***
Феликс стоит в идеально выглаженной рубашке, которая разлетается от холодного ветра, джинсах, а в руках держит пальто. Улыбка с лица пропадает, когда, открыв двери, он обнаруживает не Юнги, а своего брата. Минхо выглядит мягко говоря не очень: черные круги под глазами, бледное лицо и взгляд в никуда. — Ты не очень, то и вовремя, — Феликс делает шаг в сторону. — Прости, — Минхо медленно входит во внутрь. — Прости, что не пришел тогда… — Когда это ты последний раз просил у меня прощение? — хмыкает омега. — Сегодня… Я пришел извиниться за все, что сделал для тебя. — Ты дурак, Ли Минхо? — хмурится Феликс, застёгивая рубашку. — Ты мой младший брат-альфа, который пожертвовал своим детством, но обеспечил нас. Правда последствия… Ты куда-то собрался? — Я хочу уйти из этого мира… найти нормальную работу и спокойно жить, — Минхо прикрыл глаза. — Они отпустят тебя? — Думаю, да, — улыбается альфа, а затем крепко обнимает старшего. — Ты прекрасен, надеюсь, Юнги не подведёт тебя и моё доверие. — Я тоже, — Феликс целует в макушку младшего, а затем смотрит, как тот уходит. Его сердце выпрыгивает от страха, что он видит своего братика в последний раз. Спустя полчаса в назначенное время Юнги стоял у двери Феликса с небольшим букетом розовых роз. Он был одет в костюм и кожаную зимнюю куртку, альфа улыбался, смотря на омегу. — Привет, — он протянул цветы младшему. — Я не ожидал, — Феликс смутился, но цветы принял. — Я поставлю их в вазу, а ты в прихожей подожди. — Хорошо, — Юнги делает уверенный шаг в чужую квартиру и новую жизнь.***
Хосок весь день сам не свой, Хенджин постоянно на работе, а ему одиноко. Вся привычная жизнь изменилась, но радость от того, что он беременный оставалась. Седьмой месяц беременности уже заканчивался, и он с нетерпением ждал своих малышей. Услышав стук двери, Хосок максимально быстро, насколько мог в своем положении, поднялся встречать Хенджина. — Ты пришел раньше, чем всегда, — улыбнулся Хосок. — Дела закончились, — альфа целует в лоб омегу и проходит в залу. Улыбка с лица омеги пропадает, а на глазах наворачиваются слезы. — У тебя кто-то появился, — не спрашивал, а утверждал Хосок. — Врач тебе запретил любой секс, а я альфа и мне нужна разрядка, — спокойно рассуждал Хенджин. — Это слишком подло! — возмутился омега. — Я ведь тебя люблю, всего себя дарю, а ты, кобелина, не можешь подождать каких-то два месяца?! — начал он кричать. — Не могу, — Хван подошел ближе и посмотрел младшему в глаза. — Ты мне не безразличен, но похоть не любовь, Хосок, а наследники мне нужны. — Ты их не получишь! — омега не сдерживается и ударяет по щеке альфу. — Ненавижу, — он замахивается еще раз, но Хенджин перехватывает его руку. — Отпусти. — Хорошо, — он отпускает руку, а затем ударяет по щеке младшего, от чего тот падает на стол, что расположился рядом, а затем следует сильнейший крик. Омега держится за живот и не может встать. — Мои дети, — начинает плакать омега, когда почувствовал кровь по ногах. — Алло, — Хенджин начал кому-то звонить, — скорая…***
Юнги и Феликс мило проводили время. Сначала они пошли в океанариум, потом было кафе. Разговор за разговором и сердце строгого альфы начало понемногу тануть. Сейчас Юнги задумывается о том, какая же была его любовь к двум омегам и какая к Феликсу. Последний определенно отличается от двух прежних, что непосредственно нравится альфе. — Пусан очень красивый весной, когда всё цветёт, — выбил из раздумий Феликс Юнги. — Как по мне город, как город, со своими тайнами и красивыми людьми. — Красивые люди — это я? — Ты сама скромность, тебе это говорили? — Тысячу раз, — улыбнулся Феликс. — Там человек лежит, — он указал на переулок. — Мы поможем? — Конечно, что за глупые вопросы? Я помогаю всем. — Тогда стой, я сам проверю, — этот жест Феликс оценил, он смотрит, как Юнги приседает у тела, даже в темноте видно, что рука трясется. — Юнги, что там? — Феликс подходит ближе. — Это твой брат… — прокашливается Мин, — вызывай скорую, у него ножевое ранение в области груди…***
— Приехал, как только смог, — оправдывается Намджун, садясь рядом с Хенджином. — Что у вас случилось? — Я его толкнул… — Хенджин прикрыл глаза. — Лишь бы с детьми все было в порядке. — А что с омегой? — Ты ведь поможешь мне? — Как и обещал, — Ким кладет руку на его плечо и смотрит в глаза. — Но не пожалеешь ли ты в будущем об этом? — Я с самого начала так задумывал, Хосок был идеальной кандидатурой. — Как скажешь, но ты помнишь плату? — Да, мой сын-омега выйдет за твоего сына-альфу. — Хорошо, считай, что Чон Хосок просто исчезнет с этого мира, как будто никогда и не существовал.***
Чимин сидит на диване, ему хочется плакать, смотря на Югема. Новость, которой он его ошарашил, просто убивает изнутри, он разочарован и опустошен. — Спасибо, что позвонил, — Чонгук перевел взгляд на своего омегу. — Он расстроен. — Ты обидел его, не забудь извиниться, — Югем посмотрел на Чимина, что был на грани. — Я думал, раз уж он попал к тебе, то ты его уже не отпустишь, — Чонгук подошел к омеге и протянул руку, тому ничего не оставалось, как вложить свою и встать. — Я говорил, что не враг тебе, Чонгук, и на твое не претендую. — Пошли, Мини, — Чонгук подтолкнул вперёд младшего, от чего тот бросил последний взгляд на альфу напротив. — Предатель… — еле слышно прошептал омега. — Прости… — виновато прошептал в ответ Югем. — Хорошей дороги, Чонгуки. — Он смотрит в окно, как садится омега его мечты в машину и уезжает с ненавистным альфой. — Прости, малыш, но так нужно…