Сердца, опалённые жизнью

19:45. Фалько лежал головой на коленях Кристы и периодически засыпал. Ожидание протяжённостью в три с лишним часа далось ему тяжело, окончательно сморив. Девушка держала руку на его боку, прежде накрыв юношу своим пальто, а себе на плечи кинув шарф. Не обращая внимания на изредка мелькавших перед ней врачей, она застыла в одном положении, склонившись на стену. Припустив веки, она изредка гладила Фалько по голове, слыша, как он иногда тихонько сопит, вероятно, уснув. Неожиданно из операционной, в которой был Райнер, медленно вышел невысокий щуплый врач и, снимая маску с лица, в то же время обратил взор на Кристу. Увидев его, она осторожно выпрямилась, чем невольно разбудила Фалько. В полудрёме поднявшись, он провёл ладонью по лицу и посмотрел на врача – его лицо озарилось усталой улыбкой. - Жить будет. Состояние стабилизировалось, контролируем. Так что, всё самое страшное позади. Рана, конечно, серьёзная, благо – копы вовремя подоспели. А вот его напарнику не повезло. В упор выстрелил прямо в сердце, - весть о спасении Райнера побудила Фалько обнять Кристу со всей мочи, однако упоминание о гибели Армина вызвало у девушки противоречивые чувства. Глядя в глаза доктора через плечо юноши, она горько заплакала, одновременно и радуясь, и скорбя. - Тот, который умер, мой брат, - произнесла она содрогающимся голосом, чем заставила врача избавиться от довольной улыбки. Сочувствуя взглядом, мужчина неохотно спросил: - А второй? - Жених, - ответила Криста, тяжело вздохнув. Отринув от девушки, Фалько обратил лицо к врачу и развернулся всем телом, взяв Райсс за руку, словно боясь потерять связь с ней. - Спасибо, доктор. Это неоценимо. Пожалуйста, помогите ему выжить. Он единственный, кто у меня есть. Ну, кроме неё, конечно, - взволнованно проговорил юноша, ободренным взглядом на мгновение окинув девушку. Не в силах сдержать слёзы, Криста закрыла рукой лицо, опустив голову, весьма тронутая осознанием, что важна Фалько наравне с Райнером. - Спасибо. Спасибо… - искренне, задыхаясь от избытка эмоций, поблагодарила она обоих и сжала в своей ладони крепкую горячую руку. Неделю спустя. Вторник, 11:35. - Сэр, то есть, вы утверждаете, что ничего не знали о делах Вашего сына? И в прошлый раз, когда я почти поймал его, не имели представления о том, чем он занимается? – едва сдерживая раздражение в голосе, спросил Леви, исподлобья глядя на Рода Райсс, который надменно высоко держал голову, пронизывая старшего следователя холодным взглядом. Проводя допрос уже как минимум полчаса, Аккерман то и дело старался подловить его на лжи, которой он категорично опровергал своё покровительство относительно злодеяний Арлерта. Леви с горечью осознавал, насколько безуспешны его попытки уличить безнесмена, однако профессиональная закалка не позволяла сдаваться так скоро. - Абсолютно. Мне было позволено знать исключительно о его официальном бизнесе. Узнай я о преступности, в которой он погряз – убил бы собственным руками. А в тот раз я отказался верить, что мой сын способен на подобное. Я был полностью уверен, что его оклеветали. У Армина было достаточно конкурентов и недоброжелателей в городе и за его пределами. Его рестораны пользовались большим спросом, как, собственно, и клуб, - непоколебимо ответил Род, на протяжении всей своей утвердительной речи не отрывая глаз от Аккермана. - Врёшь, - громко ударив кулаком по столу и едва не переходя на личности, дерзко ответил следователь, на что сидящий рядом Йегер тихо поправил его: - Леви, прошу, - бросив на младшего по званию суровый взгляд, мужчина откинулся на спинку кресла и, оперевшись о подлокотник, пальцами коснулся губ. Сверкающими гневом глазами прожигая Рода, он замер в таком положении и, бросив мимолётный взор на его адвоката, наблюдающего с явным напрягом за старшим следователем, произнёс: - Пока свободны, - не задерживаясь на месте, Род кинул на предплечье до того лежащий на коленях пиджак и, не обращая внимания на окружающих, вышел из кабинета вместе со своим адвокатом. Продолжительно глядя на старшего коллегу, Эрен едва заикнулся сказать, но при виде обращённого на себя хищного взгляда, сгоряча предложил: - Может, виски, а? По чуть-чуть? Снять напряжение, – блёклой улыбкой надеясь задобрить Леви, он пронаблюдал, как тот резво поднялся из-за стола и, схватив с вешалки свой плащ, вышел за дверь. 14:55. Сидя на стуле рядом с койкой, на которой находился Райнер, Криста лежала головой на его ногах, накрытых одеялом, глядя в окно. Сцепившись пальцами с ним, она сказала: - Может, всё-таки попросить отца?.. - Нет, Крис. Не надо. Я всё решил, - перебил Райнер, большим пальцем слегка поглаживая бархатистую поверхность миниатюрной женской руки. Поднявшись, Криста обречённо посмотрела на него, чем привлекла болезненный взор, обрамлённый тёмными кругами, но вопреки состоянию - бесконечно любящий. - Знаешь, у меня уже слёз не осталось. Как-то ещё кровь из глаз не идёт, - обиженно ответила она, лишив внимания Райнера. Огорчённый услышанным, он заметно поник в лице. Вид бледной кожи Райсс, изрядно контрастирующей на фоне траурной гиперчёрной одежды, давил на парня. Однако слабый огонёк в её бездонных глазах, появляющийся каждый раз при взгляде на него, придавал ему сил и надежды на лучшее. По-прежнему твёрдо настаивая на своём, Браун произнёс: - Это испытание, которое нам с тобой выпало пройти. Я не настаиваю на том, чтобы ты ждала меня из тюрьмы… - привлечённая горькими словами, Криста пронзила Райнера возмущённым взором и, задержав дыхание, чтобы не зареветь, опустила глаза на руку парня, держащую её ладонь. Заметив проблеск влаги в глазах Райсс, он отвлёкся на окружение, чувствуя нарастающее волнение. Неожиданно для обоих, дверь в палату открылась и, нарушивший уединение двоих врач сказал, глядя на Райнера: - Следователь пришёл на допрос, - пропустив Аккермана вперёд, доктор строго напомнил: - Будьте, пожалуйста, аккуратнее. Пациент ещё очень слаб, - обратив на себя взор симпатичной большеглазой блондинки, Леви поздоровался и, невольно засмотревшись, как она неохотно отпустила руку Райнера, прежде поцеловав, пронаблюдал её уход из поля зрения. Оглянувшись вслед, сотрудник полиции заметил внимательный тревожный взгляд Кристы, позже скрытый дверью, и задумчиво приземлился на стул рядом с койкой.