the guy with the cigarette.

      Учебная неделя, к счастью, пролетела очень быстро. Сегодня пятница, а это значит, что я снова напьюсь в какой-нибудь компании. Я вышла из аудитории, направляясь к главному выходу из этого прекрасного заведения, в котором мне придётся провести ещё один год. Последний курс – та ещё карусель. Сначала две курсовые, потом диплом. Учитывая мою специальность, в этом году придётся конкретно поебаться. Но это потом. Сейчас всего лишь сентябрь, поэтому времени предостаточно.       А если серьёзно, прокрастинация – мой порок. Это началось ещё в подростковом возрасте, когда я начала «отдыхать» в разных компаниях. Я практически не появлялась дома, а делать домашнюю работу где-то в подъезде на коленке, сами понимаете, не очень удобно. Конечно, иногда приходилось и таким заниматься, но это уже самый крайний случай. Примерно там я начала немного забивать на учёбу, а учителя мне всегда всё прощали, делая скидку в счёт моей матери-алкоголички.        Я до сих пор удивляюсь, как с моим распорядком жизни и наплевательским отношением к учебе я до сих пор сохранила стипендию. Кстати, если бы не она, я бы вряд ли ещё существовала. На мамину скудную зарплату вдвоём уж очень сложно прожить, учитывая то, что больше две трети она пропивает. На самом деле, я удивляюсь тому, как она ещё сохранила место работы. Хотя, она пиздец какая везучая – столько пить и до сих пор не свалиться.       – Приветик, – у подъезда меня поджидала Ярослава.        – Привет, – я обняла девушку и вытащила из ушей наушники.        – Я как раз мимо тебя прогуливалась, – она улыбнулась.        – Да я уже понимаю, – я подкурила сигарету, внимательно слушая девушку. – Какая на этот раз тема?        – Да там какие-то интегралы… или интервалы. Я не понимаю, —она протянула мне тетрадь с лекцией.        – Ладно, будет сделано, – я улыбнулась и, похлопав её по плечу, направилась в сторону двери.        – С меня причитается! – прокричала она вслед.        Я тяжело выдохнула, понимая, что мне придётся чем-то заниматься сегодня вечером. Подвести девушку я не могу, а работа должна быть сдана в срок. А срок этот – десять утра завтрашнего дня. Радует только то, что мне завтра не надо идти на пары. Дело даже не в моём нежелании, а в том, что их перенесли на дистанционку, что, конечно же, не могло не радовать. Отметился – спишь дальше.        Я вошла в квартиру и сразу же захотела выйти, когда услышала громкий мужской смех, доносящийся из кухни. Блять, как же мне это надоело. В коридоре была лёгкая дымка, поэтому я поспешила удалиться в свою комнату, стараясь перешагнуть каждую валяющуюся на полу бутылку. Закрывшись в своей комнате, я сразу же села за стол, надеясь побыстрее разобраться с работой, которой меня нагрузила Ярослава.        Математика с самого первого класса давалась мне очень легко. Я хорошо разбираюсь в точных науках, даже не прилагая к этому никаких усилий. На самом деле, я не знаю, за что мне достался такой дар, а главное – от матери. У неё два неоконченных высших, поэтому она далеко не самый глупый человек. Первое экономическое ей пришлось бросить, потому что она забеременела мной на втором курсе. Благо, его она доучилась, но к учебе потом не вернулась.       Честно сказать, я отчасти понимаю её пристрастие к алкоголю. В свой сорок один год она осталась в мире совершенно одна. Не осталось ни одного живого и знакомого ей родственника, кроме меня. Однако и меня одна совсем не признавала и, напиваясь в слюни, кричала, что у неё нет родственников и не дочь я ей вовсе. И если первое время мне было больно, и я рыдала, закрывшись в комнате, то сейчас мне всё равно на любое её слово. Она пропила свою жизнь, и времени, отведённого ей, если учитывать образ жизни, оставалось совсем немного.        Одиночество моё длилось недолго. Примерно спустя двадцать минут в комнату ввалилось пьяное тело. Мужчина огляделся и, сунув в зубы сигарету, повернулся ко мне спиной и спустил штаны.        – Ты чего, дед, уебался? – я кинула в него карандашом, понимая, что в ином случае он, как не кастрированный пёс, пометит каждый угол моей комнаты. Злости моей не было предела.        Мужчина опешил и повернулся в мою сторону, демонстрируя все прекрасные (и не очень) части тела.        – Ты кто? – он удивлённо вскинул бровями, направляясь в мою сторону.        – Это ты кто и какого хуя ты собрался обоссать мою комнату, – я встала со стула, вооружаясь вторым карандашом, будто это спасёт мне жизнь.        – Ты как со мной разговариваешь, – он подошёл ко мне вплотную, а я замахнулась на него карандашом, что только заставило его позабавиться.        Он схватил меня за горло, вдавливая мою голову в стену. Я невольно пискнула и уже мысленно попрощалась с жизнью. Хотя, учитывая количество таких случаев, шанс умереть был не таким уж и великим. Пьяное быдло что-то кричало мне в лицо, сдавливая мою шею всё сильнее и сильнее с каждой секундой.        В глазах заблестели звёздочки, воздуха в легких уже не оставалось, когда его хватка ослабла. Мужчина упал, открывая мне вид на мою мать с окровавленной бутылкой в руке. Твою мать. Я схватилась за горло, жадно забирая себе в легкие побольше воздуха. Отдышавшись, я осознала весь пиздец ситуации. Мужчина не двигался.        – Я его убила? – руки женщины ослабли, отпуская бутылку, которая со звонким стуком упала на пол.        Ещё один мой порок – молчание. С одной стороны, молчанием можно многого добиться, и иногда это даже хороший вариант. С другой стороны, моё молчание не раз доводило меня до плачевных ситуаций. Практически в каждой стрессовой ситуации я молчала. Не знаю, что за дурацкая привычка, но, сколько я себя помню, всегда было так.        Я схватила портфель и, запихнув туда тетради, мигом выбежала из комнаты. Сейчас моя цель – сбежать подальше отсюда. На ходу подобрав пачку сигарет со шкафчика в прихожей, я прыгнула в обувь и мигом вылетела из квартиры.        Добро пожаловать в мою жизнь и мои выходные. Ситуация, конечно, патовая, и другого выбора у меня нет, поэтому я в очередной раз сваливаю из дома, направляясь к своей любимой лавочке. Мне кажется, за последние лет пять у меня ещё не было ни одного спокойного выходного, а подобного рода покушения случаются стабильно от одного раза в месяц.        Когда мне исполнилось семнадцать лет, я месяц скиталась по друзьям и знакомым после одного случая. Я вернулась домой со школы и, сделав уроки, улеглась спать. Проснулась я от того, что мне катастрофически не хватает воздуха, но, скинув всё на сонный паралич, я попыталась унять паникую, охватывающую моё тело. Когда я поняла, что действительно проснулась и кто-то накрыл моё лицо подушкой, попыталась выбраться. Скажу честно, я приложила не мало усилий, чтобы скинуть с себя пьяное тело. Как выяснилось потом – мамкин хахаль перепутал меня с ней и пытался удушить меня из-за последней бутылки палёной водки. К слову, за этот месяц мать ни разу не попыталась узнать о том, где я и что со мной.        – Яся, можно к тебе? – я позвонила девушке и, зная, что она не откажет, направилась в сторону её дома.        – У тебя что-то случилось? – девушка громко говорила, пытаясь перекричать играющую музыку.        – Я расскажу.        – Хорошо, ты помнишь, как идти к Саше?        – Помню.        Я сбросила трубку, накинула на плечи рюкзак и, подкурив сигарету, направилась в сторону уже знакомой десятиэтажки. Теперь у меня есть ещё полчаса, чтобы обдумать бренность своей жизни. Прохладный ветер заставил меня поёжиться и зайти в ближайший продуктовый магазин.        Бродя между прилавков, я почувствовала, как к горлу подступает ком, а к глазам слёзы. Расплакаться в людном месте это, конечно, здорово. Выбрав два батончика по акции, я направилась к кассе.        – И пачку мальборо, пожалуйста, – сказала я, положив батончики на ленту.        – Документы, – кассирша укоризненно посмотрела на меня, наверное, проклиная, что я вынудила её встать за пачкой сигарет.        Я показала ей паспорт, расплатилась и вышла из магазина. Достав сигарету из новой пачки, я выкинула упаковочную плёнку и поплелась дальше.        Оставшееся расстояние я преодолела довольно быстро, наверное, замотивированная холодом. Мысленно поблагодарив выходящую из подъезда женщину за то, что мне не придётся ещё несколько минут стоять на холоде и ждать, когда мне откроют дверь, я просочилась в подъезд и сразу вызвала лифт.        – Привет, – меня весело встретила какая-то пьяная девушка. – Ты Марина? – она улыбнулась, вешаясь мне на шею.        – Привет, – я неловко улыбнулась. – Вроде бы нет.        – Ой, значит, перепутала, – она рассмеялась, протягивая мне бутылку пива. – Я Карина.        – Приятно познакомиться, – я сделала пару глотков. – Мирослава.        – Пойдём в комнату, – она взяла меня за руку, потянув в сторону одной из комнат.        Мы вошли, девушка плотно закрыла дверь. Сказать, что было тесно, значит не сказать ничего. Толпа людей, громкая музыка и темнота. Нет ни одного места, где можно было сесть. Я огляделась и снова вышла в коридор, надеясь найти уединенное место, чтобы доделать математику.        На кухне стоял кумар, поэтому там невозможно было даже просто находиться, не то что решать задания. Я выругалась и закрыла дверь. Ванную занимать я не буду, а дверь в спальню была заперла. Выходит, единственный доступный вариант – снова идти в подъезд.        Я надела кроссовки и вышла в подъезд, закурив сигарету. Удобно (насколько это вообще возможно) расположившись на лестнице, я достала тетрадь и продолжила начатое. Однако буквально через две минуты дверь квартиры распахнулась и на меня уставилась уже знакомая пара зелёных глаз. Парень улыбнулся, заставляя меня вновь замереть от страха. От воспоминаний, что было после того, как я увидела эту улыбку впервые, к горлу подкатывался ком. Страх снова завладел моим телом, я еле нашла в себе силы опустить взгляд.        Он закрыл дверь и, шоркая кроссовками, подошел ко мне ближе. Сев рядом со мной, он достал сигарету и зажал её между зубов. Разум окончательно покинул моё тело, когда он потянулся своей рукой к моему лицу. Что ему, блять, от меня надо? Не знаю на что надеясь, я затаила дыхание, сжимая в зубах тлеющую сигарету.        Парень аккуратно взял меня за подбородок и развернул к себе, заставляя смотреть в его глаза, которые наводили на меня ужас. Медленно наклонившись ко мне, он соприкоснулся своей сигаретой с моей, подкуривая. Выпустив дым из легких, он отпустил моё лицо, но я не двинулась, стараясь не делать лишних движений.        – Меня Антон зовут, – он зажал сигарету между пальцев и внимательно уставился на меня.        Я промолчала. Неожиданно, да?       – Приятно познакомиться, Мирослава.