Жизнь моментом

      Майк пялился в экран телевизора, стараясь уловить суть происходящего в фильме, но странное чувство беспокойства червём ползало у него в печёнке, от чего делалось неуютно. Что-то тяжёлое давило Майку на грудь, мешая спокойно дышать.       Боковое зрение вдруг заметило что-то жёлтое. Майк повернул голову и вздрогнул — на диване рядом с ним вальяжно развалился жёлтый медведь с фиолетовой бабочкой и цилиндром. Пустые чёрные глазюки уставились прямо на Майка. От жуткого взгляда медведя сделалось не по себе.       Майк поднялся с дивана, схватил игрушку и поплёлся на второй этаж. Подойдя к белой деревянной двери, Майк неуверенно затоптался на месте, не решаясь войти. Он чувствовал, как всё в этом доме смотрит на него: обои, часы, фотографии в рамках, жёлтый медведь.       Жёлтый медведь…       Майк ещё раз тяжело вздохнул и, словно приготовившись к прыжку в холодную воду, распахнул дверь. Комната оставалась такой же. Такой же, какой и день, неделю, месяц, год назад… Белый деревянный шкаф, синий ковёр и комод с одеждой, большая кровать с аккуратно застеленным бельём (смысла в этом не было — в комнате давно никто не живёт). На полу до сих пор валяются игрушки, покрывшиеся приличным слоем пыли. В эти игрушки не играли уже много лет. К их компании тут же присоединился Фредбер, которого Майк, не глядя, кинул и поспешил ретироваться. С этой комнатой связано много воспоминаний, отнюдь не самых хороших.       Майк вернулся к просмотру фильма. Через полчаса зашёл на кухню попить воды — медведь сидел на столешнице возле графина с водой.       — Да что ж ты будешь делать.       Мужчина грубо схватил игрушку (были бы у неё кости, они бы хрустнули) и быстрым шагом направился на второй этаж. Забравшись на чердак, он снова отправил медведя в полёт прямиком в пугающую темноту и закрыл дверь чердака на шпингалет.       В следующий раз Майк обнаружил его в ванне, когда шёл умываться перед сном. Медведь полетел из окна на соседний участок в кусты.       С грохотом закрыв окно, Майк еле заметно рыкнул.       — Я не вернусь туда, даже не мечтай, — Майк сплюнул пасту в раковину и плеснул холодной водой в лицо.       Постояв пару минут, опираясь о раковину, мужчина твёрдо решил, что ни за что не станет вестись на провокации этого тупого медведя. Вообще-то, они хоронили игрушку вместе с К…       Имя никак не хотелось читаться в голове.       Вернув себе прежнюю надменность, Майк вернулся в комнату и, громко выматерясь, с размахом открыл дверцы шкафа, выискивая более менее приличную одежду — медведь ждал его на кровати.       Войдя в заброшенное здание, сделалось неуютно. Бумажные вывески «С днём рождения!» до сих пор висели на потолке, чудики из бумажных тарелок и ленточек провожали мужчину пугающим взглядом. Возле сцены Майку показалась кровь, но стоило моргнуть — она исчезла. Помнится, здесь тоже кого-то куснули. Джереми, кажется. Интересно, не помер ли он ещё?       Майк мотнул головой, отбрасывая мысли об этом в дальний закоулок разума.       — Нельзя жить без лобной доли, — проскакивает в голове собственный голос.       — Удивительно, что человеческое тело может жить без лобной доли, — проскакивает в голове голос того телефонного заики. Такой душнила…       Ещё раз встряхнув головой, что аж звёзды из глаз посыпались, Майк двинулся дальше, светя себе путь фонариком. В технические коридоры. Майк старался наступать только на чёрные квадратики клетчатого пола. Они любили играть в эту игру вместе с Кэс…       Детские рисунки калейдоскопом мельтешили перед глазами, от чего голова пошла кругом. Эхом раздался детский, мальчишеский голос. Разобрать слова Майк не смог, да и не хотел на самом деле. В проёме тенью мелькнул силуэт и пропал так же неожиданно, как и появился. Майк сглотнул и посмотрел вниз. Носок кроссовка наступил на белый квадратик. Сгорел.       Майк прошёл дальше и вышел в заплесневелую комнатушку. Видимо, что-то вроде сервисной: где-то валялись части эндоскелета, на столе покоился ящичек с инструментами.       У дальней стены в тени сидел золотой аниматроник. Вместо левого уха торчали провода, из пустых глазниц на долю секунды мелькнули белые зрачки, а пасть широко открыта, словно аниматроник собирался что-то (или кого-то) укусить.       Майк нервно вздохнул, стараясь утихомирить разбушевавшееся сердце. Выудив жёлтого медведя из кармана худи, Майк бросил игрушку возле ног аниматроника.       — Забирай своего тупого медведя, Кэссиди. И не теряй больше, — грубо причитал Майк и гордо удалился из комнаты, чувствуя, как сердце сейчас выскочит из груди.       Золотой Фредди еле заметно улыбнулся.