Любовь — яд...

Чимин лежит на кровати и смотрит на солнце, что уже понемногу греет, но снег еще не тает, к весне еще далеко. Тело омеги болит после очередной ночи с Чонгуком, после того случая они много молчат, Чимин больше не просится где-то погулять, но все также выгибается и стонет под Чоном. Внутри что-то поменялось, как омеги, так и в альфы. Чонгук изменился, моментами Чимину кажется, что тот принимает, но ему все равно. Он как бы любим, как бы имеет дом, как бы должен быть счастливым, но мир Пак Чимина как будто перегорел, лампочка взорвалась и никто ее не чинит. — Доброе утро, — Чонгук целует в плечо омегу. — Я не хочу… — сразу же выпаливает Пак. — Я слишком устал, мы трахались шесть часов, я хочу отдохнуть. — Чимин, так не пойдёт. Я же тысячу раз извинился за пощечину. — Только за неё. Я хочу спать. — А я тебя, — напирал Чонгук. Он развернул омегу на спину и как коршун навис сверху. — Ты должен отвечать мне взаимностью, пока я тебя хочу. — Как скажешь, — Чимин отбрасывает одело в стороны и раздвигает ноги, — прошу, входите. — взгляд омеги пустой, а альфы — злой. — Ты невыносим, — сердится Чонгук и встает. — Сегодня важная встреча, ты тоже будешь присутствовать. — Почему бы тебе не взять кого-то другого, там же будут альфы, и они будут смотреть на меня. — Прекрати, — сердится Чон. — Ты меня услышал.

***

В больницах всегда какой-то дискомфорт и неприятный запах. Юнги, как маленький ребёнок стоит в коридоре и ждет, пока Феликс уладит все бумажные дела. Минхо нет, Мин видит, что омега расстроен из-за этого, но гордо молчит и занимается тем, что добивается для Юнги пропуск. — Держи, — улыбается младший. — Ты такой потерянный. — Мне неловко, еще этот костюм, — Юнги смотрит на себя в синем медицинском костюме. — Ты нервничаешь? Уже готов сходить со мной на свидание? — Нет, — хмыкает Мин, но идёт следом. Они заходят в большую комнату и его взору сразу же бросается огромное количество омег, альф, бет. Все они выглядят намного старше своего возраста, некоторые даже не имеют конечностей, но все болезненно страшные. От такой картины Юнги замирает, не может сдвинуться с места, внутри что-то ёкает, руки трясутся. — Сегодня они будут рассказывать свои истории, — шепчет Феликс. Он позволяет себе вольность и берет за руку Юнги, чтобы тот хоть немного успокоился и почувствовал, что не одинок. — Меня зовут Ли Джунки, — говорит альфа, у него добрые глаза и милая улыбка. — Я не принимаю наркотики уже два месяца и очень горжусь собой. — Джунки, расскажи почему ты начал принимать, — говорит психолог-бета. — Моя жизнь не имела никаких целей, и решил попробовать на выпускном, первую я попробовал травку от одноклассника, потом с тем же одноклассником мы подсели внутривенно… — альфа сглотнул, — он скончался от передозировки, а я понял, что хочу жить… поэтому и пришел сюда… Юнги слушал каждую историю, его сердце кровью обливалось. Каждый из присутствующих потерял кого-то, что-то их привело к этому пути и что-то же привело к излечению. Под конец историй, Мин сидел на стуле, а на коленях сидел Феликс. Благо из-за омеги не было видно одиноких слез, которые так предательски бежали по щекам. После трудного дня они вышли молча, рука обо руку. Феликс что-то рассказывал, но Юнги уже принял решение. Он остановился и посмотрел на младшего: — Феликс. — Да? — Ты должен мне свидание, — улыбается альфа. — Ты серьёзно? — омега был явно удивлён. — Более чем, я не разочарую. — Я рад, — Феликс крепко обнял парня. — Тебе понравится.

***

Чимин словно кукла стоял возле Чонгука. К ним подходили другие альфы со своими омегами, но Чимин их не слушал, он был где-то далеко. Ему хотелось бежать, прыгнуть с этого небоскреба и забыть обо всем. Он видел, как омеги смотрят на Чонгука, как трогают его, но сейчас ревности не было, было отчаяние. — Чонгук, — Намджун подходит ближе и жмет руку. — Чимин, — он смотрит на омегу. — Здравствуй, Намджун, — на автомате выдает он. — Чонгук, нам бы всем поговорить о своих делах, оставь Чимина. — Конечно, — Чонгук наклоняется к уху омеги и шепчет так, чтобы услышал только он, — без глупостей, малыш. — Чимин лишь закатывает глаза и идет к столику с шампанским. Выпив залпом два бокала, третьим он наслаждается. — Ты так пахнешь Чонгуком. — Тэхен, — омега поднимает свой взгляд на альфу. — Твои кости целы, — почти смеётся он, но Киму шутка не зашла. — Чонгук постарался. Ты с ним, не жалеешь? — Жалею, что не свалил с города после смерти отца, это да. — Ты несчастен с ним. — По крайней мере, он любит меня. — Я тоже любил. — Нет, ты хотел тело… оставь меня, пока Чонгук не вернулся. — Боишься его? — хмыкает Тэхен. — Он скорее убьет меня, чем отпустит… — Стоит лишь исчезнуть из его жизни, и месяцев через два он о тебе и не вспомнит. — Ах, ты ж эксперт. — Да, омеги Чонгука с радостью прыгали ко мне в койку, ты тоже. — Да, но после него я с тобой уж точно не буду. Ты обидел и сильно причем… — Знаю, Сокджин говорит, что я идиот. Может, он и прав, но он так зависим от наркотиков. — Или делает вид, чтобы вы утратили бдительность. — Это бред, — смеётся Ким, — он не настолько умен, как ты думаешь. Чонгук с остальными альфами возвращаются намного раньше, чем они могли представить. Чону явно не нравится картина которую он видит — Чимин разговаривающий с Тэхеном. — Тебе опять кости переломать? — сердится Чонгук и сразу же за талию обнимает Чимина. — Какой грозный, — смеётся Тэхен. — Валяй, я тебе не боюсь. — А зря, — рычит Чонгук. — Хватит, — Чимин закатывает глаза. — Ты уже закончил? Я могу ехать домой? — Да, — Чонгук не отрывает взгляда от Тэхена. — Поехали. — Чимин настолько важен для тебя? Он с удовольствием стонал подо мной, — громче, чем нужно, говорит Тэхен, привлекая внимание. — А ты под Сокджином! — выплёвывет Чонгук. В зале повисла тишина, он берёт за руку своего омегу и идёт на выход. Тэхен же виновато смотрит на Намджуна, что явно недоволен младшим.

***

— Сука! — Чонгук бьёт рукой об руль. — Почему ты был с ним? А? Не мог кого-то другого выбрать? — Прости?.. Ты упрекаешь меня у половых связях, хотя сам скольких перетрахал? А? Это глупо, — смеётся младший. — Глупо? — глаза Чонгука стреляют молниями, от такого взгляда омега закрывает рот и смотрит вперёд. Он резко тормозит машину. — Пошел вон из моей машины? — Прости?.. — Чимин вовсе не понимает резкого всплеска агрессии. — Выметайся! — кричит Чонгук. Омега на ватных ногах в одном костюме выходит из машины посреди дороги, а затем смотрит, как машина уезжает. Он в смятении и ему страшно. Прикрыв глаза и обняв себя руками, Чимин идёт вперёд. У него нет ключей от своей квартиры, у него нет друзей, ему некому позвонить, ведь даже телефона нет. От такого отношения ему выть хочется, омега падает на колени в снег и начинает плакать. — За что? — его тело дрожит, а сердце бьётся в истерике. Страх, вот что окутывает омегу. Он слышит, как рядом останавливается машина. — Уходи! — почти кричит Чимин, но место слов на него сверху ложится теплое пальто с таким приятным запахом. — Он убьет тебя, — продолжает рыдать омега. — Не убьёт, — улыбается Югем и приседает рядом, протягивая руку. — Поехали, переночуешь у меня, а потом решим проблему. — И Чимин соглашается, он кладет руку и крепко её держит. Он чувствует теплые объятие и как его поднимают. — Я такой глупый, — Не говори ерунды, — Югем сажает в машину младшего, а затем и сам садится. — Я ехал за вами и все время был там. — Правда? — Чимин шмыгает носом, его руки красные и замерзли. — Правда. У меня примешь теплую ванную, я приготовлю тебе чай с медом, — омега продолжал смотреть на альфу напротив. — Ты же любишь чай с медом? — Югем… — альфа перевёл взор и, увидев растерянный взгляд, он остановил машину и включил аварийку. — Да. — Помоги мне, я не хочу больше быть с Чонгуком, — омега буквально забился в истерике. — Тише, — Югем прижал к себе младшего, — я уже ищу способ. Просто доверься мне. Я костьми лягу, но вытяну тебя из этого ужасного мира.