В лодке

Время также шло то ли быстро, то ли медленно. Казалось, с каждым поцелуем с Володей Юра стал целоваться лучше и лучше, хотя сам чуть ли не таял от прикосновения губ Давыдова к своим, от его влажного, скользкого и сладкого языка. Как же Юрку возбуждала эта ситуация. Они оба в закрытой лодке, кругом ни души, и лишь слышно, как бьется дождь об брезент. Отстранившись от Володькиных губ, дабы вдохнуть полной грудью, и снова его поцеловать, Юрка не смог, так как самому не хватало воздуха, да и Володя дышал очень тяжело. Конев выглянул наружу через маленькую щель в брезенте, дабы посмотреть, видно ли там Машу, ушла она или так же стоит и ищет глазами вожатого. За эти пару секунд в лодку проник свежий воздух. Его было не много, но Володя смог почувствовать эту прохладу от летнего дождя. - Маша всё ещё там стоит.- Юра решил соврать Володе, и подольше остаться так с ним, с его любимым Володенькой, которого он любил больше всего на свете, и ради которого переборол свой страх и сел за пианино. В ответ Володя лишь промолчал, и взяв его за край одежды, потянул на себя, молча прося продолжение. Довольный Конев в миг вернулся к нему. Чмокнул в нос, губы, подбородок, потом медленно перешёл к шее, которую стал покрывать поцелуями. Отталкивать его Давыдов и не собирался, ведь сам знает, что после этого будет. - П-пожалуйста, Юрочка, не оставляй никаких следов на ней, это ведь увидят... Юра даже и не думал об этом, но после этих слов он захотел оставить ярко-алый засос на его нежной шее, да так, чтобы он сразу же кидался в глаза, и Маша сошла с ума из-за этого. Эти мысли крутились в голове Юрки, но он не стал подвергать их опасности, и лишь расстебнув первые две пуговицы пометил Володю возле груди, и довольно начал расстегивать другие его пуговицы укусив его за сосок. Этот укус был резким, от чего Володя прикусил губу и промычал от боли, но больше его тревожили не укусы, а то, насколько далеко Юрочка готов зайти. Запустив руку в слегка волнистые Юркины волосы, Володя сам того не зная улыбнулся, и слегка потрепал их. - Володь... Я... Я не думаю, что смогу себя и дальше контролировать. Я так хочу тебя. Хочу, что бы ты был только моим, чтобы смотрел только на меня, и любил только меня. Хочу быть твоим единственным. Эти слова вскружили голову Володе, и он не задумываясь ответил ему взаимностью, и подняв Юркину голову вверх, втянул в сладкий и жадный поцелуй. Столь манящие и возбуждающие звуки заставляли Юркино сердце биться быстрее, руки полезли к Володиной талии, а языки переплетали друг друга, словно в танце. Не удержавшись от столь возбуждающей ситуации, руки Юры сами начали лезть под шорты к вожатому, отчего Давыдов лишь промычал в поцелуй, и продолжил страстно целовать своего возлюбленного. В шортах Юры и Володи уже было тесно, и природная смазка, которая так и вытекала с уретр парней, пачкая им одежду. В воздухе уже летало то самое жадное желанное либидо. Отпустив руку с Володиной талии, Юрка попытался не отрываясь от поцелуя вызволить свой член, и тихонько удовлетворить себя рукой, пока это либидо не переросло куда больше, но как только Конев начал надрачивать себе, не удержался, и отстранившись от поцелуя плюхнулся Володе на плечо и сладко простонал в самое ухо. Этот стон взбудоражил Володю.— Юрочка, всё хорошо? Ты устал или тебе что-то болит? Или же... — только когда вожатый почувствовал, что Конев быстро двигает рукой, и продолжает мычать иногда постанывая, накрыл его руку своей,— Юра... Давай я тебе помогу. Ты можешь отпустить свою руку? — Конев кивнул, и отпустив руку со своего члена полез ею под чужие шорты. Давыдов вздрогнул, но не стал убирать его руку. Для Володи это было похоже на взаимопомощь, поэтому он не остановился, и не убрал его руку. Юра был чувствительнее Володи, и еле как мог сдерживать себя и свои звуки которые вырывались с его уст при каждом выдохе. Вот теперь уж природная смазка начала выделяться обильнее, и хорошенько пачкать руки парней. Володя подключил вторую руку, и стал крутить ладонью головку нежно надавливая и сжимая её, а Юра в свою очередь принялся массировать большим пальцем чувствительную головку члена Володи, и иногда массировать в области уретры. — ха... Юрочка, кто же тебя... мнгх.. этому научил?— в порыве страсти и приятных ощущений Давыдов слегка свёл колени друг к другу, давая понять Коневу что скоро изольется ему в руку — Володенька... Володя... Я так тебя люблю, и мне так хорошо.— Последнее слово Конев сладко протянул, и уткнувшись носом в шею вожатого обильно излился, пачкая руки Давыдова. Володя и за ним далеко не ушёл, повторивши почти все в точности как Юрка, стал тяжело дышать и на доли секунды прикрывать глаза от наслаждения