Незримые нити

      — Да что ж такое…        Перемазанный в крови почти по плечи княжич Родерик еле отцепился от трупа человеческой девушки. Странный браслет, как будто бы шерстяная нитка, зацепился за застёжки на рукавах главного дознавателя Рееры и мог разорваться, но не отпустить.       — Какая дрянь. Вечно эти люди украшают себя чем-то несуразным.       — Не скажите, ваша светлость.        Старший следователь исингар-жольца приподнял руку девушки и ногтем поддел браслет.       — Это похоже на волосы. А с учётом того, что девочка блондинка, предположу, что это был локон её сердечного интереса.       — Маан, инэ Грасс, говорите проще — любовника.       — Не факт, — старший инарэ был настроен то ли философски, то ли просто относился к людям чуть лучше, чем как к двуногому скоту. — Это памятная вещица, знак любви. Мы подобными аксессуарами увлекались в позапрошлом веке. О, чего только тогда не делали из волос: верёвочки для кулонов, броши с вкраплением полудрагоценных бусин и даже целые кошельки. Не для монет, конечно, а для всякой мелочёвки навроде засушенных цветов, но сам факт… Такое дарили или невестам, или на вечную память, и тогда отстригали локоны у покойников. Я даже помню конфуз в крематории: одного графа родственники чуть ли не налысо обстригли с горя.        Следователь хохотнул, но стушевался под строгим светлым взглядом княжича и тут же смущённо поправил свой котелок, отчаянно ухватившись за фетровые поля.        Впрочем, руку девушки на носилки вернули с прежней аккуратностью. Вряд ли несчастливица со вскрытым горлом и без кровинки в теле оценила жест, но его оценил младший княжич. Однако, как водится, ничего о том не сказал.