Лагерь "Золотой луч"

Наконец я оказался на улице. Светило солнце, небо было почти безоблачное. Стояла тёплая погода. Ветер шелестел кронами деревьев где-то наверху. Первым делом я отправился на стадион. У меня была привычка ещё в города пробегать каждый день несколько кругов по закольцованной парковой дороге. В этот момент мне становилось спокойно-спокойно, мысли приобретали чёткость. За два дня пути поездом я порядком соскучился по этому ощущению, поэтому не терпелось вновь начать бегать. На стадионе никого не было, кроме парня, что сидел на дальней скамейке. В руках у него была какая-то книга в тёмно-синем переплёте. Сам был одет во что-то светлое, кажется, шорты и футболку. Походу, это был тот самый брюнет, что не сводил с меня взгляда, когда все шли в лагерь. Его образ врезался в память. Я почему-то отчётливо вспомнил его голубые глаза. Большие такие, яркие. Вот я оказался на одной из беговых дорожек и сорвался с места. Воздух приятно обдувал мне лицо, ноги послушно несли меня вперёд. Мысли мои, такие плавные теперь, все крутились вокруг того парня. "Кто он? И зачем на меня так смотреть? - думал я. - Но глаза у него красивые, голубые... люблю голубые глаза. У Ларки такие. Только сама противная, ей б только списать у меня. У неё это даже по лицу видно, наглое такое. А тот парень хороший, добрый. По лицу видно"... Я закончил первый круг и только тогда понял, что он вновь уставился на меня. Я махнул ему рукой, он покраснел и больше глаза на меня не поднимал. Я в недоумении пожал плечами. Между тем на стадион пришли какие-то парни. Их было двое: один ниже меня и довольно упитанный, чем-то он мне напомнил порося с соседской дачи (у родителей раньше был свой домик), а другой - широкоплечий брюнет, что вертел сигарету в правой руке - он мне чем-то не понравился. "Мутный тип какой-то... у такого даже я стрелять себе не позволил, ещё наваляет за это", - подумалось мне. При виде тех двух парень, тот что читал на скамейке, резко захлопнул книгу и стал мало-помалу покидать стадион. -Эй, Вик, жиги не будет?! - крикнул широкоплечий брюнет, а поросёнок громко загоготал. Парень при этом только прибавил шагу. Я замедлился, смотря в спину чуваку с книгой. Я отвлёкся, из-за чего не заметил, как стал приближаться к тем двум. Пришлось разминуться с ними, а низкий в это время ощутимо пихнул меня плечом. -Нарываешься? - довольно спокойно спросил я его, встретившись взглядом с его маленькими темными бегающими глазками. -А это кто тут у нас? - вкрадчиво сказал он, знаком показав своему спутнику остановиться. Я остановился. -А ты кто такой? Вряд-ли твои амбиции будут больше тебя, - с мрачной усмешкой сказал я. Я и дома никогда не отличался миролюбивым нравом, поэтому и сейчас мне сдерживаться не приходилось. -Алекс, может, его проучить? - абсолютно спокойно спросил поросёнок у своего громилы. -Я могу, - он с мрачной улыбкой спрятал сигарету за правым ухом и прохрустел костями пальцев. Меня было нелегко спугнуть. Я гордо вскинул голову и без страха смотрел в глаза громиле. Неожиданно я краем глаза вдалеке заметил того парня с книгой. Он мне руками показывал знаки о том, что лучше от них убираться. -Куда уставился? - грозно спросил меня громила. -Самооценку твою выискиваю, только найти не могу, боюсь, затоптал, - почти что машинально съязвил я. -Хочешь зуба лишиться? - громила стремительно выходил из себя, но меня это только раззадорило. -А тебе, вижу, да, нужен один. При этом тот замахнулся, целясь кулаком мне в лицо, но я ловко увернулся, пройдя у него под рукой. В итоге я заломил ему руку, услышав в свой адрес отборные маты. Поросёнок тем временем попытался врезать мне, но я, заметив, как блеснуло в лучах солнца лезвие в его левой кисти, выпустил руку громилы и отошёл на несколько шагов. -Что, испугался? - ехидно спросил поросёнок. Я ринулся со стадиона, туда, где я только что видел того брюнета с книгой. Вперёд, в кусты. Вперёд, со стадиона. Сказать, что я тогда испугался - это не сказать ничего. Я ничего не боялся, кроме ножей, причём абсолютно любых, из-за чего кухонный брал в руки крайне редко и с излишней осторожностью. Наконец я нагнал того парня. -Привет, - почти без отдышки сказал я, - Побежали отсюда? -П-привет..., - он чуть улыбнулся. -Побежали от тех двух. Они сейчас прибегут, - я прислушался, уловив сбивчивые маты тех двоих. -Они там? -Да! - меня этот парень, его, кажется, те двое назвали Виком, начинал слегка бесить. Сказали бежать - пусть бежит. А расспросы-то уже зачем? Мы сорвались с места. Из-за его поистине сильной отдышки, приходилось частенько останавливаться. В конце-концов я нёс его ощутимо тяжёлую книгу, а другой рукой тащил его вперёд. Сначала преодолели заросли, а после пришлось пробежать несколько улиц до моего корпуса. У нужного дома нас почти нагнали. Я обернулся на поросёнка и громилу. Первого уже там не было, но зато брюнет, хоть и порядком запыхался, хоть уже почти не стоял на ногах, пытался бежать. Неожиданно, моя правая нога скользнула по грязи и я растянулся у лестницы на входе в свой корпус. Руки мои ударились о мраморные ступени, книга вылетела куда-вперёд, и я чуть не утащил с собой Вика. Громила позади мрачно усмехнулся. Я думал, Вик сейчас будет стоять или побежит в здание, но он подхватил меня под правую руку и с силой потащил вверх по лестнице. Я поднялся на ноги, заметил два багровых пятна на своих коленях, которые продолжали стремительно расти. Я успел захватить книгу, прежде чем дверь нас отделила от Алекса. Мы влетели по лестнице на второй этаж, добежали до последней двери. Я резко распахнул её, а затем как можно быстрее и тише закрыл, заперев на хилую щеколду. Я устало опустился на ковёр, подперев спиной дверь. Я смотрел сейчас лишь в голубые глаза брюнета и думал, насколько же они оказались красивыми вблизи... Только через минуту я заметил на второй кровати большой рюкзак. Видимо, у меня всё-таки появился сожитель... -А чьи это вещи, не знаешь? - как ни в чём не бывало спросил я, поглядев на кровать. -М-мои, - немного неловко ответил Вик, чуть покраснев. -Ничего себе..., - я улыбнулся, а затем с облегчением рассмеялся. -У тебя колени разбиты, да ещё и раны на руках. Надо обработать. Снимай одежду, сейчас возьму перекись, - сказал голубоглазый, направившись к своей кровати. -Что? - удивился я, встав с коричневого ковра. -Раздевайся, - чуть неуверенней повторил тот. -Ладно. Было немного неловко снимать одежду при незнакомом парне, но вскоре я понял, что раны действительно не радуют. Были разбиты колени и локти, ещё несколько ран на руках и на подбородке пару царапин. Наконец я остался лишь в чёрного цвета боксерах. Вик в это время вновь покрылся румянцем. Он в абсолютном молчании обрабатывал мне раны перекисью, а затем клеил туда смешные разноцветные пластыри, абсолютно игнорируя мои просьбы этого не делать. -Терпи, я почти закончил. После того, как он нещадно вылил мне на локоть перекись, а я стал гневно шипеть ругательства, его взгляд упал на мой пресс. Я сделал вид, что этого не заметил, а Вик снова покраснел. -По твоему телу, наверное, все девчонки с ума сходят, - со странной улыбкой сказал он. -Нет, - грустно улыбнувшись, проговорил я, тот в это время заклеивал мне рану на локте, - Мне совсем не везёт с девушками... -Мне тоже, - неожиданно сказал он с ободряющей улыбкой. -Странно как-то.. -Почему же? -Я, вроде, не гей, а с девчонками мне не везёт, - я говорил все ещё с грустной улыбкой. Вик на это усмехнулся, ничего не ответив. -Кстати, а как тебя зовут? - сказал он, когда уже совсем закончил. -Ярослав. Для тебя просто Слава. А ты Вик, да? -Виктор, - ответил он, потрепав меня по смуглому плечу. -Ясно... Я стал поспешно одеваться. Джинсы и рубашка были испачканы в крови, поэтому, я тут же нашёл в своём чемодане шорты с другой рубашкой. Моя рука сама собой потянулась к пачке сигарет, что была заботлива засунута в специальный маленький кармашек, однако я её быстро одёрнул. Смотрелись вещи на мне сейчас не лучшим образом, но было не до этого... что ж, первый день в лагере. Оказалось, Виктор здесь уже третий год подряд, его совсем не любили тот Громила да Поросёнок. -Кто? - смеялся сейчас парень, - Как ты его назвал?! -Поросёнок, - спокойно ответил я не без улыбки, - Ему подходит. -Это точно, - ответил тот, хлопнув меня по плечу. После мы разобрали наши вещи, сигареты я оставил в своём чемодане. Жизнь научила прятать подобные вещи. Когда прозвучал гудок с улицы, Вик сказал, что уже отбой, и ни в какой комнате после не может гореть свет. -Ну хорошо, - сказал я, - Но отбой не рановато ли? -Не знаю, но если хочешь, то ночью можем чем-нибудь заняться, никто все равно не узнает, - и Виктор игриво подмигнул.