Смещение (Misalignment)

Жизнь покидала его, струясь потоком из того места, где к телу всего мгновение назад присоединялась его рука. Упав на колени, он теперь немного покачивался, и в глазах у него начало мутнеть. Сюэ Ян умирал, сомнений не было. Теперь его уже ничто не могло спасти, но это не страшно. За ним еще остался последний ход. Чувствуя окоченение в пальцах, он нырнул ими в карман и сжал небольшой замысловатый серебряный маятник, излучавший сильные потоки энергии. Он уже не раз восторгался этой энергией, снова и снова пытаясь раскрыть тайну этого предмета. Она ощущалась не то, чтобы как темная энергия, но была определенно мрачной, мощной, но в то же время преходящей. У него было смутное представление о том, на что способен этот артефакт, но никакой уверенности, учитывая саму его природу. Как только он коснулся маятника своими окровавленными пальцами, тот начал, словно пиявка, высасывать из него быстро таявшую духовную энергию. Сюэ Яну захотелось испустить горький смешок, но хватило его лишь на болезненную гримасу. Он берег этот артефакт на самый крайний случай, как шпионы держат при себе капсулы с ядом — сами понимаете, зачем. Условием для его использования была его смерть, которой он всеми силами пытался избежать. В отличие от некоторых дураков, которые норовят сами себя спровадить при первой же возможности. Красивые, сломленные дураки. Он представил себе лицо Сяо Синчэня — не ту мучительно совершенную, но холодную маску, в которую его превратила смерть, а такое, каким оно выглядело прежде, чем явился этот бестолковый идиот Сун Лань, который все испортил, — оживленное при беседе с А-Цин, осветленное смехом над глупыми шутками Сюэ Яна. Однажды ночью Сюэ Ян был разбужен Сяо Синчэнем, который поддерживал огонь в их очаге. Даочжан ворошил тлеющие угли, и на губах его играла странная улыбка, нежная, но мечтательная. Было в ней что-то, что заставило Сюэ Яна закрыть глаза и дышать ровно, притворившись спящим. Мгновение спустя осторожные пальцы убрали прядь волос с его лица, а затем продолжили ласкать макушку его головы, мягко, как будто Сюэ Ян был не безжалостным убийцей, а каким-то хрупким существом из фарфора. С воспоминанием об этом легком, нежном прикосновении, Сюэ Ян раздавил в кулаке маятник, направляя в него всю свою оставшуюся жизненную силу.