Сосед

— Итак, почему Чичиков скупал мёртвые души? — вальяжно развалившись на кресле, спросил у класса рыжий. — Ацуши? — Из текста понятно, что его основной целью была женитьба, однако без определённого количества крепостных душ, то есть определённой степени богатства, ему это будет сделать затруднительно, — парниша учился прилежно, схватывал всё на лету и в целом был смышлёный малый. — Верно. Почему автор расположил именно в таком порядке помещиков? Как вы думаете? В классе повисла неловкая пауза. — Понимаю, на этот вопрос ответить сложно, поэтому я вам помогу. Первым у нас идёт Манилов. Какова была его жизнь, может смысл жизни? — Ну… Он дорожил семьёй, но в принципе был хозяином так себе, — Акутагава постукивал пальцами по гладкой поверхности парты. — Ага, то есть? — Манилов — мечтатель. Ничего годного он не делал, хотел, но не делал. Был увлечён своей женой, едой, детьми, чем угодно, но не хозяйством. — Всё правильно. Если бы оценили его по шкале от 1 до 10, что бы поставили? — 7? — Как знаете. Что насчёт Коробочки? — прозвенел звонок. Весь урок они дочитывали «Мёртвые души», именно по этой причине не успели разобрать персонажей. — Ладно, на дом: сравнение Манилова и Коробочки. Можете сделать в виде таблицы, можете просто расписать каждого, но чтобы завтра тут, — преподаватель показал на место возле себя. — мне рассказали всё, что смогли о них разузнать. Вызывать буду каждого. Ясно? — Да, до свидания. Накахара закрыл книгу и направился к выходу следом за учениками. Прикрывая дверь, он встретился с Осаму, который хрен знает где ошивался 3 урока. — Как успехи? — Всё отлично, а вот ты где был? — Да так, спрашивал у друга несколько советов, ничего особенного. Можно спросить? — Пф. Валяй. — Прикасаться же можно? — Э… — Чуя поначалу не понял, о чем речь, но быстро допер. — Эм, объятия, поглаживая приемлимы. — Отлично, я пошёл. — Куда? — голубоглазый перегородил путь шатену, топая ногой и облокачиваясь о стену. Архитектор ухмыльнулся и приблизился к лицу оппонента. — За цветами~ Последний урок. Чуя скучающе разглядывал шестиклассников, что неохотно зачитывали свои сочинения. В двери показался кареглазый. Класс замер. — Чуя~солнышко, это тебе, — протягивая букет белых хризантем, заулыбался парень. Накахара без колебаний принял подарок и ухмыльнулся. — Всё хотел тебя спросить, почему я солнышко? — Ты свет в моей жизни, развевающий тьму и холодность этого мира~, — элегантно склоняясь перед преподом, Дазай поцеловал белую ручку, что обвивали нежно-голубые вены. — Хм… Да? А я думал, что просто слишком горяч, — сверкнул глазами учитель. Осаму чутка поперхнулся воздухом и поспешно отвернулся, прикрывая рукой лицо. — Ребята, прошу прощения. Можете продолжать, — Чуя лучезарно улыбнулся, ставя букет в вазу, наполненную водой. В последнее время подарки в виде цветов участились, поэтому педагогу пришлось принять такие меры. Весь их дом был усыпан в плюшевых игрушках, растениях, шоколаде и кое-чем другим. Пара частенько эксперемнтировала в постели, поэтому некоторая одежда валялась на полу. Благо, рыжий всё же убирал беспорядок, вот только случалось так, что времени попросту не было ни у кого. Один раз в зале герои обнаружили бутылки вина и рубашки, испачканные во всём, в чем только можно. Но это уже другое. Дети слегка прифигели, но быстро взяли себя в руки. Конечно, нашлись индивиды, шептавшиеся о случившемся прямо перед носом влюблённых. — Кто следующий? — грозный взгляд пал на девочку, которая, не стесняясь, хихикала с подружкой. Шестиклассница вздрогнула. — Я жду. — Эм… Можно я завтра принесу? — А мне завтра оно зачем? — голубоглазый скрестил руки на груди и выгнул бровь. Осаму подошёл сзади. — Чу~да ладно тебе, она 2 напишет. Напишет ведь? — Да, всё верно! Только тему дайте, — зеленоглазая блондинка с надеждой посмотрела на учителя. — Хорошо, буду ждать. А теперь ты, — Накахара обратился к шатену. — А что я то? Чуя оттащил подальше парня и прошептал: — Может хватит раздевать меня глазами? Я знаю, что запретный плод сладок, но это не повод фантазировать, ты всегда можешь обратиться ко мне со своей «проблемой», — тонкие руки прошлись по ровному ряду пуговиц рубашки в голубую вертикальную полоску. — Знаешь, Чуя, это ты меня соблазняешь. Моя реакция на тебя подобна реакции ребёнка на шоколадный торт, — легко растянув губы в улыбке, накручивал прядь медных волос себе на палец Дазай. — Ох, неужели? Мне кажется, или в комнате стало жарко? А нет, это твоя улыбка греет мне душу, — в ответ на это Накахара потрепал макушку возлюбленного. — Мы так и будем флиртовать? — А почему нет? Твой голос, как моя любимая песня: хочется слушать вечно, — голубоглазый, наконец, отошёл от парня и продолжил вести урок.