Under the influence

— Ещё раз напомни, зачем мы это делаем?       Комната специалистов, или, вернее сказать, только та часть, что принадлежала Ривену, теперь выглядела так, словно по ней прошлась фея радуги. Кусочки цветной обёрточной бумаги, какие-то яркие ленточки и даже мелкие голубые блёстки были повсюду. И это Ривен не берёт во внимание скотч. — Держи палец плотнее, — говорит Муза, сдувая пряди волос, что лезли в глаза.       Ривен улыбается этому и тому, как надуваются ее щеки в этот момент, делая девушку забавной. Свободной рукой он убирает мешающие ей пряди, заправляя их за ухо феи, а второй плотно прижимает цветную ленту к коробке. — Сильнее, Ривен, — говорит девушка, пытаясь быть максимально сконцентрированной, но упаковка подарков — не ее сильная сторона, — вообще не ее сторона. — Если нас подслушать, может сложиться впечатление, что мы занимаемся очень интересными вещами, — усмехается тот, и это заставляет Музу поднять на парня глаза.       Она смотрит на него внимательно, пристально, и ее глаза загораются фиолетовым. Ривен точно помнит первый раз, когда она сделала это. Он готов был ее прибить за этот трюк, теперь специалист только смотрит на нее с ухмылкой, позволяя читать свои эмоции, потому что в последнее время только она, Муза, и была в их эпицентре. Все его чувства — посвящены ей.       Муза чувствует это, и вся ее концентрация над подарком остаётся за гранью этого момента. Она улыбается ему и тянется к его губам. Фея целует специалиста, и ей требуется не малая сила воли, чтобы отстраниться от парня. — Нам нужно упаковать это, — почти с разочарованием говорит она. — Аиша не принимает подарки без ленточек и блёсток? — Принимает, но так красивее, и так намного приятно дарить подарки, — заявляет Муза, в тот момент, когда у них наконец-то получается сделать идеальный бант.       На ее губах появляется счастливая улыбка. — Так — это так, чтобы моя комната сияла ярче, чем магия Стеллы? — спрашивает тот.       Ривен ворчит нарочно. Муза знает это и все же закатывает глаза. — Ох, прекрати. — Я весь в блестках, Муза! Вот на что я иду ради тебя.       Ривен выставляет вперёд ладони, на которых было действительно слишком много блёсток. Ладони Музы были точно такими же, и она тянется ими к парню, запуская пальцы ему в волосы. — Зато смотри, какой ты теперь красавчик, — смеётся девушка, ероша его прическу. — Во-первых, я всегда красавчик, — начинает Ривен, ловя ее руки за запястья, заставляя оторваться от его прически. — Во-вторых, — добавляет парень, подаваясь вперёд, тем самым буквально укладывая девушку на кровать, — ты попалась. И тебе придется ответить за этот беспорядок.       Муза только улыбается ему, наблюдая за тем, как его глаза загораются. Ее — становятся отражением тех же эмоций и желаний. Она немного ёрзает, оказавшись под парнем. — Это та часть, где я должна бояться? — спрашивает девушка, смотря прямо в серые глаза. — Кто-то стал бесстрашной феей? — усмехается парень, все также держа обе ее руки за запястья над головой. — Нет привычки бояться того, у кого на носу и в волосах куча блёсток, — говорит девушка, нарочно дразня парня. — Оу, значит, мы играем в такие игры?       Ривен усмехается, а после склоняется к шее девушки, проводя по той кончиком носа, заставляя фею звонко рассмеяться. — Все ещё не страшно, а, фея разума? Может, самое время применить свои способности, и прочитать мои мотивы? — добавляет специалист, и на этот раз оставляя поцелуй на ее шее. — Потому, что у меня точно есть коварные планы на тебя. — А если я хочу, чтобы ты реализовал свои планы? — ее голос вдруг утонул в шёпоте, а сама Муза — в пронзительном взгляде напротив. — О, я на это и надеялся.       Его губы накрывают ее, и поцелуй с первых секунд выходит настойчивым, страстным. Желание обладать у них одно на двоих, и оно захлёстывает с головой. Язык Ривена проходится сначала по губам феи, а после проникает в ее податливый рот.       Воздух накаляется, и жар ударяет в каждый уголок тела, и тут же хочется намного больше одних поцелуев и прикосновений. Музе не нужно было быть эмпатом, чтобы прочесть это в эмоциях Ривена. Ривен и не был эмпатом, но также легко это распознал. Он отпускает ее руки только для того, чтобы потянуться к свитеру феи, стягивая тот с нее. А после следом за ним, на пол опускается и бюстгальтер девушки. И когда это происходит, взгляд специалиста скользит по обнаженным участкам тела феи. Щеки Музы немного краснеют, даже несмотря на то, что она ощущает то восхищение, что исходит от парня.       Он снова склоняется над девушкой и оставляет поцелуй ровно в том месте, где вселенная выгравировала его имя на ее теле. Эта девушка принадлежала ему, и даже чертова Вселенная, что никогда не была благосклонна к нему, говорила об этом. Она сделала Ривену чертов подарок, и он не собирался быть ослом, что упустит его. Муза же получает едва ли не электрический разряд от этого поцелуя. Мурашки ползут по ее телу, становясь второй кожей.       Казалось, задачей специалиста было пометить каждый участок ее кожи своими губами и влажными поцелуями. Шея, ключицы, ложбинка между грудью, а после его губы достигают и самой груди. Язык скользит по ореолу соска, и уже только это вызывает у феи стон. Самая сладкая мелодия, которую слышал Ривен.       Муза скользила руками по плечам парня, желая ощущать каждый миллиметр его тела под своими пальцами. Так, что его дурацкая футболка была чертовски лишней. На губах девушки появляется довольная улыбка, когда этот атрибут одежды оказывается отброшенным в сторону. Фея разума слишком часто видела специалиста без верхней одежды и слишком часто отказывала себе в возможности прикоснуться к его рельефному телу. Больше она это делать не собиралась. Ее пальцы скользят по его животу, оставляя лёгкие полосы от ногтей на том, пока не достигают пряжки ремня.       Ривен усмехается подобной реакции и испытывает невероятный кайф от этого. Он всегда знал, что смелости Музе не занимать, и это его чертовски заводило. Он впивается в ее губы настойчивым поцелуем, но вместо того, чтобы позволить проворным пальчикам сделать то, что она собирается, он снова берет ее руки в свои, сжимая запястья над головой одной рукой. Потому что вторая — расстёгивает змейку на ее джинсах.       Ривен прикоснулся к ее плоти через ткань нижнего белья, но даже этого было достаточно, чтобы почувствовать, какой мокрой она была. Эта мысль лишает его последней капли рассудка, — тот плавится под жаркими стонами девушки. Приходится снова дать Музе полную свободу действий, для того чтобы стянуть с нее джинсы и нижнее белье, чтобы прикоснуться к ней без всяких преград. Ему даже дышать трудно от такой дозволенности. — Ривен… — она выдыхает его имя, когда ощущает, как его пальцы касаются чувствительного бугорка, заставляя все органы упасть камнем вниз живота и требовать большего. — Да, детка?       Его голос хрипит от всех эмоций, что переполняли его изнутри. Ривен ласкает ее плоть, наблюдая за тем как девушка выгибается навстречу, как закусывает нижнюю губу. Черт! Он мог кончить только наблюдая за ней. — Я хочу тебя.       Сознание Музы тоже давно отключилось, но эти слова шли из глубин души; они пронизывали ее тело и наполняли душу. Она невероятно сильно хотела ощутить его внутри себя. А Ривен не был тем парнем, которого нужно было просить дважды. Он стягивается с себя джинсы и боксеры, и входит в нее.       Муза читала, что близость с родственной душой ощущалась иначе, но она не подозревала, что настолько. Движения Ривена были плавными, он позволял ей привыкнуть к себе, пока сама Муза вписалась пальцами в его спину, оставляя свои следы на ней. Ее дыхание становилось все более рваным, а стоны — громче настолько, насколько настойчивей становилось толчки парня внутри нее.       Эйфория накрывает обоих почти одновременно, приятной волной расплываясь по всему телу, беспокойным водопадом ныряя прямо под кожу и течет теперь по крови. Словно это ощущение высшего удовольствия ищет одну единственную точку во всем теле, чтобы нанести последний удар туда, и находит: запястье специалиста и место под левой грудью у феи. Сначала они оба ощущает жжение — жжение, что смешивается с удовольствием, и растворяется в очередном стоне, который эхом отражается о стены. Их взгляды встречаются в этот момент, в котором не существовало ни карего цвета, ни серого — лишь пульсирующая тьма удовольствия. Они оба затаивают дыхание на момент боли, а выдох приходится на поцелуй, в котором встречаются их губы. — Ты тоже это почувствовал? — спрашивает Муза, когда они лежат в объятиях друг друга, пытаясь перевести дыхание в норму. Она водила пальцем по темной надписи на его запястье. — Тоже. — И что это может значить? — Наверное, что секс на стороне уже не будет таким кайфовым, — произносит специалист, и тут же получает по ребрам. — Это шутка, Муза. Всего лишь шутка. — Тебе серьезно нужно поработать над чувством юмора, Ривен, — говорит девушка, все еще пытаясь изобразить обиду, надувая губы.       Ривен обхватывает ее подбородок двумя пальцами, заставляя повернуть голову в свою сторону. Он целует ее губы. — Я был уверен, что тебе нравится мое чувство юмора, — самодовольно заявляет тот, но вместо ответа, девушка только закатывает глаза. — Думаю, это значит, что мы теперь наверняка связаны на очень-и-очень долгий срок. — Насколько долгий? — Полагаю, навсегда. — И тебя это не пугает? — аккуратно спрашивает Муза. Говорить о «навсегда» после первого секса, было так же, как заявить о том, что они теперь обязаны поженится, завести детей и собаку к тридцати. Иными словами — рискованно и навязчиво, но ведь они были родственными душами, значит… Значит это было нормально? Муза надеялась, что это было нормально. — Ты моя родственная душа, Муза, и это тот факт, что не изменится до конца нашей жизни. Если и был момент, когда стоило этого бояться, то он уже давно прошел.       Муза ничего не отвечает на подобное, но ее губы растягиваются в улыбке, и она тут же спешит отпечатать эту эмоцию и на его губах. И даже разрывая поцелуй, ее улыбка все еще такая неотразимая, что Ривен ощутил, как влип по-крупному. Ведь вдруг поймал себя на мысли, что он как идиот влюбился в эту фею.

***

      В последнее время личная жизнь интересовала Музу больше, чем учеба. Девушка всегда считала, что не была из числа тех, кто с появлением любовного интереса, переставал замечать что-либо ещё. Ведь с Сэмом все так и было: у Музы находилось время на все, но сейчас было иначе, — с Ривеном было иначе. Ей хотелось проводить с ним едва ли каждую свободную минуту своего времени. Иногда Муза думала, что это было обратной стороной их связи, но правда в том, что ни одна Вселенная не могла так сильно влиять. Она была уверена в этом, или просто очень сильно хотела в это верить.       Тем не менее, сегодня вечером Муза собиралась исправить свои пробелы в учебе. Она написала сообщение Ривену, что встретиться не получится, и натянув наушники, пыталась вникнуть в содержание своих конспектов. Это отнимает куда больше сил и времени, чем можно было представить. Примерно через два часа появляются ощущения, что мозг начинает пульсировать от той информации, которую пытаются в него впихнуть. Муза снимает наушники и опускает голову на подушку. Она прикрывает глаза.       Это была почти тишина, лишь отдаленно звучали чужие эмоции. Но благодаря урокам с мисс Даулинг, фея разума знала, как отключиться от общего потока, когда тебе это нужно. Именно это девушка и пыталась сделать, когда кто-то настойчиво постучал в двери их общей комнаты. Муза не собиралась вставать и открывать. В конце концов, помимо нее здесь хватало фей. Но стук становился настойчивей, и никто не собирался его останавливать. — Ну Бога ради, неужели никто не может открыть эту дверь!       Приходится подниматься с кровати, и делать этой самой. Муза была полна праведного гнева, но стоит ей открыть дверь, как тот исчезает. — Ривен? — она говорит так, словно не верит в то, что видит его перед собой. — Что ты здесь делаешь? — О, это самая интересная часть, — заявляет специалист. — Впустишь?       Его глаза блестят привычным блеском, — тем самым, который появляется каждый раз, когда он смотрит на Музу. Этот самый блеск, который заставляет всех бабочек в ее животе проснуться и порхать до изнеможения. Обычно Музе нравился этот взгляд, но прямо сейчас он пугал, будто стал признаком чего-то неладного, чего-то в стиле Ривена.       И все же Муза отходит в сторону, пропуская парня внутрь. — Ривен? Чего ты тут забыл? — Стелла появляется очень вовремя. — Скай попросил меня освободить комнату для них с Блум, поэтому, предполагаю, у вас точно есть одно лишнее местечко. — Я не буду спать с Ривеном в одной комнате! — кричит Аиша, в комнате которой и было то одно лишнее место.       Специалист наигранно закатывает глаза. В его в план входило лишь тактично заставить Терру освободить комнату. Правда каким образом, парень ещё не понимал. — С чего вдруг ты пришел к нам? Раньше этой проблемы не существовало, — говорит Стелла, сложив руки на груди. — Ну раньше мне было к кому сбегать, — довольно честно отвечает парень. — А сейчас что? Нет никого доступного? — О, мы уже начинаем сплетничать о моей личной жизни? — усмехается тот. — Избавь меня от таких сплетен, — говорит Стелла, закатывая глаза, а после направляется в свою комнату, закрыв дверь.       В общей комнате они снова с Музой только вдвоем. Фея разума чувствует, как меняются эмоции специалиста, стоит подобному произойти. Ривен и не пытался это скрыть, напротив, он сокращал расстояние к девушке. — Итак, какая комната мне достается? — спрашивает тот, пока его интонация полна игривых ноток. — Как насчёт этой? — отвечает Муза, делая шаг назад, в надежде выиграть для себя пространство. — Я надеялся, что мне дадут более уединённое место, например, вон в той комнате, — парень кивает в сторону комнаты феи, и делает шаг вперёд, — шаг к девушке. — Могу предложить только этот диван.       Муза хочет отступить, но упирается в спинку дивана. Она даже оборачивается, чтобы взглянуть насколько это правда, но, повернув голову замечает, как близко стоит парень. Его дыхание щекочет ей щеку. — Уверена, что только это? — шепотом говорит он. — Там Терра, — отвечает Муза то, что они оба прекрасно знали. — А если я найду способ переселить ее к Аише? — Ривен, — Муза едва ли не выдыхает его имя. — Муза, — в тон девушке отвечает специалист.       Расстояние между ними измерялось уже в сантиметрах, и те были считанного количества. Глаза Музы непроизвольно загораются фиолетовым, и она едва ли не стонет от эмоций Ривен. Подобное заставляет специалиста только довольно усмехаться. Он расставляет ладони по обе стороны от феи, заключая ту в ловушку. — Ривен, — Муза собирается сказать что-то больше, чем просто его имя, но у нее полностью путаются мысли, и сердце бьётся так быстро, словно готово выпрыгнуть из грудной клетки. — Да?       Ривена забавляет видеть ее смущение и румянец на щеках. Она кажется чертовски милой в такие моменты, и желание поцеловать ее становится необходимостью. И именно это он и собирается сделать, придвигаясь ещё ближе. — Эй, вы там поубивали друг друга?       Голос Терры звучит, как нечто отрезвляющее для всех эмоций. Муза успевает увернуться от Ривена, находя для себя лазейку для побега раньше, чем Терра успела бы появиться в комнате. — Слишком тихо стало, — добавляет та, проходя в их общую комнату.       Ривен прикрывает глаза и тяжело вздыхает. Эта игра в прятки затянулась, и больше не кажется забавной. Первые несколько недель — да, но около двух месяцев — слишком. В его эмоциях появляется раздражение. — Все нормально? — спрашивает Терра, замечая какое-то странное напряжение в комнате. — Да… Да, я принесу одеяло, — говорит Муза, пытаясь быстрее сбежать от сканирующего взгляда Терры. Хорошо, что фея разума здесь одна, и это точно не Терра.             Терра внимательно за этим наблюдает, но не говорит ничего. Муза и так знает все ее эмоции. — Я думала, ты шутишь, — она переводит взгляд на Ривена. — С чего бы мне шутить, Терра? — бросает тот, едва ли не закатывая глаза.       Ривен знал, что Терра была неплохой, несмотря на все их конфликты. Ривен был мудаком, когда пытался перетянуть Дейна на сторону зла. Ривен не отрицал это, и даже был бы не против зарыть топор негласной войны с Террой, ради Музы. Потому, что та любила своих подруг, но прямо сейчас у него не хватало на это самообладания. — Это вполне в твоём стиле.       Ривен закатывает глаза и собирается ответить, но Муза появляется очень вовремя. — Собираешься помогать или как?       Муза чувствовала напряжение между этими двумя. Оно пробирало ее почти до дрожи. — Ты правда останешься здесь? — Терра все ещё не воспринимала все в серьёз. — А ты хочешь, чтобы я вернулся и обломал вашей подружке секс? — Ты ужасен, — Терра морщится, и направляется прочь.       Это заставляет Музу едва ли не выдохнуть. Она запросто справляется с любимыми эмоциями Ривена, но эмоции других сводят ее с ума.       Она помогает постелить парню на диване, а после собирается уходить, когда Ривен ловит ее за руку. — Я буду ждать свой поцелуй на ночь, или приду за ним сам. — Я запру двери, — говорит шепотом девушка, но в ее глазах и голосе отражается флирт. — Ни одни двери не остановят меня перед желанием поцеловать тебя, — в тон девушке произносит специалист.       Музе трудно сдержать улыбку в этот момент. Она быстро оборачивается по сторонам и оставляет краткий поцелуй на его щеке, а после также быстро сбегает в свою комнату. Она натягивает наушники раньше, чем Терра успела бы что-то сказать. Муза не хотела бы сейчас слушать что-либо в стиле феи земли. Ривен: «испытываешь свою удачу?» 23:56 Муза: «жду, когда Терра уснет» 23:58       И когда это происходит, Муза аккуратно, на носочках покидает комнату, чтобы подкрасться к своему парню. Он ждал ее, даже в темноте она запросто может распознать его желание, даже не проникая в сознание, лишь смотря в серые глаза.       Муза ложится рядом, лишь ненадолго. И Ривен крепче ее прижимает к себе. Он наконец-то может поцеловать свою девушку, и именно это он и делает. — Я не могу остаться здесь на всю ночь, — шепотом произносит Муза. — Ну по крайней мере, теперь Скай мой должник и мы можем выгнать его из нашей комнаты на одну ночь, — говорит тот, и снова целует девушку. — Когда пожелаешь, — добавляет Ривен.       То, как Ривен заботился о ее чувствах и желаниях было чем-то особенным. Муза ценила это. Муза влюблялась в него ещё сильнее.       В объятиях и поцелуях они провели ещё какое-то время, а после Муза все же сбегает. И ещё долго пытается успокоить свои мысли и желания, прежде чем уснуть.