+1 | Plus-One

И снова Айзава нервничал перед встречей с Изуку. Нервничал уже второй раз за один день, должно быть, это рекорд. У него не было причин нервничать. Это было его… Подождите, они так и не придумали ярлык для своих отношений. Это был его будущий муж. Это было его все. Это была его любовь Они также не обсуждали, изменятся ли совместные патрули и если да, то как. Это была щекотливая тема. Как бы он ни хотел быть физически близким, даже ласковым, с линчевателем, у него по-прежнему была работа. Работа, которая, если бы он отвлекся, могла привести к плачевным последствиям. Айзава признал, что они не обсудили много вещей, особенно с учетом того, что он всё ещё планировал переехать завтра. Расписания, беспорядок, работа по дому. Они оба намекали на то, что их отношения будут развиваться в физическом направлении, но было так много путей, которые могли пойти. Он даже не знал, есть ли у Изуку кофеварка. — Привет, Сотриголова. О чем ты думаешь? Голос, измененный устройством, испугал его раздавшись сзади. Будучи подпольным героем, Айзава считал, что у него отличные инстинкты. Несмотря на это, Изуку — без профессиональной подготовки — смог подкрасться к нему. — Ты, — честно ответил старший. — Надеюсь в хорошем смысле. — Ага. Какие планы на вечер? — Айзава часто позволял Изуку командовать во время патрулирования, хотя герой брал на себя ответственность за их свидании. Склонность линчевателя к анализу превратилась в прочную основу для стратегии. — Ты подходишь с севера, я с юга, базовая разведка и анализ ситуации. Если ничего нет, встретимся на полпути. Если я доберусь до встречи, а тебя там не будет, я подожду пятнадцать минут, прежде чем продолжу, пока не найду тебя. То же самое касается и тебя. — Неплохо звучит, — это была проверенная стратегия, ведь они использовали много раз раньше. Айзава был доволен, похоже, Изуку планировал оставить их патрули без изменений, как он и надеялся. — Увидимся через час или около того. — Нет, если я увижу тебя первым. Пока линчеватель прыгал по крышам подальше от Айзавы, профессиональный герой скрыл небольшую улыбку. Это останется, как и прежде. Айзава прибыл к месту встречи через пятьдесят минут с самодовольной ухмылкой на лице, когда Изуку появился еще через двенадцать минут: — Ты медленный. — Я остановился, чтобы взять ключи от машины у слишком недосыпающего офис-менеджера, и подождал, пока такси, которое я вызвал, не приехало. А что ты сделал, старик? — игриво спросил Изуку. — Я покажу тебе старика, Деку, — проворчал Айзава, слегка улыбаясь в свое оружие захвата. Без предупреждения он направил его в сторону линчевателя человека. Изуку — нет, сейчас он был Деку — нырнул вправо. Но Сотриголова нанес правый кросс-джеб, скрытый под развевающейся тканью. Деку сделал шаг назад, но не дрогнул, скорректировав позу, чтобы понизить центр тяжести. Айзава не мог этого видеть, но знал, что под маской, изменяющей голос, у линчевателя была ухмылка. Ухмылка, способная соперничать с улыбкой Айзавы. — У тебя есть кофеварка? — Профессиональный герой выстрелил из своего оружия захвата на огромной скорости. Бдительный откатился влево: — Я владею и живу над кафе. У меня их четыре. И эспрессо-машина. —Я тебя люблю, — Айзава остановился, его оружие захвата замерло: — Черт, я не хотел этого говорить. — Потому что ты не это имел в виду? — Потому что кажется, что слишком рано. — Ты переезжаешь завтра. — Ага. — Люблю тебя. — Отлично. — Хорошо, — Изуку снова нанёс удар, который целился в голову Айзавы. Они обменивались ударами добрых полчаса, больше в танце, чем в драке. Двое мужчин прекратили спарринг только тогда, когда старший почувствовал, что его телефон завибрировал. Он поднял руку, чтобы приостановить бой, прежде чем ответить на звонок. — Ластик. — Это Цукаучи. У меня есть инцидент, — был звонок о домашнем насилии, пока он не выплеснулся на улицу. Он сдержан, но нужен кто-то, кто отменит причуду. — Где? — К югу от центрального железнодорожного вокзала — Буду через тридцать минут. — Я напишу адрес. Спасибо. Айзава сунул телефон обратно в карман. Он уже собирался пробормотать извинения за то, что вынужден прервать их совместный патруль, когда Изуку опустил маску и нежно поцеловал его. — Ты герой, и я знаю, во что ввязываюсь. Тебе никогда не нужно извиняться за спасение людей. — Мне все еще жаль. — Ты можешь это завтра. Я буду в кафе весь день, Я предполагаю, что ты придешь после того, как закончишь в UA? — Возможно, я буду ближе к восьми, мне нечего упаковывать, но мне все еще нужно забрать грузовик. —Это нормально. Я оставлю черный вход открытым. Изуку снова поцеловал профессионального героя: —Теперь иди, спасать людей. У меня есть всё, что нужно. —Я тебя люблю. — Я знаю. — Паршивец, — ласково сказал профессиональный герой, готовя свое оружие для захвата, чтобы перепрыгнуть через ближайшую крышу. Когда он отступил к вокзалу, он услышал это — самые сладкие слова, те, которые он никогда не устанет слышать от своего линчевателя. — Я тоже тебя люблю.