Under the influence

— Итак, у меня есть для вас хорошая новость.       Это была пятница и перерыв между третьим и четвертым занятием, когда Ривен подошёл к столику, за которым сидели все шесть фей и его друг. В последнее время Ривен действительно появлялся все чаще в этой компании, но, очевидно, недостаточно, чтобы его приход и подобное заявление все расценивали, как должное. Терра все ещё испытывает напряжение рядом с этим специалистом. Аиша выражает толику скептицизма ко всему, что говорит и делает парень. Стелла будет испытывать абсолютное равнодушнее до тех пор, пока тот не заденет ее, и тогда в ее эмоциях появится злость и раздражение. Блум пыталась быть дружелюбной, и только Флора по-настоящему была рада его видеть.       Все эти эмоции Муза почувствовала на себе за минуту и прикрыла глаза. Они все относились к Ривену все ещё предвзято, хотя он давно перестал совершать ошибки. В этом и была проблема многих людей: они продолжали ждать подвох от тех, кто однажды уже ударял в спину.       Ривен обо всем этом и понятия не имеет, но его подобное и не волнует. В такие минуты Муза обычно завидует ему, но скажи она это вслух, и у специалиста появились бы свои доводы на этот счёт.       Парень находит себе место возле Музы, как бы невзначай двигая Ская, что сидел рядом. — Какая новость? — интересуется Флора. — Даулинг завтра уезжает по каким-то секретно важным делам в Солярию, а это значит вы можете совместить день рождения Аиши с вечеринкой, что устраивают в старом корпусе специалистов, — говорит Ривен. — Минутку, откуда ты знаешь о моем дне рождения? — Муза рассказала, — пожимает плечами парень, принимаясь за еду на своем подносе. — А откуда знаешь о Даулинг? — этот вопрос интересует Стеллу. — Беатрикс сказала, — все также непринужденно бросает парень. — Беатрикс? — это уточнение вылетело из уст Музы раньше, чем она успела бы подумать, как оно могло звучать.       Уловили ли присутствующие нотки ревности в голосе феи разума — остаётся вопросом, но Ривен определено уловил. Он отрывает взгляд от еды и переводит тот на девушку. — Да, — подтверждает парень, и, черт, на его губах появляется эта фирменная ухмылка. — Есть какие-то вопросы?       Вопросов, если честно, у Музы хватало, но она не станет их задавать сейчас. — Просто любопытно стало, вы же вроде не общались, — Муза тоже пытается говорить небрежно, будто все это действительно не имело значения. Но они оба слишком хорошо понимали, что это напускное. — Мы решили остаться друзьями, — произносит Ривен, прекрасно зная, куда бить. — Вот как, — вырывается у феи разума. — Странно, не ты ли говорил, что не понимаешь, как можно остаться друзьями после того, как вас связывал секс?       Муза знала, что лучше заткнуться, но продолжала говорить. Потому что даже фее, для которой эмоции являются естественной стихией, иногда трудно удержать свои — в узде. Особенно, когда в их перечне появляется ревность. Отвратительное, гадкое, но, к сожалению, чертовски сильное чувство.       Все остальные наблюдали за этой сценой, как в кино или ещё хуже — на боксёрском ринге. Вряд ли кто-то задумывался над причиной, но представление затягивало. — Ну может быть друзья с привилегиями, если ты понимаешь, о чем я, — говорит тот, подмигивая фее.       Взгляд Музы вспыхивает сначала желанием ударить, а после и фиолетовым цветом. Этот засранец просто дразнит ее, а она ведётся. — Оу, ладно, — Музе даётся с трудом то спокойствие, с которым она пытается произнести эти слова.       Ривену не нравится это «ладно»; не нравится то спокойствие, с которым говорит Муза. Потому что затишье, которое он видит в ее карих глазах, бывает только перед бурей. Но буря специалиста не интересовала, он, — черт возьми! — просто дразнил девушку, и они оба это знают.       Еще какое-то время все сидят в тишине, словно ожидая продолжение, но то не приходит. — Так, что насчёт вечеринки? — возвращает всех к сути происходящего Флора. — Если ее можно избежать, то я собираюсь это сделать, — выдвигает свое мнение Аиша.       Они спорят, взвешивают все «за» и «против», и слишком очевидно, что в итоге побеждает. Аише приходится смириться с тем фактом, что ее день рождения пройдет в шумной компании учеников Алфеи. Блум считала это отличной идеей, как и Флора, и Стелла, и даже Терра. Но что касалось Музы — ее мысли вдруг резко заполнились другой информацией. Она словно выпала из этого разговора, пытаясь понять, что именно ее так задело в дурачестве Ривена. — Ох, черт, я должна отдать Сэму его учебник, — говорит Терра, поднимаясь со своего места.       Муза не знала, в какой момент, а главное — какого черта, но в ее голове что-то щелкает, и она поднимается со своего места. — Давай я отнесу, — произносит фея разума, ощущая, как в воздухе заискрилось чьё-то напряжение. — Правда? — Терра замирает, испытывая удивления. — Тебе не трудно? — Нет-нет, все нормально. Давай.       Она бросает взгляд на Ривена, словно невзначай, и примерно также, между прочим, считывает его эмоции. Он кипит и готов сорваться в эту же секунду. Но Муза не реагирует, беря нужный учебник, и направляется прочь от их столика. — Она точно хочет с ним помириться, — радостно заявляет Терра. — И с чего ты это взяла? — спрашивает Блум. — А зачем ей ещё нести ему учебники? Она точно хочет снова быть с ним. — Даже, несмотря на то, что они не родственные души? — подключается Флора. — Родственная душа проявляется под разными факторами, может, они просто не дошли до того, который проявит их совместимость.       Ривену хватало его ревности, чтобы слушать ещё то, что подкидывает Терра. Он прикрывает глаза, пытаясь успокоиться, но черта с два этот метод работал. Парень поднимается со своего места, ссылаясь на то, что ему нужно на занятия. А после удаляется из столовой.       Он замечает ее два высоких хвостика среди толпы, и словно в считанные секунды сокращает расстояние. Ривен хватает Музу под руку и затягивает в первый свободный кабинет. — Что ты делаешь? — возмущается Муза. — Это ты мне расскажи, что ты делаешь? — говорит тот, разведя руками по сторонам. — Не ты ли мне обещала, что не станешь общаться со своим бывшим? — Во-первых, речь шла о нахождении один на один, — говорит Муза, которая тоже испытывает толику злости. — Во-вторых, это было до того, как я узнала, что ты поддерживаешь связь со своей бывшей. — Это, блять, не одно и то же, Муза!       Ривен повышает голос и делает шаг вперёд. Его глаза загораются гневом, а ее — фиолетовым цветом. — И чем же это отличается?! — Всем! — говорит тот. — Это отличается всем, мать твою! — Звучит чертовски не убедительно, Ривен!       Господи, да Муза никогда не была ревнивой. Но эта вся ситуация и чёртовы двойные стандарты выводили ее из себя. — Мы занимались сексом, курили травку, творили всякую хуйню — и на этом всем. Да, мне нравилось все это дерьмо с Беатрикс. Это было клёво и круто, но я никогда, — Ривен вдруг замолкают и окончательно уничтожает расстояние между ними, — никогда не был влюблен в нее. Я не любил ее. Вот в чем грёбаная разница, Муза! Но ты… — ему словно не хватает дыхания, чтобы продолжить, и все же он пытается это сделать. — Ты была так чертовски влюблена в этого мальчика-фею, и я видел это. Я видел это каждый гребаный раз, когда вы были вместе.       Муза не знала, как это работает, но иногда слова Ривена выбивали кислород из ее лёгких. Вместе с ним исчезала и вся эта смесь эмоций, что бурлила в ней: злость, агрессия или раздражение. Она просто смотрела на Ривена, будто и вовсе так глупо хлопая ресница, пока его эмоции — ревность, злость, отчаяние и даже толика страха — обрушивались на фею потоком холодной воды. — Рив…       У нее нет слов, поэтому фея разума выбирает действия: она обнимает специалиста, так крепко как была способна, и он отвечает тем же, когда прижимает ее к себе. — Сейчас я влюблена только в тебя, Ривен, — произносит девушка, поднимая на парня взгляд.       Она привстает слегка на носочки и касается его губ в лёгком поцелуе. — Тебе придется повторять мне это почаще, — отвечает тот, и эмоциональная туча над его головой рассеивается. На губах снова самовлюблённая ухмылка. — Засранец. — О ещё какой, — говорит Ривен, а после сам тянется к губам девушки.       Их поцелуй прерывает звонок, говорящий о том, чтобы ученики заняли свои места в классах. И только это заставляет их оторваться друг от друга.

***

      День Рождения Аиши напоминал семейный праздник. От этого события веяло теплом и уютом, ровно так, как действительно должно быть в кругу семьи. Но Муза считала, что они были намного больше, чем семья. Их связывала не случайная кровная связь, а выбор. Выбор быть частью этого события. И он значил намного больше.       Подарки, торт и желание именинницы. Аиша задувает свечи, и всех наполняет радость. Муза не могла отделаться от ощущения бесконечного счастья в тот момент. Она буквально тонула в нем, и была не прочь продолжать это делать. Но сегодня их план подразумевал не только счастье, но и веселье — много веселья. Так, что вечером они направляются к месту, где уже во всю звучала музыка и лился алкоголь. — Кто-то уже навеселе, — смеётся Блум, когда они встречают знакомых, чьи глаза блестят от алкоголя. — И нам давно пора, — заявляет Флора.       Они направляются на поиски алкоголя, а раздобыв тот, поднимают тост за подругу. Чуть позже к ним присоединяется Грей и Кэт. — Вы не видели Ская? — спрашивает Блум, оборачивается по сторонам. — Кажется, они с Ривеном только недавно пришли, — отвечает Грей. — Пойду найду их, — говорит фея огня. — Ох, это обязательно? — почти вздыхает Терра. — Я не против Ская, но Ривен придет вместе с ним, — поясняет та, не желая, чтобы Блум поняла все не так.       Муза чувствует эмоции подруги, как и то, что алкоголь слегка ударил ей самой в голову. Потому что собственные эмоции похожи на укол раздражения. — А что не так с Ривеном? — спрашивает фея разума. — Кроме того, что это Ривен? — усмехается Терра, будто это было шуткой или известный всем факт. — Да, Терра, кроме этого. Что ты имеешь против? — продолжает наседать Муза, потому что позиция подруги ей уже надоедает. — Он нехороший человек, Муза. Он не умеет дружить, только пользоваться людьми, — произносит Терра, немного теряясь от такой реакции. Они все знали Ривена, и все думали так же. — Ему нельзя доверять. Я думала, мы все это понимаем.       Музу выводят из себя слова подруги, как и тот факт, что она все ещё пытается строить из себя невинную жертву. Фея разума не знала, откуда эти мысли в ее голове, но она определенно точно знала, что не собиралась позволять Терре говорить все это дерьмо о своем парне. — Ты пришла к этому до или после того, как целовалась с ним? — выпаливает Муза, но эти слова продиктованы алкоголем и злостью. Смесь, которой нельзя появляться на людях.       На минуту или две, кажется, что их небольшая группа попадает в вакуум, где нет звуков музыки и чужого веселья. Только они, и карие глаза против зелёных. Раздражение против обиды. — Во-перв… Во-первых, это было давно, и мы были немного пьяными, — начинает Терра, но ее голос дрожит — дрожит от обиды, но Муза все ещё не чувствует вину от того, что это ее рук дело. — Во-вторых, почему ты защищаешь его?       Фея разума собирается ответить, когда Блум берет ее под руку. — О’кей, нам всем сейчас лучше остыть, если мы не хотим испортить чей-то праздник, ладно? — говорит фея огня, ощущая напряжение между этими двумя. — Пойдем поищем Ская вместе, — добавляет та, уводя Музу вместе с собой.       Это было, кажется, лучшим решением, чтобы не устраивать скандал. Но Муза все ещё ощущала раздражение. Блум понимала это, и хотела бы исправить ситуацию, но иногда, кажется, нет решения лучше, чем просто промолчать. — И что вы тут делаете? — спрашивает Блум, когда они подходят к парням сзади, и она привстает на носочки, чтобы заглянуть за плечо Ская. — Т-с-с, у меня ответственная миссия споить Ская, — произносит Ривен, наливая из фляги спиртное в стаканы с пуншем. Кто вообще приносит тот на вечеринку без взрослых? — Где ты раздобыл это? — спрашивает Муза. — О, у меня свои тайные места, — говорит специалист, переводя взгляд на девушку.       Когда она рисовала свои эти чёртовы стрелки и распускала волосы, то казалась ему ещё более горячей. Ривену требуются усилия, чтобы не впиться в ее красные от помады губы поцелуем. Но, что он не может сдержать, так это своей улыбки.       Муза улыбается ему в ответ, но в ее взгляде все ещё осадок гадкого разговора с Террой. К сожалению, даже феи разума не имели специальной кнопки, чтобы включать и выключать те только потому, что так хотелось. И то, что Муза находилась под негативным влиянием собственных эмоций, Ривен чувствует почти сразу. — Ага, и скоро Сильва узнает о них, — говорит Скай. — Не так скоро, как ты думаешь, — заявляет Ривен, мысли которого теперь забиты только феей разума и тем, что могло произойти.       Он делает подобный «коктейль» и для девушек. Они чокаются все вместе, и выпивают, с одним главным условием — до дна. Первенство в этой игре достается Блум, что удивляет остальных, вернее — Ривена. Таких талантов от феи огня он точно не ожидал. Кажется, теперь она ему нравится немного больше, а когда та тащит Ская танцевать, а Ривен и Муза остаются наедине, специалист готов прийти к выводу, что она определенно его фаворит среди подруг его девушки.       Его девушки. Это словосочетание все еще звучит так непривычно. Казалось бы оно и вовсе не создано для кого-то вроде Ривена. И он точно никогда не думал, что будет испытывать самый настоящий кайф просто потому, что прокручивает то в голове. — Пойдем, — говорит шепотом парень, кивая девушке в сторону колон, за которыми они смогли бы спрятаться.       Муза не сопротивляется, идёт следом. А стоит им скрыться от любопытных глаз, как губы парня накрывают ее губы. — Ты такая чертовски красивая, — шепчет тот, держа ее лицо в своих ладонях, а после снова целуя.       Муза поддаётся этому в ту же секунду, цепляясь за его запястья руками так, словно он ее единственная опора. — Что-то случилось? — все же спрашивает Ривен, разрывая поцелуй.       Музе не хочется об этом говорить, поэтому она только отрицательно мотает головой. Девушка присаживается на небольшой выступ, и парень следует ее примеру. — Ну же, Муза, я вижу же что-то не так, — говорит тот, накрывая ее ладонь своей. — Все нормально, но немного повздорила с Террой. — На предмет чего?       Муза тяжело вздыхает, переводит взгляд на Ривена. Ее улыбка получается натянутой, и видимо слишком, потому что Ривен ни черта не верит этой эмоции прямо сейчас. — Муза, — голос Терры, как всегда, не вовремя, — вот ты где.       Взгляд феи земли переходит сначала на девушку, после на парня, а затем на их ладони, что все ещё соприкасаются. Это заставляет Терру растеряться. — Блум слегка перепила, и ищет тебя по всюду, — заявляет та.       Муза только тяжело вздыхает и обращается к Ривену: — Я пойду. — Ага.       Девушка поднимается на ноги и удаляется прочь, в то время как Терра все ещё стоит на месте, смотря на специалиста. Она прожигала его взглядом. Ривен только закатывает глаза на подобное. — Что? — Держись от нее подальше, Ривен, — говорит Терра, почти воинственно. Она уже ударялась об эти грабли, и не позволит, чтобы близкие ей люди переживали то же самое. Даже если эти близкие люди делают ей чертовски больно.       Удивительная вещь ирония: пока Терра пыталась донести до Флоры тот факт, что от Ривена стоит держаться подальше, Муза была той, кто приближался к нему. Очевидно, слишком близко, раз она даже пыталась его защищать. — И почему я должен это делать? — Потому, что ты не сближаешься с людьми, ты разрушаешь их, — вердикт Терры груб, но правдив. Она может привести примеры, и далеко не один. Она сама в числе этих примеров.       Эти слова ударяют сильнее, чем Ривен думал, что они могут ударить. Он перестал был мудаком, он пытается исправиться, но что бы он ни делал, все всегда будут видеть только его прошлые ошибки? Люди всегда только за прошлое и ставят тебе оценку.       Специалист ничего не отвечает, он только поднимается на ноги и направляется прочь. К черту эту вечеринку!       Терра не чувствовала сожаления за то, что сказала правду. Хотя нельзя сказать, что кошки на ее душе не начали драть свои когти. Но она желает отделаться от этих мыслей, поэтому направляется к друзьям.       Блум действительно немного увлеклась с алкоголем, но ее веселье заражало остальных. Много смеха и танцев, но посреди всего этого Муза все никак не могла найти Ривена. — Эй, ты не видел Ривена? — спрашивает она у Ская, слегка касаясь его плеча. — Кажется, я видел, как он уходил, — произносит тот.       Муза только кивает, и тоже желает покинуть вечеринку. Ей словно и не хочется всего этого веселья, если специалиста нет рядом. Так, что она сразу направляется в его комнату. Дверь была не заперта, поэтому Муза толкает ту, но вряд ли ожидала увидеть то, кого увидела. — Беатрикс? Что ты тут делаешь? — Могу спросить тебя то же самое, Муза, — произносит та, а после окидывает фею взглядом. — Подожди минутку, пришла к Ривену? — Как и ты, очевидно. — Ну у меня нас с ним небольшое дело, — говорит Беатрикс, садясь на кровать специалиста. — Ясно.       Что ещё Муза могла ответить в такой ситуации? Конечно, у Ривена могли быть дела с кем угодно, и он не должен был ставить ее в известность о каждом. Но этих аргументов недостаточно, чтобы Муза не испытывала какую-то непонятную то ли обиду, то ли злость, то ли ревность.       Желания точно больше нет ни на что, так что девушка направляется к себе. К черту вечеринку! Та не задалась с самого начала.       Девушка заходит в комнату, удивляясь только тому, что беспечность не закрывать двери кажется заразной. Она проходит в свою спальню, включает свет и вскрикивает от неожиданности. — Господи! Ривен! — Сюрприз, — произносит парень, пытаясь натянуть улыбку. — Что ты тут делаешь? — Жду тебя, — спокойно говорит специалист. — Почему здесь? — спрашивает Муза. Наверное, это звучит немного глупо, и она добавляет. — Хотя, где же ещё, когда в твоей комнате Беатрикс, верно? — Я не знал, что она там. — Конечно, — произносит фея, закатив глаза. — Что «конечно», Муза? — Ривен вдруг испытывает раздражение. — Я действительно не знал. — И о том, что у вас «небольшое дело» ты тоже не знал?       Настроение у обоих где-то ниже плинтуса. И на этом стоит завершить диалог, но алкоголь бурлил в крови, и его невозможно было заткнуть. — К чему ты сейчас клонишь?       Ривен, который до этого сидел на кровати, встаёт на ноги, приближаясь к фее. — К тому, что это двойные стандарты. — Мы уже говорили об этом. — И что? Мне должно стать как-то легче, от того, что тебе просто нравилось трахаться с ней? — вспыхивает фея, сложив руки на груди. — Ты даже сейчас не пытаешься сказать, что это за дело такое. — Потому, что это не имеет значения! — отвечает тот. — Но постой минутку, что все это значит? Думаешь, ей стоит появится снова в моей жизни, и я тут же брошусь ее трахать?! — А что тебя остановит?       Муза знала, что сказала это зря. Но сейчас ей хотелось всего лишь услышать от Ривена, что это вздор. Возможно, даже то, что он влюблен в нее, в Музу. Она понимала, как это глупо, как и то, что люди никогда не говорят то, что мы хотим услышать. И все же, именно эти слова должен был произнести Ривен. По крайней мере, так было в голове Музы.       Однако лучше бы фея сказала бы об этих желаниях вслух, чем задала этот дурацкий вопрос, который окончательно выводит Ривена из себя. В его глазах такая смесь, что Муза невольно пятиться назад. — Вот значит, как? — самое страшное, что несмотря на всю его злость, его голос звучал тихо.       Это плохой знак. Это чертовски плохой знак. — Нет, Ривен, я не это имела в виду. — О, а как по мне именно это, — произносит тот. Его грудная клетка вздымается так часто, словно и вовсе разорвется от злости. — Не важно, что я делаю, какие у нас отношения, ты ровно как и все они будешь продолжать думать, что я все ещё тот мудак, старающийся ради своей выгоды, да?       Муза только отрицательно мотает головой, но Ривена уже не убедить этим жестом. — Поэтому ты все ещё не сказала им о нас, да? Просто боишься, что твои подруги не оценят такое дерьмо, как я?! — Нет-нет-нет, Ривен.       Она решительно сокращает расстояние к нему, касаясь его лица ладонями, но Ривен тут же убирает те, со своего лица. — Тогда почему? — повышает голос тот. — Почему мы все ещё играет в эти грёбаные прятки?! Почему ты не говоришь им? — Я… Я не… — в голове Музы словно гудит рой от мыслей и в то же самое время ее переполняет необъятная пустота. — Я не знаю. — Зато я прекрасно знаю, — говорит парень, и делает шаг назад от нее. — Такому дерьму, как я нет места рядом с правильной феей разума. — Что все это значит, Ривен? — Это значит, что все кончено, Муза.       Эти слова, как электрический разряд, направленный в грудную клетку. Вольт триста, не меньше. Такой заряд применяется для реабилитации, но Музу он словно убивает.       Ривен обходит ее, но она не может дать ему уйти. Поэтому тут же хватает за руку, желая остановить. — Ривен, послушай. — Отпусти, — произносит тот, смотря прямо перед собой, но не на девушку. — Муза, дай мне уйти, иначе я разобью тебе сердце.       Она отпускает его руку, и он удаляется прочь. Но правда в том, что ее сердце уже разбито.