Тьма внутри нас

Величественный темный замок возвышался посреди черного, чернильного цвета озера. Вокруг озера стоял лес. Из-за количества деревьев, в лес, казалось, невозможно протиснуться. Небо было хмурым, дул лёгкий осенний ветерок. В таких же темных классах сидели студенты, одетые в черную форму с пуговицами. Одни болтали, другие смеялись, и лишь немногие усердно учились. Неделю назад Колдовстворец встретил своих «детей» скромно, но все студенты были безумно рады сюда вернуться. Девушка с черными, как уголь волосами сидела за одной из парт и устало, безразлично смотрела на доску, на которой что-то судорожно писал преподаватель. Урок тригонометрии не доставлял студентам ни единого удовольствия. Все думали лишь о том, чтобы после этого урока помчаться в столовую и сытно пообедать. Кажется, Боженька услышал мольбы студентов и через минуту прозвучал колокол, давая знать об окончании урока. Получив от учителя домашнее задание, которое студенты естественно не будут делать, они все до единого направились в столовую. Василиса неспеша встала и сложив вещи в сумку вышла из класса. Девушка была высокой, красивой и многие уважали и узнавали из-за ее «громкой» фамилии. Вот только получить уважение преподавателей оказалось куда труднее. Ни власть, ни деньги, ни положение в обществе не волновало строгих учителей, которые ценили совершенно умных детей, стремящихся познать новое. Василиса не относилась к группе ботаников, но ей приходилось сильно напрягать мозги, чтобы относиться к этому кругу «особенных» хотя ей это и даром не нужно. Из-за постоянной нагрузки в виде учебы студенты почти не высыпались или вообще не спали. Так же и Василиса, она смотрела на книги, доску, пергамент, усталыми сонными глазами. Сейчас, шагая по коридору девушка пыталась перекрыть усталость безразличием и у нее это отлично получалось. Зайдя в столовую, Матвеева увидела Диану и Емельяна, и направилась к ним. Сама столовая представляла собой просторное помещение с длинными столами. Отдельных столов факультетов не было, студенты просто смешались, все сидели где хотели. Единственное, что их отличало это значок факультета на форме. Поэтому и Диана с Емельяном сидели вместе, хотя Аверина была на факультете Дажбог, а Емельян на факультете Сварог. На факультете Дажбог учились и тихие, и шумные, и эмоциональные, и спокойные. Человек никогда не догадается, что объединяет всех этих детей, собравшихся на одном отделении. На Сварог традиционно попадают дети, уже в юном возрасте имеющие в душе потребность постоянно саморазвиваются. Студенты Сварога неосознанно тянутся к развитию любого дела. Василиса и Илья были на факультете Хорс. Для студентов Хорса на первом месте был их успех, признание их талантов. Они были трудолюбивы и ради своей цели пойдут на все. Даже по головам готовы пойти. Именно такими видели Илью и Василису, считали их жестокими, но на Хорсе учились и и добрые, отзывчивые студенты. Но все же, стереотипы берут свое. Давид Максимов был студентом Ярилы и очень гордился этим. Студенты факультета Ярила любили свободу и приключения. Они были самостоятельными, харизматичными. Многие видели Давида как бунтаря, невежу, ответственного парня, самого красивого в Колдовстворце. Выйдя из кабинета литературы, Максимов, как и все, отправился в столовую, по пути подмигнув дюжине девушек. Хоть и женская половина школы и была влюблена в Максимова, но девушки этого почти не показывали, лишь изредка кидая на него взгляды и улыбаясь, но вешаться на шею было для них унижением. Даже перед парнями, которые им до жути нравятся, они проходили гордо подняв подбородок и делая вид, что им все равно на них. Так уж устроены русские девицы. У входа в столовую Давид увидел лучшую подругу и побежал к ней. Догнав ту, он беззаботно перекинул руку через плечо Василисы. Многие удивлялись и задавались вопросом, как такая знатная девица из аристократической семьи с жестоким характером так чудно и близко дружит с полукровкой, чью фамилию никто знать не знает. Но так уж вышло, что эти двое сдружились и неразлучны по сей день. — Мне тебя жаль, — сказал парень, — У тебя целых пять тригонометрий в неделю. То есть каждый день! Сдохнуть можно! — Да-да, конечно. Будто у тебя меньше, — подколола подруга. — У меня четыре, — ухмыляясь ответил Давид. — Да иди ты! Друзья тут же рассмеялись и подошли к Емельяну с Дианой, которые что то бурно обсуждали. — Где Илья? — спросила Василиса, оглядываясь, — Я хочу его убить. — Что он опять натворил? — поинтересовался Емельян, который уже весь день про себя задавался вопросом, который только что задала Василиса. — Он опять прогулял тригонометрию. Кинул меня скотина. — А ты чего ожидала? — рассмеялась Диана, — Он прогуливает ее уже неделю. — То есть он прогуливает ее с самого начала учебного года, — дополнил Давид, — Правильно делает. — Ай-ай-ай! Как плохо обсуждать человека за его спиной, — неожиданно сказал только что явившийся Илья. Василиса даже поперхнулась клюквенным соком и тут же, с силой ударила Раевского по плечу. — Ай! — воскликнул блондин от боли, — За что?! — Действительно! Может ты уже начнёшь ходить на уроки? Хотя бы ради меня. — Хорошо, солнце. Я буду ходить с тобой на все уроки, кроме тригонометрии. Ее я не переношу, уж извини, — невинно улыбнувшись сказал Илья подруге. Дальше обед прошел в обсуждении других тем. Диана рассказывала про парня, который ей понравился, а Давид смеялся над ней, так что перепалка этих двоих продлилась почти до конца обеда. Емельян на удивление почти ничего не говорил, лишь изредка вставлял одно-две слова и незаметно поглядывал на Илью. Тот рассказывал Емельяну и Василисе о своих будущих планах, насчёт того, что хочет набить татуировку, перекрасить волосы и так далее. Когда ребята уже собирались идти на оставшиеся уроки, директриса школы — Анна Васильевна Мороз встала с места и звонко постучав ложечкой о бокал, обратила внимание студентов на себя. Это была женщина лет тридцати, безумно красивая, величественно одетая, с уверенным и строгим выражением лица. — Внимание, студенты! — заявила она, — Я попрошу всех вас до единого, через пятнадцать минут проследовать в Зеркальный зал. Будет сделано важное объявление. Больше она ничего не сказала, а лишь встав с преподавательского стола, величественно вышла из столовой в сопровождении своего верного помощника Кощея Бессмертного. — И это «важное» объявление — это объявление о дополнительных кружках, — сделал очевидные выводы Давид. — А ты на что надеялся? — покочав головой проговорил Емельян. Хоть и ученикам не было интересно никакое такое объявление, но ослушаться директрису они не смели, а потому, через пятнадцать минут, как и было велено, Зеркальный зал был заполнен. Зал считался самым большим местом в Колдовстворце. Скамьи в ряд стояли в зале горизонтально, а в самом переди, перед рядами скамей, стояли несколько небольших кресел и одно большое, красивое, по середине. Скамьи разделялись на факультеты, а над ними висели флаги с соответствующими цветами. Ярила — синий. Сварог — красный. Хорс — серый. Дажбог — зелёный. Студенты выровнив спины сидели на скамьях и смотрели на Анну Васильевну, которая стояла у кафедры. Остальные преподаватели сидели на своих стульях. — Дорогие студенты академии Колдовстворец, — начала она, — Этот год будет для вас необычным… — Потому что вас ожидают много кружков и дополнительных занятий, — закатив глаза, продолжил за нее Давид, который сидел на скамьях не своего факультете, обратившись к Василисе. — Возможно даже судьбы некоторых из вас изменятся. Как в хорошую, так и в плохую, — директор замолчала, беря паузу, а затем продолжила, — В этом году пятнадцать учеников из десятых, одиннадцатых и двенадцатых курсов отправятся в школу Чародейства и Волшебства Хогвартс! — на лицах учеников застыло недопонимание, мол, с чего это вдруг, — В этом году в Хогвартсе проводится Турнир Трёх Волшебников и студенты из академии Колдовстворец приглашены. Среди студентов начался гул, шепот. Все были в предвкушении будущего турнира и кого возьмут в Хогвартс. — О, Боженька! — воскликнул Давид, глядя на Матвееву, — А вдруг тебя возьмут в Хогвартс! Я ведь один останусь! — состроив разочарованную мину, сказал Максимов. — Не плачь, не плачь, — сказала Василиса, поглаживая лучшего друга по голове, — Не факт, что меня возьмут. — Тишина! — прокричал Кощей и только тогда в зале стало тихо. — Спасибо, — коротко поблагодарила Анна Васильевна, — Итак! Список тех, к о поедет в Хогвартс! — и развернув пергамент, начала, — Илья Раевский! — тот лишь пожал плечами, мол, куда же без меня, — Роман Муров! Ярослав Рябчиков! Дмитрий Пряхин! Иван Николаев! Анастасия Васильева! Данил Смирнов! Василиса Матвеева! Дарья Скорицына! Диана Аверина! Раиль Аюкаев! — довольно красивый парень посмотрел на Василису и получив ответных взгляд, улыбнулся девушке и отвернулся. Та тоже не смогла сдержать улыбку, — Емельян Левин! Кира Демидова! Никита Киреев! Виталий Антонов! — директриса убрала пергамент, — Это были имена тех, кто на следующей неделе поедет в Хогвартс! — Твою ж мать! — закричал недовольный Давид, — Я повешусь, отвечаю!