливать носом уже развеявшиеся её духи в воздухе. Трое парней тут же быстро закопошились и продолжили свою работу. Фара так и не соизволил приехать в Курс Инвест на протяжении всего дня. Катя уже собиралась домой, как мобильник, лежавший на столе, зазвенел. Банальное «Алло» сказала девушка, прислонив трубку к уху. — Катька, ты мне нужна. Срочно приезжай в мебельный магазин на Арбат. Всё, ничего не знаю, жду, — вымолвила быстро Оля и сбросила трубку. — Не ну нормальная вообще? — задала вопрос видимо стенке она и, подхватив свою сумочку, быстро вышла из кабинета.

***

Каблуки были слышны по всему магазину. Катя мотала головой во все стороны в поисках подруги. А точнее быть подруг, так как во время диалога по телефону она услышала лепет Макаровой. — Катька, ну ты чё так долго то? — только вспомнила про них девушка, как увидела перед собой Дашу с Олей, а рядом с ними консультанта магазина. Девушки обнялись в знак приветствия и посмотрели на работника магазина. Он был настолько усталым и замученным, наверняка две девушки намотали с ним по несколько кругов в доль и поперёк мебельного магазина. — Мы тебя вызвали для того, чтобы определиться в выборе кровати, — начала Оля и отняла у консультанта брошюрку, находя быстрым темпом нужные варианты. — Я вам чё, буду выбирать кровать, на который вы будете… — хотела Катя ответить в грубой форме, но обратила внимание на парня с бегающими глазами, тут же перехотела, — вы будете спать? — Не будь занудой. Ты не понимаешь, это такой прекрасным магазин, тут вся мебель. Из этого.ну как его там? — защёлкала пальцами Дашка и опять встрепенулась, — из столицы Нью-Йорка, во! — Нью-Йорк город в штатах, а не столица, чукча, — пыталась сдержать смех Гончарова, глядя на недовольную подругу. Сидела Белова с подругой до приезда Кати два часа, и по приезду сидели теперь уже трое, не зная что выбрать. У одной разбегались глаза на то, за то у остальных падали тут же глаза на ценник, который неприятно кусался. В итоге, три подружки остановились на одном из предложенных консультантом вариантом. Можно к слову консультант добавить прилагательное бедный, потому что он бегал за девушками, выбирал и подбирал все возможные идеи, что бы его уже оставили в покое. — Мда, хорошо ты обанкротила семейный бюджет, Белова, — обратилась Катя к Оле, выходя в магазина. Девушка настояла на том, чтобы она развезла их по домам. Гончарова была уверена, что дома будет серьезный разговор между Сашей и Олей из-за «необговоренной» покупки. Выпроводила она своих подруг и в одиночестве с музыкой Татьяны Булановой из автомобильного приёмника поехала к себе домой.

***

Первое совещание за целый день так бесило Катю, что это просто не описать словами. Какой идиот придумал ставить так называемое заседание в конце рабочего дня? Естественно, Белов. — Люд, передай эти бумажки Александру Николаевичу лично в руки. Я попозже сама подойду к нему, — вручив секретарше стопку бумаг, Гончарова решила подышать воздухом. Все таки в последних днях августа чувствовались уже нотки осеннего настроение. Уже не дул такой тёплый ветер, как майскими или же июньскими вечерами. Катя делала каждый шаг, наслаждаясь последними деньками перед золотистой порой. Отойдя немного от офиса, она посмотрела на окна компании. Ничего особенного: оконные рамы, за которыми висели занавески. В окне кабинета Белова дернулась шторка, а за ней показался он сам. — Перекур решила устроить? — прокричал парень подруге и облокотился об подоконник, — смотри, не прозевай, а то приедут заседатели. — Да иду я уже, принцесса из высокой башни, — засмеялась Катя и направилась ко входу, — тебе только длинных волос не хватает, а так все соответствует. Как Саша и думал, через несколько минут подъехал Москвич, из которого вышли двое парней в черных кожаных куртках. Гончарова внимательно проводила взглядом их до входной двери, и вскоре отошла от двери. — Жим-жим, Гончарова? — спросил нахально Пчёлкин, расстегнув пуговицу своего пиджака, рассевшись на стуле. — Не дождёшься, — скривила она лицо и присела на стул в ожидании жалованных гостей. Дверь распахнулась и в кабинет вошли двое посетителей. Валера предложил им присесть на свободные места, на что те культурно отказались. Витя сорвался со своего места и прошел Саше за спину, оперевшись на его кресло. — Оружие есть? — порой строго спросил он, на что получил положительный кивок, — сдай. Катя усмехнулась своим каким-то мыслям и посмотрела на важного Витю. Тот внимательно рассматривал ствол, а вскоре положил подальше от хозяинов. Саша зорко наблюдал за каждым действием гостей, держа сигарету между двух пальцев. — Ну вы присаживайтесь, рассказывайте, зачем жаловали, — перекинув ногу на ногу, сказала девушка. — Вы с чеченами чё-то не поделили, у вас проблемы. Я вам зачем нужен? — спросил наконец Белый. — Ну, мы… Это, Александр Николаевич, долю принесли, — вымолвил парень, имя которого позже объявиться Максим Карельских. — Да долю то за что? — Гончарова потянулась за тремя пачками долларов, перелистывая каждую купюру. — Ну… Ну, как, в знак уважения. В общем, мы хотели, чтобы нас приняли к себе и дали право ссылаться на вас при решении разных там вопросов, — наконец-то рассказал свои условия Макс, запинаясь чуть ли не на каждом слове. Саша заинтересовался таким предложением, потому и начал задавать вопросы. — Служил? — неожиданный вопрос прозвучал из уст Белого. — Было дело, сначала под Кандагаром, в спецназе, потом в Таджикистане прапором, уволен по ранению, — было видно, что такие рассказы подкупают Белова и даже очень быстро. Дальше по вещанию Карельского хозяин Курс Инвеста узнал своего наверное сослуживца или знакомого. — Ладно, считайте, что вы работаете с нами, — Саша протянул руку гостям и победоносно улыбнулся. Катя резко повернула голову в сторону друга, недоуменно глядя на него. Распрощавшись уже со своей братвой, Белов откинулся на своем стуле. — Не очень ли ты поспешил, Белый? — повернулась теперь на все девяноста градусов Гончарова к нему. — В самый раз, разве ты думаешь, что я пожалею об этом? — переспросил он у неё, а та лишь закатила глаза, — Пчёл, позвони Филу, пускай пробьют пацанов, узнают кто чего, чем дышат.

***

— Да всё, Дашка, я взяла солнцезащитный крем. Бывай, — палец Гончаровой нажал на кнопку сброса звонка. И она принялась дальше укладывать чемодан, который никак не хотел застегиваться. Валера предложил всем поехать вместе с ним на съёмки в Ялту. Только он будет не отдыхать, лежа на горячем песочке, а каскадёрить. А все остальные будут действительно отдыхать. У Беловых наверняка продлится ещё на неделю медовый месяц. Оля конечно всячески не хотела ехать, но законный муж и не спрашивал её хочет она или же нет, а просто взял два билета, решив все за неё. Подружки в отсутствии Гончаровой планировали, что в Ялте они точно должны сделать курортный роман для неё. Знала бы она про это, точно бы каждую казнила по очереди. Вот Катя сидела и крутилась на этом ненавистном чемодане в попытках застегнуть его. Вроде взяла же немного на неделю и только самое нужно, а молния каждый раз расстегивалась. — Твою ж маму, кто придумал этот идиотский чемодан? Руки бы поотрывать и выбросить, — пыхтела девушка, еле-еле застегивая этот баул. Застегнуть до конца и выполнить свою цель её прервал телефонный звонок. — Да, алло? — еле переводила в трубку дыхание она и услышала знакомый мужской кашель, — Пчёлкин, ты что ли? Давай говори быстрее, мне некогда. — Ялта отменяется, — серьезно сказал он, ходя у себя в квартире, находившейся в центре Москвы, и выкуривая сигарету. — Если ты пошутил, это не смешно. — Я серьезно, Гончарова. Горбача нахер скинули, — в его голосе послышалась серьезность, только уже в два раза больше, чем была раньше, — не выходи из квартиры ближайшие три дня, я тебе потом позвоню. И сбросил трубку. Как гром среди ясного неба, ей богу. Девушка быстро набрала номер Белова, и вместо приветствия выпалила свой неунимающийся вопрос. Правда, это была абсолютна чистой воды правда. Потому что не могут два человека врать одновременно. Гончарова присела на кровать, положила трубку на матрас, глядя в одну точку. Теперь в стране будут настоящие сильные изменения. Только каждый мирный гражданин не знал в какую сторону пойдут эти изменения - в хорошую или же не очень?