[Руминация]

      Назвать ожидание пыткой было бы неправильно, но по-другому Гогия не могла объяснить даже самой себе то, что чувствовала всё утро. Тот последний сон заставил её всерьёз задуматься: а хочет ли она видеть сейчас Джеспара? Другого раза ведь может и не быть.       Отрицать того, что Гогия искренне переживает за него, глупо и незачем: они друзья. Как минимум приятели, но точно уже не чужие друг для друга люди.       «Друг для друга же…?»       Хочет ли она чего-то большего, чем дружба? И да, и нет. Гогии пока что не нужны отношения после смерти Сириуса. Она к ним просто не готова. Другой вопрос: испортит ли секс дружбу, которую она по-настоящему ценит? А, может, это всё и вовсе наваждение Высших?       «Насколько вообще аморально размышлять о подобном, зная в каком сейчас состоянии Джеспар?»       Чихнувший стражник не нарочно заставил Гогию отвлечься. Почувствовав себя глупой, она и посмотрела на свою обувь. Через некоторое время мысли о Джеспаре сменили мысли о предстоящих делах на день, но тревога всё равно никуда не делась. В принципе, как обычно.       Наконец-то из казарм вышел Юслан с какой-то бумагой в руке. Он молча кивнул Гогии и та, не смея больше задерживаться, пошла за ним обратно в храм.       Дойдя до лазарета, Гогия обнаружила, что её ладони вспотели настолько, что захотелось вымыть руки с мылом да несколько раз. А лучше ещё раз посетить купальню и полежать в тёплой воде час-другой.       «Да, мне нравится эта идея», — и именно это она и сделает перед тем, как отправиться к торговому посту на рынке…       — Проходите, — с какой-то долей сомнения сказал немолодой хранитель после того, как проверил разрешение у Юслана.       Открыв дверь для Гогии, Юслан снова ей кивнул. Двое апотекариев, что были в комнате, резко затихли. Возможно, появление незваных посетителей прервало какой-то очень личный разговор. Или очередные сплетни. Немного помедлив, Гогия зашла внутрь. Резкий запах целебных трав вызвал у неё лёгкое головокружение и непреодолимое желание покурить. Но придётся немного потерпеть.       Остановившись в нескольких метрах от Джеспара, Гогия неуверенно вгляделась в его лицо. Изначально даже подумала, что обозналась и на кровати спал совершенно другой светловолосый мужчина, но нет. Иллюзорная плёнка из жира и пыли на руках, казалось, стала толще.       «Он же дышит?»       Спустя несколько секунд, она в этом убедилась. Пусть и слабо, но грудь Джеспара периодически вздымалась и отпускалась. На его лице не было никаких признаков «плохого самочувствия». Даже отросшая щетина не придавала неряшливости.       — Как он? — спросил Юслан, плотно закрывая за собой дверь.       — Без изменений, — сказал апотекарий, что был немного моложе своей коллеги.       — Это как понимать? — выдавила из себя Гогия, продолжая стоять на одном месте, словно страшась подойти ближе.       Обоим апотекариям очень не понравился её раздражённый тон. Они переглянусь и сдержанно выдохнули.       — В норме он, — ответила женщина и скрестила руки. — С тем учётом, что он мог отравить себя сам, он ещё…       Юслан прервал её.       — Позвольте, — после недолгой паузы он продолжил. — То, чем какой-то подонок отправил Лишари и Даль'Варека, не простой яд, а… Как бы тебе, Пророчица, объяснить…?       И всё же Гогия осмелилась подойти к Джеспару ещё ближе. Даже в таком состоянии он выглядел куда лучше, чем она сейчас.       — Слышала когда-нибудь об эликсире из мечтоцвета? — спросил Ша'Рим, глядя куда-то вдаль.       — Нет, — она склонилась над Джеспаром и приложила руку к его лбу. Едва тёплый. Или это у неё руки такие горячие?       — Буду краток: это эликсир, который погружает разум человека в его собственные грёзы. Сейчас Лишари живёт, скажем так, в своих мечтах и, вероятно, даже не подозревает о том, что уже мертва.       — И что…? Вы хотите сказать, что Лишари мертва лишь физически?       — Нет, она в любом случае, — Юслан говорил это на выдохе, — мертва. Просто того не осознала и неизвестно осознает ли вообще. Я бы сказал, что убийца проявил к ней настоящее милосердие, но не в нашем положении.       — Но ведь Джеспар не…       — Да. Даль'Варек не умер, — перебил он её, — но, скорее всего, сейчас он точно также продолжает жить в иллюзиях, ничего не подозревая о своём состоянии.       — То есть…? — догадывалась Гогия.       — Вероятность того, что он проснётся крайне мала.       Юслан жестом руки попросил этого нетерпеливого апотекария остановиться.       — Да, но мы не можем знать точно. Мне жаль, Пророчица. Должен признаться, я впервые слышу о том, чтобы кто-то остался в живых после эликсира из мечтоцвета, а апотекарии Ордена и вовсе с таким дел не имели, — он обратился к ним обоим. — При всём уважении, мадам и мессир.       Мужчина недовольно фыркнул и, как его коллега, скрестил руки на груди.       — Мне жаль, — повторил Юслан, когда тишина начала давить.       — Ясно, — отрешённо сказала Гогия и взяла Джеспара за руку, чтобы проверить пульс. Не чтобы лишний раз убедиться, а просто чтобы прикоснуться.       И ей совершенно не нравилось то, что она сейчас чувствовала. И ведь даже не совсем понятно что именно. Тоска? Сочувствие? Жалость? Может, всего лишь обычная усталость, никак не относящаяся к Джеспару?       «Это всё ведь часть этого глупого спектакля для Эрен, да?»       Снаружи явно что-то происходило. Женщина выглянула в окно и, не заметив ничего для себя интересного, вернулась обратно в кресло. Второй апотекарий даже и не думал вставать. Он, как и Гогия, был слишком занят своими мыслями.       «Если всё, что сказал Юслан, правда, то так будет даже лучше, — эти мысли показались чужими. — В том числе и для меня»       Спустя несколько минут раздражённая присутствием посторонних апотекарий громко выдохнула и Гогия опомнилась. Она решила, что уже пора и, выждав нужный момент, схватилась за голову и вскрикнула, изображая приступ.       — Пророчица?! — подыграл Юслан и подбежал к ней. — Что это было? Ты что-то увидела?       Чего ей не пришлось изображать, так это плохого самочувствия.       — Да… Позовите командующую, пока я не забыла… — Гогия присела на кресло неподалёку и снова взглянула на Джеспара. — Не травил он ни себя, ни Лишари.

***

      — Понятно. В таком случае стоит увеличить надзор в портах и, как я уже говорила, вам быть настороже. Теперь даже в таверне, как прежде, расслабиться со старыми знакомыми не получится, — твёрдо заключила Леора. — Но допрос наёмника всё равно лишним не будет, если он вообще проснётся. Спасибо, что сообщила об этом, Пророчица.       Гогия молча кивнула. В конце концов Эрен не глупа и, учитывая все слухи, понимала, что та могла просто врать. В меньшей степени она ведь и так солгала.       — И как долго его здесь ещё будут держать, в случае если он не проснётся?       Командующая взглянула на Юслана, а потом на апотекариев.       — Около недели. Я всё понимаю, но Орден просто не может в такое время тратиться на…       — Спасибо. Я вас тоже поняла, — закончила тем самым неприятный разговор Гогия. Однако даже тех слов хватило, чтобы её разозлить.       «Будто от твоего понимания ситуация станет лучше. Напротив, какого хрена ты так пренебрежительно говоришь о нём, если всё понимаешь, блять!?»       Леора, словно почувствовав исходящую от неё агрессию, положила руку на рукоять меча.       Напоследок взглянув на Джеспара, Гогия встала и поспешила на выход, пока раздражение из-за лиц апотекариев и невозмутимости Эрен не переросло в гнев. Юслан откланялся и пошёл следом.       «Зато Джеспар сейчас счастлив», — пыталась она себя хоть как-то успокоить.       — Это было неплохо, — сказал Юслан.       И Гогия ничего не ответила. Так они и шли – молча.       «А солгала бы я, не зная правды…? — выйдя во двор, она зажмурилась из-за яркого солнца. — Неужели столько времени прошло?»       Когда зрение вернулось, Гогия заметила уходящего Юслана и решила, что лучше задать волнующий её вопрос сейчас, иначе потом он не даст ей покоя. Или и того хуже: она сама придумает на него ответ.       — Это всё правда?       — Что, прости? — отреагировал Ша'Рим не сразу. — Свойства эликсира и состояние Даль’Варека? Да, правда. Мне жаль, но даже Нейя не знает что здесь можно сделать.       — Нейя…? Это кто-то из апотекариев?       — Остаётся только надеяться на лучшее, — проигнорировал он.       — Понятно, — она спрятала руки за спину. — Спасибо, что смягчили эту информацию для меня.       Юслан только наклонил голову и прикрыл глаза в знак сочувствия.       — Не за что меня благодарить. И ещё… Я договорился о том, чтобы ты могла навещать своего друга и без моей помощи. Если захочешь, конечно.       «Захочу. Спасибо».       — В случае чего, обращайся. Ну а теперь прошу меня простить. Дела.       «У меня тоже», — подумала Гогия и лишь наклонила голову.       Юслан ушёл в архивы, а Гогия, как и планировала, отправилась в баню, зная о наличии свободного для себя времени. И даже если того времени не так много, то…       «Дижаам придётся подождать».

***

      — Мадам Шетелих, что с вами случилось?! — встревожилась женщина, контролирующая соблюдение всех требований хозяйки усадьбы.       — Да так… Маленькое путешествие на остров Кора, — проворчала Гогия, снимая с себя мокрый плащ. — А теперь продемонстрируйте мне всю вашу работу. Вам же хватило двух дней или что-то ещё нужно доработать?       — Всё в полном порядке, мадам! Всё готово, требуется лишь ваше мнение.       Гогия не пожалела потраченных денег: её дом был именно таким, как она и хотела. Всё, вплоть до мелочей, соответствовало её желаниям, которые были расписаны на пяти или шести пергаментах мелким шрифтом: каменная отделка стен в определённых комнатах, полностью переложенный пол из чёрного дерева, узор на потолке в спальне, печь в кухне, грядка с сон-травой посреди комнаты на втором этаже, картины, вся мебель в доме…       Гогия не скрывала восторга и едва нашла подходящие слова, чтобы его выразить.       — Вы и те парни отлично поработали! Мне нравится!       — Конечно! — улыбнулась женщина. — Мы очень внимательно относимся к прихотям своих клиентов.       — Да-да… Отличная работа, — Гогия быстро отсчитала медяки, засыпала их в кошель, а затем передала его женщине. — А теперь я бы хотела насладиться всей этой красотой одна. Уходите.       Та откланялась и вместе с оставшимися рабочими покинула усадьбу.       Не прошло и минуты, как Гогия начала, словно безумный ребёнок, бегать по собственному дому, едва не крича от восторга. Она рассматривала каждую комнату всё снова и снова, восхищалась бликами на канделябрах, трогала покрытые лаком столы и шкафы, скурила пучок сон-травы прямо с грядки, (хотя его бы стоило сначала хорошенько просушить, но кому какая разница), любовалась картинами, выставляла книги в шкафах по цветам корешков, снова восхищалась бликами… Увы, вскоре она начала замечать и огрехи. Например, полки в комнате с ванной, прибитые немного ниже, чем она того просила. Но эта и несколько других оплошностей были пустяками на фоне с общей эйфорией.       — Я в нём точно заблужусь! — это, конечно, преувеличение: в усадьбе всего комнат семь, не считая чердака и подвала.       Гогия перевела дух и направилась в спальню, чтобы сменить одежду. К сожалению, в её комоде не нашлось ничего подходящего под настроение; несколько вещей всё ещё оставались в комнате при храме. На днях она их обязательно заберёт.       — Творец тебя дери…       И как неудачно вышло, что именно единственная (пока что) пижама была среди всех тех вещей! Голышом спать совсем не вариант: близится осень. Да и по-своему та пижама всё-таки дорога для Гогии.       — Ладно, заберу сейчас! Разомну ноги! — решила она.       «И заодно навещу Джеспара».       Быстро смыв с себя грязь и переодевшись в чистую одежду, Гогия отправилась к Храму. Конечно, было уже поздно – солнце село да люди разошлись по домам и тавернам, – но это всё равно не мешало ей просто взять и заявиться туда назло сонным дозорным.

***

      — Бесп… — чуть не оговорился скучающий хранитель. — Пророчица, ты случаем не к наёмнику?       — Да, и у «наёмника» есть легко запоминаемое имя. А теперь позвольте мне пройти.       Тот недовольно хмыкнул и отошёл в сторону.       — Да, конечно. К слову, он проснулся.       Не успев коснуться ручки двери, Гогия застыла на месте.       — И как давно?       — Пару часов назад, если мне не изменяет память.       Опустив руку, Гогия поблагодарила его и зашла в лазарет. На этот раз запах был менее резким, чем в первый раз. Или это были уже совсем другие травы, или комнату недавно проветривали. В любом случае сейчас Гогию волновали не запахи и не травы.       — А, это ты. Привет, — будто бы невозмутимо поздоровался Джеспар, лёжа на кровати.       Кроме него, в лазарете была ещё и апотекарий. Молодая женщина с рыжими волосами взглянула на Гогию и вернулась к своей книге.       На первый взгляд Джеспар выглядел абсолютно спокойным. Однако что-то в его лице выдавало всю нервозность. Быть может, он ещё не отошёл от шока: всё-таки не каждый день оказываешься между жизнью и смертью, (даже учитывая его деятельность)       — Да. Привет, — Гогия подошла ближе, из-за чего Джеспар напрягся ещё больше. — Ты как?       — Голова болит, но скорее от всех мыслей, нахлынувших на меня из-за случившегося, — апотекарии наверняка рассказали ему всё, в том числе и о «видении Пророчицы». — Мне бы, конечно, уже стоило привыкнуть, что я не в первый раз избегаю смерти, попадая в дерьмо и похуже, но… Не знаю даже. Я просто не могу.       Гогия хотела было задать уточняющий вопрос, но он и сам продолжил.       — Всё в том сне изначально было очень подозрительным, начиная от дорогой купальни, в которой я проснулся, заканчивая… Всем остальным. Имею в виду люди, которых знаю, не стали бы себя вести так…       Джеспар попытался подобрать правильные слова, но замолчал и отвёл взгляд. Надеясь поднять ему настроение, Гогия решила задать глупый, но достаточно, как ей показалось, забавный вопрос.       — Признавайся: как я себя там вела?       Джеспар усмехнулся и скрестил руки на груди.       — А я не помню, — и не скрывал того, что нагло врёт.       — Хитрости не занимать, — она взяла стул и села рядом.       Женщина, о присутствии которой Гогия едва не позабыла, встала с кресла и подошла к шкафу, чтобы поставить наскучившую книгу обратно и выбрать себе другую.       — Просто, — Джеспар перевёл взгляд на апотекария, — вся та иллюзия была настолько реальна, что если бы не мой опыт и непревзойдённый ум…       Гогия со всей искренностью усмехнулась.       — …то я бы никогда даже не заподозрил, что всё это сон. Нарушить повествование в мире, где всё идёт как ты хочешь… Подумать только.       Задумавшись, Гогия уставилась в сторону окна.       — Не так уж и плохо на самом деле. Я бы точно не захотела тогда просыпаться, — эти разговоры о снах не могли не заставить её зевнуть. — А почему ты решил «Нарушить повествование»? Это, разумеется, хорошо, что ты проснулся, но я не совсем понимаю.       Джеспар тяжело выдохнул.       — Трудно объяснить. Ты, скорее всего, со мной не будешь согласна.       — Даже если и так, мне всё равно интересно.       Он с сомнением посмотрел на неё.       — Точно, твоё любопытство. Что ж… — он перевернулся на бок и лёг поудобнее. Места едва хватало, чтобы вытянуться. — Просто понимаешь, «идеальная» жизнь рано или поздно наскучит. Её иллюзия точнее… Без разницы.       Будучи в замешательстве, Гогия наклонила голову. Джеспар продолжил.       — Эмоции со временем притупляются и никакого удовольствия ты получать больше не будешь. Во всяком случае так всегда было со мной, стоило мне задержаться подольше в той же таверне или… В кое-каких других местах.       Гогия кивнула, догадавшись о чём он.       — Хорошо. В этом есть смысл, но всё же мне кажется уж лучше так, нежели, не имея выбора, барахтаться в занимательном дерьме реальности. И, в конце концов, разве ты не сможешь в своём же… Мире грёз просто взять и захотеть немного «пострадать»?       Джеспар измученно выдохнул. Почувствовав себя глупо, Гогия добавила:       — Я не осуждаю, правда. Мне просто интересно.       — Я понял. Это похвально. Дело даже не в моём, как ты могла подумать, мазохизме, а в предсказуемости такой реальности. Скучно читать книгу, события которой знаешь наперёд. Мне нужны сюрпризы от жизни, если говорить просто.       — А если это моя любимая книга? — односторонне улыбнулась Гогия.       — Ой, признайся, милая дама, тебе просто весело глумиться над моей тягой к философии?! — он изобразил недовольство, что её ещё больше рассмешило.       — Есть такое.       Ненадолго стало тихо. Апотекарий первая нарушила тишину тем, что случайно уронила что-то на пол и мягко, но всё равно тихо выругалась.       — Ладно, я бы хотел отпустить всю ту ситуацию с отравлением, если ты не возражаешь. Как у тебя-то дела? Я проспал что-то интересное?       «Хочу спать», — подумала Гогия.       — Да. Например то, что эта милая дама, — она указала на себя, — теперь живёт в Квартале знати.       Джеспар задумчиво хмыкнул.       — Ого. Дай угадаю: она соблазнила банкира?       — Это было бы слишком легко и «скучно».       Гогия усмехнулась и села поудобнее, чтобы рассказать ему о том, чем закончилась вся та история с Золотым серпом всего пару дней назад.

***

      Казалось, что этот металлический запах никогда больше не смогут вывести, ибо вся сцена пропиталась кровью настолько, что дерево в некоторых местах уже вздулось.       — Творец… — тихо прошептала Гогия, зажимая рану в животе, и взглянула на Дижаам, которую только что убила. С зубьев булавы капала ещё совсем тёплая кровь. — Не понравилось ей видите ли, что мне в этом городе ещё жить! А я пыталась тебя защищать, хах…       Но Гогия понимала, что с её стороны было глупо терять бдительность рядом с нетерпеливым человеком, хладнокровно перерезавшему практически всех рабочих в торговом посту. Прав был Даль'Лоран, предостерегая её.       «Приди я тогда немного раньше… Нет. Я тут не причём».       Но всё-же Гогии от осознания того, что умирали люди, пока она расслаблялась в бассейне, было не по себе. Она пришла уже когда стража арестовала Дижаам. Лишь одному человеку во время той потасовки удалось спрятаться и выжить. После случившегося было тяжело не подозревать о непричастности Дижаам к пропаже главы Золотого серпа. А затем её допрос, разговор с человеком из Коалиции Синих островов, вспышка, письмо из неоткуда, спектакль…       — Какой-то пиздец…       В итоге причиной всего происходящего был заражённый человек из самого Серпа. Это был не первый и не единственный случай, когда Гогия воочию столкнулась с красным безумием, но по сравнению с обезумевшей дочкой фермера, Менделус вызвал куда больший ужас даже без окаменелых. Непередаваемый фанатизм. Остаётся только гадать, что тот мог бы сделать ещё, не убив она его сейчас.       Превозмогая боль, Гогия взяла у мёртвой окаменелой противоядие и дала его Даль'Лорану, после чего села на пол и прижалась спиной к массивной декорации. Тело ужасно болело от множества полученных в бою ран и не исключено, что убийцы могли использовать яд.       — Один гадёныш сбежал, — выругалась Гогия и применила на себе магию света.       Это было неприятно и неэффективно, но другого выбора нет, иначе она точно потеряла бы здесь сознание. Кое-как встав на ноги, она посмотрела на свою руку. Ладонь покрылась небольшими пузырьками, часть из которых всё ещё продолжала медленно расти.       — Ёбанная лихорадка. Ненавижу!       Она добрела до выхода из театра и дала страже знать, что заложнику больше не грозит опасности. Теперь тем уже ничего не мешало пробиваться в театр силой. Апотекарии сначала оказали Даль'Лорану и Гогии помощь, после чего принялись осматривать тела погибших. Окаменелая даже, будучи мёртвой, вызывала ужас. Казалось, что она сейчас вновь вскочит на ноги и сделает со всеми присутствующими то, что так хорошо умеет. Умела. Если бы не видения, Гогия точно не выжила бы в этой битве.       Приняв амброзию, она рассказала Маэлю обо всём произошедшем, за исключением той части, когда она сотрудничала с Дижаам интереса ради. Весь рассказ он смотрел в сторону накрытого окровавленной тканью тела Менделуса. Когда Гогия закончила, Даль'Лоран молча кивнул, принимая уже случившуюся ситуацию.       — Выходит, я обязан тебе жизнью, — он с усталостью выдохнул. — Чего ты хочешь, защитник?       Гогия нервно усмехнулась. Головная боль только усилилась.       — Много чего. У меня большие запросы, мессир Даль'Лоран.       Взглянув на Золотого скарабея, Маэль отрицательно покачал головой.       — В пределах разумного.       Об этом безвкусно выглядящем идоле Гогия даже и не думала. Она всё равно не собиралась заморачиваться с его продажей.       — Насколько разумно хотеть усадьбу из Квартала знати? Было бы неплохо ещё привести её в порядок и добавить к моему счёту в банке несколько сотен медяков, чтобы я смогла купить мебель.       Подслушивающий стражник с трудом сдержал смешок. Запросы действительно большие.       — Вполне разумно, — ответил Даль'Лоран не сразу. — Всё-таки я жив, благодаря тебе.

***

      — Ты не перестаёшь меня удивлять! — Джеспар усмехнулся и потянулся к прикроватной тумбе за водой. Гогия пододвинула кружку немного ближе к его краю.       — Я и сама не думала, что всё так получится. Правда вот работу в Серпе мне выдадут не скоро: вся та ситуация и затраты на мои запросы… Но да ладно. Я всё равно найду чем заняться.       — Нисколько в этом не сомневаюсь, — он сделал несколько глотков и вернул уже пустую кружку на место. — Рано или поздно за твоими услугами будут в очередь выстраиваться.       Гогия наигранно посмеялась.       — Ты лучше скажи как долго тебя здесь ещё держать будут, подхалим?       — Если бы не твои… Видения, то дольше, — он отвёл взгляд. — А так меня всё равно уже допросили. Завтра переберусь обратно в своё логово бродяги, отдохну и буду искать работу.       «Комната в кочевнике», — догадалась Гогия.       Ей бы очень хотела рассказать ему, что не было никакого спонтанного видения, что всё совсем иначе. Однако сейчас не то место и не то время.       — А что такое?       — Да так… — она невзначай поправила волосы. — Жду вас завтра после полудня в гости. Я настаиваю.       — Какая честь! Мне готовиться к пиршеству на весь Арк?       — Нет.       — На весь Вин?       — Творец, ты… Нет! — Гогия закатила глаза. — Только ты и Калия. Вот и все гости.       — Кали…? А вспомнил. Ну зато нам всем будет хватать еды и места.       — Это точно. Я сама, если честно, ещё не научилась в нём ориентироваться.       — Мадам, — высокий голос апотекария заставил её раздражиться.       — Точно, время позднее… Джеспар, тебе что-нибудь сейчас нужно?       — Нет, не нужно, — он улыбнулся. — Спасибо.       — Тогда до завтра.       Гогия встала и неспеша пошла к двери, но на полпути остановилась.       — Я очень настаиваю.

***

      Вот уже последнюю неделю-две Калия спит плохо, если не ужасно. Уснуть всё никак не получалось из-за большого количества навязчивых мыслей, преследующих её всё чаще. Но она уже давно научилась с ними справляться. Не сказать что панацея, но Калии практически всегда помогали ночные прогулки по городу или за его пределами, когда всё совсем плохо. В крайних случаях она посещала купальню или медитировала. В самых крайних – тренировалась до изнеможения.       «Близится осень», — подумала Калия и приобняла себя за плечи, чтобы хотя бы немного согреться.       Это не сильно помогло: холод словно исходит изнутри. Тайрас, безобидно шутя, часто пытался ободрить её: «В твоём теле, Са'Ира, будто находится какой-то маленький мерзопакостный кусочек льда!». И почему-то это иногда помогало. Калии становилось тепло даже от этих воспоминаний.       Спустившись в Квартал знати, она направилась в сторону рынка. Заметив по дороге курящую Гогию, она встала рядом и точно также облокотилась на мостик.       — Са'Ира? Тебе тоже не спится?       Та отвлеклась и выдавила из себя приветливую улыбку.       — Спится, но очень плохо, — а затем замолчала и заглянула внутрь трубки. — У меня кошмары.       — Кошмары? Как давно?       — Очень, — прикрывая рот рукой, Гогия тихо зевнула. — Ты сказала «тоже». Что случилось?       Стараясь игнорировать едкий табачный дым, Калия всё же рассказала ей о своей проблеме. Кратко и честно.       — Понимаю… А что за мысли? — поинтересовалась Гогия.       — Нехорошие, — Калия помрачнела, — её мысли. Наверняка они стали появляться чаще из-за происходящего в мире. Это тяжело.       — Ох… Я поняла. Мне жаль это слышать.       — Брось, Са'Ира, я привыкла. Лишь бы не красное безумие.       — Да, — Гогия усмехнулась. — К слову, мне кажется, ты будешь одной из последних, кого эта гадость вообще затронет. А даже если и действительно затронет, то ты скорее всего справишься.       Калия фыркнула от смеха.       — Ты очень странно льстишь, Са'Ира!       — Просто говорю что думаю, — Гогия посмотрела вниз и начала крутить в руке пустую трубку. — Калия, могу ли я задать тебе очень странный и не совсем корректный вопрос?       — Не знаю, что ты имеешь в виду, но я слушаю, — она насторожилась.       После недолгой паузы трубка перестала вертеться между длинными пальцами.       — Хорошо. Как ты думаешь, испортит ли секс дружбу?       Лишь шум воды нарушал тишину.       — Чт… Что, прости?       — Испортит ли секс дружбу? — повторила Гогия, не сводя глаз со своей трубки.       — Чью…?       — Чью-то.       — Я даже не знаю, Са'Ира… — Калия заметно занервничала, переминаясь с ноги на ногу. — Я не сильна в этой теме. Я не знаю.       Та разочарованно выдохнула и продолжила крутить.       — Хорошо. Тогда не бери в голову.       — Извини. Наверное, я умею только ныть, — Калия неловко усмехнулась.       — Брось, всё в порядке. Как редкостная любительница пожаловаться, я заявляю, что всегда готова тебя выслушать.       Гогия устало, но искренне улыбнулась. Мимо прошёл стражник. Он задержал на женщинах взгляд и продолжил своё патрулирование.       — Са'Ира, могу ли и я тогда тебя тоже кое о чём спросить? — Калия дождалась, положительного кивка от неё. — Почему ты всё это мне говоришь?       — «Всё это»?       — Слова поддержки, комплименты… Обычно люди, которые игнорируют слухи и дают мне шанс… Они просто не могут долго со мной общаться. Почему же ты до сих пор это делаешь и готова меня слушать?       — М? — Гогия в недоумении посмотрела на неё. — Тебе это не нравится?       — Нет, всё хорошо. Мне просто интересно почему?       Она задумалась. Вопрос ведь действительно странный, но не страннее, чем её спонтанное «испортит ли секс дружбу?».       — Ты мне нравишься вот и всё. В чём проблема?       Калия потеряла дар речи.       — В самом деле…?       После утвердительного ответа она растерялась так, словно стала невольной свидетельницей чего-то ужасного и незаконного и отошла от Гогии на шаг.       — Я не думаю, что… Нет, я правда ценю наше общение, но не думаю, что… — её тон стал строже. — Если ты действительно хочешь услышать моё мнение по поводу твоего вопроса – да, испортит.       — Я не совсем понимаю.       — А теперь прости меня, я правда очень устала. Увидимся завтра, хорошо?       Калия поспешила обратно в храм. Лишь, преодолев множество ступеней и весь путь до ворот, она поняла, что совсем не так поняла Гогию. Речь ведь шла об обычной дружбе.       «Кираш, как же неловко вышло!»