Приходи ко мне ещё

***

- Приветствую вас, жители Инадзумы, всех, кто пришёл сегодня посмотреть на турнир «Оомато тайкай». Я, генерал комиссии Тэнрё, Кудзё Сара, по традиции открываю его для вас. – тенгу, покинула место трибуны под всплеск громких оваций и вышла вперёд, чтобы произнести свою торжественную речь.       Празднество проходило близ равнины Бякко, чуть дальше первой подступи к основному городу и мельницы в Ханамидзаке. Здесь организаторы отвели специальное место для этого и украсили территорию под строгую боевую тематику в виде оружейных стоек для стрельбы. Лёгкие удары барабанов придавали воодушевляющий ритм каждому, кто их слышал. Наблюдающие за открытием обступили полукольцом действующих участников, чтобы не мешать им покинуть местность во время старта и вернуться сюда для финальной части. Бумажные ленты с изображением местных духов святилищ ласково шелестели над их головами, развиваясь по воздуху точно длинные змеи с высунутым извилистым языком.       Среди тех, кто почтил визитом мероприятие, было много знати и солдат высших чинов, ведь именно их сыновья достигли в этом году совершеннолетия и принимали участие в состязании. Каждый болел за своего кандидата и выкрикивал его имя с подбадривающими лозунгами громче других, если на то представлялась возможность.       Двенадцать юношей подали заявку в этом году, однако дойти до конца и принять звание лучшего стрелка из лука было суждено лишь четверым из них. Сейчас все они, держась друг друга в одной длинной цепи и сидя верхом на лошади, ждали сигнала о том, что для забега солдаты сёгуната готовы открыть ворота.       Каждый был облачен в древнюю по обычаям Инадзумы одежду в честь праздника. Форма, она же кюдоги, включала в себя белое кимоно с узкими рукавами, чёрные широкие штаны «хакама» и белые носки «таби». На голове «эбоси», крепко затянутая шнурком под подбородком. Для защиты рук - трёхпалая кожаная перчатка «югакэ». За спиной длинный, в полтора метра, бамбуковый лук с сердечником из отоги «вакю». К поясу крепился колчан с четырьмя стрелами внутри. Считалось, что каждая из них должна была издать завывающий звук во время полета, который привлечет божества «ками» и отгонит от участника злых духов во время прохождения тура, поэтому их создавали по особой технологии, которая строго держалась в секрете. - Смелее, БРАТИК!!! У тебя всё получится! – собрав ладошки у рта для придания большего эха, закричала маленькая девочка с причёской в виде высокого хвостика на голове. Аяке было всего 8 лет и, чтобы увидеть хоть что-то среди общей толпы, она сидела на руках у Томы, держась чуть выше яруса его груди. Спустя пару мгновений её наставление пришло точно по адресу, один из юношей с белоснежными волосами ненадолго обернулся назад, когда услышал его. - Надеюсь, силы небес помогут нашему господину в нелегкий час. – добавила пожилая экономка. Именно эта женщина сопровождала обоих детей и наследника семьи Камисато на празднике. Их мать так и не смогла быть рядом с ними в эту минуту из-за рабочих дел, за которыми теперь приходилось следить лишь ей одной, так как сам глава клана уже ни один месяц был прикован к кровати. - Йоичи, вперёд!!! – раздался чужой голос рядом.

***

      Сара с присущей ей статностью воина прошла от головы колоны претендентов до её конца, попутно вчитываясь в лица всех соревнующихся и объясняя правила ещё раз: - Чтобы прийти к победе, вам потребуется завершить три этапа. Если попробуете схитрить или закончите какой-то из них неудачей, то потеряете очки и тут же будете исключены из состязания. - Первый – забег вдоль побережья и до песчаного перешейка у начала дороги в деревню Конда. Надеюсь, вы правильно подобрали лошадь для этого. – тенгу выдержала паузу, попутно проверяя насколько успешно у каждого всадника была сделана упряжь. - Когда прибудете на место, вас будет ждать 8 мишеней, в них нужно попасть, не покидая седло. От вас потребуется вся точность и скорость, которой вы обладаете. Четверо из вас не смогут продолжить игру, если не поразят цель или придут позднее всех остальных.       Несколько юношей переглянулись между собой, оценивая потенциал соперников, с которыми придётся схлестнуться во имя собственного триумфа. Аято проявил равнодушие в этот момент и продолжил молча смотреть вперёд пустым взглядом, тем самым, не давая тревожным мыслям засесть внутри. Только его жеребец порой бил копытом о землю, немного застоявшись на месте, и вилял белым хвостом. - Второй. – продолжила генерал Кудзё. – Вам нужно добраться до развилки пути в деревне Конда на своей лошади и дальше следовать на север к речному броду у скал. Оставьте скакунов в назначенном месте. По прибытию в воде вас будет ждать ещё одно испытание. - Мы привязали к 8 столбам синих зябликов. У каждого из них в лапах спрятано послание, которым вам нужно завладеть, чтобы пройти вперед, но перед этим - птицам должна быть дарована свобода. Вы увидите специальную черту на земле, именно с этого расстояния мы будем ждать от вас выстрел. В качестве помощи комиссией Кудзё оставлена воздушная дорога из пней в центре реки, воспользуйтесь ей, когда придёт время. - Далее всё будет зависеть от скорости ваших ног и памяти. Прочтите содержимое в письме и запомните его наизусть. После того как переберетесь на противоположный берег, следующим местом прибытия станет озеро перед проходом в лес Тиндзю. Здесь находятся 4 глиняных кувшина. Представители кланов, которые придут раньше соперников, должны опустить внутрь сосуда полученную записку и одну из своих стрел. После этого, вы можете возвращаться сюда для завершения испытания. Ваши лошади уже будут ждать вас на южной части равнины. - Когда все окажутся здесь, мы подведём итоги и наградим победителей. - «… будет непросто». – подумал Аято, осмотрев возведённые трибуны со зрителями. Лица, что смотрели на него сейчас, в большей мере выражали одно и тоже – поиск лучшего выбора, как из лавки с товаром, что поступил сегодня или же остался лежать со вчера. Эти люди рассуждали о тех навыках, что он уже получил, и о присущих ему недостатках, боясь прогадать. Его жеребец слегка подал назад, когда мальчик неосознанно для себя стянул поводья. – Тихо. Тихо.       В этом году наследнику клана Камисато только исполнилось 15. Но он уже принял решение об участии в турнире, в то время как другие его соперники были старше на год или два, и только сейчас пришли к тому, чтобы побиться за титул. Если бы не заболевший отец, наверняка, он бы и сам отложил для себя эту церемонию на поздний срок. Но время решило иначе. Слухи о том, что комиссию Ясиро ожидает упадок без достойного кандидата на посту главы, успели огромной сетью наводить город. Им было сложно противостоять.       Многие из толпы перешёптывались между собой, держа расчётливые взгляды в его сторону. В них читались насмешки и яд опаснее, чем у змей. Никто не расценивал его хорошей заменой отцу, скорее избалованным заботой юнцом, едва вставшим на ноги. - «Подобного недостаточно, чтобы вести за собой людей и уж тем более наставлять их». Сложись всё иначе, сам мальчик мог бы не придавать значения этому и остаться выше надменной клеветы, которую слышал о себе, но в его положении нельзя было отрицать, что все эти люди правы в том, о чем говорят…       Он так крепко сжал кожаный ремешок вожжей в руках, что тот едва не оставил ему порез. - У каждого из вас есть 1 шанс на ошибку, поэтому стрел в колчане четыре, а не три. Подумайте хорошо, как и когда их применить. – тенгу подводила к концу свою речь, придерживаясь правила - не упустить ни единой важной детали и в то же время быть краткой. – На этом все. Можете начинать после сигнала. И пусть удача благоволит сильнейшим из вас. Ответственные солдаты из стражи по команде своего генерала сбросили засовы вверх и раздвинули две части широких деревянных ворот, освобождая участникам путь. Сара оказалась в центре дороги, подняв в воздух боевой веер из чёрных перьев. - ВО СЛАВУ ВЕЛИКОГО СЁГУНА! – громко выкрикнула она вместе с раскатами молний, упавших на землю. В ту же секунду колонна лошадей поделилась на две, и те обвили её с двух сторон, точно камень в бегущей со склона воде. Быстрые скакуны устремились вперёд по равнине, роняя за собой клубы сухой пыли. Вслед им летели десятки восторженных криков, кровь застывала в теле от напряжения и суеты: «Неужели. Началось». - Вот… Интересно, если бы госпоже Кудзё сказали болеть только за одного. Она бы выбрала участника из родного клана или из того, что приютил её у себя и предоставил ей должность? – Гудзи Великого храма Наруками подошла к девушке с вороньими крыльями и осталась возле неё, глядя вслед на удаляющееся от них пятно лошадей на холсте зелени с лиловыми полевыми цветами. Это была явная провокация, из-за которой Саре стало явно не по себе. С некоторым призрением во взгляде, она обернулась к лисице. - За кого бы я не болела, только четверо будут признаны лучшими в честь Великой Огосё. И…кто бы то ни был, награда будет получена согласно справедливой оценки. Поэтому, прошу Верховную жрицу не волноваться о моём выборе. - Ах… - с неким разочарованием в голосе произнесла Яэ Мико, в её нападке на генерала та решила дать хороший отпор. – Как всегда… ни капли сентиментальности. - На вашем месте я бы побеспокоилась о мальчике из семьи Камисато. Или вы уже забыли наш уговор? – добавила тенгу в адрес лисы с крайней сухостью в интонации. - Конечно, нет. Конечно, нет… Ах… - та наигранно отмахнулась от ситуации, подметив про себя с лёгкой досадой. - «И как можно быть такой скучной…»

***

      Два дня назад ранним утром у входа в храм Наруками. - Это мне? – удивляется Гудзи Яэ, смотря вперёд на протянутый к ней сверток, и что-то внутри лисицы подсказывает ей, что в нём хорошей новости ждать не стоит. - Господин Кудзё попросил передать это вам. - отметила верховный генерал, главной целью которой стало доставить ей это послание, и теперь она освободила себя от столь неприятной задачи.       Для храма лисов на горе тэнгу была редкой гостью. Большую часть времени Сара посвящала работе в городе на посту главного стража. Она решала много проблем с нехваткой оружия и провизии для солдат, занималась разработкой тактики боя во время осад на прибрежные зоны, тренировала стрельбу из лука сама, а также учила этому навыку подчиненных. Всё это вынуждало её быть настороже в любую минуту. И даже сейчас, когда, казалось бы, она прибывала в месте, настолько отдалённом от мирских тревог, где ощущалась великая благодетель, - спокойствия для себя ей было не найти. Она держалась так, как будто готовилась к ещё одной сложной схватке. В конце концов, перед ней стояла сама Верховная жрица, и каждый раз, когда они с ней встречались, кому-то из них приходилось диктовать свои требования или доказывать что-то другому. - Вы это читали? – складывая бумагу напополам, а затем ещё на две половины, Мико обратилась к прибывшей посланнице так, как будто ничего важного в депеше она не увидела. В завершении белый лист скрылся под тканью её алого пояса. - Мне не нужно читать содержимое. Я была там лично. – сдержанно и спокойно ответила Сара, обвив руки на груди крестом. - Моя должность позволяет всегда владеть информацией о том, что случается в городе, начиная с воровства фиалковых груш из лавки для фруктов и до смены первых лиц в колыбели власти. Вы ведь и сами знаете… - Не смею сомневаться в этом. Ах… Тогда… что вы думаете на этот счёт? – решив проверить мнение тэнгу, Яэ с лукавством ждала, чью сторону она готова принять. - Думаю? Ммм… - генерал не ответила сразу. Характер девушки был весьма прямолинеен, она точно знала, что не станет уверять кицунэ в том, что ситуацию можно оставить, как есть. - За месяц это уже четвёртое покушение, теперь оставлять этот вопрос без вашего ведома будет неправильно. Понимаю, что у Леди Гудзи остаются причины защищать клан Камисато, и даже сама Великая Сёгун была благосклонна к ним. Однако сейчас Вы не можете не согласиться, что комиссией Ясиро больше некому управлять. - Ах… И почему же вы решили, что некому? - вздохнула Мико с некоторой иронией и усталостью, ведь сегодня ей пришлось встать раньше обычного для того, чтобы принять свою гостью. Кажется, легкая сонливость всё ещё оставалась при ней, поэтому лисица, сама того не ожидая, поднесла руку ко рту и зевнула. По правде говоря, всё это было лишь хорошей игрой, чтобы дать себе время ответить на пару вопросов: «Что было такого в этих четырех покушениях, и почему так много шума подняли сейчас из–за них?» На её памяти людской век сменялся другим уже как пять раз, одна династия теряла людей, другая их создавала, третья шла вместе с ними в битву. Это был вопрос времени. Однако, никто из кланов не справлялся с этими потрясениями лучше, чем клан Камисато. - Власть в комиссии Ясиро всегда переходила по наследству, так будет и в этот раз. Я уверена в том, что ситуация преувеличена в своей важности. А господин Кудзё просто хочет сбросить с себя часть обязанностей… Или отразить четыре атаки на одну из ветвей власти в Инадзуме стало непосильной задачей для вас?       На мгновение обе девушки замолчали, раскаляя сталь между собой. - Так значит, вы хотите доверить управление страной пятнадцатилетнему мальчику? – строго отрезала Сара, про себя изумившись насколько безразлично к проблеме отнеслась жрица. - Он едва смыслит в том, что делал его отец на протяжении стольких лет. И это понимает не только Совет, иначе сейчас я бы не стояла напротив Вас, а Вы не читали бы это письмо. - О, вот как. - От птенцов, что не умеют летать, избавляются, открывая дорогу тем, кто способен на это. Как только прежний комиссар умрёт, последние, кто был предан ему, сложат свои полномочия. Неужели вы не видите этого?! - Сара качнула головой, понимая, что дала волю эмоциям. - Господин Кудзё хотел поставить Верховную жрицу в известность, что теперь больше не будет заниматься расследованием этих дел и отправлять наших людей для защиты нового главы Камисато, раз их стража не справляется с этой задачей сама. - Хм… - На каждой войне побеждает тот, кто знает больше и способен держать свой меч крепче, чем это делает враг. Политика кланов всегда руководствовалась теми же принципами. - Так значит, вы хотите: «Пролить кровь». – подводя итог тому, что было спрятано между строк в письме, с призрением произнесла Мико. - Боюсь, что в этом случае это неизбежно. – в тоне натянутой для удара стрелы ответила Сара. - Личные чувства всегда двигали вами ранее при назначении кандидатов, но так не может продолжаться вечно. Я пришла сюда передать, что Господин Кудзё просит Верховную жрицу впредь больше не вмешиваться. - «Сколько фраз для того, чтобы прикрыть праведностью свои намерения». – читая тенгу насквозь сверкнула своими лиловыми зрачками кицунэ. – «Глава комиссии Тэнрё и сам с нетерпением ждёт момента, когда сможет выдвинуть на пост комиссара Ясиро кого-то из своих людей. Личная симпатия в этом случае к нему не относится, в ней посмели упрекнуть только меня. Если я соглашусь на их условия, то позволю отрезать им свою правую руку. Тогда в следующий раз они придут за моей головой. Какая наглость. Это правда, что меня и семью Камисато всегда связывали доверительные отношения, однако в том, что мальчик ни на что не способен, ещё следует убедиться». - Полагаю, что я должна предоставить ответ? – дополнила Мико весьма сдержанно, насколько ей позволяло самообладание. - Именно. – коротко дала понять Сара. - Хорошо. Насколько мне известно сейчас за старым комиссаром ухаживает его жена и она же является регентом. Я не знаю сколько времени ему осталось, но пока он жив, клан Тэнрё обязан выполнять полномочия по защите для каждой комиссии по их просьбе и для всех жителей Инадзумы - в здравом теле они находятся или же нет. Четыре произошло покушения или больше, вас это не должно волновать.       Сара с призрением сощурила глаза, тяжело было воспринимать эти слова, аргументы хитрой лисы имели свой вес. - Что касается его приемника… То до того момента, пока вся Инадзума не узнает о смерти прежнего главы, у меня ещё есть время дать оценку этому юноше. И если ваши обвинения в его адрес сегодня будут иметь пустой звук, то я заставлю господина Кудзё принести ему извинения лично, когда он примет правление. Также у меня будет ваше письмо в качестве доказательства. - Эта угроза не имеет веса. – равнодушно ответила Сара, здесь правда была на её стороне, ведь нельзя запугать тем, что в будущем может и не случиться по ряду многих причин. – Что вы будете делать, если ожидания не оправдают себя? - Хм… - свет лилового пламени проскользнул в хищных зрачках лисы. Мико понимала, что ей и тому человеку, который послал тэнгу сюда, нужно предоставить поблажку в их плане, иначе они так просто от неё не отступят. В худшем из возможных исходов предпримут другие действия для того, чтобы усугубить положение и ускорить тот срок для ответа, который она только что выиграла для себя. – Я подумаю над тем, какими качествами должна обладать третья ветвь власти, и если мальчик под них не подходит, то лично обсужу ситуацию с Сёгуном. Окончательное решение примет Архонт, ведь только она в праве устанавливать, кто именно из её подданных достоин таких полномочий.       С этими словами Гудзи храма Наруками покинула место их встречи, едва не рыча, и если бы в этот момент кто-то из её слуг внезапно возник у неё на пути с привычной хозяйственной просьбой, то та, наверняка, отчитала бы его очень строго. По этой причине никто из них даже не смел приближаться к их госпоже в эту минуту, а позволял лишь украдкой следить за разговором двух дам, наводя порядок в святилище.       Впрочем, осознание того, что она тоже слишком эмоционально подошла к проявлению своих чувств, остановило Мико. - Сара. – строго добавила лисица, обернувшись назад в её сторону. - М-м? – встрепенулась та. - Спасибо, что предупредила меня. – конечно, через грубый фасад солдата, который тэнгу приходилось соблюдать изо дня в день, было сложно прочесть её настоящий посыл. На самом деле она тоже волновалась за судьбу мальчика. Ведь такие потрясения нарушили бы стабильность во всей Инадзуме и добавили бы новых убийств к тому числу жертв, что уже есть сейчас. Она тоже хотела найти выход, но ей одной со всем этим было не справиться. - … Я только выполняла приказ. Надеюсь, вы понимаете. – прикрыв на мгновение золотые глаза и вздохнув полной грудью, словно с облегчением, ответила та.

***

      Первый этап выдался ожесточенным, ведь никому не хотелось сходить с дистанции сразу же после старта. Вокруг ничего не было слышно, кроме гула ударов подков и подгоняющих криков. Лошади бились за первенство с таким буйством, что поднявшиеся мелкие куски земли заслоняли дорогу огромным облаком, через которое нельзя было разглядеть что-то дальше трёх метров. Сплошной сухой песок и жажда победы. - Быстрее! - НО! - БЫСТРЕЕ!       Аято шёл почти впритык к другому участнику. Так продолжалось долгих минут пять, пока его оппонент, пребывая от нетерпения, всё же решил нарушить ни к чему не приводящую схватку между ними и так сильно вдарил в бока скакуну, что тот встал на дыбы и резкой подачей вырвал своего же наездника из седла. Это заставило другого претендента, идущего следом, тоже замедлиться, чтобы не получить травму. И теперь они оба остались вдали от общего движения в коричневой стене поднятой пыли. - «Девять…» - с биением сердца в груди подметил мальчик, когда его конь с легкостью занял освободившееся место в потоке. – «Осталось обогнать еще девять».       Легкий хлопок вожжей прибавил немного прыти белому жеребцу под ним, но этого удара как будто бы не хватало для того, чтобы ускорить бег должным образом и настигнуть кого-то из тех, кто шёл впереди.

***

- Молодой господин… - в мыслях наследника Камисато взметнул образ Томы в их первый день тренировки по стрельбе. Верный слуга был рядом, как и всегда, он старался сдержать поводья у его раззадоренной лошади, которая после долгого забега не могла стоять на месте. Сам же Аято, находясь в седле сверху, постоянно пытался найти равновесие в теле и сделать выстрел в соломенную мишень на десять шагов от себя. Но каждая его попытка заканчивалась ударом впустую. Его терпение было готово выплеснуться наружу из переполненной чаши, с каждым промахом он злостно винил себя в том, что не способен справиться, казалось бы, даже с такой мелочью. - … теперь вы меня понимаете? Всё это большой обман. - Как же… Просто невыносимо! – стиснул зубы Аято. – Невыносимо! - Потому что ваша лошадь устала. Если бы вы прислушались к ней, ощутили дыхание и рассчитали её силы, то она вела бы себя спокойно. – пытался донести до него Тома. - Но вы загнали её, потому что так сильно хотели прийти в числе первых. Повезло, что она вообще осталась послушна вам до сих пор. - Конечно, я хочу прийти в числе первых. У меня просто нет другого выбора. – очередной спуск с кюдо не привёл молодого лорда ни к одному очку на заветном круге. - Проклятье! - Ну, тише… тише… - Мягкими поглаживаниями вдоль холки, золотоволосый юноша привёл жеребца господина в чувства, и тот, наконец, встал на земле ровно, раз за разом выпуская горячий воздух из ноздрей. – Во-о-от. Попробуйте сделать выстрел теперь…

***

      Стрела покинула хорошо натянутую тетиву и сжатые от напряжения пальцы, её полет отразил едва уловимый свист в пространстве. Так быстро и так плавно, как росчерк черного пера по бумаге. Пролетев метров 20 до назначенной цели и разрезав на пути чужие надежды на его проигрыш, снаряд угодил точно в цель. Жар молниеносно вдарил в голову Аято. Кровь, которая, казалось, остановилась в его теле на это мгновение, бросилась в новый путь с большей силой ударами пульса в висок. - «Я попал. У меня получилось! У меня получилось!!!» - сияющие надеждой глаза отразили удивление и торжество. Но медлить было нельзя. – Ты молодец. – с этими словами молодой лорд похлопал своего скакуна по шее, и тот ответил ему недолгим ржанием. Затем он легонько ткнул ему в бока, чтобы развернуть животное ближе к дороге. Боевой лук, как было положено, занял место за спиной.       Не став терять времени, Аято продолжил состязание дальше, держа путь до второй отмеченной точки. Позади него остались изумленные и излитые завистью лица тех, кто пришел к первой отметке раньше, но до сих пор не смог вывести чёткий прицел и заставить свою лошадь подчиняться приказам. Теперь шестой номер надежно закрепился за именем дома Камисато.

***

- Госпожа Сара… - послышался взывающей к ней голос уставшего от дороги солдата, поручением которого было вести запись очков в первом раунде. Теперь он был здесь. – Отчёт о выбывших из состязания. - КАР-рр!! – чёрный ворон, что сидел на плече у генерала, поднялся высоко на лапы и растопырил оба крыла. Зоркий глаз птицы сверкнул блеском золота, точно в жажде убитой плоти. Девушка обернулась к доносчику и вежливо взяла в руки направленный ей пергамент. Когда итоги были изучены от её лица, она приказала запустить в воздух дымовые шашки жёлтого, чёрного, зелёного и пурпурного цветов. - Ааа… - наблюдая за тем, как ярко раскрасилось небо над её головой, вздохнула верховная жрица храма Наруками с неким сочувствием и в то же время восторгом. Казалось, что она совсем не переживала о том, какие придут результаты, а лишь плавно плыла по течению или выполняла отведённую для неё роль. – Второй этап ведь будет сложнее для них, клан Кудзё всегда выбирал испытания на высокую ловкость. Что предстоит в этот раз?

***

      Согласно отведенному маршруту молодой лорд Камисато вернулся к перекрестку дорог в деревне Конда. Сейчас он был один на один с ветром, что резал глаза из-за быстрой скачки и пытался пробраться под низ рубашки. На вершине холма, откуда он начал свой путь, послышался грохот взрывов, располосовавших горизонт на равные части. Аято резко потянул назад и осадил лошадь. Будоражащее эхо коснулось его плеч, принеся с собой новость о том, кто больше ему не соперник. Это было захватывающее зрелище, которым он, пусть и не долго, но смог насладиться. - НО! – грозно приказал тот своему быстрому жеребцу, чтобы в очередном запуске красочных метеоров не осталось белого цвета среди грозовых облаков.

***

- Прошу, пожалуйста, не надо…       Грубый удар кулаком воткнулся в щёку участника из клана Оучи, оставив у него внутри вязкий вкус крови на языке. Тот упал на землю, защищая дрожащей рукой лицо от врага. Нависая над ним серой тенью, стоял другой юноша, немного выше, но похоже, что возраст обоих, ввязавшихся в драку, был почти одинаков.       Подошва таби коснулась земли после прыжка. Спешившись с лошади в паре метров от их стычки между собой и отойдя чуть назад в легком смятении, Аято принял внезапную для себя роль молчаливого зрителя. Происходящее было явным нарушением правил, но в округе не осталось ни одного судьи, кто бы зафиксировал этот факт. А значит, он был единственным - лишним, к кому тоже могли возникнуть вопросы. Ведь на то, что он появится здесь так скоро, похоже, никто не рассчитывал.       Камисато решил подождать, пока драка придёт к завершению, и только тогда подойти ближе. По тем обращениям, что он слышал издалека, можно было сразу понять, что эти двое хорошо знали друг друга. Вмешиваться было не к месту. - Я же сказал, что мне нужна стрела. Болван. Сразу бы отдал её мне. Вот и всё. А теперь посмотри на себя, во что ты превратился… - Ещё один удар кулаком со стороны обидчика, оставил без сил лежать на земле раненого юношу, постанывая от боли с закрытыми глазами. В этот раз пострадал его живот, это сразу стало понятно, когда он схватился за него и скрутился в спине.       В то же время, добившись полного превосходства, его оппонент вытянул из колчана проигравшего последний снаряд и тут же натянул его на тетиву своего лука. Выстрел не стал идеальным, как и сама стойка. Не удивительно, что его предыдущие попытки закончились полным провалом, ведь ширина ног не соблюдалась, плечи были сжаты, да и оружие он держал весьма неуклюже. Однако, даже несмотря на это, прицел был взят хорошо, и выпущенная стрела прошла точно через веревку. Один из зябликов, что сидел на деревянном столбе в центре реки среди общего числа доступных мишеней, медленно поднялся вверх, волоча за собой плетёный шнур. - Проще простого! – самодовольно выкрикнул юноша, и только сейчас Аято заметил на его поясе знак комиссии Кудзё вместе с соответствующего красного цвета повязкой. Тот подал немного назад, чтобы предоставить себе небольшой разбег, и спрыгнул с дощатого настила у берега в воду. Однако, вместо того чтобы плыть по направлению к птице по реке, этот хитрый юноша избрал другой путь. Он решил приземлиться на другие деревянные спилы, что показывались наружу из воды, и прыжками от одного до другого добраться до нужного, а затем подхватить верёвку с птенцом. Поэтому заранее избавился от своих таби, чтобы сделать это быстрее. - «Ах… вот значит, как…» – наблюдая за тем, как предшествующий ему участник успешно проходит испытание и перебирается на другую линию берега с завоеванным посланием, подумал Аято. – «Это они имели в виду под деревянной дорогой».       Когда Кудзё скрылся в разросшейся зелени осоки и отправился по маршруту дальше, напрочь забыв как о своей обуви, так и о драке, Камисато всё же привязал лошадь к ограде, пополнив количество стоящих возле неё животных до шести, и направился к боевой разметке. Путь для прыжков выглядел лёгким на первый взгляд, но на самом деле, не обладая должной на то подготовкой, упасть в воду было проще простого, так как поверхность столбов была очень скользкой от поступающей к ней воды и прилегающих водорослей, которые по какой-то причине были подняты вверх со дна. Похоже это было сделано специально, чтобы усложнить прохождение, а не ускорить его. - «Этот парень из клана Кудзё, наверняка, хорошо тренировал себя для такого». – подумал молодой лорд, размечая лучшее расстояние для первого прыжка. – «Но ничего… В моих ногах силы не меньше. Жалко только, что птицы теперь напуганы и кружатся в воздухе. Мне придется стрелять в них именно так, либо ждать… пока они вернуться на место, но тогда шансов догнать кого-то впереди почти не останется». - Эй, Камисато…       Аято, после того как услышал этот голос, крайне неохотно для себя перестал выводить прицел на луке и медленно опустил дугу вниз. - Да… - Понимаю, что выгляжу сейчас нелепо. Однако… – продолжил юноша из клана Оучи, попутно пытаясь встать с колен в собравшейся возле него грязи, но падая от бессилия на спину. - Ты не мог бы отдать мне свою запасную стрелу? - Хм… - молодой лорд из Ясиро ничего не ответил на это, лишь оценивающе заглянул в колчан на поясе, а после с прищуренным взглядом полного недоверия посмотрел в сторону говорящего. - Да ладно тебе. Я знаю, что ты и без неё войдешь в число первых. А мне хотя бы не будет стыдно перед отцом за то, что сейчас… произошло. На моём месте ведь мог быть и ты… если бы пришел раньше. - «Что ж…» - решил взвесить все «за» и «против» Аято. У него ещё оставалось немного времени на это. К тому же один из белых птенцов, в которого он планировал выстрелить ранее, похоже, вновь спускался ко пню. Ему нужно было дать поверить, что опасности больше нет. – «Если я сделаю так, как он хочет… то мы могли бы стать друзьями. Сейчас от меня отвернулось так много людей, а иметь рядом хорошего человека в лице наследника Оучи не выглядит плохим решением. Я бы мог поддержать его и начать свой путь с этого…» - Юдзуки, тебя ведь так зовут? – обратился к нему молодой лорд. - Верно. – тот качнул головой, наблюдая за тем, как Аято вновь создает напряжение на тетиве, готовясь к выстрелу. - Если я попаду, можешь её забирать…

***

      Стрела прошла по воздуху спокойно и ровно. Похоже, что лук для наследника Камисато стал не просто оружием, а изысканным инструментом, на котором он научился играть мастерски, следуя советам учителей, и великолепно заканчивать каждую партию. Со стороны его нельзя было упрекнуть в том, что он сделал что-то не так. Однако, приложенной к удару силы не хватило для того, чтобы перебить жгут и, воткнувшись в его середину, снаряд так и остался на поверхности мокрого дерева.       Теперь оба юноши стояли с поникшими лицами, плечом друг к другу и смотрели на воду вперёд. - Что ж… это была неплохая попытка. – после минуты тишины, одному из них пришлось признать результат и то, что их сделке теперь уже не суждено состояться.       Выбора нет. - …мне жаль. – коротко произнес Аято, быстро поднимая свой лук ещё раз на уровень груди и совершая второй выстрел так же плавно, как в первый раз, но делая расчет уже выше старого яруса. Ему пришлось целиться в птиц в воздухе, как есть. Это было плохо. Это было сложно и очень рискованно для него. Но верёвка оборвалась.       Быстро засунув лук за спину Камисато, что есть сил, бросился к кольям, играя на счет со временем, которое было не остановить. Один прыжок, второй. Птенец всё выше взлетал к небесам, хлопая крыльями и царапая лапами воздух, чтобы освободить свои когти от длинного шнура. Один прыжок, второй. Ещё выше, сливаясь со светом солнца и становясь блеклой маленькой тенью на его ярком круге, зяблика было почти не коснуться. Один прыжок, второй и последний.       Аято вытянул руку вверх, борясь с ярким светом небес, что затмевал ему чёткий обзор. Конец верёвки слегка дотронулся до его пальцев, но было уже поздно. Птица оказалась слишком далеко от мальчика, тело не слушалось, падало вниз, удаляясь от неё и…       Один прыжок.       Что-то яркое абсолютно внезапно проскочило прямо над его головой розовым пятном в ясной синеве и подхватило зяблика на лету. - Ха?! – раскрыв глаза шире от удивления, мальчик ощутил вкус воды во рту и потерю слуха в ушах. Теперь в них присутствовал лишь бурлящий, не стихающий шум. Он завершил свою попытку провалом и упал в реку. Однако, почти сразу же, вынырнул вновь на поверхность. - А-Кха-кха! Кха! – забыв, как правильно дышать, Аято пытался восстановить зрение, но оно качалось из стороны в сторону, как те волны, что несли его в этот момент. - «Что это было?!»       Когда паника закончилась, он всё же смог разглядеть на одном из деревянных столбов возле себя образ маленького зверя, напоминающего лисицу с пышным розовым хвостом и длинными ушками с белым мехом. Она держала в зубах его трепещущую птицу и, точно ухмыляясь, смотрела в его сторону. - Эй! – делая загреб рукой в воде, чтобы подплыть к ней ближе, подозвал молодой лорд. – А ну-ка верни!       Но лисица не собиралась выполнять его требование. Она развернулась к мальчику спиной и с присущий ей волшебной грацией продолжила прыгать от одного пня к другому, как это ранее делал он, но только уже в другом направлении, унося добычу вместе с собой к песчаному берегу на противоположной стороне реки, и лишь иногда оглядываясь посмотреть на раззадоренного хозяина её лакомства.       Аято, не желая оставлять ситуацию так, как есть, ринулся вслед за ней через бьющийся холодный поток. - «Вперед, мальчишка, не заставляй меня наблюдать за тем, как ты тонешь…» - розовый хвост ещё раз мелькнул своим кончиком в воздухе.       Что до участника из клана Оучи, то тому осталось только признать – для него на этом этапе соревнование подошло к концу, и ему придется вернуться на место финиша в числе проигравших. - Ммм… - его озлобленный взгляд в последний раз настиг спину обогнавшего его наследника Камисато.

***

- «Слишком медленно… Не успеет». – подметила кицунэ, остановившись на песчаной тропе, что уходила от берега к лесу. Сейчас её хитрая мордочка взволнованно смотрела назад. Аято едва шевелил ногами в попытках догнать её. Он делал передышки, втыкаясь руками в дрожащие от усталости колени, порой его шатало от жары, но затем после недолгой слабины мальчик вновь брал ситуацию под контроль и продолжал бежать следом. Упорство было хорошим качеством, но жаль, что люди использовали только задние лапы, на четырёх передвигаться было куда быстрее. - «Эй, ты! Давай сюда! Огромный мешок с костями!»       Если бы молодому лорду сказали отыскать самое наглое существо в Инадзуме, то в этот момент он несомненно отдал бы свой голос за эту лисицу. Просто немыслимо. Мало того, что она украла у него птицу, так ещё и смела паясничать.       Мико, крепко держа во рту белого птенчика, из которого непрерывно вырывались жалобные стоны о спасении, упёрлась головой вниз и подняла заднюю часть туловища вверх. А после стала размахивать пышным хвостом по сторонам, точно ярким флагом, указывая путь к себе. - Ах, ты!!! - Аято подумал, что это дикое существо, встреча с которым стала просто непредсказуемым событием в его жизни, было бы хорошо проучить, но потом просто замер на месте, закрыв глаза и приложив ладонь к мокрому лбу. – «Нет, мне все это только кажется. Видимо, я слишком сильно хлебнул воды во время падения или ударился головой… Такого просто не может быть». Он сделал обреченный на страдания вздох, а затем осмотрелся вокруг. По близости не осталось ни одного человека, кто бы смог убедить его в обратном. Возможно, что это было даже к лучшему. Иначе другие бы вновь ткнули в его сторону пальцем, сказав, что он «странный». И ему опять мерещится то, чего на самом деле нет. - Не время останавливаться… - «Да. Да. Быстрее, сюда». – зверь в розовой шерстке скрылся вновь в яркой зелени травы, продолжая свою игру.

***

      С каждым шагом пространства для обзора становилось всё меньше, холод черных теней медленно лег на плечи уставшего путника, когда он проник внутрь лесного пространства. Сейчас то пребывало в долгом и крепком сне. Только лучи золотого света, прокрадывающиеся сквозь плотные кроны деревьев, лишь иногда мелькали по крупным стволам и спускались к покрову почвы. Не везде, а только там, где они отражались сильнее, можно было пройти по сухому ковру из опавших сосновых иголок и шишек. - «Вот я где! Давай, догони меня, недотёпа!» – теперь маленький ёкай решил устроить хоровод со своим хвостом и принялся скакать кругами по тропе, иногда останавливаясь для того, чтобы потопать лапой по земле дважды, точно пытаясь сказать отстающему. – «Иди сюда». - Отдай мне птицу. – решив развеять свои сомнения, Аято быстро схватил последнюю стрелу из колчана и отправил её ровно в то место, где вела свою пляску кицунэ. - Сейчас же! - !!!?       Испугавшийся зверёк сразу же отпружинил вверх на лапах, как если бы перед ним бросили горящую пламенем палку. Зяблик всё же смог вырваться из хватки на волю и в неровном полете поднялся к небу, всё также жалобно извергая крик. На земле осталась часть его выпавших перьев, перекусанная наспех верёвка с запиской и драгоценная стрела, являющаяся атрибутом семьи Камисато. Теперь всё, чего не хватало лисе, лежало прямо у неё перед носом. Единственной досадой осталось лишь то, что вкусного обеда больше не будет, но это она уж как-нибудь сможет простить этому невеже.       Мико тут же подхватила боевой снаряд пастью вместе с выпавшим письмом. Её пушистый хвост просочился сквозь тёмные заросли податливой к ветру травы, которая ощущалась слегка влажной из-за поросли мха внизу. По разросшемуся одеялу зелени под ногами можно было отследить, как быстро воровка устремилась вперёд. - …       Аято опустил лук вниз, этот промах стал для него последним и стоил всего. Осознав, какую глупость сейчас совершил, он зажмурил глаза, точно от острой боли. - АААааа!       Стрелы больше нет, как и послания, его прежние благородные качества аристократа таяли также тщетно, как и надежда на спасение его дома. Внутри остался только шрам от несправедливости. - НЕТ, ДАЖЕ НЕ ВЗДУМАЙ СБЕЖАТЬ О МЕНЯ, НЕГОДЯЙКА! ТЫ ВЕРНЕШЬ МНЕ НАЗАД ВСЁ, ЧТО УКРАЛА! – он бросился по горячему следу сбежавшей, грубо отталкивая зелёные листья и ветви крупных кустарников с ягодами, что назойливо втыкались в него с двух сторон, как махровые кисти.

***

      Мико бежала так быстро, насколько позволяли ей проворные маленькие лапки. Улавливая потусторонние запахи в траве, она понимала, что идти нужно именно сюда, ведь по этому направлению совсем недавно прошли другие люди, а значит путь верный.       В какой-то момент она настигла чужие чёрные таби и едва не выдала себя, проскочив в обход них. Это был тот самый юноша, который устроил драку за стрелы, к счастью он не заметил её розовую шёрстку, а только слегка растерялся, услышав шелест в траве где-то под собой. - КТО ЗДЕСЬ!? – опешив от неожиданности, вздрогнул тот. Однако лесное молчание так и не дало ответа на этот вопрос. А звук ближайшего горного ручья, перенял внимание на себя.

***

      Третий этап соревнования подготавливал и контролировал клан Камисато на ближайшей к его владениям территории. Он мог показаться простым на первый взгляд, так как не нёс в себе физического применения силы, а только битву ума. Но даже так, это был последний шаг на пути к победе для тех, кто проходил состязание. Именно здесь должна была определиться четвёрка тех, кто получит титул в этом году. Верный правилам судья в небесно-голубой одежде комиссии Ясиро ждал последнего участника возле стола с глиняными кувшинами. Трое из них уже давно нашли своего владельца. Остался только один. - Милорд… как же я счастлив, что это вы! – старческие глаза учёного налились искренней радостью, когда, спускаясь с лесного холма вниз к блестящему серебром озеру, вышел молодой юноша с нефритовой подвеской клана Камисато на поясе. Твёрдым, уверенным в себе шагом он подошёл к оставшемуся на столе сосуду, а затем гордо бросил внутрь его темного пространства стрелу с белым наконечником. После этого на дно опустился и маленький бумажный очерк. - Милорд? – ещё раз позвал его старец, но юноша, как и прежде, не подал вида и даже не повернулся к нему. Боясь разоблачить настоящую себя, Мико попыталась как можно скорее закончить их встречу. Маскировка хитрой кицунэ не будет держаться вечно, не хотелось бы обрасти своей шерстью прямо на глазах у судьи.       Гудзи развернулась спиной к озадаченному её поведением служителю клана и направилась прочь, тихо хихикнув себе под нос. Похоже, что она была полностью довольна собой. - «Представить только… какое именно лицо будет у мальчика, когда он прибудет сюда и узнает о том, что уже является победителем. Хм-хм-хм». – план, придуманный для его испытания, проходил ровно так, как она и задумала. – «Ах, ну разве это не прекрасно».       Скрывшись между стволов длинных сосен и соединившись с серой туманной дымкой, проплывающей между склонами, лисица приняла свой изначальный вид. Теперь ей уже некуда было спешить, оставшаяся задача лежала на плечах самого Аято.

***

      Когда участник из клана Кудзё понял, что ему пришлось два раза обойти один и тот же холм, и из-за этого он не продвинулся ни на шаг дальше собственного носа за ближайший час, его боевой лук тут же рассёк зелёные листы папоротников перед собой, а он сам, полный злобы, поднял голову вверх от бессилия. Над кронами деревьев медленно кружилась тьма, затягивая внутрь себя свод небес, и, казалось, что чем дольше ты всматривался в неё, тем сильнее она рождала ощущение напряжённости внутри и придавливала тебя своим весом к земле.       Лес Тиндзю не зря обходили стороной жители Инадзумы, будучи уверенными в правдивости тех легенд, что слышали о нём. Здесь было достаточно сделать пару шагов не в том направлении и тогда, если местные духи того пожелают, ты будешь скитаться в поисках выхода несколько дней. Именно поэтому он служил своего рода защитой для третьей комиссии, коей являлась Ясиро. Окутанная тайной местность позволила бы каждому лидеру оставить свою ключевую позицию, а отстающему - неожиданно для себя прийти первым. И это тоже, без всяких сомнений, было учтено намеренно, как препятствие. - Нет уж, с меня довольно! – выругался юноша. Нужно было подняться повыше и осмотреться вокруг. Возможно тогда у него получилось бы выяснить, куда стоит двигаться, и где он сейчас. Однако, когда тот решил провернуть свой план на деле, на самом верху склона появилось четыре высоких фигуры солдат сёгуната в специальной броне, которая позволяла им сливаться с лесными тенями, и с конусообразной шляпой «амигасой» на голове. В руках они держали боевые арбалеты, выводя прицел вперёд.       Кудзё тут же спрятался за толстый ствол ближайшей сосны, словно почуяв опасность. Никто из охраны не должен был покидать пост на время соревнования. Если ему повезёт, то те просто пройдут мимо, и он останется незамеченным.       Удары сердца в груди звучали так громко, а тело сковало от страха при звуке каждого шага надвигающегося строя в десятке метров от него. Всё ближе. И ближе. Минута отсчитала ход, но казалось, что та тянулась целую вечность, и он стал уже одним целым с шершавой массой ствола. Наконец, юноша напряг глаза и отвернулся назад к тропе, заперев дыхание на замок. Внизу ещё дальше, у самого спуска он увидел едва различимый в сиреневом свете силуэт другого участника их турнира. Тот с произвольным скрежетом пытался оставить опорную метку для себя на коре дерева, чтобы сократить путь. - Камисато…? – искренне удивился Кудзё, осознав, что целью солдат сёгуната сегодня был вовсе не он.

***

      Розовая лисица сидела у края песчаного берега, смотря вниз на своё отражение на воде. Стайка маленьких рыб не в первый раз подплывала к ней ближе из любопытства, а затем ускользала в глубине реки при виде её хитрого носа. Тёплый полуденный зной ненавязчиво шептал Мико о том, что было бы не плохо и самой искупнуться. Всё же пока она добиралась до назначенного места, то успела словить по пути облако чёрных мошек, и теперь её шерсть выглядела так взъерошено, как будто она не вычесывалась неделю.       Кицунэ прождала в молчании минут пять.       Затем ещё пять.       И ещё ровно столько же.       В конце концов, её охватило легкое уныние, и она шлёпнула лапой о прозрачную поверхность, создав мокрые брызги перед собой. Похоже, что солнце взойдёт и опуститься тысячу раз, пока мальчик появится здесь. Скукотища.       Сейчас белый жеребец, ожидающий своего всадника из семьи Камисато, безмятежно щипал траву на равнине вместе с шестью другими на привязи. Как и ранее говорила Сара, отсюда четвёрке победителей нужно было забрать лошадей и вернуться к финалу для награждения. Встретив мальчика из Ясиро возле реки, она должна была познакомиться с ним лично, пока ещё не как Гудзи храма, а только лишь как наставница, и после этого передать ему слова из записки.       Мико обернулась назад и навострила длинные уши, чтобы узнать, не приближается ли кто-то из чащи к ней. Будучи кицунэ она обладала хорошим слухом, что мог уловить чужие шаги на большом расстоянии от себя, а также по характеру поступи без труда распознать их носителя. Только очень ловкий и подготовленный ниндзя смог бы их обмануть. И то не всегда. Сейчас было тихо, даже очень тихо, словно всё живое в лесу затаилось в ожидании чего-то непредвиденного… и ужасного. Это её насторожило. - Что-то не так… - подметила она, продолжая всматриваться во всепоглощающий мрак за собой.       Напряжённое состояние сменилось чёткой тревогой, когда над лесом раздалось громкое карканье ворон и множественные хлопки их крыльев. От испуга она и сама прижала мордочку с ушами к земле. Похоже, что птицы столкнулись с неприятностью раньше неё. Железные щеколды на арбалетах сработали, донеся до лисицы звук выстрелов. Один за другим. Она подскочила на месте, осознав, что тому, кого она ждёт здесь так долго, может грозить опасность, и кто-то чужой проник на территорию соревнования. - «МАЛЬЧИК! Он всё ещё там!»

***

      Снаряды из арбалетов нарушили лесной порядок во второй раз, залп от их ударов громко разлетелся по всей округе, став страшным кошмаром для тех, кто остался внутри. Два, как и прежде. Бежать к тому месту, откуда они раздавались далеко. Пытаясь срезать путь, кицунэ быстро проскочила через сплетённые между собой массы корней, вырвавшиеся наружу сквозь тяжёлую почву подобно широким аркам с густым мхом.       Вновь, один за другим. Один за другим. Они смещаются на север, движутся к горному склону. Казалось, она слышала их уже как десяток, пока её лапы втыкались в траву. - «Быстрее, Мико. Быстрее!!!» – звучал её голос внутри, пока она искала привычный ей запах, что смог бы вывести к верному следу.

***

      Что есть сил Аято бежал к горе, слыша за собой только быстрый шелест сухих листьев. Первое предзнаменование его гибели. С каждым разом он становился гораздо настойчивее и ближе к нему, возникая то справа, то слева, подобно лавине, то полностью преграждал путь впереди и заставлял с болью падать вниз в перекате. Сердце дрожало. Свист стрел между деревьев заставлял ноги каменеть, но не сбавлять хода. Техника воздушного шага полностью скрывала убийц в тумане, он знал кому она принадлежит. Это не те разбойники, что кочуют от одного мыса к другому на острове Наруками, и не те отступники, что скрываются в поселениях лагеря Кудзё, - люди Сюмацюбан, что служили его дому, бросили свои клинки против него. - «Нельзя оборачиваться, нельзя оборачиваться…»       Острые снаряды дважды проскочили прямо под шеей наследника Камисато, однако для него стало чистой удачей пригнуться вниз на зло судьбе.       Маневрируя между лесными склонами и возвышенностями, пусть и не долго, но он умело сбивал с себя прицел тех, кто двигался по его следу. Однако, скорость и ловкость, которыми обладал юноша, не смогли защищать его вечно. Ему было не уйти. - Аааа… – мальчик зажмурил глаза от дикой боли, что вонзилась ему со спины под лопаткой, он едва не упал. Стрела прошла насквозь тела. Место ранения на груди тут же принялось обильно кровоточить, оставляя на белой рубашке, разрастающейся тёмный след. Сквозь стиснутые зубы тоже просочился её поток, но Аято не стал сдаваться так рано, у него ещё оставались силы бороться со смертью.       В сумеречном лесу светлая одежда наследника Камисато была, как белый лист на грязи. Решившие напасть ниндзя, видели его на тёмно-синем холсте прилегающей местности и знали куда идти. Теперь их работа стала ещё проще.       Бежать, нужно было просто бежать. Придерживая плечо одной рукой, Аято понял, что медленно начинает терять сознание. Каждое движение вперёд стало не просто даваться с трудом, оно было тяжелее, чем поднимать трясину со дна. Похоже на наконечник был намазан яд, который теперь растекался по его телу, безудержно парализуя клетки. Возможно, что от него он умрёт даже раньше, чем получит ещё один удар в грудь. - «Нет…» - тихо простонал он. – «Я не могу…» - пальцы юноши пропитались мокрой кровью, она капала вниз на траву, оставляя за ним незримый охотничий признак. Голубые бутоны лунных цветов превращались в светлые расплывающиеся огни, потерявшие четкий образ, и манили в сон.       Сохраняя остатки рассудка, молодой лорд вспомнил о цели. За водопадом была небольшая пещера, раньше он часто использовал это место, когда играл в прятки с сестрой. Они точно не знают о ней. А значит, шанс на спасение, пусть и малый, но всё ещё есть. Проблема заключалась лишь в том, что врагов нужно чем-то отвлечь. Но они вряд ли поверят в то, что он сменил направление, если швырнуть лук подальше от себя.       Ещё одна стрела настигла в полете Аято, но попала в широкий ствол дерева близ него. Задержись он на секунду дольше в том месте, и та засела бы в толще его бедра. Обычно вдогонку ему слышалось два выстрела. Словно иглы они летели в ночи, сверкая наточенной сталью. Задержка могла означать лишь одно - промаха больше не будет. - «Нет…»       Камисато услышал хруст собственных костей и почти сразу же упал вниз, уткнувшись щекой во влажную листву. Кровь брызнула у него изо рта, а дыхание стало слишком частым. Он замер, лежа на боку и едва различая шорохи сквозь густой туман. Они здесь… он слышал, как что-то приближается прямо к нему.       С каждой секундой связь с этим миром становилась для него всё слабее, а вздымающаяся грудь наполнялась точно сырой ватой. Жизнь утекала из его тела словно поток, который становился всё холоднее и холоднее… в каждой частичке тела. Последнее, что смог разглядеть мальчик, это две, внезапно появившиеся перед ним, звериные лапы. Затем в его щёку воткнулся мокрый нос лисицы и быстрый «нюх-нюх».

***

- Мальчик здесь. Скорее за ним. – скомандовал один из надвигающихся ниндзя, изобразив тайный знак в воздухе двум другим, идущим за ним, прислужникам тени. Четвёртый из их числа, занимая роль разведчика с катаной за поясом, всё это время следил за всей командой, стоя на самом верху скалы, откуда слышался спадающий с горы Ёго вниз водяной вал. Серый туман не доставал до этого места, открывая для его зоркого взгляда всю подноготную призрачного леса. - Сюда. – качнул головой последний, подтверждая это решение для остальных. Он видел, как будущий глава Ясиро поднялся на ноги, едва не столкнувшись с ближайшим кустарником из-за своей шаткой концентрации, и двинулся дальше по тропе. Учитывая, что в него было целых два точных попадания, этот юноша оказался весьма стойким к действию яда. Его ниндзюцу выживания было достойно уважения. Похоже, что он всё ещё надеялся добраться до водопада и броситься в быстрое течение горного ручья, тогда оно унесло бы его вниз. План своей жертвы предугадать было просто. Будь на их месте обычные синоби, это действительно принесло бы весомую горсть проблем. Но не для них. Никто в Инадзуме не выполнял свою работу лучше Сюмацюбан.

***

- Ах… - трепетно вздохнула кицунэ, сидя на берегу в образе человека, после чего дрожащим касанием руки убрала прядь мокрых волос со лба спящего мальчика, что лежал на спине прямо перед ней в воде. Ещё немного и его жизнь ей было уже не спасти. Но духи предков сумели направить её на верный путь в нужный час. – Не смей умирать, малыш.       Наследник Камисато тихо продолжал дышать, но был по-прежнему далёк от того, чтобы полностью залечить раны. Кровь алыми потоками выливалась наружу, минуя рубашку, снятую с одного плеча, и растекалась точно паутиной по волнам. Красный оттенок был повсюду. И всё к чему он прикасался, становилось таким же… проклято красным. - Кто бы мог подумать, что спустя столько лет, мне всё же придётся исполнить своё обещание, Акито. – прошептала розоволосая девушка, наблюдая за состоянием спящего и опуская свою нежную руку вниз до маленькой чёрной родинки, выступающей на лице Аято. - … Я помню, как ты получил шрам на подбородке во время битвы, когда защищал меня от гончих. Тогда я была ещё совсем маленькой, чтобы понять, какая грозила опасность. Но это знал ты.       Мико закрыла глаза на мгновение, возвращая тот день из глубин своей памяти. Боль от одного только воспоминания всё также оставалась свежа. Почти 500 лет назад Инадзума столкнулась с немыслимой угрозой, отголоски которой до сих пор хранят в сердце все старые жители островов, - она лишилась как множества людей, так и ёкаев из-за нашествия тварей Бездны, что проникали в город из цветков артерий, подобно заразе, и убивали всё живое на своем пути. Тогда первый глава Камисато спас её от смерти, прикрыв своим клинком, из-за чего после она дала ему слово кицунэ – защищать все последующие поколения его рода ценою своей жизни до конца своих дней. В этом и заключались крепко сплетённые узы диких лисов с комиссией Ясиро. Однако, сама Мико никогда не рассказывала об истинных причинах кому-либо, больше склоняясь к тому, что каменные изваяния и алтари близ поместья Камисато нужны исключительно из-за красоты и духовности, а не для того, чтобы она всегда смогла оказаться рядом, если потребуют обстоятельства. - Время непостижимо…

***

      Аято неохотно открыл глаза и его уставший взгляд устремился в бескрайнее небо над собой.       На его лиловом фоне он смог увидеть высокие стебли травы с почти прозрачными серыми шариками наверху. Их были десятки, нет, сотни вокруг него на бескрайней зелёной равнине. Сложно было понять, что это за место, ведь он никогда не бывал здесь раньше. Так тихо. И так спокойно. Все эти спелые одуванчики качались в потоках ветра, что придавало им ещё большую воздушность. Казалось, что стоит только дотронуться до их края, и спелые семена разлетятся вокруг, открывая дорогу для новой жизни.       Аято аккуратно привстал, опираясь сзади на локти. Пламя жёлтого света с оттенком малинового на горизонте почти сразу же приняло мальчика в свои объятия. Он почувствовал себя так легко, почти невесомо. В этом состоянии было бессмысленно задавать вопросы, ведь истина являлась сама, черпая знания из истока мира. Каждая секунда, что приближала диск солнца к забвению, являлась последней и для него. Вот только сам этот факт теперь казался юноше таким незначительным, таким пустым. - Значит… древние книги не врали. Мир духов между жизнью и смертью… это и правда море одуванчиков. Оно существует.       Молодой лорд встал в полный рост, осмотрев свою старую одежду с присущей ему педантичностью. Делать это было вовсе не обязательно, но он не смог избавиться от злостной привычки даже здесь. Удивительно, но она была настолько аккуратной и чистой, что, казалось, светилась нитями изнутри, так изысканно, как ни сделал бы ни один портной в стране Вечности, даже если бы он заплатил ему целый мешок монет. Послышался мелодичный шелест ветра. Тот ласково прильнул Камисато в спину, сподвигнув сделать неустойчивый шаг вперёд.       Аято решил немного пройтись в надежде встретить кого-то ещё, кто бы смог подсказать ему путь. Серо-голубые шарики цветов продолжали раскачиваться вокруг, порой плавно соприкасаясь с краем длинной подвязанной рубашки, но не мешали. Из любопытства он захотел сорвать один из них и нагнулся в его сторону. И в этот момент заметил, как сквозь зелёный узор высокой травы на него в ответ смотрят два внимательных чёрных глаза. - Человек… - маленький белый лис тут же сделал задний ход, прижимая уши к земле, но красные пятнышки волшебной печати на его голове, предательски продолжали светиться. - …Человек – другой белый хвост показался сквозь яркую зелень справа от незнакомца, этот лисёнок наоборот, проявил интерес к их гостю и подкрался носом к его щиколотке, чтобы обнюхать её. Это было странно, весьма странно. Когда юный лорд отдёрнул ногу от неожиданности, то ещё четыре пушистых хвоста, что сидели молча, затаившись в глухих зарослях, взметнули вверх и словно прыжками по радуге, бросились прочь в испуге. - Людям не положено быть здесь. - А? – резкий голос, возникший из ниоткуда, развернул мальчика к себе. - …       Теперь рядом с ним на задних лапах стоял высокий пожилой лис в длинной юкате синего цвета, скреплённой прочным чёрным поясом, и соломенной шляпе на голове с прорезью для длинных ушей. Его полузвериные лапы сжимали деревянный посох, на котором был повязан кулёк с едой и таблички с амулетами, которые раньше Камисато не видел нигде в Инадзумских святилищах. Похоже, что этому лису предстоял долгий путь. Или же его путь, как и у него, уже заканчивался здесь?       Озадаченный их встречей, юноша замер на месте, разглядывая ёкая. В том месте, где у людей росли брови и борода, коричневый окрас лиса сменялся на белый, и волосы были длиннее. Их без труда можно было переплести между собой, но он этого не делал. Больше чем они, Аято удивило то количество шрамов, что хранил на себе зверь. Также у него, как и у солдат сёгуната, имелась за спиной боевая катана. Похоже, что он уже давно не использовал её, а только преданно носил при себе, возможно, в знак памяти. - Тебе не место здесь. – строго повторил старец.

***

- Аха-аха-аха. – Аято пробрал долгий кашель, когда он пришёл в себя. Вкус во рту был просто ужасный, как будто что-то заползло внутрь, пока он был без сознания, а после пыталось вырваться наружу. Противно и горько, как никогда. - Мальчик мой, что с тобой случилось? - раздался голос не далеко от него. - У тебя вся одежда в крови. - А… - в испуге молодой лорд попытался отползти по песку с примесью мелких черепков ракушек в воде подальше от того человека, что был сейчас рядом с ним. Чёткость линий, присущая этому миру, постепенно вернулась к нему. – Ничего, я… - Ничего… - наконец, повторил он, удивившись тому, что оказался у самого берега реки на равнине Бякко. Немыслимо, просто немыслимо, он ведь помнил, как бежал через лес и его… Аято безудержно вцепился в свою грудь, развязывая и отбрасывая мокрые верёвки с пояса, в поисках ответа – почему он ещё жив после удара двух стрел? - …       Раны не было.       Каждый вдох и выдох ощущался свободно, ни единого следа на коже. Только воспоминания о случившемся и рубашка, она действительно вся была пропитана кровью. Но… как? - Я в порядке… - отказываясь верить собственным словам, почти шепотом ответил мальчик. Перед ним стоял господин Ичиноске, именно его поставили на роль судьи от клана Камисато. Аято несколько раз пересекался с ним дома, пока велась подготовка к состязанию, поэтому знал этого человека в лицо. Он был ученым-исследователем, очень известным в Инадзуме, по его научным трудам издательский дом «Яэ» много раз выпускал книги для учебных программ в сфере образования. Он и сам читал их, когда ему говорил об этом учитель. Сейчас тот был уже в преклонном возрасте и без оружия, навряд ли его связывало хоть что-то с теми ниндзя, что посмели напасть сегодня. Ему можно было доверять. - Мне нужно вернуться. – коротко подметил Аято, пытаясь подняться на ноги из воды и скрыть страх внутри себя. Ведь он не знал, куда делись его преследователи, не понимал, что на самом деле произошло , и отчаянно нуждался в том, кто бы смог безопасно сопроводить его до площадки с проведением церемонии. - Конечно, мы уже и так достаточно задержались. Все давно ждут нашего возвращения. – согласился старец, а затем вынул из походной связки за спиной небольшой сверток ткани, что ранее использовал для подстилки на стол. – Вот. Набрось это на себя. - А… - протянул Аято, вежливо приняв в свои руки накидку. Развернув ту во всю длину, он понял, что её размера как раз хватало для того, чтобы скрыть огромный подтёк на его хаори. - Спасибо… господин. – сейчас такая вещь для наследника клана Камисато была как раз кстати. Подумать только, как именно воспримут его внешний вид другие на месте судий. Возможно, что кто-то из них примет решение его исключить, чтобы выяснить ситуацию, не посмел ли он лично причинить вред другому участнику, ведь на нём было столько крови. - Ты точно сможешь идти? – внимательно следя за мальчиком, обеспокоился старец. - Да… я. Да. – робко ответил Аято. - Что ж. Тогда держись рядом и постарайся не отставать. – спокойно добавил господин Ичиноске и неспешно отправился в путь, опираясь на деревянную палку перед собой. - Иначе окажешься там, где не следует.       Глаза Камисато по какой-то необъяснимой причине приняли вид звериных, с тонким черным зрачком. Молодой лорд стоял на месте неподвижно минуты две, возможно, чуть больше, ему было сложно поверить в то, что показал его разум. Судья вовсе не был человеком. За ним тянулся длинный коричневый хвост кицунэ. Но почему раньше он не замечал этого? - Вы…

***

      Мико спряталась в лисьей форме в кустах заранее и сейчас спокойно наблюдала за тем, как будут развиваться события дальше. Ей все ещё не хотелось попасться за то, что её лапы причастны к фальшивому результату, ведь это могло навести лишний шум над репутацией мальчика.       Хорошей новостью стало то, что теперь всё сложилось удачно, и её помощь здесь больше была не нужна. А значит остатки времени до финала Гудзи могла посвятить делу, которое она так и не успела завершить ранее, – свершить суд над теми, кто нарушил клятву верности Главе Ясиро. Её длинный розовый хвост вновь скрылся в тенях спящего леса, осталось только найти потерянную частичку своей души и соединиться с ней.

***

      Ну наконец-то. Я уже думал они не вернуться до ночи. – подметил Тома, высматривая сквозь проёмы между десятками чужих спин в толпе две фигуры, что только что стали волнением для присутствующих. Инадзумские жители и приезжие гости из других стран обратились в их сторону, чтобы поприветствовать последнего прибывшего и судью, что держал ориентир впереди. - Тома, ты видишь братика? – поинтересовалась Аяка. - Ага. - ответил тот. – Попробую поднять наш стяг выше, чтобы он тоже заметил нас. Господин, Камисато. Господин, Камисато. Мы здесь!       Голубая ткань с изображением цветка белой камелии в мягком трении проскользила вверх по столбу. - Хм… - добродушная улыбка на лице Томы растворилась, как тёплый дождь на стекле, принеся медленное разочарование, он понял, что на самом деле Аято уже давно нашел своих родных, но намеренно старался избегать встречи с ними. Принять тот факт, что сегодня он так и не взойдёт на пьедестал за наградой, не просто. Удар по самооценке был нанесён и итог никак не исправить. Однако, хуже этого было разрушить не только свои, но и чужие надежды. Сказать им всем о том, что не справился.       Когда взгляды верного слуги и молодого лорда всё же соприкоснулись, последний отвёл глаза вниз. Его лицо было почти монолитным и серым, всё это скрывало тяжесть вины. Теперь Аято осталось лишь вытерпеть оставшуюся часть церемонии. Он без противоречий делал всё то, о чем ему говорила Сара, точно кукла, внутри которой больше не было ничего важного. - Господин… - с такой же грустью произнёс вслух Тома.

***

- Что же. Я думаю, что каждый из вас с нетерпением ждал этого момента. – генерал вновь обратилась к ликующей толпе, слегка охладив её буйство и напомнив другим о весе тишины. - Теперь мы готовы огласить результаты. Участники сегодняшнего состязания, прошу вас, все выйдите вперёд.       Когда Аято выбрал для себя нужное место в общей линии, прямо возле его плеча справа, подобно высокой скале, вырос представитель клана Кудзё. Похоже, что у него были свои причины для этого. - Как тебе удалось уйти от преследования? – спросил он почти шёпотом и едва наклонившись ближе к нему, пока на то представлялась возможность.       Камисато этот вопрос заставил встрепенуться, подобно уколу мороза в знойный день. Он широко раскрыл лазурные глаза, но продолжал стоять молча. - Я видел, как те трое пытались убить тебя. Ты не боишься, что кто-то из них все ещё может быть здесь? - … - Аято, казалось, просто проглотил язык. - ЭЙ! – Кудзё толкнул его локтем, чтобы тот пришел в себя и хоть что-то ответил. - Их было четверо. – наконец, равнодушно произнес тот, словно из него насильно вытянули информацию, которой он сейчас совсем не хотел делиться. - Не думаю, что они станут действовать так открыто. Не стоит волноваться об этом. Как и обо мне. - Моей стражи тоже не было. Я сразу не придал значения, но боюсь, что их тоже кто-то подкупил. Возможно, чтобы пройти испытание. - Хм… - Аято тоже подметил для себя этот факт, и теперь слегка повернулся к своему собеседнику, чтобы проверить его. - Есть подозрения? - Это может быть кто угодно из других участников. Только мы с тобой представляем главенствующие комиссии. – ответ Кудзё не внёс определенности, а сам Камисато всё ещё не мог утверждать точно, чего он от него добивается. - Вот как... – молодой лорд выдавил из себя усмешку, для которой была явная причина. - Почему я не могу подозревать в этом и тебя? - Потому что, хоть в вашем клане сейчас и правда не всё идет гладко, мне всё ещё незачем рушить старые связи. А вот другим это просто на руку, чтобы заменить кого-то из нас. – спокойным тоном добавил Кудзё. Странно, но сейчас он не походил на человека, который поставил своей целью солгать ему. - «Тут он прав». – подумал про себя Аято, а затем и подытожил вслух. - Соглашусь. - Хм.       Боевые барабаны заглушили своими ударами всё пространство, когда на возведённую сцену для награждений солдаты сёгуната в торжественном марше вынесли четыре кувшина, с наброшенными сверху фиолетовыми платками с атрибутами знака вечности. Золотые нити узора на них сияли в ярких переливах, словно драгоценность, которую долгое время скрывали от других в сундуке, а затем внезапно решили показать миру. - Нам нужно поговорить об этом. Чуть позже. – понимая, что их разговор уже не получится довести до конца, попытался донести Аято. - Надеюсь, что этот вечер закончится без происшествий. – аплодируя вместе со всеми в поддержку начала финальной части, подметил его оппонент. - Ты можешь отойти, если боишься стоять рядом со мной. – молодой лорд дерзко отшутился от ситуации. Однако, это прозвучало больше, как вызов. - Хах. Ещё чего.

***

      Сара, будучи в центре внимания всех зрителей, сбросила завесу тайны с первого сосуда и подняла его вверх, чтобы каждый смог увидеть честность итога и наконечник стрелы: - Итак, поприветствуйте нашего первого победителя. Это Наганохара Хидеки. Ему удалось набрать 91 балл за все испытания.       Десятки радостных возгласов вместе с громкими хлопками разлетелись по всей толпе. А сам юноша неспешно стал подниматься на сцену, также приветствуя всех, кто ликовал в его честь и болел за него ранее.       Выдержав небольшую паузу и поддержав поздравлением первого призера, генерал продолжила: - Напомню, что перед тем, как мы присвоим тебе титул, ты должен прочитать нам строки, что были в твоем письме. - Конечно. – согласился тот, а затем обратился к толпе. - «Летом – ночь. Слов нет, она прекрасна в лунную пору, но и безлунный мрак радует глаза, когда друг мимо друга носятся бесчисленные светлячки». - И они полностью совпадают. Поздравляю.       Залп фейерверков раздался прямо над холмом, приковав к себе внимание сотни очарованных глаз. Сверкающие снаряды украсили небо фонтаном искр несколько раз. Вместе с этим последовал яркий всплеск радости и восторга среди толпы.

***

      Верховная жрица храма Наруками была таким же наблюдателем, как и все остальные гости торжества. Она держала при себе порцию сладкого данго, которую ранее купила в передвижной лавке с едой. Сейчас его вкус был таким же приторным и фееричным, как и падающие огни на небосводе, след от которых медленно отражался в её лиловых зрачках уже в третий раз. - Ммм. – с наслаждением улыбается лиса и ей кажется, что это мгновение будет длиться вечно. А этот вечер станет ещё одним хорошим воспоминанием, вплетенным в её долгую жизнь. Затем что-то внезапно ударяет ей прямо в спину, и она теряет равновесие на секунду. Голова Мико становится точно круговоротом в воде, мысли внутри неё летят одна за другой, одна за другой, соединяются воедино, рождая одну единственную «Себя». Наконец, кицунэ роняет деревянные палочки вниз, всё это теперь становится для неё не важно. В ней просыпается безмерный ужас, от которого опущенные уши поднимаются вверх вместе с розовой шерстью.       Она пытается протиснуться ближе к сцене: - Мальчик, он не знает слова…

***

- Итак, у нас остался последний победитель, набравший 73 балла в турнире. Последний, но не по значению. Уверена, что каждый из вас в нетерпении узнать, кто же это. - наведя лёгкую интригу на слушателей в продолжении своей речи, Сара резко сбросила ткань, скрывающую знамя в оставшемся кувшине. – Камисато Аято, попрошу подняться сюда. - «Что…» - молодой лорд из комиссии Ясиро застыл безмолвно на месте после того как, услышал своё имя. Кажется, в этот момент гром от грозы раздался внутри него, он забыл, и как дышать, и как его зовут. - «Что происходит…?»       Он ведь даже не дошёл до третьего этапа. Как такое возможно?       Однако, всё это действительно оказалось правдой. Внутри четвёртого сосуда лежала стрела, которая могла принадлежать только ему, а все собравшиеся зрители и другие участники смотрели в его направлении и ждали, когда тот сделает шаг вперёд, чтобы принять поздравление. - Эй, иди. Ты же выиграл. – Кудзё, как и недавно до этого, легонько льнул его по плечу. - Я…? – все ещё в полном замешательстве от такой внезапной перемены событий в его истории, спросил Камисато.       Аято настороженно вышел из общей полосы. Осознание того, как много внимания было приковано прямо к нему в эти секунды, пошатнуло от напряжения колени, затем он стал подниматься по лестнице, украшенной праздничными масляными фонарями, что вела прямо на сцену. После дикой эйфории постепенно холодность ума начала возвращаться в его рассуждениях: - «Не знаю, кто помог мне, но он явно поступил нечестно. Сейчас я могу сознаться, что не бросал стрелу в кувшин, и уйти с чистой совестью за то, что не стал никого обманывать. А награда достанется тому, кто действительно её заслужил».       Мальчик остановился, точно сражаясь с чем-то внутри себя. - «Однако, если я не приму её сам, то так и не смогу исправить положение своей семьи». Разрушая возникшую перед ним стену сомнения, Камисато вновь поднялся на ступень выше, теперь этот шаг был твёрже всех предыдущих. - «Как будущий глава клана я должен в первую очередь искать выгоду исключительно для себя, а не руководствоваться одними принципами совести и морали. Даже если… считаю их правильными».       А в это время Мико уже подготовилась к тому, чтобы вновь воссоздать связь души между собой и мальчиком и вселиться в тело Аято уже напрямую, чтобы спасти его от публичного краха. Ей осталось лишь получить верное решение от него. И можно было начинать свой обман ещё раз. Хищные зрачки лисицы светились в подступающей полутьме так ярко, как никогда. Она была в предвкушении этого лакомства, ведь именно сейчас станет ясна не только дальнейшая судьба клана Камисато, но и пройдет ли молодой лорд её первое испытание. - «Смелее. Я приложила достаточно усилий, чтобы узнать твой ответ. Они ведь не были для меня напрасны? Хм-хм.» - коварно подметила кицунэ.       Находясь в строгом фокусе общественности, Аято после долгой битвы с самим собой, наконец, обратился к толпе: - Я хочу попросить прощения перед судьями, но я не смогу зачитать свою часть прозы.       Сквозь замершую тишину раздалось чёткое чувство удивления: «Ах». Шёпот всеобщего волнения после подачи такого заявления от лица юноши накрыл собой все зрительские места. Сотни непонимающих голосов стали звучать так громко: - Что же теперь делать? - Как же так? - Разве такое раньше бывало? - Надо же. - Что ж… - Верховная жрица храма была готова принять и такой исход, её план оказался больше не востребованным, и смысла вмешиваться в финальную речь мальчика тоже, увы, не осталось. Она поняла, что перед ней стоял честный человек, которому не нужна её помощь. Сочувствие к проигравшему было лишним, ведь он всё сделал благоразумно и знал, чем стоит поступиться.       Сам же Камисато не стал останавливаться на достигнутом и внезапно для неё и для всех замерших в ожидании слушателей продолжил свои слова: - Из-за того, что она была разделена, каждый из вас не проникнется ей в полную меру. Поэтому, я хочу начать с начала и прочитать отрывок целиком.       Настроение толпы в ту же минуту вернулось в прежнее русло, кто-то спокойно выдохнул, сбросив с себя напряжение. Всё было в порядке, и судьям не нужно будет изменять правила. Аято умеючи решил обыграть фальшь. Хлопки от зрителей в его поддержку вновь разбились о сцену. - «Ооо…?» - это стало полной неожиданностью для Леди Гудзи, она даже приоткрыла рот при виде происходящего. Ведь это были «Записки у изголовья» от автора Сэй-Сёнагон. Очень старая книга, которую не каждый захочет прочесть в их временной эпохе, откуда мальчик мог знать строки из неё наизусть?       Аято неспешно начал рассказ: - «Весною – рассвет. Всё белее края гор, вот они слегка озарились светом. Тронутые пурпуром облака тонкими лентами стелются по небу». - «Летом – ночь. Слов нет, она прекрасна в лунную пору, но и безлунный мрак радует глаза, когда друг мимо друга носятся бесчисленные светлячки. Если один-два тускло мерцают в темноте, все равно это восхитительно. Даже во время дождя – необыкновенно красиво». - «Осенью – сумерки. Закатное солнце, бросая яркие лучи, близится к зубцам гор. Вороны, по три, по четыре, по две, спешат к своим гнёздам, – какое грустное очарование! Но ещё грустнее на душе, когда по небу вереницей тянутся дикие гуси, совсем маленькие с виду. Солнце зайдет, и всё полно невыразимой печали: шум ветра, звон цикад…» - «Зимою – раннее утро. Свежий снег, нечего и говорить, прекрасен, белый-белый иней тоже, но чудесно и морозное утро без снега. Торопливо зажигают огонь, вносят пылающие угли, – так и чувствуешь зиму! К полудню холод отпускает, и огонь в круглой жаровне гаснет под слоем пепла».       Когда наследник клана Камисато закончил, он вежливо поклонился вперёд, где, словно в бушующем море шторма, теперь он мог слышать только похвалу для себя: - Это и правда чудесные строки… - Да. Да. Очень красивые. - Это прекрасно, господин Камисато! Вы молодец!       Мико слилась с общим шквалом оваций в адрес последнего победителя, растворилась в бесчисленном плетении торжествующих лиц, словно маленький камень, который подхватили волны у берега и насильно унесли за собой. Единственное, что осталось ей, это молча смотреть на лжеца с непритворной улыбкой: - «Этот мальчик сумел найти выход сам. Весьма похвально. Похвально… Даже я не смогла предугадать его мысли. Интересно, чем ещё он сможет удивить меня в будущем. Хм.»

***

      Чуть позже ночью в резиденции комиссии Ясиро.       Аято, точно крадясь, вышел из комнаты почитания предков, неся на руках перед собой длинный обмотанный со всех сторон свёрток. Внутри него был спрятан тяжёлый боевой меч, принадлежащий его отцу. Ранее тот уже долгое время просто висел на стене вместе с другими наградами и реликвиями, медленно превращаясь в раритет из-за их неиспользования. Из-за болезни действующего комиссара к нему теперь никто не прикасался кроме слуг. А значит, пропажу заметят спустя день или два, когда дело дойдёт до уборки и смены благовоний.       Едва слышно передвигаясь вдоль коридора полуспящего дома, мальчик видел тени за бумажными дверьми при свете напольных ламп. В комнате рядом была госпожа Камисато вместе с лекарем: - Сегодня четверо наших солдат были найдены мёртвыми в лесу. А мой старший сын вернулся с обычного состязания весь в крови. - Ну-ну… Госпожа. - Я не знаю, что думать. Я не знаю, как остановить всё то, что происходит, господин Ино. – после этих слов Аято сразу же стало ясно, что его мать была в слезах. - Ах, Акио, если бы ты только слышал меня, приди в сознание. Ты очень нужен мне. Ты очень нужен всем нам. - Я сделаю всё возможное, госпожа. - доктор неутешительно вздохнул, поводя итог его сегодняшнего визита. - Но…он очень слаб. И вам, вам тоже следует отдохнуть.       Молодой лорд замер, трепетно сжимая холод оружия на груди, сказать ему было нечего. Острой костью злость засела в горле. Он вздохнул, чтобы проглотить её внутрь, как много раз делал прежде, но она была такой большой. С тех самых пор, как ему сказали о болезни своего отца, он часто питался ею.       Аято простоял молча минуту, быть может – две, а затем понял, что если останется дольше, то рано или поздно его заметят. Он всё также тихо отправился к выходу из общей залы, стараясь не наделать лишнего шума вокруг. Однако там его ожидало нечто, чего он, к слову, не ожидал увидеть совсем во внутренних палатах комиссии. То было три розовых лепестка в фиолетовом облаке, кружащиеся у края плетёной дорожки. - «Это же грозовая сакура...» – подметил Камисато, присев на одно колено возле них и рассмотрев необычное явление ближе. Электрическое свечение постепенно растаяло от его плавных прикосновений.       Похоже, что они были не единственными в доме, след от цветов уходил ещё дальше по направлению к его комнате. Что выглядело весьма странно. Ведь в их саду не росло ни одной вишни, неужели сегодня ветер был такой силы, что принёс их с горы? - Хм… - молодой лорд медленно отодвинул створку деревянной двери, что вела в его личные покои, а затем вернул её в прежнее состояние с обратной стороны. Оказалось, что на полу в его зале сидела та самая коварная лисица, которую он уже видел утром. Громовые лепестки в воздухе остались как раз от неё. И, видимо, она уже очень долго ждала его возвращения, раз сияние распространилось повсюду. - ТЫ! – выпалил Аято, изрядно удивившись представшей перед ним гостье.       Пушистая лисица обратила внимание на потёртую от времени ткань, которую нёс при себе мальчик. - Ну и зачем тебе этот меч? – спокойно спросила она человеческим языком. - !!! АААааа!!! – Аято тут же выскочил назад в коридор. Главное сейчас, это сделать так, чтобы демон не последовал за ним. А дальше… В панике он не знал, куда деться дальше. И стоит ли звать на помощь кого-то из слуг. - … - Мико лишь молча смотрела на проходную арку, слегка ударяя об пол хвостом. - Я не сошел с ума. Это просто… говорящая кицунэ. В моей комнате. Говорящая кицунэ. – стал твердить себе под нос растерянный юноша. Продолжи он шуметь ещё громче и проснётся весь дом. - Сейчас я открою дверь снова, и её там не будет. Возможно, что это сон. Я не сошел с ума. - Конечно, не сошел. Ведь я всё ещё здесь. – сказала в ответ ему лиса, когда тот снова попытался войти в свою комнату. Разумеется, она слышала каждое его слово за стеной. - !!! – Аято превратился в живую статую с отвисшим ртом. - … - Мико с минуту ждала от него хоть какой-то другой реакции, но похоже, что тщетно. Если она не возьмёт инициативу в свои лапы, то наследника Камисато уже завтра придётся сдать в музей в качестве живого экспоната. - Мы так и будем смотреть друг на друга? Или ты всё же угостишь меня кусочком сыра? – вопрошая, вновь начала она. - ПОЧЕМУ Я ТЕБЯ ВИЖУ!? – в этот раз молодой лорд набрался смелости не убегать от их разговора, но продолжил вести себя неподобающе для столь позднего часа. - Почему я понимаю, что ты говоришь… КТО ТЫ!? - Можешь считать меня той, кто откликнулся на зов твоей стрелы. Так ведь гласила легенда. Хм-хм. А разговариваю я потому, что это нормально для нас, ёкаев, разговаривать с вами. Просто теперь вы, люди, не все умеете слушать наши голоса… - рассудительным мягким тоном, объяснила ему лисица, надеясь, что это немного успокоит мальчика, и он больше не станет кричать. - Выходит, что я… могу? – Аято медленно опустился на пол рядом с ней, чтобы изучить лучше столь необычное существо, что сошло со страниц старых сказок и попало к нему в дом. - Зачем меня спрашиваешь, раз знаешь ответ сам. Хм-хм. – Мико продолжила всё также спокойно сидеть на бамбуковом коврике, как и раньше, лишь иногда постукивая хвостом по доскам, отчего в воздухе появлялись маленькие сиреневые искры. - Так значит… это ты. Ты всё подстроила? Моя победа и весь этот турнир… и имя в кувшине. – сегодняшний день вновь пролетел перед глазами наследника Камисато, теперь всё действительно встало на свои места. - Отчасти так. – подтвердила кицунэ, а затем рассказала ему о причинах для этого. - Чтобы руководить кланом нужно обладать определёнными качествами. Одно из них в тебе уже есть. Если сможешь познать их все, то я помогу тебе достигнуть непревзойденного лидерства. Вот зачем я здесь. И эта победа лишь первая ступень к нашей общей цели и твоему обучению. - Моему обучению? - молодой лорд с нескрытным интересом ждал дальнейших пояснений от неё, и в тоже время не мог оторвать взгляда от того, как лоснится розовая шерстка лисы под жёлтым светом ламп. К тому же кончики её длинных ушей слегка шевелились от напряжения или же от смущения, он не мог считать точных эмоций, но наблюдать за таким маленьким и милым зверем было очень забавно. Возможно, что он даже зря испугался его в начале. - Что ты там рассматриваешь? Не веришь, что я могу стать хорошим учителем? – Мико топнула одной лапой, пытаясь создать строгий вид. - Если честно… не очень. – слегка улыбнувшись, смягчил свой ответ Аято, и почесал щеку. - Вот ведь, мальчишка. Между прочим, мы, кицунэ, живем в 10 раз дольше, чем вы. Уж мне то найдётся, о чем тебе рассказать. – сказала она в свою защиту. - А то… что случилось в лесу. Я что… и правда умер?       После этого вопроса в их разговоре возникла тишина. Конечно, Верховная жрица понимала, что не в праве скрывать от Аято столь важную деталь о его прошлом и вынашивать недоверие между ними с первой минуты, но и рассказать ему о том, как всё было на самом деле, стало не самой приятной задачей для неё. - Нет, но был очень близок к этому. – лаконично ответила она, после чего переступила с лапы на лапу, точно в волнении. - Если бы я не поделилась с тобой своей жизнью, то всё вполне бы закончилось именно так. - Поделилась жизнью? Что это значит? – не отступал юноша. - Я подарила тебе 40 лет жизни кицунэ, для вас это не так много. Всего 4 года, но именно столько было необходимо, чтобы твои раны зажили так быстро. – попыталась объяснить Мико. - Кстати, лучше никому не распространяться об этом, у меня могут возникнуть неприятности, если о моем проступке узнают в мире духов. - Так значит, я у тебя в долгу… - вывел итог молодой лорд, этого было достаточно, чтобы понять почему он остался жив. Затем он с грустью отвел взгляд к своей кровати, часть одеяла на ней была отдернута вверх. Хотелось лечь и забыть весь этот чудовищный день, как страшный сон, который больше не повториться. Хотя теперь… он не был уверен и в этом. - Не стоит волноваться. – прочувствовав ту тревогу, что стала неотъемлемой частью мальчика, лисица попыталась его успокоить и вывести акцент на чем-то другом. - Лучше расскажи, почему решил взять меч у отца? - А это… - Камисато перевел своё внимание на свёрток, что оставил лежать на полу. Когда речь зашла об оружии, то он расстегнул защищающую его обёртку и вынул острый клинок из ножен. – Сегодня я просто не смогу уснуть без него… Эти ниндзя ведь могут вернуться в любой момент и застать меня врасплох. А если рядом будет меч, то у меня найдется, чем им ответить. - Ты так никому и не рассказал о нападении после того, как закончился праздник? - Нет. – ответил Аято, а затем привстал для того, чтобы подготовить себя ко сну. - Не нужно, чтобы другие беспокоились за меня. К тому же, разве не сам хозяин виноват, что его собаки сорвались с цепи...       После того, как юноша снял с себя всю верхнюю одежду и остался только в хлопковом дзинбэй белого цвета, он принялся тушить стоящие внизу на досках андоны специальным металлическим ковшиком, так как сейчас они были единственным источником света в комнате. - Мне просто нужно время чтобы подумать, как это исправить. Но перед этим стоит набраться сил. Этот день и правда был очень долгим…       Мико наблюдала, как гаснет огонь то в одном, то в другом фонаре, а по комнате расползается вкусный запах тлеющего масла. Хотя она и убила тех четверых предателей, это все ещё не могло свидетельствовать о полной безопасности для тех, кто служил на благо комиссии. Опасения мальчика были оправданы. - Что ж, если это твоё решение… Я приму его, но только сегодня. – после того, как Аято укрылся под одеялом, заранее припрятав сталь под твёрдую подушку, и отвернулся к стене, розовая кицунэ тоже запрыгнула на его кровать и осторожно попыталась найти удобное место для себя сверху. - На эту ночь я останусь с тобой. А завтра… нам всё же придётся решить проблему со стражей, а не откладывать её в долгий ящик. - Так значит «такое» будет ваше первое наставление? - Да. - Хм. – в противовес этому улыбнулся молодой лорд. - И что же значит это странное: «Хм»? – переспросила лисица, улёгшись бочком к его спине, чтобы согреть её и в то же время защитить в трудную минуту. Самому Аято было весьма непривычно ощущать подобную близость с кем-то, но отчего-то та оказалась ему такой приятной, такой успокаивающей. - Её не получится решить так просто… учитель. – он закрыл уставшие глаза, но всё ещё продолжал крепко держать руку на рукояти клинка.