Вместе

      Стив возвращался домой из магазина. Они уже почти месяц делят не только дом, но и кровать. Баки все больше и больше адаптируется к спокойной жизни. У него уже реже приступы «холода», и он все больше напоминает того весельчака и балагура, которым был раньше.             Возвращающиеся воспоминания Баки будоражат Стива. Когда Роджерс предложил посмотреть вместе кино «из прошлого», и приготовил поп-корн, Баки завис с большой круглой миской в руках. Он, перехватив тару левой другой, кончиками пальцев живой руки легонько обвел хрустящие вздутые кукурузины. Зажмурился на мгновение:              - Мелкий, как же, блядь, давно это было!!             Его прежняя манера выражаться тоже входила в обиход. Стив с радостью встречал каждое матерное слово. Как же он по этому, оказывается, скучал! Едкие комментарии или метершинное слово, ввернутое Баки в разговор, его больше забавляли, чем напрягали.               И вот, держа в руках огромные пакеты с продуктами, Роджерс заходит домой. Из дверей кухни пахнуло жаром, и Стив поспешил туда. Он боялся, что у Барнса очередной приступ, и он врубил все конфорки и духовки в кухне.             Он почти угадал. Почти. Роджерс завис в дверном проеме, наблюдая, как Баки, в тонких домашних штанах и белой облегающей майке, вытанцовывал около кухонного острова с ножом в руках и попутно что-то резал. Барнс вдохновлено покачивал бедрами, пока нож порхал у него в руках. Потом Баки плавно развернулся и продолжил свой танец-готовку уже возле плиты, помешивая закинутые продукты на сковороде.             Стив не был уверен, удалось ли ему взять под контроль свое выражение лица, когда Баки широко улыбнулся и сказал:              - Стиви! Я поставил пирог в духовку! Посмотри: если подрумянился – надо вытащить.             Роджерс кивнул и, двигаясь немного неторопливо, пошел выполнять поручение.              - Пока ты ходил по магазинам, я пошарил по полкам, в морозилке… Решил что-нибудь приготовить на перекус и немного увлекся! – опять улыбнулся он, подмигнув.             Стив только кивнул, немного наклонив голову и откровенно пялясь на Барнса. Улыбка. Баки стал чаще улыбаться… Не просто растягивать губы в вежливой улыбке ради приличия. А улыбаться. Широко, открыто, искренне.             У Роджерса, казалось, мысли закоротило. Он поставил вынутый из духовки пирог на деревянную подставку, скинул с рук прихватки и порывисто обнял Барнса со спины. Прижался плотно, обхватив руками и уткнувшись носом в шею.             Барнс замер, боясь шелохнуться.              - Я так скучал, Бак… Мне тебя всегда мало, - пробурчал Стив.             Баки плавно повернулся и посмотрел Стиву в глаза. И молчал. И больше не улыбался. Просто изучающе смотрел. Роджерс замер. Видимо, он перегнул палку: одно дело подгребать под себя сонного Барнса, другое – вот так облапать.              - Черт возьми! Сгорит же! – опомнился Баки, поворачиваясь к плите. Он споро перемешал смесь овощей и риса на сковороде и отставил в сторону.             Тут же плюхнул на плиту сковородку гриль и начал крутить мельничку с перцем и солью над кусками подготовленного для жарки мяса. Он не комментировал действия Стива. Его движения не стали дергаными или нервными. Роджерс отошел, сел за кухонный стол и просто наблюдал. Он уже не знал, что и думать…             Баки же, снова войдя в ритм «готовка с пританцовкой» шустро накрывал на стол, пока мясо обзаводилось шикарной корочкой на шкворчащей сковороде. Беседа завязалась сама собой, и небольшое возникшее напряжение между ними сошло на нет.             Ужин был потрясающий. Мясо сочное, рис с овощами, политые каким-то душистым соусом – выше всяких похвал. Салат гармонично дополнил основное блюдо. Бутылка вина, которую они распили, стала именно той недостающей ноткой, которой не хватало в общей симфонии вкуса.             Приятная беседа, которую начали за ужином, плавно переместилась в другой угол кухни, пока мужчины мыли посуду и приводили в порядок помещение. После, налив по кружечке кофе, Стив и Баки вышли на небольшую веранду, где стояли уютные кресла. Пристроив напиток на столик, Стив подошел к ступенькам, ведущим во двор и, сунув руки в карманы, обвел взглядом аккуратные клумбы и деревья. Баки подошел, встал рядом.              - Стив, извини меня.              - За что ты просишь прощения?              - Я просто хотел сделать для тебя идеальный ужин. Это блюдо лучше есть горячим. Я не хотел отталкивать тебя.              - Баки… - растерянно начал было Роджерс, однако Барнс его перебил:              - Заткнись уже нахуй и иди сюда!             Баки тут же притянул к себе Стива, обнял его, сжал в объятиях. Спустя минуту он чуть отстранился, посмотрел на блестевшие глаза Роджерса и коснулся губами его губ. Баки облизал свои губы, широко улыбнулся и впился в Стива поцелуем, который тут же смел все вопросы и поджег кровь.             Забытый на столике кофе остывал… Эта несчастная пара кружек была единственным свидетелем их объятий, страстных поцелуев и невнятных клятв, среди которых явственно слышалось только одно:              - Вместе…